Маньячел

Я проснулась утром от звонка. Мой телефон не мог определить номер, и я просто подняла трубку. Из неё начали доносится странные звуки. Кто-то кашлял и как будто смеялся. Мне было страшно. Но вдруг... - Привет, ты помнишь меня. Адольф Шикльгрубер. - А, это ты. А что звонишь так рано? - Да, я вот, хотел спросить: не заберёшь меня из больницы? - Конечно, когда подъехать? - Прямо сейчас. Потом отвези меня домой. - Хорошо. Дай мне пол часа, чтобы собраться. - Ладно, до встречи. - До встречи. Я подскочила на месте и принялась за сборы. Я быстро оделась, позавтракала и выбежала на улицу. Я села в машину и поехала к своему новому знакомому. Вдруг по радио я услышала странное оповещение: - "Внимание, говорит шериф округа Калифорния! Передаем важное правительственное оповещение, граждане и гражданки соединённых штатов, сегодня в четыре часа утра, без всякого объявления тревоги была найдена убитая девушка. Началось расследование против немецко-фашистких захватчиков... Ой, простите: против преступника, сделавшего это. Наше дело правое! Враг будет разбит! Победа будет за нами... Ой, то есть: правосудие с нами!"¹ - Как странно. У нас не передают таких сообщений. - "Простите, шериф, вы не могли бы сказать где это произошло?" - "Конечно, это было на трассе PCH."² - "Какие были обстоятельства убийства?" - "Тело нашли недалеко от этой трассы в лесу. Машина пострадавшей свалилась в океан, за ней и фура перевозившая воду. Обстоятельства этого происшествия неизвестны. Тело убитой подверглось сексуальному насилию, но уже после смерти. Во влагалище убитой нашли ДНК убийцы, так что, я думаю, мы скоро его поймаем." - "Это очень хорошо. Теперь мы обращаемся к слушателям: если вам что-то известно об этом деле или кто это сделал, сообщите нам по этому номеру..." - Ну и чухня, - сказала я и переключила на музыку. Играла какая-то гейская группа. Я начала подпевать и свернула в сторону больницы. Приехала я быстро. Место на парковке было занято, поэтому я поставила машину возле магазинчика с пончиками. Когда я шла к больнице то увидела странную машину. Она была не из этих мест. Иномарка. Да и номер слишком длинный. Авто называлось Lada, чтобы это не значило. Машина была красного цвета, у нее была разбита фара. Ее владелец говорил на ломаном английском с моим Адольфом. Я начала прислушиваться к их разговору. - Спасибо, что привёз мне брюки. - Ноу проблем, бат почему ю не поедешь с ми? - Я вчера такю телку увидел в больнице. Думаю, что мне нужно завлечь ее внимание. И когда у меня заживёт член, она мне даст. Ну или убью ее. - А, ну ясно. Кстати, тудэй по радио передавали, ват произошло убийство на трассе, вен естэдэй были. Ит из случаем нот ю? - Что именно сказали? - Ват кил девушка энд хё ебали. - Мертвую? - Ес. - Да, это я. Только никому не говори! - Гуд. - Спасибо. - Здравствуйте, - вклинилась в их диалог я. Я была в шоке от услышанного. Как такой милый человек мог оказаться маньяком? - О, привет. Познакомься, это мой друг. - Хало, - поприветствовал он меня. - Вы немец? - О, ноу, ин смысле хэло. - А, здравствуйте. Я... - Пойдем, мне очень нужно домой, - вдруг перебил меня Адольф. - Пошли. До свидания! - Гудбай! - попрощались мы друг с другом. - Так ты убил девушку? - начала разговор я. - Только тсс! Я потом все объясню, в машине. - Хорошо, - ответила я. - Так я тебе понравилась? - перевела я тему. - Да, а ты что все подслушивала? - Ой, да