☆彡彡𝔹𝕦𝕥𝕥𝕖𝕣𝕗𝕝𝕪 𝕊𝕠𝕦𝕡ミミ☆

— …И теперь эта отдача мучает нас с завидной периодичностью, — закончил рассказ Вихрь. — Она как фантомная боль, возникает когда хочет и в любой момент насылает те же ощущения, что идут после отдачи квирка. Как, например, в последние дни. Всё болит, тебя трясёт, и ощущаешь, будто уже сдох, но какая-то сила всё ещё держит тебя тут, не давая уйти в мир иной и избавиться от этого противного чувства боли. — Если быть честным… — высказался Компресс, благодарно кивнув товарищу, когда тот закончил массировать ему плечи. — Отдача зомбификации — самое больное и, вместе с тем, противное ощущение, которое мне доводилось когда-либо испытывать. Единственное, что — оно не даст умереть даже в самой плачевной ситуации, когда ты стал почти пылью, а саму отдачу очень легко сбить. Но всё же…это поистине неприятно. Ацухиро слегка передёрнуло. — Могли бы и сказать, мы бы сбили эту отдачу, если вас так накрывает, — Спиннер сложил руки на груди. Ему было довольно обидно, что товарищи не поделились с ним этой тайной, хотя он и прекрасно понимал причину. — Не думаю, что вам бы отказали. Ацухиро с Эиджи переглянулись так растерянно, что и Шуичи, и Томура почувствовали себя слегка неуютно. Будто обвинили товарищей в том, что они раскрыли сокровенную тайну позже положенного. — Эй, это их личное дело, Спиннер, — одёрнул подопечного Шигараки, чтобы сбить наваждение. — Тем более, они уже всё рассказали и выказали нам доверие. Что довольно ценно, учитывая, как их не по-детски штырит. Но в одном ты прав — в этой тайне нет ничего смешного или постыдного… Я тут точно не помощник, но остальные промнут вас где хотите, если надо. Вы мне нужны в хорошей подготовке и расположении духа… — продолжил парень и тут же осёкся. — Но Миланте не в счёт! Бойцы Лиги прыснули со смеху одновременно, но спорить не стали. Каждый уже выучил, что, если они попросят Миланте о помощи, то помогать им или нет — её и только её выбор. Хотя Томура, как привилегированный, мог оттянуть этот момент, что часто и делал, но очередь всё равно доходила до адресата той или иной просьбы. Особенно это относилось к Эиджи. Из наблюдений всей Лиги, Миланте относилась к нему, как к реальному младшему брату. Присматривала, делала мелкие замечания, давала напутствия перед очередной вылазкой или предупреждение, которое могло помочь. Да, и вообще, давала даже самые обычные житейские советы. Сам Фуума часто помогал Миланте, присматривая за Лигой и боссом в её отсутствие, и всячески подбадривал, когда девушка была не в настроении. Основной удар тоже иногда принимал именно он, пользуясь тем, что их налаженная связь помогала ему поднять ей настроение в кратчайшие сроки. Шигараки как-то знатно удивился, когда застал отдыхающую Миланте, лежащей головой у Эиджи на коленях, пока тот напевал песню на иностранном языке. Увидев живописное лицо босса, он приложил палец к губам, прося не шуметь. -… Еле как переборов себя и скрипнув зубами от досады, что девушка обратилась не к нему, Томура послушал Эиджи. И не прогадал. Такая процедура, как выразилась сама Миланте, была хорошим средством от мигрени. В отличие от того же идиота Даби, ревновать Миланте к Эиджи у Шигараки не получалось. Хотя бы потому, что все ласковые и мягкие взгляды Вихря уходили Тоге, как и комплименты, от которых порой алели уши даже у таких «покерфэйсников» как Миланте, Даби и Компресс. С самой же Миланте Эиджи вёл себя как подросток или ребёнок и ни один его взгляд не говорил о том, что он пялился на неё как на девушку и приставал, пусть даже и в шутку. Но, не смотря на серьёзное отношение к своей «роли» младшего брата, Эиджи был на удивление неуклюж. Порой Томура ловил себя на мысли, что Вихрь копирует персонажа комикса или дорамы, настолько его поведение, как брата, было карикатурным. Если как помощник он вёл себя нормально и более менее обычно реагировал на замечания и поправки старшей сестры, то его попытки ластиться или что-то попросить выглядели…странно. Томура интереса ради даже нашёл несколько фраз из сериалов, которые Эиджи повторял вплоть до интонации. И ведь никто бы ничего не заметил, если бы в остальном Фуума не вёл себя куда более уверенно. У Шигараки сложилось впечатление, что Эиджи просто не знает, как ведут себя обычные подростки по отношению к родителям или просто старшим, когда дело не касается наставлений. Да и не только у него, просто члены Лиги на удивление оказались достаточно тактичны или пофигистичны (ку-ку, Даби), чтобы промолчать. Самому Томуре тоже не были сильно интересны личные проблемы Лиги, по-крайней мере, если о них прямо не говорили, но этот случай поставил даже его в некоторый ступор. Ведь у Эиджи были родители и он ушёл в Синдикат именно чтобы собрать силы для мести героям за их гибель и свои увечья. Но, при этом, парень почти не знал, как правильно проявлять ответную привязанность к близкому родственнику. — Этому