Тайны разума

***

Идея устроить вечеринку в Хижине Чудес родилась в голове Мейбл с той же мощной силой, с которой единорог мчится на радугу. По её словам, это было «жизненно необходимо для поднятия боевого духа и поиска потенциальных бойфрендов». Хижина преобразилась. Когда Ева посещала это место в прошлый раз оно показалось ей немного мрачноватым и таинственным. Повсюду были самодельные экспонаты, всякие высосанные из пальца сверхъестественные штуки. Но сейчас гирлянды сменили паутину, а вместо зловещих чучел на стенах красовались нарисованные Мейбл плакаты с улыбающимися животными. За прилавком стоял Зус в своей неизменной ермолке, а его бабушка с невозмутимым видом вязала в углу свитер красочной расцветки, словно вечеринки с попкорном и танцами были для нее обычным делом. Ева стояла у столика с пуншем, чувствуя себя немного не в своей тарелке. Оливер, пристроившись рядом с Зусом, с восторгом наблюдал, как тот демонстрирует ему новый экспонат «летающую змею». Музыка, смех, общая суета — всё это было приятно, но отстраненно. Казалось, будто Ева смотрела на всё через толстое стекло. — До сих пор никаких признаков его активности? — Диппер появился рядом с Евой, держа в руках стакан с газировкой. Его лицо было серьезным. — Ни снов? Ни искажений реальности? Ева покачала головой, с благодарностью принимая его заботу. — Ничего. Полная тишина. И это меня пугает больше всего. Как будто он затаился и ждет. В голове Евы появилась идея о том, что стоит скрыть последний визит Билла и рассказать о нем позже, когда атмосфера будет располагать к такому разговору. Ева чувствовала, что начинает все больше и больше доверять Пайнсам, которые так радушно приняли ее в свой круг общения, чем облегчили ей жизнь. Одна только мысль о том, что она не одна выступает против демона разума, вселяла в ее сердце каплю спокойствия и создавало чувство поддержки. — Классическая тактика Билла, — Диппер нахмурился. — Он выжидает, пока мы расслабимся. Нужно быть начеку. Может, стоит проверить… — Ой, хватит уже твоих параноидальных фантазий! — Мейбл вклинилась между ними, сияя в свитере с блестками. — Это вечеринка! Ве-че-рин-ка! Здесь положено веселиться, а не строить заговоры! — Она обняла Еву за плечи. — Ев, не слушай его. Сегодня твоя задача — расслабиться и, возможно, найти себе симпатичного парня! — Ну Мейбл! — Ева покраснела. — Что? Я просто смотрю в корень проблемы! — Мейбл подмигнула, обводя взглядом немногочисленных местных подростков. — Вон, смотри, Том! Немного деревянный, но сердце золотое! Или, о боже, Арчи! От него иногда пахнет рыбой, но зато какие мускулы! А еще у него есть свой катер, прикинь? Ева смущенно улыбнулась. — Не надо, Мейбл. Я не для этого пришла. — А для чего же ещё? Ты же девочка! Девочки должны влюбляться, страдать от безответной любви, обмениваться записочками! — Мейбл вздохнула, с драматизмом прижимая руку к сердцу. — У меня вот был роман с гномами, ха-ха! И с зомби! И все это за одно лето! А у тебя что? Ни одного? Ева опустила глаза, разглядывая узор на своем стаканчике. — Нет. Ни одного. — ей стало вдруг грустно. — В Калифорнии было не до того. А потом… родители, Оливер, переезд… Сейчас, кажется, уже и поздно. Мне кажется, я даже не знаю, как это — нравиться кому-то. — Никогда не поздно! — воскликнула Мейбл, хватая её за руки. — Мы это исправим! Мейбл Пайнс берёт тебя под своё крыло! Их разговор, полный смеха и девичьих секретов, не ускользнул от того, кто наблюдал из самого тёмного угла комнаты, прикинувшись простой тенью. Билл, чьё сознание было привязано к дому Сноу, давно уже сделал Оливера своим «информатором». И пока девушки болтали, мальчик, желавший помочь своей сестре, мысленно, как его и учили, прошептал самое главное: «Ева грустит. И мне теперь тоже грустно». В тени что-то дрогнуло. Мысль, стремительная и ядовитая, оформилась в план. Какая ирония! Его величайший враг, носительница проклятого дара, уязвима из-за самой банальной, самой жалкой человеческой слабости — одиночества.