так, один кусочек. - Нехорошо так поступать, услышишь что-нибудь изборачно, а буду я виноват или ещё кто-нибудь, как вчера. - Да ладно, тебе. Все же хорошо кончилось. - Ну я бы так не сказал. Мне вот не очень хотелось светить членом перед бабкой. - По-моему она даже внимание не обратила. - Тебе кажется. - А как ты сломал член? - Я же сказал, все в машине! - А, я поняла, - сказала игривым тоном я, когда до меня дошло, что это связанно с убийством. Мы дошли до машины. Я галантно открыла перед ним дверь, и он сел внутрь. - Ты хочешь меня убить, - непринужденно начала диалог я. Он побледнел. - Давай о той девушке поговорим. - Хорошо. Так как ты ее убил, и зачем? - Я перерезал ей глотку. Она дура пряталась за старым дубом. Думала я не увижу. - Да, вот тупая! - засмеялась я, от поступка этой девушки. От смеха я поперхнулась, и мне пришлось стучать себе по груди, чтобы откашлеться. Адольф постучал мне по спине. Приступ прошел. - Да, смешно было. - А зачем убил? - Хотел потрахаться с трупом. - И как? - искренне спросила я. - Ужасно. Она как бревно. Хотя убивать было приятно. - Ты бы ещё раз убил? - Да, хотелось бы. - И ты хочешь убить меня? - Пока ещё не знаю. - Слушай, если ты меня убьёшь, хоть предупреди, чтобы я привела себя в порядок. - Зачем? - Чтобы умереть красивой. - Ладно, договорились. Я улыбнулась ему. Он показал на поварот, и я съехала в сторону пятиэтажки. - Ты здесь живёшь? - Нет, нам нужно ещё два двора проехать. - А, ясно. - Не хочешь зайти ко мне на чай? - Если бы у тебя небыл бы сломан член, я бы восприняла это как приглашение в постель. - А так, ты согласна? - Скажи мне это в ЗАГСе, а пока что - нет. - Хорошо, - с этими словами он вышел из машины. Я открыла окно. - Когда у тебя заживёт член? - Через десять-даенадцать дней снимут швы. - О, хорошо. Позвонишь мне тогда? - В первые полтора-два месяца нужно воздержание от полового акта. - Эм... Я позвоню, если захочу навестить тебя. - Хорошо, я буду дома. - Оке, - с этими словами я уехала. *** - "Дело приняло неожиданный поворот! Загадочная анонимная записка была сегодня утром доставлена в полицейский участок. Пока что не известно кто ее написал. В ней обвинялся некий "Гитлер". Что это, странный розыгрыш или стоящая находка? Смотрите на нашем канале." Я смотрела телек, пока развешивала вещи на сушилке. В новостях опять говорили про убийство Адольфа. Только в этот раз появилось странное обстоятельство: кто-то написал записку. Почему-то этот анонимный автор указал прнступником "Гитлера". Толи он просто смеялся, толи не знал имя того, о ком писал. Я решила позвонить Адольфу и обсудить новости. Мне было интересно узнать как он отреагирует. Я взяла телефон и набрала его номер. Пошли гудки. - Алло, - произнес Адольф. - Привет, слышал последние новости? - я держала телефон между плечом и ухом, развешивая черную блузку на перекладину сушылки. - Ты про то, что кто-то написал записку? - Да, именно. - Даже не знаю кто это сделал. Ещё и Гитлером назвал. - Это наверное из-за твоего имени. - Ну да. - Слушай, может я приеду к тебе? - У меня ещё швы не сняли. - Ну и что. Посидим, поговорим. Ну как? - Можно в целом, но я думаю тебе нужно не это. - Да брось, мне что, только это от тебя надо? - Неет, что ты. Просто... - Мне надо остыть! - перебила его я. - Поговорим потом, когда швы снимут. Пока. Я положила трубку. Закончив с одеждой, я пошла в душ. Там я разделась, зашла