есть причина, — сказала как-то Миланте, когда Томура вскользь упомянул об этой теме. — Захочет — сам расскажет. Но, если честно, меня беспокоит, что он боится сближаться со мной. Эта его мерковская осторожность не даёт расслабиться и довериться мне полностью, если речь идёт о моей ласке и заботе к нему, а не наоборот. Он даже не осознаёт, что ждёт от меня подвоха… И, если честно, я не совсем уверена, кого конкретно из призраков его прошлого (и настоящего) можно в этом обвинить. Выслушав её, Шигараки решил, что, коли уж он взялся за решение проблем с Синдикатом, то разберётся и с этим. После многочисленных разговоров со своей девушкой на самые разные темы, Томура понял, что всё в этой жизни взаимосвязано и очень крепко, и толчок экс-наёмника на сближение с Миланте мог помочь и с Синдикатским прошлым. Тем более, наблюдая за братом, девушка иногда впадала в лёгкую грусть, когда в ответ на взъерошенные волосы или мягкий жест, Фуума выдавал недоулыбку и какую-то заученную фразу. Томуру это раздражало, но и высказать прямо он ничего не мог, ведь Эиджи и сам не понимал, что делает что-то не так (хотя, справедливости ради, Компресс, Джин и Химико пытались ему намекнуть). Но самой главной причиной, как казалось Томуре, являлось желание вернуть должок. Эиджи как начал помогать боссу в отношениях с Миланте, так и не забросил это дело. От передачи новой информации, которая могла помочь с идеей для свидания, до отвлечения членов Лиги от Миланте, Эиджи, даже не сговариваясь с Томурой, помогал ему самыми разными методами. — Что? — изогнул бровь Эиджи на прямой вопрос. — У тебя же отлично получается, ты вон, и сам не промах. Мне просто хочется помочь сестре стать счастливой. А раз у вас всё серьёзно, подсобить тебе — прекрасный метод. И вообще, ты не просил меня прекратить, так в чём проблема? — Ни в чём…просто любопытство, — ответил тогда Томура, убеждаясь, что это также один из способов «быть хорошим братом», который использует Вихрь. Бесспорно искренний, как и его забота о Миланте, но дающий понять, что в семейных узах Вихрь профан, и тот факт, что это дошло даже до Томуры (который сам в этом ушёл от младшего товарища не сильно далеко), лишь усугублял ситуацию. И Шигараки бессознательно поставил себе задачу помочь Фууме в ответ, насколько это было в его силах. Так было честно, так было лучше для него и Миланте, раз они считают себя братом и сестрой. Да, и сам процесс общения с экс-наёмником Томура находил занимательным. Что ни говори, а парень был не по годам сообразителен и мудр. Ну, в большей степени, по-крайней мере. Возвращаясь к текущему разговору. — И как тебе первая встреча с Оллмайтом? — спросил Шигараки, отвлёкшись от насущных мыслей и спокойно добавил. — Какого ты вообще о нём мнения? Вопрос был актуален. Эиджи редко прямо высказывался о героях в каком-либо ключе, если это не были Мируко и Старатель, которых он хаял с заядлой периодичностью даже после того, как узнал, что это ВЗО корень многих его бед. Компресс и Спиннер развернулись к нему, заинтересованные. Шурх… На втором этаже вдруг послышался тихий шорох и на лестницу вышла Миланте, незаметно наблюдая за парнями. Она услышала вопрос Томуры и с любопытством ожидала ответа братишки. — Хм… — Фуума задумался. — Я бы сказал — нейтрально. Главный минус Оллмайта — порождение и поддержание гнилой и нестабильной системы, которая полагается на «символа», хочет того сам Оллмайт или нет. Но сам по себе он всё же настоящий герой. Я наблюдал за ним и изучал его личность на занятиях ещё до первой миссии с Алым Бунтарём и мне особо не к чему придраться. Он спасал каждого, кого мог, даже рискуя подставиться, и у него есть своей кодекс чести, что уже достойно уважения. Миланте мягко улыбнулась. То, что её братишка был одним из тех, кто не гонит на Оллмайта — грело ей сердце. — А что касается системы… — продолжил Вихрь. — Виноват ли кумир, что часть его фанатов не имеет мозгов? — краем глаза он указал на Спиннера. — Как Штейн, например. Думаю, вопрос риторический. Резюмируя: у меня есть вопросы к Оллмайту, но в целом он прекрасный герой и корить его особо не за что. Сейчас он ушёл с поста и больше не несёт клеймо Символа мира. Его убийство в данный момент — то же самое, что напасть на ветерана войны, который уже отдал цену за свои награды, вместо того, чтобы дать втык солдафонам, которые развязывают новую войну. Даже звучит до глупого бесчестно. -… Томура задумчиво смотрел на него, внимательно слушая. — Тем более, в глазах обывателей и многих героев, Оллмайт уйдёт как мученик, убитый вероломными злодеями, и идеология «символа» может укрепиться, несмотря на то, что уже сейчас доказывает свою несостоятельность без его силы, — поддержал Вихря Ацухиро. — Так что, как бы кто не относился к бывшему номеру 1, сейчас его убийство действительно бессмысленно. Нам лучше сконцентрировать силы на самой системе