Потерянная — узнавая себя

Приближался святочный бал, и Еве пора было возвращаться в Хогвартс. Впервые в жизни она провела зимние каникулы дома — и это оказалось самым тёплым и счастливым временем за весь год. За короткие дни здесь она успела напитаться любовью и заботой, почувствовать себя частью чего-то настоящего, родного. Даже несмотря на неприятную историю со шрамами, Ева могла с уверенностью сказать: эти каникулы были чудесными. Вечерами они с миссис Уизли, сидя у камина, вязали шарфы и шапки, разговаривали и смеялись. Днём проходили короткие, но запоминающиеся уроки танцев с Чарли — иногда серьёзные, а иногда превращавшиеся в весёлую возню. А ещё была шумная компания Эмиля, с которым она впервые попробовала разобраться в волшебных шахматах. Да, чаще всего она проигрывала, но однажды всё-таки победила. Правда, Ева не была уверена, что это случилось честно — уж больно подозрительно Эмиль улыбался после двадцатого подряд её поражения. В день отъезда миссис Уизли помогла ей уложить вещи, аккуратно пристроила клетку с Лирой, которая вернулась из Хогвартса, доставив подарки тем, кто остался там на каникулы. У дверей, держа в руках чемодан, Ева в последний раз оглядела уютный дом. Ей совсем не хотелось уходить. На вокзал её сопровождали Эмиль и Чарли. Уже завтра вечером её ждала долгожданная ночь — святочный бал. — Ну, не грусти, Ева, — подбодрил её Эмиль, когда они расселись в «Хогвартс-экспрессе». — Завтра у тебя будет один из самых запоминающихся вечеров в жизни. Святочный бал — это ведь лучшее, что может случиться с любым учеником Хогвартса. По крайней мере, я так думаю. Лично я обожаю вечеринки! Да ещё и международный бал… — он оживлённо закивал. — Профессор Дамблдор специально пригласил тех, кто помогал в организации Турнира с драконами. Ева лишь мягко улыбнулась, но ничего не ответила. Видя её молчание, Эмиль предложил сыграть в шахматы — «для развития ума». Еве показалось, что он снова хочет её обыграть и польстить своему тщеславию, но мысль о партии всё же отвлекла её от волнений перед балом. Играли долго. Сначала Ева терпела поражение за поражением, но вскоре в партию вмешался Чарли — и теперь уже Эмиль начал проигрывать. Ева смеялась от души, наблюдая за их перепалками. Потом они зашли к вагонному торговцу и купили ей сладостей и пирожков. К прибытию в Хогсмид она была уже сыта и довольна, а тревога о предстоящем вечере немного отступила. К вечеру, когда они добрались до Хогсмида, Ева попрощалась с попутчиками и направилась к замку. Мягкий зимний сумрак уже окутывал улицы, снежные шапки на крышах поблескивали в свете фонарей, а лёгкий мороз щипал щёки. Войдя в Гриффиндорскую башню, она оказалась в шумной и тёплой атмосфере: кто-то смеялся у камина, кто-то играл в шахматы, а на диванах лежали россыпи книг и шарфов. И вдруг Ева заметила знакомую фигуру — Невилл. Сердце радостно дрогнуло. Всё-таки она очень привязалась к нему за это время. — ЕВА! — НЕВИЛЛ! — выкрикнули они одновременно, и тут же оба рассмеялись. — Ты так хорошо выглядишь! — с искренним теплом произнёс Невилл, разглядывая её. — Я рад, что к тебе там хорошо относились. — О, мама Молли меня почти не выпускала из кухни, — хохотнула Ева. — Ты даже не представляешь, сколько раз в день она меня кормила! — Верю, — улыбнулся он, и в его глазах мелькнула теплая искорка. Они с удовольствием обменялись новостями, перебивая друг друга, то и дело смеясь. К их разговору вскоре присоединилась Гермиона. Она, заметив, что подруга выглядит отдохнувшей и счастливой, тоже искренне обрадовалась. — Ты прямо расцвела, — сказала она с одобрением. — Спасибо, — смущённо улыбнулась Ева. Вскоре девушки поднялись в спальню, чтобы разобрать вещи. Ева аккуратно поставила сумку у своей кровати и, почувствовав приятную усталость, улеглась. Завтра её ждал Святочный бал… и с этой мыслью она уснула. *** Утром Ева вместе с Невиллом спустилась в Большой зал на завтрак. Шум, запахи свежей выпечки и кофе, приглушённый звон ложек и вилок — всё смешивалось в радостное предвкушение вечернего события. Казалось, вся школа гудела в ожидании бала. Ева с Невиллом оживлённо болтала, рассказывая о весёлых шутках Эмиля, друга Чарли. Она пересказывала их с таким воодушевлением, что даже в её исполнении они звучали живо и заразительно, но всё же… в устах самого Эмиля, по её мнению, было ещё смешнее. Невилл слушал с добродушной улыбкой. — Знаешь… — начал он, чуть смутившись и неловко понижая голос. — Когда ты была на каникулах, мы с Луной… ну… вместе сходили в Хогсмид. Ева распахнула глаза. — О-о-о-о!.. — протянула она с восторгом, не сразу найдя слова. — Это же… вааааау, Невилл! — она радостно хлопнула друга по спине, от чего он выронил вилку. — Ой, прости-прости! Просто я так рада! Ну, говори, как всё прошло? Вы… целовались? — спросила она с неконтролируемым, почти заговорщицким интересом. От этого вопроса Невилл, только что поднявший вилку, уронил её во второй