Пэйринг и персонажи
Ким Тэхён/Чон Чонгук, Чон Чонгук/Ким Тэхён, Ким Намджун/Ким Сокджин, Мин Юнги/Пак Чимин, Ким Тэхён/Пак Чимин, Ким Намджун/Пак Чимин, Ким Намджун/Чон Чонгук, Мин Юнги/Ким Тэхён, Чон Чонгук/Пак Чимин, Ким Намджун/Ким Тэхён, Чон Хосок/Мин Юнги, Ким Сокджин/Ким Тэхён, Пак Чимин/Чон Чонгук, Чон Хосок/Чон Чонгук, Ким Намджун/Чон Хосок, Ким Сокджин/Чон Чонгук, Мин Юнги/Чон Чонгук, Чон Хосок/Ким Тэхён, Ким Сокджин/Чон Хосок, Ким Намджун/Мин Юнги, Ким Сокджин/Мин Юнги, Чон Чонгук/Ким Сокджин, Пак Чимин/Ким Сокджин
Метки
Описание
Because every parting from you... is like a little eternity.
Сборник драбблов, написанных ночью под настроение. В каждой из вселенных они будут вместе.
Примечания
WARNING если не хотите сделать dies from cringe, читайте с конца!!
Сборник будет продолжаться, пополнятся и вестись, пока у меня останется воображение
♡♡♡
Август 2020, решила вывесить список моих любимых работ в этом сборнике. Каждая из них по-настоящему важна для меня не только как драббл, но и как текст, отражающий мои чувства в определенный период:
Зеленое яблоко
Кривое. Глупое. Вечное.
Давайте без доктора.
Истерика сладкой ватой.
Кровавый десятый круг.
Broken
Скопировать счастье, вставить.
Red dawn.
Соната этого рассвета. (все части)
Imagine if.
1 из 99.
Honeymoon (dreaming away your life).
Клоун.
Тысячная иллюзия. Юнги/Хосок
07 сентября 2019, 01:45
У Юнги уходит муза, а с музой растворяется жизнь.
По бледным эфемерным рукам красными разводами за старым пианино. Юнги ни разу не жалеет, что в маленьких капельках в лужу под ногами утекает его такое бесценное время. У него полтора года уже ни одной песни, ни одного бита. Жизнь, по сравнению с улетевшей восвояси музой, кажется такой ничтожно неважной, что сквозь зубы, которые решают отбить предсмертный марш, улыбается. Скалится.
Прощается.
Приблизительно спустя пять минут спокойно опущенные вниз руки перестают существовать, а бледный лоб утыкается в измазанные красным бело-чёрные клавиши. В тишине однокомнатной раздаётся громкое нескладное бренчание, а Юнги думает, что даже перед собственной блаженной смертью издать смог только неразборчивое соитие хаотичных звуков.
Ему не страшно. Не видятся черно-белые картинки из детства бессмысленными флешбеками, не стоит перед закрытыми глазами образ матери. Все не так, как показывают в фильмах. Только светлая улыбка лишь на секунду опаляет под сомкнутыми веками, но уже хватило, чтобы кровь из вертикального разреза закапала в огромную лужу с новой силой. Хосока оставлять немного жалко. Совсем немного. Себя Юнги жалеет гораздо сильнее.
Не в то время и не в том месте, не тот день и не тот для него человек. Совсем. Не могли они, блять, два года назад встретиться, когда ещё нотные его листы расходились вырученными чеками с кривыми надписями круглых сумм. Нет. Что-то щелкнуло в этом прогнившем мире или сука судьба (он не верит, но все же), и Юнги встретил Хосока месяц назад. Влюбился или как у людей это называется, понадеялся в счастливых улыбках и сладких поцелуях найти давно потерянное. В какой-то момент показалось, что он ухватился за самый кончик эфемерной иллюзии, как обычно хватает его Хосок за бледную руку, аккуратно, невесомо, и с огромной надеждой, боясь спугнуть невидимое наваждение. Юнги сел за пианино и родилось тупое ничего. Зато рядом оказался кухонный нож, немытый после глазурного торта, принесённого Хосоком.
Без музы у Юнги нет жизни.
Без Юнги нет жизни у Хосока.
В больнице ему запястья покрывают тысячью швов, а Хосок миллионом поцелуев, образуя внизу, капля за каплей, мелкую лужицу. Прозрачную и соленую, по губам стелется тысяча слов вместе с кривыми дорожками. Больничная лампа светит белым, а кожа Хосока неестественно блестит. Будто он и вправду всего лишь наваждение, а Юнги уже просто в раю.
«Пожалуйста»
Хосок обещает зашить рану посильнее вертикального разреза на запястьях. Берётся за нитку с иглой, делая первые неуверенные стежки на разрывной в области сердца Юнги. Сначала неумело, через каждый скомканный листик с кривым почерком и нескладными строчками целуя и извиняясь. Затем быстрее, ловя соленые дорожки на бледных щеках сухими губами и чистое пианино впервые за долгое время вновь открыто.
«Спасибо»
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.