и тех, кто представляет её в данный момент. — В общем, если подытожить… По поводу первой нашей встречи мне почти нечего сказать, — Эиджи пожал плечами. — Я был не в том состоянии, чтобы как-то реагировать на Оллмайта, в попытке сохранить свои мозги. — Пфпх. Шигараки невольно фыркнул. Порой рассуждения Эиджи были слишком логичны и обоснованны: это действовало ему на нервы. Хотя тот факт, что смерть Оллмайта сейчас не принесёт им какой-то пользы, был более чем рациональным по мнению всех в Лиге. А еще…то, что Эиджи и даже Ацухиро со Спиннером относились к экс-Символу мира в нейтрально-положительном ключе — нереально коробило лидера. — Что ж…было любопытно послушать твоё мнение, Вихрь, — Томура усмехнулся, качая головой. — Рассуждаешь о бывшем топчике, почти как твоя сестра, хах. Забавно… — Ты имеешь что-то против? — хмыкнул Эиджи, сложив руки на груди. — Шигараки, брось, мы все знаем, как ты сильно не любишь бывшего Героя номер 1. Хочешь что-то добавить? — Для меня не имеет значения, что вы думаете об этом старикашке, — тягуче протянул Томура. — Важно, что я всё ещё ненавижу его всей своей шкурой и однажды уничтожу. А также всё его наследие, и ещё… Бамц! Сверху на голову Шигараки вдруг упал том манги, стукнув прямо по темечку. Охнув, парень скривился и потёр макушку, вскинув голову. — Ты… — заметив наверху невинно улыбающуюся Миланте, Томура тяжело выдохнул воздух носом. — Упс! Сорян, зая, она нечаянно выскользнула из рук, — девушка сложила ладони в извиняющемся жесте. — «Случайно», да.? — Шигараки с покер фэйсом поднял двумя пальцами мангу и скептически воззрился на любимую снизу. — А ещё, ты, наверное, вовсе и не подслушивала наш разговор? Святая невинность, пфех… — Ну, вы же знаете, что у меня отменный слух, — пустила смешок Миланте, облокотившись об перила. — А что, вам есть что от меня скрывать? — Нет, сестра, — Эиджи улыбнулся, давя смех с выражения лица босса. — От тебя — никаких тайн, ха-ха! Томура в это время на заднем плане невозмутимо полистал мангу и кинул её на столик. А Миланте тепло улыбнулась брату в ответ, внутренне хихикая над тем, как он смущается. Пока её не отвлекли. — Хэй, Вихрь! — недовольно окликнул друга Спиннер, сложив руки на груди. — Не хочу показаться грубым или что-то в этом роде…но почему ты, когда говорил о безмозглых фанатах, упомянул Штейна? Он с нами едва ли не одно дело делал, только своими методами! И считает Оллмайта истинным героем, только и всего. Почему сразу безмозглый? Томура усмехнулся, ибо до него причина дошла сразу, и примерно догадался, что именно Эиджи ответит товарищу. Миланте, в принципе уже знала ответ, но, заметив задумчивое выражение лица брата, приготовилась слушать, как именно малой будет объяснять свою точку зрения. — Ха-а… Фуума мягко выдохнул, собирая мысли в кучу. Возможно, его слова прозвучали слегка грубовато, хотя он совершенно не собирался оскорблять чьего-либо кумира. Но раз Игучи уже зацепился за это, то он просто достанет из закромов объяснение на такой случай. — В мире, чувак, есть несколько типов людей, которых я всей душой минимум недолюбливаю, а максимум ненавижу всем своим естеством, — начал издалека наёмник. — Одни из таких — гордецы, принижающие достоинства других, чтобы за их счёт выставить напоказ свои и скрыть недостатки, как, например, Старатель. Либо предатели, которые везде пытаются извлечь выгоду, не гнушаясь никакими методами и жертвуя всем: от других людей, до собственной чести. Все присутствующие хмыкнули, понимая кого здесь можно взять в пример. — А третий тип, — продолжил Эиджи. — Фанатики. Зрачки Спиннера расширились от понимания того, к чему он ведёт. — Для меня фанатики — люди, которые превозносят что-либо или кого-либо над всем остальным и верят в исключительность выбранного, совершенно не разбираясь в том, о чём идёт речь. Никого не напоминает? — Эиджи изогнул бровь и скрестил руки на груди. — То, что Штейн делает схожие с нами дела, изничтожая ложных героев, это правда. Но его действия уже провальны, хотя бы потому, что «истинных героев» в его понимании на данный момент всего двое. Что автоматически неправильно. Если в мире есть ложные герои, это не значит, что такие все, кроме Символа Мира и его личного ученика. А то, что указ именно на них, ещё и лицемерие, ведь это означает, что дальше верхних строчек героев Штейн никогда не копался. -… Спиннер нахмурился и отвёл взгляд. Слова про его кумира звучали дольно обидно, но ещё хуже было то, что Шуичи нечего было возразить. — Для примера — Тэнсей Иида, — сказала Фуума. Имя последней жертвы Штейна заинтересовало Томуру и Миланте. — Я знаю этого парня лично. Он обращался в Синдикат не один десяток раз, а знаешь зачем? — Зачем? — переспросил Шуичи. — Он платил нам за то, чтобы мы искали улики и доказательства по поводу купленных и разваленных дел. Если преступника, которого поймали герои или, тем более, лично