раз. — Ева!.. Ты… Нет! — он резко замотал головой, густо краснея. — Мы просто гуляли… держась за руки. — О-о, понятно, — протянула Ева, хитро улыбнувшись. Но дразнить друга дальше она не стала. Невилл, чуть придя в себя после смущения, осторожно заметил: — Кстати… тебя искал Седрик. Ты ему не сказала, что уезжаешь на каникулы домой? — он внимательно посмотрел на неё. — Нет… — Ева чуть замялась, пальцы машинально сжались в складке мантии. — Мы вообще не общались с того раза, когда он меня пригласил. — А, понятно, — кивнул Невилл, но в его голосе прозвучала тень улыбки. — Ну… наверное, он тоже хотел бы с тобой прогуляться в Хогсмиде. — Правда? — спросила она, не веря, и почувствовала, как сердце забилось чуть быстрее от легкого смущения. Ева невольно скосила взгляд в сторону стола Пуффендуя — и, к своему удивлению, заметила, что Седрик действительно смотрит на неё. Их взгляды встретились лишь на мгновение, и она поспешно отвела глаза, пряча в них непрошеное волнение. — Ага. Хороший парень, — подтвердил Невилл, возвращаясь к завтраку и говоря почти невзначай. — По словам Гермионы, несмотря на то, что Чжоу пригласила его в Хогсмид, он отказал. Она случайно подслушала. Гермиона думает, что Чжоу согласилась пойти с Гарри только для того, чтобы он приревновал её. — В голосе Невилла сквозила задумчивость, как будто он и сам пытался понять этот клубок отношений. — Мне она никогда не нравилась, — хмыкнула Ева, и в её словах было больше откровенности, чем насмешки. Невилл понимающе кивнул. Когда они доели, поднялись из-за стола и уже собирались пройтись, Ева заметила, что к ним направляется Седрик — с той самой обезоруживающе обаятельной улыбкой, из-за которой у многих в школе подкашивались колени. Невилл, уловив его намерение поговорить именно с ней, наклонился и негромко сказал: — Я подожду тебя на улице. — И, не дожидаясь ответа, быстро удалился, оставив Еву наедине с приближающимся Седриком. — Привет, Ева! — мягко прозвучал голос рядом, и Седрик остановился, взглянув на неё с лёгкой улыбкой, которая мгновенно разогрела атмосферу. — Как прошли каникулы? Ева застенчиво улыбнулась, чувствуя, как в груди слегка забилось сердце. — Хорошо, спасибо. А ты? Не скучал? Готовишься к турниру? Разгадал загадку? — спросила она, стараясь скрыть лёгкое волнение, не зная, с чего начать. — Да, — кивнул он, и улыбка на его лице стала ещё шире, искренней. — Разгадал. Если Гарри понадобится помощь — я могу подсказать. Ему во втором туре будет непросто. — Седрик опустил голос до шёпота и добавил, чуть наклонившись и шёпотом, глядя в сторону Гарри, который украдкой бросал взгляды в их сторону. Ева почувствовала, как по щекам растекается лёгкий румянец, и ей стало немного неловко. Гарри, наблюдавший за происходящим, не заметил, как к нему подошла Чжоу, и они мило заговорили, а та весело хихикала. Еве тут же захотелось выбить этой бесстыжей все зубы, и мадам Помфри могла бы основательно поработать над их лечением. Седрик, уловив её взгляд, обратил внимание на Чжоу и Гарри, но ничего не сказали и продолжил разговор. — Вечером подожду тебя у портрета Толстой дамы, — сказал он, не отрывая взгляда от Евы. — Во сколько планируешь быть готова? Ева молчала, словно застыла, погружённая в мысли, а потом перевела взгляд в сторону, где продолжались разговоры и смех. Седрик слегка повысил голос, и в нём прозвучала лёгкая настойчивость. — Ева! — О, прости, задумалась, — улыбнулась она, переводя взгляд на него. — Что ты сказал? — Я спросил, во сколько мы встретимся у портрета, — повторил он, его голос был спокойным, но с оттенком важности. — Какого портрета? И зачем? — в её голосе прозвучало лёгкое замешательство. — У портрета Толстой дамы, на бал, — пояснил Седрик, заметив, как она снова украдкой взглянула в сторону Гарри и Чжоу. — Ах, да! Конечно, бал… Наверное, лучше прийти минут за десять до начала? Ты как думаешь, тебе будет удобно? — немного сбившись с мыслей, проговорила Ева. — Думаю, так как мы будем открывать бал, стоит прийти чуть раньше. Двадцать минут до начала — подойдёт? — его взгляд стал чуть серьёзнее, но в нём всё равно светилась доброта. — Да, да, конечно, — с облегчением и лёгкой улыбкой ответила Ева. — Вот, если это всё… — Хотел предложить прогуляться до обеда вокруг замка, — вдруг добавил он, смягчив тон. — Расскажешь, как провела каникулы? Ева опустила глаза, и она указала в сторону выхода. — Знаешь… я обещала Невиллу, что мы вместе прогуляемся вокруг замка, и он уже ждёт меня там. Не хочу его расстраивать. — Понимаю, — кивнул Седрик, улыбаясь с пониманием. — Тогда увидимся вечером у портрета. Он ещё раз взглянул на неё, и на его лице появилась едва заметная тень грусти, но он быстро собрался и отошёл. По дороге он заметил, что Ева снова смотрит в их сторону. Ева осталась стоять на месте, её мысли крутились и путались, а взгляд снова невольно скользнул в сторону Гарри и Чжоу. И потом она направилась к Невиллу.