☆彡彡𝔹𝕦𝕥𝕥𝕖𝕣𝕗𝕝𝕪 𝕊𝕠𝕦𝕡ミミ☆

— Миланте! Услышав зов, девушка удивлённо обернулась: позади неё на крыше стоял запыхавшийся Томура. — Хах… Почему не предупредила, что снова полезешь на крышу? Я говорил, это опасно, — тяжело выдохнул он, плюхнувшись рядом. — А…ты уже освободился? Хе-хе. Не волнуйся, я просто отдыхаю от всего, — Миланте мило улыбнулась. — Вид отсюда просто потрясающий, мне нравится отдыхать именно здесь. Томура покачал головой и приобнял её за плечо. — Я испугался, ты так внезапно исчезла. Телефон снова оставила, я же говорил с собой его брать, — он укоризненно посмотрел на неё. — Ну-ну. Тише-тише, — Миланте взяла его руку и положила себе на живот. — Вот. Успокойся, милый. Лучше потрогай вот здесь. -… Шигараки моргнул. — Я же говорила, можешь спокойно прикасаться, когда захочешь, Тэнко, — Миланте улыбнулась. — Так хорошо от твоих тёплых рук. Меня это успокаивает. Томура опустил глаза и осторожно погладил её по животу. — Мне очень нравятся твои прикосновения, — продолжила девушка. — Правда настолько приятно? — парень задумчиво посмотрел на неё. — Да, очень комфортно. От этих слов на губах Томуры появилась мягкая улыбка. Он подсел ближе и обнял Миланте, ласково чмокнув её в висок. — Уже не терпится поскорее увидеть наших демонов, — мечтательно протянул Шигараки. — Вот всё думаю, какими они будут? — Красивыми, сильными и очень милыми, как их папка, — Миланте засмеялась, тиская его за щёку. — Обожаю твою непосредственность, — Томура хохотнул. — Нет, я уверен, что они будут твои копии. Он нежно погладил жену по щеке, затем чуть наклонился и поцеловал её в губы. — Знаешь, видок отсюда и правда неплох, — отметил Томура, когда оторвался от Миланте и взглянул на простирающийся до самого горизонта пейзаж. — Сразу видно всю окрестность. Это хорошо, значит на виллу герои не смогут напасть незамеченными. При упоминании героев его губы сразу растянулись в мрачной усмешке. — Опять? — Миланте устало скривилась. — Ах, прости-прости! — парень спохватился. — Не будем об этом, ты права.

***

Вернувшись в комнату, они вышли на балкон, любуясь уже ночным небом. — Когда ко мне вернулись воспоминания, я заметил кое-что интересное. Ты немного похожа на мою маму. Помнится, она беспокоилась обо мне и пыталась вылечить мою аллергию, — сказал Томура, смотря вниз с балкона. — Хана-чан тоже была добра ко мне. — Даже её подлый поступок с фотографией в тот день уже не имеет никакого значения? — Нет. Они давно мертвы. Потому что я их убил. Теперь ничто из этого не имеет значения. — Можно сказать, что ты убил. А можно сказать, что и не ты, — туманно отозвалась Миланте, взяв его за руку. — То есть? — Томура вскинул брови. — Не понимаю. — Не бери в голову. Шигараки пристально посмотрел на неё. — Ты ведь знала об этом с самого начала? Девушка кивнула. — И, несмотря на это, всё равно поддерживала меня. Ты странная, — Томура покачал головой. — Но я тебе благодарен за это. — Кстати… — Миланте помедлила. — Я виделась с твоей семьёй. — Где? — Шигараки покосился на неё. — И зачем? — Я как бы Смерть, общаюсь с Душами умерших, доброе утро, — Миланте глянула на него с покер фэйсом. — Ах, да. Забываю об этом иногда, — Томура хмыкнул. — К каким выводам я пришла в итоге. Твоя мама была обычной женщиной, пыталась заботиться о своих детях, но так и не набралась смелости противостоять мужу-тирану. Это её ошибка. Она должна была защищать своего ребёнка даже в ущерб себе. В моём представлении