он, отпускали на свободу, Тэнсей платил за то, чтобы мы нашли способы запихнуть ублюдка обратно за решетку. Проще говоря, Синдикат проводил собственное расследование, которое Ингениум оплачивал из своего кармана. — И как? — спросила Миланте со своего наблюдательного пункта. — Многих упекли? — Да, — ответил Эиджи. — Тех, кого не упекли, упекать было не за что. Тогда мы приносили доказательства уже реальных виновных и помогали провести дела, чтобы преступника точно посадили далеко и надолго. При этом, Синдикат всегда проверяет заказчиков, особенно среди про-хиро. Я готов поставить свою голову на то, что Ингениум настоящий герой. Он не взяточник, не бросал людей, всегда исправно выполнял свою работу и не вёл никаких тёмных дел. Даже в его семье не было ничего, к чему можно прикопаться. И единственный акт нарушения закона Тэнсеем — это обращение к наёмникам, чтобы установить справедливость там, где законные методы не приносили результата. Он ни разу не обратился за чьим-то убийством или слежкой, даже когда активно стал с нами сотрудничать. Нет. Только помощь в раскрытие дел и только за свои личные деньги, а не, например, за деньги со счёта агентства. — Ингениум, видимо, местный богач и меценат, — насмешливо бросил Шигараки. — Коли со своего кармана платил вам и копам. Это всё равно не делает его каким-то особенным и Штейна он явно не впечатлил. — Да. И что же сделал Штейн? — иронично хмыкнул Вихрь. — Попытался убить Ингениума, не зная о нём, как о герое, даже малой толики информации. А всё потому, что Тэнсей не Всемогущий и не использует его стиль геройства, а лишь выполняет свою работу. Это халатно и бесчестно, Спиннер. И если честно, я не убил Штейна только потому, что просто не успел. Мидория и Тодороки оказались чуть удачливее, быстрее и завершили бесчинства Штейна по своему разумению. Обидно, но справедливо, что уж поделаешь. — Почему же ты не вмешался раньше? — поинтересовался Томура. — Если уж действия Штейна так раздражали тебя. — До этого среди жертв не было тех, про кого можно было стопроцентно ручаться, как за Ингениума, — объяснил Эиджи. — Тем более, ранее действия Штейна были частично выгодны наёмникам, а вот нападение на Тэнсея трактовалось как разрушение наших партнёрских связей. Плюс, тут мы точно знали, что Штейн напал не на того человека. — Но разве странно, что Штейн взял за пример Символа мира? — покачал головой Шуичи, стараясь как-то оправдать действия кумира. — Странно, — твёрдо ответил Вихрь. — Ведь мы вновь возвращаемся к теме фанатизма и бесчестия на его почве. Если ты считаешь кого-либо идеальным, ты уже не прав. А если пытаешься навязать это другим, при этом ставя под угрозу чужие жизни, только потому что не все герои годзиллы в американских трениках, то ты неправ вдвойне. Миланте вскинула брови на такую формулировку об Оллмайте, но прерывать брата не стала. Про него уже было высказано достаточно, а сейчас малой лишь выговаривается на предвзятость. В принципе, не без оснований. — Поэтому действия Штейна отвратительны, с какой стороны ни смотри. Это бесчестный, свихнувшийся ублю… — тут Эиджи осёкся, поймав выразительный взгляд сестры. — …придурок. На его фоне даже люди вроде Мускула выглядят лучше. Ведь Гото, пусть и маньяк, но никому скидок не делает, в том числе и себе. А если ты взялся ломать систему, то ты либо смотришь на каждого, либо опрокидываешь сразу всех. А то, что творил Штейн — фанатизм и лицемерие, — парень выдохнул и отпил кофе, который уже был слегка остывшим. — Я не осуждаю тех, кто восхищается целью Штейна очистить мир от ложных героев, особенно тебя, своего товарища, Спиннер. Но надо понимать, что если ты взялся за дело, действовать надо на совесть. Иначе ты, как и Штейн, не более чем убийца, недостойный жить. Так что, если система и нуждается в изменении, то это явно не стиль Штейна. — Пожалуй, я соглашусь с этим, — подал голос Компресс. — А теперь, предлагаю немного отойти от сложных рассуждений и проветриться. Нужно побыть на свежем воздухе. — Мне тоже, — задумчиво отозвался Игучи, находясь в своих мыслях. После речи Вихря ему нужно было хорошо подумать над всем сказанным. — Правильно, нечего в пыли сидеть, — улыбнулась Миланте, поймав подкинутую Томурой мангу. — Валите. Она была во многом согласна с братом. Однако, поправлять его она будет в другой раз. Ей хотелось лично поговорить с ним об его мировоззрении и о многих других аспектах, поэтому она придержит свои замечания. Тем более, учитывая, как он наблюдает за её словами и действиями, возможно, он сам себя поправит. Так было бы даже приятнее. Когда Ацухиро со Спиннером ушли, Эиджи подсел к Томуре с банкой газировки, явно желая о чём-то поговорить. Миланте прекрасно чувствовала, как эти двое пытаются помочь друг другу и не желала их отвлекать. Её ждала недочитанная манга, за которой она и скрасит ожидание новых идей от этого шебутного дуэта.

