Как закалялась дамасская сталь

Я что не умер? Но как? Эта тварь мне шею свернула! Твою мать, я чуть не обделался, когда она резко появилась перед моими глазами и «прикончила» меня. Хотя подождите, у неё выдавленные глаза, как у невесты на фотографии. … Кажется, я догадываюсь, кто она, черт подери… Это призрак. Призрак невесты. … Я располагался на том же сам месте, где и пришёл в себя. Заточённая комната в четырёх стенах из серого бетона. Было так же темно, как сами знаете где, но только единственный свет у двери освещал это загадочное помещение. На полу лежало что-то знакомое. Чёрная рукоятка с головной частью. Светодиодный фонарик, прямо как у американской полиции. Тот самый фонарик, который я подобрал в ванной. И уронил, когда меня убил призрак невесты. Без пауз я подобрал его, включил и стал осматривать комнату на наличии изменений. Вроде ничего нового: засечки дней на серых стенах, усопшая тишина, тленное одиночество. Позже начали доноситься с сзади какие-то странные звуки, будто кто-то шуршит картон. Я обернулся на звук шороха. Напротив стены слева и сзади располагался деревянный стол, на котором лежала картонная коробка. Обычная большая коробка под подарок от шоколадного торта, до набора для релаксации. Может быть, там наверняка что-то лежит. Что-нибудь весомое. Может быть пистолет, а может быть и нож. Чтобы я мог сопротивляться от удушающего захвата этой страшной бабы. Подхожу к столу, освещаю фонариком в коробку, и неожиданно коробка задрожала и из него начало течь что-то тёмно-красное, а затем начал доноситься басовый мужской голос из той коробки: — Я шёл. Я только шёл. Я ничего не мог поделать, лишь идти. И потом я заметил, что шёл впереди себя. Только… это был не совсем я. Будь осторожен. Та щель в дверь... Это другая реальность. Лишь единственный я – это я. А ты уверен, что ты – это ты? На этом невнятном говоре, коробка замолкла и перестала шевелиться. — «И что это значит?» – задал я вопрос в мыслях. "Та щель в двери это другая реальность". Это я уже выяснил, что попал в невиданный мир с бесконечным коридором, призраком, жутким радио и живым зародышем. И это даже не кошмар. "А ты уверен, что ты – это ты?" Я не помню себя, так что не знаю ответа. Я ли это, или это кто-то другой. Без понятия. Я хочу только отсюда выбраться! Хотелось уже открыть, но что-то меня удерживало. Что-то такое, которое хочет меня защитить от коробки... ... И в правду, от этой коробке исходит запах тухлого мясного фарша. Помимо этого смрада коробка шевелилась и разговаривала со мною. Вдруг там лежит говорящая отрубленная голова? Но мне было любопытно увидеть, что там. У меня крутился только один вопрос: что лежит в этой коробке? Перемещаю коробку в удобное положение для распаковки, раскрыл и вдруг свет фонарика погас. У меня неожиданно сели батарейки на фонарике. — «Блин, надеюсь, что там лежат батарейки», –сказали мои мысли за меня, ведь не умею говорить. Я продолжил в темноте искать вещь в коробке. В темноте не рассмотреть, придётся перетащить на свет у дверей. Я взял коробку в руки и перетащил рядышком к двери, откуда падал на тленную комнату свет светодиодного линейного светильника. — «Так получше будет». Открыл картонные «дверцы» и начал нащупывать левой рукой на наличие чего-нибудь. Внутри моя рука чувствовала что-то липкое и одновременно мерзкое, будто копаюсь в кишках на операционной. В коробке лежали литиевые жёлтые батарейки для фонарика. — «Опа! Как раз вовремя!» Приступаем к замене батареек. Разобрал фонарь, вращая против часовой стрелки заднюю крышку. Открутил батарейный отсек. Батарейки установлены в контейнере, соблюдая полярность: положительный и отрицательный контакты. На контейнере тоже обозначена полярность, поэтому его нужно заводить в корпус фонаря стороной, на которой нанесён знак «+». У меня с этим не возникли никакие трудности. Достал севшие батарейки и выкинул в ближний угол. Они больше не нужны. А вот новенькие поместил в контактный отсек. Затем собрал в обратный отчёт. Включил выключатель света у фонарика. Лампочка фонарика загорела новым светом. — «Как новенький!» Фонарь на сей раз, хорошо освещал помещение, в два раза лучше со старыми батарейками. Интенсивность излучения теперь излучает ярким полярным сиянием. Угол луча был уже намного шире и насыщеннее. Количество колебаний света, излучаемых фонарём в единицу времени стало больше. Такое чувство, что эти батарейки «прокачали» фонарик. Что ж, мне не остаётся другого пути, кроме как пойти через дверь к проклятому коридору. Пошёл, отомкнул дверь и оказался в «другом мире». Я уже подумал, что окажусь в самом начале с этого забега с включенным светом. Но не тут-то было. Весь коридор укутался в зловещий полумрак, лишь фонарик мог освещать мне дальнейший путь. Вроде была подобная остановка, или, может быть, это тот круг, который я не прошёл. Тихо. Очень тихо тут. Я дошёл до комода с фотографии с безглазой невестой. Эта фотография будто сверлила меня насквозь. Сквозь мои стёртые воспоминания и пытается как-то донести до меня забытую истину. Жуть. Дверь в подвал был открыт, и я спускался по деревянным ступенькам. На верхней стене я благодаря лучу фонаря увидел надпись, написанная будто углём:

Прости меня, Лиза.

Внутри меня сидит монстр.

Лиза. Вот как зовут призрака невесты. Что-то знакомое имя. Нет, не знаю я никакую Лизу. Я открыл дверь в следующий круг нескончаемого плутания. Следующий круг встречает меня детским плачем, а именно плачем неродившего малыша. Это напрягает мою осторожность. Под мелодию плача я продолжал идти к середине пути, освещая всё фонариком. А затем плач перестаёт звучать из уст атмосферы тайного дома, только слышны дождь и скрип люстры. Это затишье малыша будто намекает, что сейчас что-то да произойдёт. Неожиданно прогремел громкий звук разбитого стекла, от чего я дёрнулся и остановился. Глухой удар с звонкими тресками, а затем как шорохи со звоном от соприкосновения осколков с горизонтальной поверхностью. На пол упала оконная рама. Чуть ли мне на голову. — «Кто это кинул?» – спросил я себя самого. Я прошёлся дальше, чтобы посмотреть на балконы второго этажа. Я посмотрел наверх и увидел её: жутко и криво улыбающуюся Лизу у заднего балкона. Она сверлила своими дырявыми глазами в мою натуру, словно она видит не глазами, а возмездием. Хотела ли она меня так напугать или же просто… промахнулась? ... Она тяжело дышала вздохом за вздохом, от чего мне становилось не по себе играть с ней в гляделки. Призрак, который убил меня и затащил туда сейчас тут, перед моими глазами. Стоит и ничего не делает. Если бы у меня была камера, я бы сфотографировал и распространил по всему миру, но вряд ли бы мне поверят, что призраки существуют. Я давно уже знаю, что они повсюду, только мы их не чувствуем, и вот один из них передо мною. Призрак невесты по имени Лиза. Не прошло и трёх минут, как Лиза начала пятиться назад во тьму. ... Я остался один вновь. Не осталось у меня других решений, как пойти дальше к дверям с надписью, на которой я узнал имя призрака. Наступает новый круг, было также темно, но не с моим фонарём. Вот только воздух становился тяжёлым, от чего дышать становилось тяжко. Шагая дальше по выученному маршруту, я увидел новое изменение в комоде с радио. В дали по коридору люстра не горела, но только горел свет лампы, а вот лампа горела не привычным светом. Она горела красным светом. Кровавым светом. Где-то сверху, где была входная дверь, слышались детские мычание муки. Я приближался на эти мычания и ужаснулся. На потолке был привязан толстыми верёвками холодильник, из которого течёт кровь. А в самом холодильнике доносились мычания боли ребёнка. — После убийства своей семьи, отец повесился на шланге в своём гараже, – прозвучал голос ведущего из радиоприёмника и холодильника одновременно, доносящий новую информацию, – но мы считаем, что это только начало! Любопытно, что из холодильника также доноситься голос этого ведущего, вот только куда тембрально ниже и грубее. Разница в том, что, по словам голоса из холодильника, звучит совсем иначе, если хорошо прислушаться: — После убийства своей семьи, отец повесился на пуповине в своём гараже, но мы считаем, что это только начало! ... Я пошёл дальше к двери, наступил ещё один круг. На одном из светильников свет сиял кровавым излучением, а по всему дому раздавались звуки ребёнка. Я дошёл до звуков, и перед моими глазами представилась эксцентричная картина безумия. Холодильник также весел сверху на толстых верёвках к потолку, однако он теперь раскачивался с такой резкой силой, что кажется, она вот-вот рухнет. Но холодильник не падает, значит, верёвки хорошо удерживают эту тяжёлую массу. Внутри холодильника слышен крик, перемешанный с плачем, ребёнка. Он явно пытается выбраться оттуда, будто этот холодильник – это ассоциация с беременной матерью, которая вот-вот родит на свет этого ребёнка, вот только мама малыша сгинула из этой жизни. На стене появилась фраза, очень похожая по подчерку и материалом у двери в новый круг кошмара:

Я слышу, как они зовут меня из

... Но откуда? Вроде мне не показалось или там где комод с таблетками возле телефона была какая-то надпись. Я развернулся и направился туда для подтверждения. Да, так оно и есть. Там написано:

HELLO!

Привет? В смысле мне привет? Чёрт, да что я такого сделал, что здесь оказался?! Я повернул голову в сторону холодильника, он также раскачивался с рёвом плачущего ребёнка, а когда вернул в исходное положение – удивился от нечистой магии. На английском слове пропала буква «L».

HE LO!

Я ещё раз оглянулся на холодильник, а затем на слово «Привет!». Пропала буква «H».

E LO!

Ещё раз так сделал – пропала буква «L».

E O!

Ещё раз так сделал – пропала буква «E».

O!

Ещё раз так сделал – осталась буква «O».

O

Получается, я составил какое-то слово. И это слово должно дополнить эту фразу. Я хотел пойти, но вдруг я услышал женский плач вечной боли… Где-то тут объявилась Лиза собственной персоной... ... Я начал оглядываться медленными движениями… Да… Она стояла в начале коридора под кровавым светом светильника… … Как только я на неё посмотрел, она начала судорожно дёргаться, яростно махать головой и до мурашек больно стонать. У меня затаилось дыхание, хотелось убежать от Лизы, но мои ноги отказывали уходить. А вот Лиза под дёргающие движения начала приближаться ко мне под ритм криков малыша. Медленными движениями. — «Двигайся. Двигайся. Двигайся. Чёрт, не стой столбом! Двигайся!» –кричал я своему телу, но оно меня не слушалось. Меня будто околдовали, окаменели. Кажется, призрак Лизы меня приостановила чёрной магией. Лиза приближалась и приближалась, а я стоял как вкопанный, будто каменная статуя. Идёт босыми грязными ступнями, бешено дёргается и плачет. Лиза скоро дойдёт до меня и удавит под объятиями тьмы и смерти. Вдруг она пронеслась сквозь меня, как будто накинулась в объятия. Быстро и резко. ... — «Что это было?» Ответом дал мне плач за спиной... Она дышит в мои уши искажёнными звуками, как будто они доносятся из динамика... ... Но потом плач и дыхание растворились. … Кажется, она исчезла. Тело начало меня слушаться. Нужно сматывать отсюда! Я начал ходить и мои шаги стали какими-то грузными, будто у меня на спине туристический рюкзак с большой массой. Но это мне не помешало пойти обратно к кричащему холодильнику. Впредь на стене было написано вот что:

Я слышу, как они зовут меня из HELL!

Потом последнее слово на английском начала вытекать чёрными красками наружу. Только вот не на пол, а по стене, где было написаны эти слова. Чернила ползла и ползла, заполняя предложение в тёмную краску, как закрашивая детскую раскраску. Прошло примерно десять секунд, как краску преобразовалось в другое предложение. Хотя нет, предложение было такое же, но с небольшим исключением. Этим исключением было последнее слово. И это было:

Я слышу, как они зовут меня из АДА!

