Как закалялась дамасская сталь

      Вы когда-нибудь задавались вопросом: почему люди совершают особо зверские преступления? Ни с того не с сего берут в руки оружие и зверски убивают кого-то. Что может толкнуть их на такие ужасающие действия? Обстоятельства и безвыходное положение, в котором они оказались? Ненависть? Отчаяние? Или это всё вместе взятое? Вероятно, инциденты бывают разными. В конечном счёте, человек попросту может не отдавать себе отчёты в том, что делает. Особенно это касается преступлений, когда этот человек кровожадно и беспощадно расправляется со своими родными и любимыми людьми. Без каких-либо явных мотивов на это. Этим феноменом называют «Массовым семейным убийством». И понятное дело, что это связанно с тяжёлым психическим расстройством человека. Но что это за расстройство такое? Из-за чего оно может появиться у нас всех?

***

      Прокатились звуки мерцания чего-то светлого и яркого. Затуманенные глаза начали раскрываться. Я начал приходить в себя и тяжело вставать как после перепоя. Я находился в серой комнате в четырёх стенах. Вокруг полумрак, сырость и мёртвая тишина. На стенах были видны засечки дней. Порой мне кажется, что эти засечки оставляю я. Но я не помню, чтобы я эти засечки оставил. Я будто здесь недавно очутился. Я вновь очутился здесь, откуда и начинал свой путь по коридорному лабиринту.

Туман в голове…

      Однако тут были теперь большие изменения: все стены были в кровавых отпечатках ладони. Ладони были человеческими, будто сумасшедший маньяк ковырялся в кишках жертвы и рисовал стены мерзкие рисунки. Но среди них у дверей выделялась зловещая ладонь. Когтистая лапа чудовища…

ЭТО БЛЯДЬ ЧТО ТАКОЕ?!

      На задней стене располагался тот же стол с коробкой, вот только коробка была вся в крови. На стене было написано большими и маленькими буквами, видимо, тоже кровью. Почерк настолько корявый, будто это писал ребёнок. Я подошёл к столу и прочитал.                         СфОКуСИруЙсЯ                                     нА ФрАГмЕНтЫ                                           ВосПомИнАнИЙ       — Какие ещё фрагменты? — задал я вопрос вслух.       Я взял со стола свой верный фонарь в левую руку и направился к двери. Открыл дверь, зашёл, и я очутился в том же коридоре дома, только тут было чересчур темно. Новый цикл. Луч фонаря помогал мне идти на верный путь, освещая грязные белые стены и пол. В доме пахло могильной землёй и. Радио молчит, никто не плачет, не кричит. Слышны только мои шаги. Время на часах показывал «23:59». Время так и шёл вперёд, будто его заморозили навсегда. На стене весела разорванная картина Лизы. Я помню эту фотографию. Его сняли в 1994 года. На фотографии были видны разрывы как на мозаике. Полагаю, мне нужно найти фрагменты фотографии. Но где мне их искать?              Я начал осматривать усёнок на наличии детали. В комоде валялись пыльные книги? Комки бумаг и электронные часы, а на полу раскинуты выпитые бутылки водки и пивные банки.       — Что за? — пробормотал я, разглядывая что-то между пустыми бутылками.       Там валялась часть фото с носом. Я взял эту частицу, сфокусировано прищурился и в моих глазах произошёл помех красными линиями под глазами, а затем я увидел какую-то надпись.                                                             Non mi mossi più nell'attesa inerte Poi il suo indice scivolò sulla mia mano       Потом надпись в глазах пропала. В руках фрагмент исчез, словно впитался в мой разум. Чудно. Я последовал дальше искать фрагменты. В задней части усёнке был цветочный вазон, и на земле что-то лежало мелкое. Фрагмент глаз Лизы. Я ещё раз это сделал и получил следующее сообщение с красными помехами под глазами.                                                                   Und durch Nebel schwindenden                               Bewusstseins glaubte ich ein telefon zu hören       А потом произнесли по всему дому удары колокола двенадцать ударов.

Что произошло?

      Я посмотрел на часы. На часах время изменилось. Наступила полночь… Я начал идти в ванную комнату. И тут же мгновенно над ухом начитает стонать моя мёртвая жена. Тень Лизы был виден сзади меня.

Пиздец…

Я в её лапах…

      Но пока ничего она не делает. Я дошёл до двери в подвал и перешёл на второй круг. Было так же темно и тихо. Я дошёл до комода с часами. Время вернулось в те же числа. В картине добавились фрагменты лица Лизы. Две найдены. А затем спустя 3 минуты осмотра фото и надписи происходят удары по колоколу.