***

Эиджи присел рядом с Томурой, краем глаза наблюдая как он играет. Босс махался на PvP, шёпотом проклиная незадачливых (и вынужденных) тиммейтов. Вихрь сдержал хмык. Он никогда не понимал своё поколение и его тягу к играм, не говоря уже о старших. Хотя сам, чтобы убить время, тоже мог найти для себя что-то интересное, но не так уж и часто. — Какие-то они все косые, — протянул Эиджи через какое-то время. — С расстояния в два пальца попасть не могут. — Вот именно, — Шигараки резко швырнул мобильный на диван. — Г-р-р-р… Бесполезные дебилы! — Да ладно тебе, не кипятись, — с расслабляющей улыбкой Эи быстренько сунул в руку лидера банку газировки. — Чёрт бы с ними. Давай попробую тебе посаппортить? — Нет. Мне надо остыть, — Шигараки посмотрел на телефон, как на подлую крысу. — А то я распылю его к чёртовой матери. Позже попробуем вместе, так и быть. Фуума не стал спорить и они с боссом откинулись на спинку дивана, расслабившись. Одна из причин, по которой Шигараки злился и рычал на Вихря откровенно мало, это было умение младшего подстроиться под ситуацию и настроение других. Как ни странно, самым комфортным было просто молчать. Даже в мелочах Эи оказывал всем незримую поддержку, не трепая языком, но присутствуя здесь и сейчас. » — Интересно, его обучали подобным психологическим навыкам в Синдикате или это личный скилл? — мелькнула мысль у Шигараки. — Кстати о нём…» — Как там Синдикат? — Томура повернул голову к почти-шурину (как любила сказануть Химико). — Ты выяснил что-то новое? — Более того, к операции по нейтрализации верхушки Синдиката почти всё готово, — ухмыляясь, ответил Вихрь. — Я устранил всевозможных мелких сошек, преданных начальству. Осталось выяснить, где скрывается Зомбяк и остальные главари. И ещё одно дело. А после можно приступать. — Что за дело? — полюбопытствовал Томура. — Я не нашёл почти с десяток бойцов Синдиката, — ответил Вихрь, его глаза слегка погрустнели. — Среди которых пара моих приятелей и бывший напарник. Ныне покойные говорили что-то об их предательстве, но такие уловки в стиле Зомби. Поэтому перед устранением бывшего босса я хочу выяснить, на чьей стороне те, кого назвали отступниками, — пояснил он. — Если тебя не впечатляет причина чести, то посуди сам. Судьба тех, кто мог уйти, аналогична моей — они нанялись кому-то другому, поэтому, убивая без причины, мы можем нажить себе лишних врагов, а положение у нас и так не ахти. — Всё в порядке, — отозвался Томура. — Я понимаю, что даже среди них есть те, кого ты не хочешь убивать. Это нормально. И, эй, — он двинул Эиджи локтём в бок. — У меня всё не так уж плохо с честью, так что не надо тут. Эиджи улыбнулся и кивнул, принимая это во внимание. — В этой твоей пламенной речи я во многом тебя понимаю, — искренне сказал Шигараки. — Если не считать Оллмайта, разумеется. Вихрь фыркнул, но спорить не стал. Рано или поздно Томура сам всё поймёт, ростки уже появились. По-крайней мере, Эиджи в это верил. — Даже если у меня другие методы прийти к одному мнению с тобой, я ничего не имею против твоего кодекса чести, — Томура отхлебнул из банки. — Наоборот. Ты этим помогаешь мне и Миланте держать Лигу в целостности, ведь тебя они тоже слушают. Особенно, Твайс и Тога. Эти двое сами себе на уме и порой их выкидоны излишне эксцентричны. Они могут привлечь ненароком к себе лишнее и ненужное внимание. — Они всегда были такими. А насчёт сказанного выше… Рад, что ты так думаешь, — слегка смутился Фуума. — Я знаю, а не думаю, — пустив смешок, прищурился Шигараки. — Поэтому делай что вздумается, я не против. Только бери с собой Спиннера или Компресса хоть иногда. Мой тебе совет. Эиджи изогнул бровь на такой приказ. — Миланте беспокоится, когда ты пропадаешь надолго, — пояснил Томура, покачивая ногой. — И твоя кровопийца тоже. А так хоть какая-то подстраховка. — Лады, — спокойно согласился Эиджи, держа в уме информацию о сестре и своей девушке. — Как у вас с сестрёнкой дела, кстати? — он заигрывающе подвигал бровями. — Было? — Не-а, — тяжело вздохнул Томура. — Ни в какую не хочет. В своём любимом невозмутимом стиле даёт мне регулярный от ворот поворот…Ты снова оказался прав, падла. — Ри-хи-хи-хи!.. — Эи сжал челюсти, чтобы не заржать в голос с его лица, что выражало вселенскую несправедливость. — Ну, в этом ничего страшного, чувак. Нужно время. Некоторые, чтобы добиться расположения девушки, чуть ли не годами ухаживают! А от тебя требуется только серьёзность в целях и искренность намерений. Эиджи положил ему руку на плечо, поддерживая. Про себя Шигараки отметил, что это очень даже помогало, а не бесило. — Босс, наберись терпения, — расслабляюще улыбнулся Вихрь. — И отставь в сторону эту