так поступают настоящие матери. Хотя, если твой отец её запугал, она могла просто бояться. Но это не оправдание её бездействия, как и твоих бабки с дедом. Понятно, что корень зла крылся в твоём деспотичном папане и это он виноват в случившемся. Я никогда не смогу простить его за то, что он сделал с тобой, — сказала Миланте, смотря на горы. — Про Хану я ничего не могу сказать, ни хорошего, ни плохого. Она была довольно эгоистичным ребёнком и когда наказывали только тебя, она просто наблюдала со стороны. Потом она жестоко подставила тебя, чтобы собственную задницу прикрыть. Кто-то скажет, что она была всего-лишь ребёнком, но я скажу вот что: уже в таком возрасте дети вполне осознают свои поступки и твоя сестра, вероятно, подставила бы тебя и в следующий раз, чтобы себя выгородить. Я вижу её натуру. Из таких детей обычно ничего путного и нормального не вырастает. Хотя, я могу и ошибаться, но вряд-ли. — Не стану отрицать. Ты права. Если бы не мой отец, всё было бы по-другому, — Томура поднёс ладонь к глазам. — Всё из-за него, верно. Абсолютно всё… Он помолчал какое-то время и перевёл взгляд на девушку. — Я никогда не спрашивал. Каким был твой отец, Миланте? — парень облокотился об перила. » — Почему-то вдруг стало интересно узнать об её истоках и происхождении больше. Что за люди были её родители, благодаря которым на свет появилось это чудо?» — Мой папа был крутым и мощным. Спокойным, умным, справедливым и заботливым мужчиной, который безумно любил нас с мамой, — Миланте слабо улыбнулась, опустив глаза. — Он был чертовски красивым и харизматичным, по нему сохли и текли все девушки, но он влюбился в мою маму. Она тоже была настоящей красавицей. Такую красоту у людей принято называть «дьявольская». Кстати говоря… — она помедлила, — я не говорила, но ты очень похож на моего папу. — Да ну? — Томура озадаченно вскинул брови. — Нежданчик. И чем же? — Тебе присущи многие качества, которые были у него. Если говорить кратко: убрать из тебя ненависть, добавить серьёзность и строгость, кодекс чести воина — и получится мой папка, — Миланте широко улыбнулась. — Вот это заявочка, — Томура покачал головой. — Я даже польщён и хотел бы взглянуть на него. И на твою маму. — Хм… Я могу тебя отвести в своё подсознание и представлю вас друг другу. Если хочешь, — Миланте задумалась. — Кхм!.. Томура от неожиданности подавился коктейлем, который взял со столика, и вытер рот. — И что мне надо делать для этого? Надеюсь, не умирать? — спросил он. — Нет. Пошли, — девушка вдруг взяла его за руку и потащила в комнату. Толкнув Шигараки на кровать, она нависла сверху. — Оу? Нам для этого нужно слиться воедино буквально? — Томура хмыкнул, томно прищурившись. — Крутой способ, мне нравится. Я готов. Он начал невозмутимо растегивать пуговицы на своей рубашке. — Можно и так сказать, но не в том смысле, в котором ты подумал, — Миланте фыркнула, хлопнув его по руке и легла рядом. — Закрывай глаза и расслабляйся. Томура разочарованно цокнул, но послушно закрыл глаза, развалившись на кровати. — Кажется я что-то начинаю чувствовать, — через пару минут молчания сказал он. — Я ещё ничего не делала, — Миланте глянула на него с покер фэйсом. — Молчи, отвлекаешь. — Я не закончил. Я чувствую, что у меня бурчит в животе. Миланте закатила глаза. — Приготовься, я начинаю, — скомандовала она. Через несколько секунд они оба одновременно провалились в пограничное состояние между сном и явью.