***

Вечеринка была в самом разгаре, когда в дверь вошёл он. Высокий, темноволосый парень лет семнадцати, в простой футболке и джинсах. Он выглядел немного потерянным, но на его лице играла лёгкая, дружелюбная улыбка. Парень ловко проскочил через толпу танцующих подростков и обосновался в углу большой комнаты, разглядывая присутствующих. Ева как раз отошла от Мейбл, чтобы перевести дух, и оказалась около витрины с аномалиями. Она все думала о словах, сказанных своей новой подругой. Может, ей правда стоит познакомиться с кем-то? С кем-то, кто не в курсе ее жизненной ситуации, с кем можно просто поговорить и обсудить, ну например, погоду или любимые книги. Может, Еве и хотелось бы влюбиться. Или просто понравиться кому-то. Читать коллекцию любовных романом своей бабушки — это одно, но почувствовать симпатию к кому-то в реальной жизни — совсем новый и неизведанный для Евы мир. Задумавшись, она и не заметила, как начала разглядывать витрину с заспиртованным существом с тремя глазами. Она и не заметила, как за ее спиной появилась тень, а за ней последовал приятный теплый голос: — Жутковатый выбор для вечеринки, не находишь? Она обернулась и встретилась взглядом с незнакомцем. У него были карие глаза. Обычные, добрые, карие глаза. — Я… да, наверное, — смутилась Ева. — Я — Эндрю, — парень улыбнулся, и в уголках его глаз собрались лучики морщинок. — Я приехал погостить к родственникам. А ты тут, видимо, своя? — Ева, — представилась она. — Да, я тут недавно живу. — Признайся, ты тоже пришла сюда в поисках острых ощущений? — спросил Эндрю, кивая на витрину. — Или тебя, как и меня, затянуло сюда против воли? — Скорее второе, — честно ответила Ева. — Моя подруга Мейбл… она настоящий ураган. — Понимаю. Иногда ураганы приносят неожиданные сюрпризы, — его взгляд снова стал теплым. — Например, приятные знакомства. Разговор завязался сам собой. Эндрю был удивительно… нормальным. Он шутил, но не слишком навязчиво, рассказывал забавные истории из жизни в своем родном городе — Портленде, и слушал её так внимательно, словно каждое её слово было невероятно важным. — А тебе не кажется, что все эти аномалии… они как-то связаны с нашим внутренним миром? — неожиданно спросил Эндрю, глядя на трёхглазое существо. — Как будто наши страхи и желания материализуются в таких местах, как этот город. Ева насторожилась. Слишком глубокая мысль для случайного светского разговора. — Возможно. Но иногда монстры бывают самыми настоящими. — Конечно, — легко согласился он. — Но разве не интереснее думать, что у каждой тени есть своя причина? Что даже в самом страшном есть частичка… понимания? Ева задумалась. Его слова странным образом отзывались в ней. — Никогда не думала об этом в таком ключе. — Я много времени провожу в размышлениях, — улыбнулся парень. — Иногда кажется, что я понимаю чужие чувства лучше, чем свои собственные. Они простояли так почти полчаса, и с каждой минутой Ева чувствовала себя все спокойнее. Он не пытался её трогать, не говорил комплиментов. Он просто был… приятным собеседником, который, казалось, понимал её с полуслова. И для Евы, изголодавшейся по простому человеческому общению без подтекста страха и опасности, это было как глоток свежего воздуха. Она смеялась, она отвечала, и на мгновение забыла о демонах, дарах и своём одиночестве. В самый разгар разговора о любимых книгах, Эндрю ненадолго замолчал, глядя на неё с странной, задумчивой улыбкой. — Знаешь, Ева, — сказал он тихо, — с тобой очень легко. Как со старым другом. В этот момент где-то в глубине её сознания, под слоем приятного волнения, шевельнулся крошечный, ледяной червячок сомнения. Что-то было не так. Слишком уж идеально. Слишком вовремя. Слишком уж он понимал всё без слов. Но она отогнала эту мысль. Ей так хотелось, чтобы этот миг был настоящим. — Мне тоже, — тихо ответила она. Она не видела, как в его карих, тёплых глазах, на долю секунды, вспыхнул и погас триумфальный огонёк чистого, сводящего с ума золота. Охотник сделал первый шаг. И приманка сработала.