тему при Миланте. Не напоминай ей об этом, а сосредоточься на чём-то серьёзном, ну и романтике, само собой. Сестрёнка делилась со мной некоторыми вашими прогулками, так что ты отлично справляешься. Продолжай в том же духе. — Предлагаешь сделать вид, что я не заинтересован? — уныло уточнил Томура. — Не, это она сразу раскусит и только пошутит что-нибудь эдакое язвительное, — покачал головой Эи, анализируя. — Просто не поднимай эту тему. Води сестру на свидания, поднимай какие-нибудь другие, возвышенные темы или просто будь нежен и обходителен. То, что ты хочешь её до скрипа в зубах, и так ей понятно, даже без суперсил, хех. Но зато ты лишний раз подтвердишь, что у тебя в голове помимо целей Лиги и её тела, есть что-то ещё. Да и вообще, будь уверен, когда девушка инициирует процесс сама, это невероятно заводит. Так что потерпи. — Ладно. Попробуем, что делать, — пожал плечами Шигараки, принимая слова товарища. — Тем более, я уже нашёл кое-какую отдушину… Он хитро ухмыльнулся и вздёрнул подбородок. Вихрь считывал информацию с его лица долю секунды, а потом отзеркалил его лыбу в точности. — Хитрожопый ты чёрт, — хихикнул Эиджи. — Но это прекрасная идея. Хоть и не сравнится с реальными ощущениями. — Вот только не надо этого, ага, — поморщился Томура, хотя всё ещё улыбался. — Как мне набраться терпения, когда ты меня столь подло подстрекаешь, а? — Ну, звиняй, — хлопнул его Эи по плечу. — Не хотел. — Стоп. А как ты-то в этот клуб попал? — очухался вдруг Шигараки. — Там же 18+… — Деньги и связи, — улыбнулся Эи, потягиваясь. — Я туда наведывался ещё будучи в Синдикате, так что меня все знают. — Пфех, дай угадаю, Тогу создавал? — ехидно хмыкнул Томура. — Так сказать, сравнения ради? — Угадал, — кивнул Эиджи. — После нашего первого раза, я так и сделал. Поэтому и говорю, что реал намно-о-ого круче. Хотя, точность воспроизведения параметров поражает, — добавил он довольно. — Хорош, — лидер оскалился и вскинул большой палец вверх, после чего хитро прищурился, прикладываясь к банке. — А до Тоги кто был, колись? — До Хими… — Эиджи выдержал паузу, ожидая, пока товарищ закончит сёрбать напитком. — Я проверял на Мируко иной способ мести. -?!.. Газировка Томуры вышла наружу через нос от удивления. А Фуума открыто расхохотался. — Тьфу…гадина, — Шигараки недовольно стряхнул с рукавов капли колы. — Серьёзно? — Агась, — кивнул Эиджи. — Честно, именно так и сделал. Потом Химико один раз там создавал и больше не заглядывал. Без надобности было, а сейчас и времени особо нет. Тут уж лучше просто найти укромное, тихое местечко, хех. — Жук, ха! — хмыкнул Томура, понимая, что Вихрю хоть и не до того, но он бы с удовольствием это поменял. — И когда вы последний раз развлекались? — Если говорить о нормальном и полноценном разе, то за пару дней до атаки на лагерь Юуэй, — не таясь ответил Вихрь, с удовольствием прокручивая в голове тот раз. — Но это не страшно, даже сейчас я вполне успеваю уделять время Химико. Это главное. Шигараки медленно кивнул сам себе, признавая, что ответ парня честен. Как раз после лагеря (будь он не ладен), им всем стало не до развлекухи, а сам Вихрь стал мишенью для большинства своих (в глубине души Томура тоже надеялся, что не для всех) бывших коллег. — Тут это… Провал с лагерем до сих пор меня коробит, — Шигараки ловко ушёл от темы личной жизни. — Что думаешь об этом? — Сосредоточься на будущих победах, — серьёзным голосом ответил Вихрь. — Поражения кроме опыта, который можно применить дальше, ничего не дают, так зачем надрываться из-за того, что ничего не стоит? Думаю, сестрёнка говорила тебе что-то такое. — Ага… — Шигараки медленно выдохнул, гася в себе зарождающееся раздражение. — Ты прав. Герои… Это, ничего не стоящее, дерьмо абсолютно не достойно внимания. Придумаю что-нибудь ещё. Наёмник мягко кивнул. Такая риторика поведения босса ему нравилась. И его доверие словам Эиджи тоже. Они вновь ненадолго замолчали, расслабленно попивая газировку. Шигараки с неким удовлетворением отметил, что раздражение от неприятной игры и воспоминаний уже улеглось. Обратив мысли к своей девушке, Томура вспомнил об ещё одной теме, которую стоило прояснить. — Слушай… — осторожно начал Шигараки, стараясь сформулировать мысль. — Как у вас с Миланте дела обстоят? В последнее время она обеспокоена, что ты с головой ушёл в поиски бывших коллег… Вам бы поговорить что-ли. Да, Томура был не силён в инициаторстве разговоров по душам, но, с другой стороны, он даже не соврал. Просто беспокойство Миланте вызывали не столько вылазки брата, сколько его настороженность по отношению к ней. Судя по мгновенно поменявшемуся выражению лица Эиджи, наймит понял сей толстый намёк. — Я