***

Пуф. — Сработало? — Томура огляделся. — Это белое место и в твоём подсознании тоже есть? — Оно у всех одинаковое. Сейчас, я их позову, подожди, — Миланте закрыла глаза, усиленно призывая родителей силой мысли. — Не напрягайся так, а то шептуна ещё пустишь, — с покер фэйсом заметил Томура, делая шаг в сторону. — Ты теперь ешь несочетаемые продукты и меня это напрягает. Особенно после вчерашней ночи. Это было слишком громко, серьёзно. Я спросонья даже подумал, что попал под обстрел. — 💢 Миланте открыла глаза и одарила его убийственным взглядом. — Ты пердишь похлеще меня, так что молчать, — буркнула она. — А я то чё? Я это и так знаю, я же мужик, — Томура пожал плечами. — Давай в следующий раз устроим пердящий матч? Кто громче пукнул, тот и выиграл. Или наоборот. — Замолчи, ты меня немного очень отвлекаешь! 💢 — негодующе завопила Миланте. — Всё потом, окей? — Окей. Беременная пердушка, — шёпотом сказал он. 10 minutes later. — Ну, что? — поинтересовался Томура, зевая. — Не придут? — Придут. Жди, это так быстро не делается. Они своими послесмертными делами заняты вообще-то, — ответила Миланте, уже сидя у него на плечах и всматриваясь вдаль. — О, вижу! Вон они! Она радостно указала пальцем куда-то вперёд. Томура прищурился и действительно увидел две приближающиеся фигуры. — Миланте-е-е! Милая, привет! — женщина, заметив дочь издалека, помахала ей рукой. — Как дела? — Всё хорошо, ма-а-ам! — завопила Миланте в ответ, сложив ладони рупором возле рта, чем чуть не оглушила парня. — Я почти оглох, «спасибо», — проворчал Томура, ковыряясь в ухе. — Можно было подождать, пока они ближе подойдут? — Нельзя. Всё, готовься, сейчас знакомиться будем, — Миланте в нетерпении схватила парня за голову, дергая за волосы. — Ты готов, биг-босс? — Да, только волосы отпусти, больно, — зашипел Томура, хлопнув её по заднице. — Что ещё за режим нетерпячки включился? — Потому что я их давно не видела, — Миланте расплылась в улыбке до ушей, облокотившись об его голову. — Так соскучилась, хе-хе! — Аккуратнее, не упади от экстаза, — предупредил Шигараки, держа её за бёдра. Когда родители подошли к ним, Томура удивился их росту и необычной внешности. Оба были очень высокими, рост отца явно превышал 2 метра, мать была пониже, но почти на голову выше самого Шигараки. Мужчина был крепким, поджарым, статным, его длинные волосы цвета воронового крыла были собраны в высокий хвост, а ярко-зелёные глаза были такими же пронзительными и суровыми, как у Миланте; женщина была стройной, фигуристой, улыбчивой, в её глубоких карих, обрамленных пушистыми ресницами, глазах плясали хитрые чертята, а длинные волосы были кремово-персикового цвета. Оба отличались какой-то неземной, нечеловеческой красотой, как и их дочь. Томура невольно уставился на них снизу вверх, глазея, как на каких-то диковинок. — Привет, Миланте, — мужчина мягко улыбнулся и раскинул руки для объятий. — Давненько не виделись, дочурка. Как жизнь молодая? — Папа! — Миланте внезапно с ловкостью и грацией кошки сиганула с плеч Томуры на отца. — Я капец как соскучилась за вами! — И мы тоже, — мужчина тепло рассмеялся, поймав её и крепко обнимая. — Милая, кажется ты хочешь с нами поделиться важной новостью? — загадочно улыбнулась женщина, тиская дочку, когда та отлипла от отца. — А мама всё уже знает, хе-хе. — Да, мамуль, — Миланте засияла, уткнувшись в мать носом. — Я хочу вас познакомить со своим мужем. Вот он! Великий и могучий Шигараки Томура. Вернее его зовут Шимура Тэнко, но он не любит, когда его так зовут, имейте в виду, — добавила она, указывая на Томуру. Мужчина с женщиной многозначительно переглянулись. — Может ты своих родителей для начала представишь мне? — шепнул Миланте на ухо Шигараки. — Точно. Дэмиан и Роксанна, — девушка пафосно указала рукой на родителей.