в кабинку душа и включила воду. Я провела руками по груди, смывая с них пот моего тела водой. Начала спускаться ниже... - Эй, стоп! Ты что за мной подглядываешь! А ну прекрати читать о том как моется взрослая девушка. Кыш от сюда. Прочь из моей ванны! Вот извращенцев развилось... Пока она моется, поговорим о нашем знакомом русского происхождения. Я нахожусь в ужасном состоянии. Недосып проявлчет себя во всех красках, а я ничего не могу сделать. Зато вчера была веселая ночь на вечеринке. Сегодня утром мне пришлось написать записку в полицейский участок. Мне не хотелось уточнять имя своего друга, поэтому в ней я иминую его Гитлером. А что, ему очень идёт. Сейчас я еду в машине. Играет клёвая музыка. Вдруг я останавливаюсь. Передо мной лежит ребенок с отрезанной головой. Я выхожу из машины и слышу крики двух мужчин. Один из них мне очень знаком. Адольф опять кого-то убивает. Я иду в их сторону. Рядом со мной с левой стороны стоит коляска с головой ребенка. Ну и урод этот малыш. Хотя жаль его, ведь... Мои мысли перебивает крик. Я бегу в его сторону и вижу как мой друг стоит склонившись над телом убиенного парня. Кажется ему и нет двадцати пяти. - Что ты творишь? - вскрикнул я. - I killed him.³ - Зачем? Что он сделал? - We'll talk later.⁴ - Что? О чем тут говорить? Он поднимает на меня свой свирепый взгляд и тут же меняется в лице. - А это ты, приятель. Привет! - заговорил мужчина как ни в чем не бывало. - Хело, а ю финк ват спик с кем-то другим? - Ну да. Не подкинешь меня до машины? Я слишком долго бежал за ним. - Ю же должен быть хом? Ор травма нот мешает? - Хотел развеется. - Ну окей, джамп ко ми. - Спасибо, друг. Они сели в машину и поехали. - Что ты тут делаешь? - спросил Адольф. - Ай с пати еду. - У тебя была вечеринка? - Ай ездил к фраундин⁵ домой, ви с хё ещё в раше познакомились. - Ты давно в Америке живёшь? - Фри ерс. - А из какого ты города в России? - Ю его дон кноу. - Если ты три года здесь, почему так плохо говоришь по английски? - Хи ме нот лайк. - Как ты можешь! Английский язык международный! - Ю просто в Раше не был. Вот там интернационал. - То есть? - Ю думаешь я ху? - Русский. - Верно, бат май папа армянин, а мом из донт кноу. - Это как? - Ну ши из помесь народов. - А даже не понятно, что твой папа армянин. - Хи рашан армянин. - В смысле? - У хим ин свидетельстве о рождении ритен, ват хи русский. - У вас пишут национальность? - Нот, уже ноу. Вскоре они доехали до машины Адольфа. Он вышел из Lad'ы и пошел к своему авто. - Пока, - крикнул он на последок и поехал к себе домой. Я сидела на кровати и читала книжку. Она была очень интересная. Я написала о ней в дневнике. Ах, если бы мой Адольф был как Эдвард, мы бы давно уже поженились! - Это скучно! - вскрикнул автор! - Ты сама не можешь ничего придумать, а я хоть про свой день рассказываю! - Тоже мне, нашла что рассказать. - Да! А ты придумай что-нибудь интересное. Под окном взорвалась бомба. В последнее время довольно часто случалось нечто подобное. - Я просила интересно, а не страшное... Лопнули стекла и полетели на пол. Включилась тревога: - "Пожалуйста, спуститесь все в бомбоубежище. Пожалуйста, спуститесь все в бомбоубежище." - Это жестоко! - воскликнула я. - Это интересно, - ответила мне автор. - Кончай! Скажи, что все хорошо! Пожалуйста! Тревога кончилась. Вызвали сапёров и они все уладили. - Спасибо. - Думаю, на этом главу лучше закончить.