так сильно палюсь? — Фуума тяжело вздохнул. — Если вдумываться в твои слова и поведение, то да, — честно ответил Шигараки. — Другие из Лиги тоже заметили, что когда Миланте проявляет к тебе заботу, ты ведёшь себя…необычно. Стесняешься? — Слегка, но дело не в этом, — покачал головой Эиджи, формируя мысль. — Просто…если обозначить потерю родителей, как уровень в игре, который тебе не дали пройти, то я до него вообще дошёл лишь сейчас. -… Осознание проблемы Шигараки столкнулось с полным непониманием ситуации. У Эиджи были родители, но при этом там было явно что-то не так. » — Хотя какая сейчас разница, если он всё-таки дошёл до этого левела?» — мысленно одёрнул себя от расспросов Томура. Его задача — наставить, а не ковырять детские раны товарища. — Если ты боишься непонимания с её стороны или того, что Миланте оставит тебя, просто держи в голове, что она Смерть, — посоветовал Томура. — Она уже всё увидела, узнала и проанализировала ещё до того, как ты подумал об этом. И, раз она назвала тебя своим младшим братом, значит уже приняла решение и просто ждёт, пока ты протянешь ей руку, приняв её, чтобы Миланте могла окружить тебя сестринской заботой. » — Боже-боже, какие речи-то пошли… — сам себе удивился Шигараки. — Отвечаю, пообщаюсь с этим сестринско-братским дуэтом ещё немного и смогу затирать что угодно на публике». — Сейчас Миланте более чем НЕ занята, — прямо намекнул Томура, что действовать стоит немедленно. — Так уж и быть, я не буду лезть в ваши дела. — Как благородно с твоей стороны, босс, — Эиджи отвесил шуточный поклон. — Но, ты прав, нужно взять себя в руки и поговорить с ней. Вихрь выдохнул и встал с дивана, мысленно прокручивая возможный диалог. — И не забудь, ты мне ещё катку совместную должен, — Шигараки невозмутимо помахал телефоном в руках. — Будет тебе катка, — пообещал Фуума. — Кстати… Когда будешь вести сестрёнку на свидание, вечерком отведи её на пляж недалеко отсюда, где порт. Там вид классный. Только на скалы не заводи, там закат становится алым, хочу это Хими-чан показать. — О, класс, окей, — улыбнулся Томура, ставя галочку в голове напротив нового сюрприза. — Иди уже, бро, тебя заждались. Хе-хе. Вихрь слегка засмеялся и одним прыжком оказался на втором этаже. Проводив его взглядом, Шигараки решил вернуться в игру. Пока он без нового напарника, он пойдёт мстить старым. Бу-га-га-га-га. 💪('ω'💪)

***

Тук-тук. -? Миланте подняла глаза и громко угукнула на просьбу войти. Эиджи зашёл в комнату. Парень выглядел одновременно смущённым и донельзя решительным. Это интриговало. — Что-то случилось, братиш? — Миланте сделала вопросительное лицо, хотя уже поняла, зачем он пришёл. -… Отложив мангу в сторону, девушка рукой поманила растерявшегося Эиджи к себе. Она не торопила его. Тот факт, что он всё же решился зайти сам, уже радовал. И теперь, когда он здесь, этот парень не отвертится от разговора. » — Ну, скажи хоть что-нибудь, Эи. Начни-и-и, — Миланте уставилась на брата. — И я помогу развить диалог.» — Не сказать, что случилось, просто… — Эиджи задумался. — Мне просто захотелось с тобой поговорить. Пообщаться, пока остальная Лига тебя не отвлекает, а я сам здесь. Вот. » — Ура, — выдохнула Миланте. — Молодец, так держать.» — Ревнуешь? — лукаво улыбнулась она. — Но, кто тебе виноват, что ты решил разобраться с большей частью Синдиката в одиночку, м? Девушка провела рукой по волосам брата, наблюдая за реакцией Эиджи. — Если бы ты согласился на мою помощь, у нас бы было больше времени на общение, братишка, — протянула Миланте. — Я не хочу сильно тебя вмешивать, — отозвался Фуума, пребывая в пограничном состоянии между напряжением и расслаблением, но поглаживания не отторгал. — Да и дело не совсем в этом… Аккуратно, словно он притрагивается к чему-то неизведанному, Эиджи прилёг на кровать и положил голову на колени сестры, прикрыв глаза. Миланте подвинулась, чтобы ему было удобнее, продолжая водить рукой по его макушке. — Тогда что тебя тревожит? — она мягко улыбнулась брату. Этот метод был проверенным. Эиджи мог сколько угодно быть наёмником, жёстоким убийцей и циником до мозга костей снаружи, но не внутри. Поэтому Миланте была мягкой и ласковой к парню, давая ему возможность проявить свою истинную сущность. Порой девушка вообще не понимала, как братишка смог принять правила наёмников и киллеров, особенно их ценности. Уж слишком он был мягок внутри. Но, видимо, жизнь в детдоме и гонения тяжело сказались на нём. Это портило настроение и откровенно злило Миланте. Она бы с удовольствием избавилась от всех, кто так поступил с ни в чём неповинным ребёнком. — Я не знаю, как реагировать, Миланте, — сказал Эиджи. — Мне всё ещё непривычно… Его