- Знакомте-с. — Хм, — Дэмиан прищурился и вдруг навис над Томурой, как скала, заставив того непроизвольно сделать шаг назад. — Так значит ты женился на моей дочери? Насколько серьёзны твои намерения, парень? Выкладывай. — У нас с Миланте будут дети скоро, — ответил Шигараки. — Но взял я её замуж не по этой причине. Мы уже давно вместе. » — Что за чувство? Ре-Дэстро был физически в разы больше, это меня не напугало, но от этого мужика исходит слишком мощная и странная аура. Сэнсей с ним и рядом не валялся. Опасный тип». — Про детей знаем. Какова причина тогда? — Дэмиан сложил руки на груди, пронзительно сверля его взглядом. — Ты любишь мою дочь? Будь честен. — Да, — коротко ответил Томура, смотря ему в глаза. — Люблю. Пауза. — Хорошо, — лицо мужчины расслабилось. — Рад слышать. Мою девочку только любить надо, по-другому никак. Я вижу твою искренность. — Тэнко-кун, поздравляю, ты прошёл проверку моего мужа, — Роксанна мило улыбнулась, схватив Шигараки в охапку. — На самом деле мы уже давно всё о вас с Миланте знаем. И о тебе тоже. Всё-всё знаем. Томура в замешательстве отодвинулся. — Не зовите меня этим именем, — сказал он недовольно. — Шигараки Томура, запомните. — Глупо отказываться от собственного имени, но как хочешь. Извини тогда, — Роксанна отпустила его. — Ох, а ты и правда очень милый, — она умиленно приложила руки к щекам, разглядывая Томуру. — И так на Миланте похож. Симпатяга! — Нормальный парень. Ничего лишнего, — Дэмиан окинул будущего зятя оценивающим взглядом. — Телом крепкий, выносливый, не слабак. И на обезьяну не похож, что ещё нужно для счастья? Только бледный какой-то, но это не смертельно. -… Томура с Миланте одновременно воззрились на него с покер фэйсами. Потом Миланте незаметно глянула на любимого ехидным взглядом и щипнула за бок. — Значит ты жаждешь создать новый справедливый мир? — спросил вдруг Дэмиан, пристально посмотрев на Томуру. — Похвально, конечно, но это практически невозможно. Говорю прямо. Особенно таким способом, каким этого хочешь добиться ты, Томура. — Отчего же нет? — Шигараки усмехнулся. — Я собираюсь разрушить то, что ненавижу. Разгромить геройское общество и низвергнуть в тартарары. Я покажу им настоящий Ад на Земле. Это моя мечта… Дэмиан вдруг спокойно шагнул к нему и положил руку на плечо, прервав его. — Ты ведь ненавидишь больше всего не героев и весь мир, а своего отца. Но он уже давно мёртв, Томура. Пойми это. Лучше разберись сам в себе побыстрее и будь рядом с моей дочерью. Если ты её любишь, единственное, что ты обязан сделать, после того, как осознал это чувство — избавиться от ненависти и заботиться о Миланте, оберегая её от всего плохого. И своих детей. Ты должен думать в первую очередь об их благе, как мужчина. -… Томура промолчал, опустив взгляд. — Я действительно думаю о них. И я хочу лучшего будущего…для нас. Поэтому и хочу всё поменять и разрушить то, что может причинить им боль. Я не хочу быть похожим на такого человека, каким был мой отец, — сказал он отрешенно. — Я никогда не переметнусь на другую сторону. Всё, чего я желаю, моя мечта, это… — Томура-кун, послушай, — Роксанна мягко улыбнулась и взяла его за лицо, заставив парня вздрогнуть от неожиданности. — Ты не такой, как твой отец. Вы с Миланте друг друга любите, поэтому ваша семья будет совсем другой и вместе вы со всем справитесь. Наше драгоценное дитя ведь тоже была когда-то очень травмированной и мучилась от сжирающей её ненависти, как ты сейчас. Но это не навсегда и это поправимо. Ты слишком плохого мнения о самом себе был все эти годы и отвергал сам себя, потому что тебя отвергали в том доме. И поэтому сейчас тебе так тяжело. Мы понимаем и не осуждаем тебя. Даже если ты совершал ошибки, это не столь страшно — всегда можно всё исправить. С точки зрения человеческой морали, ты делал плохие вещи. Но с точки зрения тех, кто уже находится «за гранью» и понимает истинную суть вещей, это видится совсем иначе. Человеческая смерть не воспринимается здесь как настоящая «смерть» и как нечто страшное и жуткое. Ты разрушаешь всё, потому что тебе до сих пор больно и