… Как только я прочитал это предложение до конца, на фоне всего интерьера раздаётся дверной щелчок и издевательский женский смех. Смех Лизы. Уходим! … А вот и очередной проход через дверь пагубы. Теперь тут все лампы озаряют тёмным кровавым светом. Страшные картины так и сверлили в мою сторону, будто они намекали, что эти картины как-то связаны со мною. Похоже на то. На тумбочке с пустыми алкогольными бутылками на полу появилось новое изменение. На часах время изменилось. Было "23:59", стало "0:00". Теперь полночь… … В дали коридора доносится странная речь из радиоприёмника на непонятном языке: — Stäng dina ögon. Låt dina öron lyssna på radio. Я пошёл на этот звук. Мои шаги вернулись в исходные движения, словно снял утяжелители. Люстра горела ярким красным светом, освещая части дома, однако люстра качалась сильными колебаниями, подобно качелям. На фоне радио играла мелодия скрипки и флейты, от чего меня это не успокаивало. Какая-то жуткая мелодия. Я дошёл до комода с радио, которое говорит на иностранном языке. Кажется, это северогерманский язык из индоевропейской языковой семьи. Из Швеции. — Kan du höra min röst? Hör du din egen själs rop? Låt oss välja. Min röst förutspår framtiden eller ditt utmattade andliga skal. Tja, vad väljer du? Du kan välja. Ditt liv din framtid? Klok som du är så kanske du redan upptäckt att radiodramat från 60 år sedan var sanning. De är här på vår jord, och de övervakar och ser allt. Lita inte på någon. Lita inte på polisen. De kontrollerar dem redan. Detta har hänt i 60 år nu. Du har en rätt, rätten rätt att bli en av oss. Bara allt som beror på oss kommer att vara sant. Så välkommen till vår värld. Portarna till en ny dimension öppnas snart. Två, noll, Fyra, Ett, nio, åtta! Två, noll, Fyra, Ett, nio, åtta! Затем тайный голос прекратил говорить, но вот музыка играла и играла, а затем начала испаряться под звонкий и оглушающий звук сирены. Ничего не понял, что говорил по радио этот человек на шведском языке. Спасательная дверь в новый круг была открыта. Я спускался по деревянным ступенькам вниз и пошёл дальше к двери в новый круг. Открыл и я оказался в более тёмное помещение, где в дали коридора мигал кровавый свет. Иду дальше и посмотрел на тумбочку с электронными часами. Цифры на часах показывали "0:00". На картинах тоже появились свои изменения. На всех картинах были изображены чьи-то глаза, однако они не статичны, и они шевелятся. Зрачки глаз будто смотрели на меня и одновременно крутились по кругу. Как только я начал уходить из усёнки с часами, я почему-то начал быстро перемещаться чуть ли не бегом, но это ведь неспешный шаг. Такое ощущение, что мои шаги ускорили как на перемотке. Ещё от этих движений у меня начинается кружиться голова, а потом кружение пропадает, но ощущение головокружения остаётся. Я начал "бежать" по коридору, вот только теперь он был полностью изменённым. По левой стороне пути был тот же комод с таблетками и жуткими глазными картинами. Двери в ванную комнату не было, её будто оторвали с петлями. Я решил зайти туда, но там ничего нет. Только окровавленный пол; плесневые белые стены; грязное зеркало, на котором не показывает моё лицо. Я вышел из этой комнаты и пошёл дальше по коридору. Направление вело меня направо, там был длинный тёмный коридор с кровавым мигающим светом в дали. На стенах весели только живые картины с вращающими глазами. Я пробежал этот коридор, путь ведёт налево. И тут не было дверей, только коридор. Путь теперь состоял из одних коридор с алыми светильниками и картинами с глазами. Сколько бы я не бежал и искал выход отсюда, я ничего не находил. Снова, снова и снова бегаю по коридорам. И вновь повторение. Выхода нет. Здесь нет выхода из этого безумия. Я заперт. Я окончательно заперт в этом лабиринте. Бесконечный лабиринт. В нём не было спасательной двери. Поиски спасательной двери в этот раз оказывается бессмысленны. Этот цикл коридора был бесконечен и без каких-либо дверей. Отсюда нет никакого выхода. Лабиринт будто била по моей психике за тот поступок, который я забыл. ... Кажется, я начинаю осознавать кто я… и что натворил...

Продолжение следует…