Потерянная — узнавая себя

Ева и Гарри подошли к портрету Толстой Дамы. — Пароль, — устало сказал Гарри. — «Чепуха», — откликнулась Ева. Картина отъехала в сторону. В тот же миг, как только дверь в башню начала открываться, Ева ослабила хватку и отпустила его руку. Гарри едва заметно замедлил шаг — он не хотел отпускать. Хотел остаться с ней ещё хоть чуть-чуть, ведь рядом с ней было спокойно. Но сделать этого он не успел. Громогласный рёв ударил ему в уши, едва не сбив с ног. В следующее мгновение десятки рук втащили его внутрь гостиной, и всё завертелось — крики, визг, аплодисменты, оглушающий смех. Ева медленно вошла следом, не торопясь, сдержанно глядя на эту бурю эмоций, накрывшую Гриффиндор. Она видела, как растерянно озирался Гарри, как снова искал глазами её. И находил. — Как ты это провернул?! Почему не поделился с нами?! — завопил Фред, потрясённый и злой одновременно. — А где борода? Ну класс же! — взревел Джордж, хохоча. Ева закатила глаза. «Дети», — мысленно подумала она, чуть скривившись. Захотелось отвесить братьям по лёгкому подзатыльнику. Но не стала. Гарри выглядел слишком выбитым из колеи, чтобы ей было до смеха. — Но это не я, — с отчаянием сказал он. — Я не знаю, кто это сделал. Правда. — Главное — ты наш гриффиндорец! — радостно вскрикнула Анджелина и повисла у него на шее. — Давай, Гарри, возьми реванш за прошлогоднее поражение! — подбодрила Кэти Белл. — Еда там! Всё твоё, иди скорее! — воскликнул кто-то ещё. Ева перевела взгляд на Кэти — и в груди защемило. Она всегда считала, что Кэти любит Джорджа. Им будто суждено быть вместе. А теперь… теперь она словно и не замечала его. Смеялась, поддерживала Гарри, будто ничего не значило. Ева посмотрела на Джорджа. Он, казалось, совсем не реагировал. Шутил, громко смеялся, строил привычные рожицы. Не выглядел ни расстроенным, ни уязвлённым. И всё же… «Самые грустные — те, кто смеются громче всех», — вспомнила она. Это ранило. Это злило. Она подошла к нему ближе и, приподнявшись, тихо шепнула ему на ухо, положив ладонь на его плечо: — Отлично держишься, Джордж. Не подавай виду. Джордж оглянулся в её сторону, не понимая, о чём она. Но, поймав взгляд Фреда, который выразительно кивнул в сторону Кэтти, он наконец понял. Хотел было отмахнуться, сказать, что ему всё равно, что он вовсе не переживает. Но… взглянув в глаза Евы и увидев в них искреннюю тревогу, сразу передумал. Почему бы и нет? Пусть утешит его. Она никогда раньше так не подходила к нему — не дотрагивалась, не смотрела на него с таким участием… Он вновь взглянул на брата. Фред, уловив его мысль, отрицательно покачал головой, но Джорджу было всё равно. Решение уже принято. — Спасибо… — пробормотал он, изобразив печальное лицо. — Это так трудно… особенно, когда она рядом… — Я буду рядом, не переживай. Давай не будем портить себе вечер. Просто скажи, что… эммм ну… что у тебя болит живот! И тихонько уйдёшь к себе! — предложила Ева, заглядывая ему в глаза. — Нет, — отказался Джордж. — Не хочу убегать… Он не собирался расставаться с Евой так быстро. Её забота слишком ему нравилась. Она была такой редкой… такой драгоценной. — Ты невероятно сильный… — мягко произнесла Ева. — Ладно. Я останусь с тобой. Она с одобрением кивнула и крепко сжала его ладонь, поддерживая. Глаза Джорджа засветились, но он постарался скрыть это. — Спасибо… Я сейчас так нуждаюсь в понимании, — прошептал он. В стороне Гарри с трудом выдерживал окружающий его хаос. Он не мог найти себе места, ему не хватало только одного — Евы. Он искал её взглядом… и нашёл. Она держала Джорджа за руку, другой ладонью гладя его по плечу. Глаза Гарри вспыхнули от гнева. Он оттолкнул протянутое пирожное от Ли Джордана и резко встал. — Не хочу, я уже наелся, — буркнул он и оказался в двух шагах от Евы. Но его тут же окутали, как сетью: Ли Джордан где-то достал знамя Гриффиндора и обмотал Гарри, как мантию. Кто-то совал ему напитки, кто-то — арахис, кто-то лез с вопросами: — Гарри, выпей ещё пива! На, чипсы! — Как ты это провернул? Как обошёл возрастную границу? — Это не я! — повторял Гарри. — Я не знаю, как это произошло! По их лицам было видно: не верят. Ему не оставалось ничего, кроме как терпеть. Но внезапно рядом оказалась Ева! Увидев его состояние, она мгновенно отпустила руку Джорджа и встала рядом, защищая друга. — Хватит! — резко сказала она. — Он устал! Сколько можно?! С раздражением она отодвинула Ли Джордана и потащила Гарри к лестнице в спальни мальчиков. Джордж всё видел. Уловив, куда они направляются, он вскочил и догнал их. Легко положив ладонь на плечо Гарри, он ненавязчиво убрал руку Евы, прижавшаяся к нему. — Я сам его провожу, — сказал он. — А ты иди, ты ведь устала. — Да-да, Джордж, идите. Всем спокойной ночи, — улыбнулась Ева, искренне довольная, что Гарри наконец освободился от суматохи. И что Джордж, кажется, всё-таки отвлёкся от боли, причинённой Кэтти. Она действительно чувствовала усталость. Поднявшись в комнату, буквально рухнула на кровать. “Хорошо, что завтра выходной…”— подумала она, проваливаясь в глубокий, долгожданный сон.