тебя тяготит прошлое. Но ты никогда не творил зло в настоящем его понимании: ты не играл с чувствами других людей, ты не был просто бездумно жестоким и ты не делал другим больно просто потому, что тебе это нравится. В глубине души ты хороший парень и, как только сможешь победить сам себя и свою ненависть, мы с удовольствием примем тебя в нашу семью. Ведь наша дочка тебя очень сильно любит. Поверь, она никогда бы не смогла полюбить плохого человека. Это против её природы. Она всего лишь…увидела в тебе себя, вот и всё. Она ласково поправила чёлку на лице растерянного Томуры и ободряюще кивнула. — Томура-кун, ты не представляешь, насколько мы счастливы, что Миланте наконец нашла того самого человека, которого искала её Душа. Того, кто сможет её защитить от всего на свете и станет настоящей опорой. Ты сильный, яркий и талантливый парень, у тебя доброе сердце, даже если ты сам думаешь иначе. Поэтому мы с радостью доверим тебе Миланте, ведь выбор нашей дочери говорит о многом. Она любит тебя и ты любишь её. Это самое главное. Поэтому, через что бы вы дальше ни прошли, всё будет в порядке. Ваш тяжёлый путь уже подходит к концу, нужно лишь пережить временную бурю. Пусть она будет сильной и собьёт вас обоих с ног, но вы справитесь. Любовь преодолеет все преграды и спасёт каждого человека. Потому что Любовь невозможно уничтожить и разрушить. Помни об этом. -… Глаза Томуры расширились, а грудь болезненно сдавило от водоворота нахлынувших эмоций. Когда Роксанна отпустила его, он молча отвернулся, приложив руку ко лбу. Пока Миланте общалась с родителями, Шигараки очнулся и незаметно наблюдал за ними. То, что он видел сейчас, вызвало в нём какую-то щемящую ностальгию и сильную печаль, где-то даже обиду и зависть. Ведь его собственный отец никогда к нему так не обращался, а мать не говорила, что верит в него и поддерживает его мечту. В том доме ему было запрещено мечтать и быть собой. Тот дом отвергал саму его сущность. -… Лицо Томуры осунулось и парень совсем скис. Он сейчас почувствовал себя лишним. » — Если бы… Если бы я родился в такой семье, как ваша, стал бы я другим человеком? Вы бы любили меня? Приняли бы меня? Поверили бы в мою мечту? К сожалению мне было суждено прожить другую жизнь, где до появления Миланте была лишь одна тьма и ненависть. Ваша дочь…она не такая, как я. Она сильная. А я слабый. Моё сердце было полно сомнений и сейчас тоже, но Миланте всегда верила в меня. Говорила, что я всё смогу и со всем справлюсь. Пока она в меня верит, я чувствую себя увереннее. Но всё равно незримый груз до сих пор мучает меня и помочь тут не сможет никто. Я тут подумал, что когда всё разрушу, то и сам могу исчезнуть? Не буду больше сдерживаться и сила поглотит меня самого? Но я не хочу исчезать. Я хочу жить. Я хочу новой жизни вместе с той, кто стала моей семьей. Наши дети должны увидеть другой мир и жить хорошей жизнью, не зная горя и ненависти. Но я опасаюсь. Я не знаю, что нас ждёт впереди и меня мучает тревога. Что, если я уйду и с Миланте случится что-то плохое? Кто её защитит, когда меня не будет рядом? Сейчас я сильнее всех в СФО и Распад наконец пробудился. Но я оставлю Миланте совсем одну на произвол судьбы. Что же делать?.. Ощущение, будто сейчас на мне лежит огромная ответственность, один неверный шаг — и конец. Я могу потерять всё. Нет. Я решил. Я пойду и получу силу, вне сомнений. Чтобы защитить то, что мне дорого. Именно поэтому я разрушу ВСЁ». Нахмурившись и решив отойти подальше, чтобы всё обдумать, Томура развернулся, но тут его вдруг крепко схватили за руку. -? — Погоди. Я понимаю, что ты чувствуешь, но убегать — не выход, — Шигараки встретился взглядом с зелёными глазами Дэмиана. — Томура, мне искренне жаль, что твоя семья не дала тебе то, что обязана была. Ты ни в чём не виноват, как бы там ни было. — Это уже не имеет значения… — хмуро начал Томура, но прервался. Дэмиан чуть улыбнулся и крепко, по-отечески тепло обнял