Полночь.

Выходит, когда наступает полночь — Лиза активируется.

      Так и есть. Лиза активировалась. Её было слышно в моей голове, вот только она была в другом месте.

Где она, мать её за ногу?

      Я посмотрел вдаль коридора.

Ёптыть…

      Она стояла за окном дома. Она судорожно дёргалась, яростно махала головой и до мурашек больно стонала. Это всё, что она делала. Лиза будто хотела прогрызть оконную раму вместе со мной. В голове играла симфония внутреннего ужаса при виде призрака Лизы. Я не думаю, что она бы рада меня обнять, когда она была живой и ласковой. У меня при виде неё в горле пересохло. Этот плач резал меня внутри как скальпелем.       Внизу я увидел в самом углу коридора рядом с плюшевым мишкой недостающий фрагмент фотографии. Как только я подобрал этот фрагмент и «поглотил», появились следующее послание и красные помехи под глазами.

Sussurrei seu nome

                        Mas o vento da noite levou sua voz embora       — «Твою мать, да что они значат?!» — с паникой в голове подумал я. Ведь я не знаю, что они значат. Придётся их как-то расшифровать. Но как?       Эти иностранные эпиграфы застряли у меня в сознании, словно выученные стихотворения. Надписи никак не вылетали из головы, и это даже хорошо, чем плохо. Но что они значат?       После того как я это забрал третий фрагмент и посмотрел в окно с призраком. Призрак исчез. Лиза пропала из поля зрения, но её до сих пор было слышно. Её стоны вечной боли были слышны по всему чёртову дому. Я стал медленно и с осторожностью разворачиваться в разные стороны в поиске её силуэта.

Спереди…

Слева…

Справа…

Сзади…

      Ничего.       Её тело будто испарилось, а вот присутствие до сих пор напрягает мой животный ужас. Я не могу привыкнуть к этому чувству. Это сложно объяснить, её плач пропитан вечной болью, которая причиняет мне вред. Боль, в которой виновен я. Такое неестественный задыхающийся хрип, плачущий прямо под мои уши. Стоны звучат так, будто они доносятся из радиоприёмника или из телефонной трубки. А вот рискнуть повернутся действительно страшно. Ведь Лиза может в любой момент меня схватить и искорежить как тряпичную куклу.

Но мне это нужно делать…

      Я пошёл дальше по коридору и периодически осматриваю места в поисках фрагментов. Всё четно. Коридор настолько покрыт во тьму, что даже с фонарём трудно находить частицы фотографии. Я дошёл до комода и начал осматривать на наличии фрагмент. Фотография меня и безглазой Лизы, мусор, цветы, лампа, окурки, бесполезные ключи от дома, радио. Ничего притягательного. Стоны затихли, словно их звук убавили, но я чувствовал Лизу — она где-то здесь. Я развернулся назад поискать ещё что-то. И тут же я заметил странный обрывок позади правой колонны сразу за ванной ближе к потолку.       Я приблизил свет фонаря к обрывку, сосредоточился, и… красные помехи под глазами.

Never moving a step, his hand in mine soul

                                    I waited for it to pass

      Похоже больше ничего.       Я развернулся и хотел пойти...       — БЛЯДЬ! — пискнул я от испуга.       Чёрт, что это было? Передо мною стояла Лиза, и она пронеслась сквозь меня со звонким сверхъестественным визгом. Это было неожиданно и одновременно ужасно. Однако я отошёл от этого жуткого нападения.       Как только я начал идти, мои шаги стали тяжёлыми, будто я одет в латные доспехи. Я кое-как передвигался до выхода. Все бетонные стены были в тех же отпечатках, что и комната, где я и очнулся здесь. И я пытаюсь выбраться отсюда из этой вечной петли муки и боли. Я дошёл до ступенек и внизу лестницы перед дверью в конце коридора я заметил ещё один фрагмент. Сфокусировался и… красные помехи под глазами.

つめたい手でした

からだがふるえま

      Кажется это всё. Пять фрагментов и пять надписей пятью языками.       Я вышел через дверь, и наступает следующий круг. Луч фонаря освещает коридор зелёным светом. Чудно. Начиная идти, было тихо. Время на часах было пока не полночь. Я посмотрел на фотографию, которую нужно было собрать по кусочкам и вот, что я увидел. Чёрно-белая фотография была полностью собрана, на ней была изображенная моя жена. У Лизы были недлинные кудрявые тёмные волосы, карие глаза. На фотографии Лиза одета в тёмно-синее платье, а на её шее надеты белые бусы. Её улыбка всегда согревала моё сердце.