***

На следующее утро после вечеринки дом Сноу снова наполнился привычной тишиной, но на этот раз она была иной — не пустой, а задумчивой. Ева мыла посуду после завтрака. Сегодня она с большим энтузиазмом приготовила картофельную запеканку, чем очень порадовала маленького Оливера. Все утро она задумчиво глядела через окно на лес, но взгляд ее не был пустующим, как это обычно бывает в последнее время, а на губах играла едва заметная улыбка. Эту улыбку с порога кухни и засекла Мейбл, влетевшая в дом с криком: «Есть кто живой? Я принесла остатки торта с вечеринки и свежие сплетни!» — Привет, — отозвалась Ева, споласкивая последнюю тарелку. — Оливер уже в садике. — Отлично! Значит, можем поговорить без маленьких ушей! — Мейбл шлепнула картонную коробку с тортом на стол и устроилась на стуле, поджав ноги. Ее глаза-бусинки сфокусировались на лице подруги. — Итак, начнем с самого инетерсного. Я всё видела. Ева замерла с тарелкой в руках. — Что именно ты видела? — О, не притворяйся! — Мейбл хлопнула себя по коленям. — Ты полчаса простояла в углу с каким-то загадочным незнакомцем! Тот самый, высокий, темноволосый? Я на него сразу обратила внимание, но он явно не оценил этого. Зато, хи-хи, у тебя вечер прошел гораздо приятнее. Кто это?! Откуда?! Вы уже были знакомы? Под напором вопросов Ева сдалась. Она поставила тарелку на сушилку, вытерла руки и села напротив Мейбл, чувствуя, как щеки наливаются румянцем. — Его зовут Эндрю. Он… приехал погостить к родственникам. И не придумывай себе ничего лишнего, мы просто разговаривали. — Просто разговаривали? Не говори ерунды. Я заметила, как ты смотрела на него. — воскликнула Мейбл. — Ну, рассказывай! Какой он? О чем говорили? Он милый? Он смешной? У него есть тайная страсть к шоколаду или коллекционированию бабочек? — Он… просто нормальный, — начала Ева, и сама удивилась этому слову. — И да, милый. И смешной. Мы говорили о книгах, об экспонатах, о Гравити Фолз… Он сказал, что со мной легко общаться. — АААА! — Мейбл издала восторженный визг, от которого, казалось, задрожали стаканы в шкафу. — Он понял! Он увидел в тебе прекрасного человека и сильную личность, скрытую под слоем скромности и тостов с джемом! Это же идеально! И так романтично, божечки… — Мейбл, тише! — засмеялась Ева, но ее глаза сияли. — Мы просто поговорили. Один раз. — И один раз — это только начало великой сказки о любви! — провозгласила Мейбл, размахивая куском торта, как дирижерской палочкой. — Ты не можешь просто так отпустить это! Ты должна действовать! — Что? Нет! — Ева всплеснула руками. — Я не могу ему написать или что-то в этом роде. Мы даже не обменялись контактами. — Э-э-э, детка, в каком веке ты живешь? — Мейбл скептически склонила голову набок. — Мы найдем его! Гравити Фолз — не Нью-Йорк, тут все всех знают. Эндрю, говоришь? Темноволосый, симпатичный? Джинсы, футболка? Расследование начинается! Я наведу справки. — Мейбл, нет! — Ева почувствовала приступ паники. — Это будет выглядеть так… отчаянно. Словно я вцепилась в него как. как не знаю кто! — Это будет выглядеть как проявление здорового интереса! — поправила ее Мейбл. — Слушай, Ев. Ты всю жизнь была взрослой. Тебе нужна хоть капля этого безумия, этой неопределенности! Ты заслуживаешь немного веселья и бабочек в животе. А не сидеть тут одна в своем домике-крепости. Слова Мейбл попали в цель. Ева снова почувствовала то щемящее чувство одиночества, которое на время развеял вчерашний разговор. — А что, если он… не захочет меня видеть? — тихо спросила она. — Тогда он круглый идиот, и мы устроим на него облаву, — без тени сомнения заявила Мейбл. — Но он не идиот. Он с тобой разговаривал. С тобой! С самой крутой и загадочной девушкой в городе! Он будет счастлив тебя снова увидеть. Доверься эксперту! Мейбл подмигнула и принялась за торт, оставляя Еву наедине с бушующими мыслями. Страх боролся с робкой надеждой. А где-то на задворках ее разума шевелилась настороженность, приглушенная жаждой простого человеческого тепла. План Мейбл был пугающим и восхитительным одновременно. И, сама того не ведая, она своими руками подталкивала подругу прямиком в искусно расставленные сети. Оставалось только ждать, когда охотник решит, что пришло время для следующего «случайного» свидания.