его. -?!.. Глаза Шигараки едва из орбит не вылезли от шока. Он ошалело повис в руках мужчины. — Всё хорошо, Тэнко. Мы с женой тоже окружим тебя любовью, наряду с Миланте, и поможем справиться с твоей болью и грузом в сердце, — уверенно сказал Дэмиан, отпустив Томуру и взяв его за плечи. — Ты больше не один, запомни это. Теперь и мы с тобой. — Я… — голос парня предательски дрогнул, он уставился на мужчину дикими глазами. — Да почему…вы так добры ко мне, хотя я этого не заслужил? Почему вы тоже верите в меня?.. Это из-за Миланте? Неужели вам плевать на моё прошлое и на мои истоки? Даже сейчас я собираюсь пойти и разрушить всё, а вы… Чёрт возьми, да что вы за существа такие?! Я не понимаю нихрена! Томура сорвался на крик и сделал шаг назад. Дэмиан спокойно смотрел на него, не меняя выражения лица. — Не бойся, — он уверенно протянул ему руку. — Я верю в тебя не из-за Миланте. Я вижу тебя настоящего, Тэнко. Мы принимаем твою сущность и не боимся тебя. Даже если ты нас оттолкнёшь, это ничего не изменит. Скоро ты найдёшь ответы на все вопросы. Мы подождём, нам спешить некуда. Шигараки квадратными глазами уставился на его ладонь. Парня затрясло от переизбытка эмоций. Видя его замешательство, мужчина сам взял его ладонь в свою и крепко сжал. — Не волнуйся, квирки здесь не работают, — с другой стороны руку Томуры мягко взяла Роксанна. — Теперь мы останемся с тобой, Тэнко-кун. С тобой всё будет в порядке, обещаем. Это было последней каплей. После её слов глаза Томуры сами собой наполнились слезами до краев и его губы задрожали. » — Почему… Почему именно сейчас…? Я столько лет хотел услышать именно эти слова от тех, кто когда-то называл себя моей семьёй…» Слова поддержки и эта незримая любовь, которую посылали родители Миланте, вонзились ему прямо в сердце. Томура вдруг почувствовал себя снова в пятилетнем возрасте, когда он ещё был маленьким мальчиком. Он впервые почувствовал себя любимым и желанным ребёнком. Роксанна с Дэмианом смотрели на парня глазами, полными понимания и тепла. Ни капли осуждения или неприязни там не было. Лишь принятие. — Угх-х… Горькие слёзы потекли по бледным щекам Томуры. » — Это чувство… Я никогда его не испытывал, даже когда у меня была семья. Это… Всё совсем по-другому. Я впервые почувствовал настоящую родительскую поддержку и любовь, хотя вижу этих людей в глаза первый раз. Я не понимаю… Что происходит? Ах, чёрт, слёзы сами так и текут из глаз…» Парень нервно прикусил губу. — Тэнко, — Миланте подошла к нему и взяла за лицо. — Не плачь. Даже если ты сам себя до сих пор ненавидишь и весь мир против тебя, мы будем тебя любить в 13 раз больше. И однажды, благодаря нашей любви, твоя ненависть исчезнет навсегда. Верь мне, пожалуйста. Просто почувствуй это, хорошо? Мягко улыбнувшись, она стала на носочки и ласково чмокнула Томуру в лоб. — Миланте… — парень опустил голову, тихо всхлипнув. — Я…до сих пор не понимаю и никогда не пойму…"Почему?» Помолчав какое-то время, он успокоился и поднял глаза, смотря на любимую. — Ты и твои родители — нечто. Ах, это удивительно, вы и правда смотрите на меня совсем по-другому и я на мгновение почувствовал огромное облегчение. Не думал, что кроме тебя меня ещё кто-нибудь полностью примет, тем более… — Томура озадаченно глянул сначала на Роксанну, потом на Дэмиана. — Твои умершие родители. Скажи, мёртвые все такие? Они всех любят или это только я особенный? — Пф-ф-ф!.. Миланте с его реплики просто расхохоталась в голосину, запрокинув голову — её заливистый смех разнёсся по всему подсознанию. Дэмиан с Роксанной переглянулись и тоже пустили смешок. — Судя по вашей реакции я спросил что-то глупое, — Шигараки хмыкнул, высвободив руки и вытирая лицо. — Забавный ты парень, конечно, Тэнко, — Дэмиан усмехнулся и потрепал его по голове. — Но дурной. Слышал поговорку: «Дурная голова ногам покоя не даёт?» Это про тебя. — Ага, — Томура почесал по привычке щёку. — Кажется вашей дочери со мной тяжело. Вас