А сейчас её улыбка только

пугает меня до усрачки…

Сука…

Я не знаю, что на меня нашло…

Боже правый, зачем я убил их?!

      Я начал ходить по коридору, освещая темноту зелёным светом. Зелёный свет освещает точно так же, как и обычный свет ручного фонаря. Повторно идя по тому же коридору, осматривая каждый закоулок и каждую текстуру дома. Я осмотрел весь дом и ничего не находил. Все двери были заперты. Я остался в безвыходной ситуации. Это конец.       На часах наступила полночь. Прозвучали двенадцать ударов колокола по всему дому. Призрак-Лиза активировалась.

Или это не конец…

ЭТО ПОСЛЕЛНИЙ ЦИКЛ.

      Но ведь все двери заперты и мне ничего не остаётся делать, кроме как ходить. Стоя на месте, в моей голове проносились эти надписи из фрагментов. У меня было такое ощущение, что эти слова нужно составить в правильный порядок. Но каким образом?       Лиза где-то здесь, но мне было всё равно на неё. Я думал об этих словах. Слова были такими знакомыми, что это кажется связанно с Лизой. Когда-то она работала переводчиком и знала пять языков: португальский, немецкий, японский, английский, итальянский. Я помню эти слова, и как они переводятся. Эти слова были из стиха Лизы. У неё было хобби сочинять стихи.

Получается вот что:

Sussurrei seu nome Mas o vento da noite levou sua voz embora Non mi mossi più nell'attesa inerte Poi il suo indice scivolò sulla mia mano つめたい手でした からだがふるえました Never moving a step, his hand in mine soul I waited for it to pass Und durch Nebel schwindenden Bewusstseins Glaubte ich ein telefon zu hören

Я прошептала твоё имя,

Но ветер ночи унёс твой голос прочь.

Я больше не двигалась во время ожидания,

Потом его палец скользнул по моей руке.

Рука была холодна,

Тело дрожало.

Не делая ни шага, его рука в моей душе.

Я ждала, пока это пройдёт.

И сквозь туман угасающего сознания,

Мне показалось, я слышала телефон.

      Я так понимаю это последняя загадка, которую нужно решить. Подсказки в стихотворении и в эмбрионе. «Ровно десять месяцев назад». Почему-то я начал идти. Кажется, мои ноги знают что делать. Я совершил десять шагов, а затем резко остановился на последнем шагу.

— Детский смешок —

      Детский смешок? Откуда? Я просто стоял и ничего не делал. Этот смешок будто прибил меня в пол как гвоздь. Мои голосовые связки начали сами собой издавать слово «Джей», после чего помолчал три секунды. А затем продолжил издавать это странное слово, или это чьё-то имя через трёхсекундные интервалы. Разными интонациями. — Джей… Джей… Джей… Джей… Джей…

…

— Детский смешок —

      А вот и второй смешок. После того как звал этого Джея, моё тело завибрировало так, словно я стоял на вибро-платмформе. Я стоял и ничего не делал. Лиза дышала в мои уши. Симфония ужаса играла в моей голове. Люстра мерзко скрипела.

…

— Детский смешок —

      Три смешка. Я не знаю, что это сейчас было. Мною будто бы манипулировали. Я не мог контролировать свои эти странные действия. Кажется, это подобие ребёнка издавал эти смешки и контролировал мною. Или это сделал только я и никто больше. Непонятно.       Раздался вдруг сзади телефонный звонок. Телефон у комода с таблетками зазвонил. Кто это может быть? Я подошёл к комоду, снял трубку, приложил к уху.       — Алло, — произнёс я растерянным голосом.       — Ты был выбран, — прозвучал мужской голос из радио, а затем звонок оборвался.       Я услышал щелчок двери, но совсем не такой, как в дверь в подвал или ванной комнаты. Это совсем другая дверь. Всё вокруг затихло. Фонарь после звонка изменился на обычный свет. Я пошёл дальше и увидел слева открытую входную дверь. Вот оно, моё спасения. Я вошёл туда. Проходя дальше, входная дверь закрылась навсегда.

***

Отец был таким занудой!

Каждый день он ел одну и ту же еду,

одевался в одну и ту же одежду,

и сидел перед одной и той же игрой.

Да, он был именно таким человеком,

но затем он просто взял и убил нас всех!

И даже в этом способе он не был оригинален.

Я не жалуюсь, я всё равно умирал от скуки.

…

Но знаете что?

Я ещё вернусь к вам,

и принесу с собой свои новые игрушки.

Продолжение следует…