голос парня был твёрдым, но нервным. Он слегка двинул головой, подстраиваясь под движение руки Миланте, девушка пропустила его волосы через пальцы, успокаивая брата. » — Пушистый ёжик», — умилилась она и переспросила. — Непривычно? — Да, — тихо отозвался Фуума. — Со мной никто и никогда так не обращался. И мне трудно понять, как именно я должен реагировать. Когда ты говоришь что-то заботливое при других или эти странные дежурные фразы…я не знаю, что должен отвечать. Миланте тихонько засмеялась, свободно и искренне. Эиджи на её коленках невольно застыл, искренне не понимая, что он такого сказал. — Боже-боже, какой же ты ребёнок! — ласково выдохнула Миланте. — А сам-то ты что чувствуешь? Что хочешь сказать или сделать? -… Эиджи не думал долго, поднял голову с колен сестры и вдруг обнял её что было сил. Миланте обняла братишку в ответ, прижимая к себе так же сильно. — Так легче, сис, — объяснил парень свой поступок. — Да и вообще, мне нравятся объятия, это приятно. — Ты никому и ничего не должен, Эи, запомни, — уверенно сказала Миланте. — Не надо притворяться, не нужно что-то придумывать. Просто будь самим собой, говори, делай и реагируй, как сам того хочешь. Понял? Она поводила рукой по спине младшего. — И стесняться тоже не надо. Если хочешь поговорить, спросить совет или помощи в чём-то, да даже если тебе просто не хватает внимания — свободно подходи ко мне, — Миланте чуть улыбнулась. — Что бы ни случилось с тобой в прошлом, знай, что теперь у тебя есть старшая сестра, которая позаботится о тебе. Я никогда не обижу тебя, не брошу и не предам, веришь? — Верю, — отозвался Эи, прислонившись лбом к плечу сестры, внимательно слушая. — И абсолютно не сомневаюсь в этом, сестра. — Отлично. И ещё, помни, когда помогаешь Химико после кошмаров, разминаешь шею Компрессу или утешаешь меня, думая, что что-то испортило мне настроение — если кто-то из нас будет также помогать и тебе, ты не станешь слабее. Поэтому скрывать отдачу от Зомбификации и фантомные боли тоже не стоит. А если кто-то скажет такую хрень, я лично прослежу, чтобы ты ушёл безнаказанным, когда докажешь обратное. Договорились? — Договорились, — улыбнулся Эиджи. — Спасибо, сестрёнка. — Ага. Посмотрим ещё, как ты меня понял, — фыркнула Миланте. — Болит что-нибудь? — Голова, — признался Вихрь. — У меня большая частей отдачи приходится именно на голову. ВискИ. — Понятно. Ща всё будет. Миланте приложила пальцы к вискам брата и начала аккуратно массировать их, снимая головную боль. Эиджи сразу разморило и начало клонить в сон, но девушка не спешила менять данную ситуацию. — Как с Томуркой поговорили? — спросила она, увидев, что парень пытается удержаться в сознании. — Хорошо… — Фуума зевнул. — Он прекрасный парень, ты всё-таки не прогадала. Развивается потихоньку… — Я же тебе говорила, — широко улыбнулась Миланте. — На его счёт не стоит беспокоиться, хе-хе. — Угу, — вяло согласился Эиджи. — Хотя он всё ещё много думает не о том и глядит не туда… Он вообще говорил тебе просто так, что ты красива, безо всяких извратных подтекстов? — Не будь таким строгим, дай ему время, — проворчала Миланте. — И да, он много раз это мне говорил, — она хитро прищурилась. — А что, братишка тоже считает меня красивой, м? — Конечно считает, — ответил Эиджи таким тоном, будто объяснял ребёнку элементарные вещи. — Ты очень красива, Миланте. Истинная Hot Sis… Ай! — И этот малолетний изврат ещё про Томуру что-то говорит, хах? — Миланте ущипнула малого за щёку, однако улыбка с её лица так и не сползла. — Ничего не хочу слышать от той, из-за чьей выходки на пару с Шигараки мне пришлось отпаивать Спиннера зелёным чаем с лавандой, — парировал Вихрь, хмыкнув. — Тч…ладно, здесь мне крыть нечем, — фыркнула Миланте. » — Хотя Спиннер сам виноват…ну, да ладно. А рецептик чая позже у них стырю.» — Тем более, я правду говорю, — протянул Фуума, постепенно проваливаясь в сон. — Томуре с тобой вообще очень крупно повезло…мама… -?! Миланте замерла в объятиях Эиджи каменным изваянием. Сначала ей показалось, что он так пошутил или съязвил, но подросток уже закимарил, не подавая признаков бодрствования. » — Мама…?» Миланте растерянно провела ладонью по макушке парня. » — Признаться, это было очень неожиданно, Эиджи. Что ж…спасибо за тёплые слова, мой брато-сын.» Миланте тихо засмеялась, обнимая сопящего младшего брата. Сейчас она не будет его будить и приложит все усилия, чтобы отдача зомбификации его больше не беспокоила. А потом они вместе избавятся от повелителя Зомби. А потом и от ВЗО. Её возлюбленный, её лучший друг и её младший брат — самые дорогие её сердцу люди. И Миланте приложит все усилия, для того, чтобы они были счастливы.