«𝙺𝚘гд𝚊 п𝚊д𝚊𝚎𝚃 𝚙𝚘𝟹𝚊»

Часть 21. “Пробуждение в подвале” Холод. Сыро. Запах пыли, ржавчины и чего-то старого, давно забытого. Вальт медленно пришёл в себя, свет бил в глаза — слабая лампочка под потолком мигала, будто дразня его. Он попытался пошевелиться… но руки были затянуты верёвками, грубо, больно, до синяков. Ноги тоже. Дыхание сразу сбилось. — …нет… нет… только не снова… — прошептал он едва слышно, чувствуя, будто прошлое накрыло его с головой. Дверь со скрипом открылась. И в тусклый свет вошёл он. Грег. Тот, от кого он бежал полжизни. Тот, чьё дыхание он помнил. Тот, чьи руки держали его в темноте когда-то давно. Грег наклонился, улыбаясь так, будто встретил старого друга. — Проснулся… малыш? У Вальта по спине прошёл ледяной шок. — Ч-что ты… что ты хочешь от меня?! — закричал он, голос сорвался, стал высоким, дрожащим. — Зачем ты снова это делаешь?! Чего ты хочешь добиться?! Оставь меня в покое!! Грег подошёл ближе. Вальт начал отодвигаться назад — насколько позволяли верёвки — и кричал ещё громче, отчаяннее. Но Грег лишь поднял руку. И резко ударил его по лицу. Так сильно, что голова Вальта откинулась, по щеке пошла тёплая боль. — Всё тот же шумный щенок. Голос Грега был спокойным, липким, мерзким. Вальт пытался ещё что-то сказать, кричать, проклинать, просить… но Грег резко наклонился, схватил его за подбородок и сунул в рот тряпку, затянув кляп. — Тише. Ты же знаешь правила. Он повернулся и медленно вышел, словно наслаждаясь моментом. Дверь закрылась. Замок щёлкнул. Вальт остался один. В дрожащем свете лампочки. С кляпом во рту. С болью на щеке. С верёвками на руках. Он закрывал глаза и начинал тихо плакать, почти полностью беззвучно. Настоящие слёзы. Не о себе. О доме. О том, кто стал этим домом. — Шу… — это имя с болью прозвучало внутри его головы. Он больше всего на свете хотел вернуться туда — в тёплые объятия, к тому спокойствию, которое Шу давал ему каждый день. Дом — это Шу. И мысль, что Шу сейчас думает, что он просто пропал… разрывала его изнутри страшнее верёвок. Шу не спал уже несколько суток. Глаза красные, опухшие от постоянных слёз, руки дрожат, он сидел на полу в комнате Вальта, сжимая его худи. Каждая минута без него — пытка. Каждая секунда тишины — как нож в грудь. Шу смотрел на фотографию Вальта на телефоне и вдруг захлёбывался от рыдания. — Вальт… где ты… где ты, блин… — голос срывался, становился хриплым. Он бил кулаком по полу. Он тянул волосы на затылке. Он не мог дышать. Рантаро и Фрии пытались успокоить, но Шу отталкивал всех. — НЕ ТРОГАЙТЕ МЕНЯ! — МНЕ НУЖЕН ОН! — Я ДОЛЖЕН БЫТЬ С НИМ! Он резко встал, пошатываясь, держась за стену, сердце колотилось так, что можно было услышать. — Он там один… один… он боится… — Шу закрыл лицо руками, и из-под пальцев потекли горячие слёзы. — Он думает, что я его бросил… что я не пришёл… что я не спас его…а я обещал, что все будет хорошо, что буду рядом с ним. Он рухнул на колени. Просто рухнул на полу Вальтовой комнаты. Вся компания стояла позади — тихо, молча, понимая, что сейчас ни одно слово не сможет залечить эту боль. Шу плакал так, будто разрывал себе душу. — Вальт… прости… только не оставляй меня… прошу… держись… пожалуйста… держись… Он смотрел в пустоту, будто пытаясь почувствовать Вальта где-то далеко. А в это время… в подвале… на холодном бетонном полу… Вальт тоже думал о нём. И плакал, задыхаясь под кляпом.