это не злит? — Абсолютно нет. Уверен, тебе с ней тоже непросто, — понизил голос мужчина, оглянувшись на дочь. — Она тот ещё фрукт у меня. В мать пошла. — Честно сказать, поначалу мы с Миланте и правда не особо ладили, но сейчас наши отношения и мы сами сильно изменились, — отозвался Томура, наблюдая за Миланте. — Я всё в ней люблю, она мой masterpiece. И теперь я лично знаком с создателями этого шедевра. Хорошая работа, «отец». — Ну, так. Иначе и быть не могло. «Сынок», — ответил ему Дэмиан в тон и ткнул в плечо кулаком. — И да, когда это я разрешал тебе фамильярничать со мной? — Да ладно, старик, — Шигараки нахально оскалился. — Мы теперь семья, как ни крути. Сам же об этом затирал только что. Дёрнув бровью, Дэмиан вдруг влепил ему нехилую затрещину, что у парня чуть голова на отлетела. Охнув, Томура схватился за голову. — Засранец…💢 Ещё раз меня «стариком» назовёшь, я тебе голову оторву и затылком вперёд присобачу, понял? — Дэмиан мрачно навис над ним. — Окей… — Шигараки втянул голову в плечи от такого давления и на всякий случай отошёл от мужчины подальше. — Ой, они уже поладили, — Роксанна мило улыбнулась, смотря на них. — Милая, как я рада, что твоим мужем будет этот славный парень. Скажи, на твоего отца похож? — Я ему уже сказала об этом, — Миланте хмыкнула, сложив руки на груди. — Знала, что Тэнко вам понравится, хех. — Вы с ним похожи во многом, это видно, — Роксанна ласково обняла дочку сзади. — Мама рада. И детки у вас будут чудными. Оу, я совсем скоро стану бабулей! Ха-ха-ха! Осчастливила наконец мать на старости лет! Засмеявшись, она положила ладони ей на живот. — Ну? Имена уже придумали? 🤗 — Хинако и Хотаро. Это он придумал, — Миланте улыбнулась, указав на Томуру. — Мне нравятся. — Грядёт новая эра семейства Шимура, — сказала Роксанна задумчиво. — Тэнко-кун скоро освободится и будет полностью в твоём распоряжении, милая. Я чувствую, что ему сложно придётся в не столь отдаленном будущем, но дождись его, хорошо? Не опускай руки, самое главное. Враг будет сокрушён и его злое наследие канет в небытие. Она вдруг нахмурилась и взяла дочь за плечи. — Если что, мама тоже придёт и наваляет этой 200-летней тварине и яйца ему оторвёт вместе с кишками, — мрачно зашипела Роксанна. — А когда он сдохет, мы все вместе его в Аду горячо встретим. Заживо будет жариться на вертеле, как последняя свинья и визжать от боли, а мы будем его вилами протыкать на каждый вопль. Предоставь это маме, доченька, и ни о чём не беспокойся. Думай о детках лучше. Она тут же сменила режим Берсерка на обычный и лучезарно улыбнулась. — Хорошо, мам, — Миланте довольно хмыкнула с неё. — Когда ВЗО сдохнет, мы устроим ему запоминающийся последний приём. А затем он будет расщеплен мною в ничто, — холодно добавила она. — Так и будет, — Роксанна кивнула, сложив руки на груди. — Жду с нетерпением.

***

Гетен приоткрыл дверь, аккуратно и тихо протискиваясь внутрь одного из больших залов для тренировок. Ему было любопытно, но при этом парень не хотел привлекать к себе внимание. Лига Злодеев казалась ему пусть и не плохой, но крайне странной компанией. И чем выше он поднимал взгляд по лидерской лестнице, тем более странными казались те, с кем он работал. » — Несмотря на однозначные цели Шигараки, меня всё ещё гложет чувство что-то не так, — размышлял офицер Фронта, перебираясь ближе к бойцам. — Будто нам что-то не договорили… Странное ощущение…» Сам Томура ему тоже не то, чтобы нравился или нет. Этот парень был слишком закрытым, и кроме Ре-Дэстро с ним никто не контактировал, а сам новоявленный лидер к этому не стремился. Как и его жена, которую офицер толком вообще не видел. Остальная Лига тоже не особо старалась как-то наладить контакт, хотя бы на уровне рабочих отношений. Тога, Спиннер и Твайс держались подчёркнуто холодно. Компресс был со всеми вежлив, но тоже не стремился к контакту. Итого, какое-никакое общение выдавали лишь Вихрь и Даби. Хотя тоже…своеобразное. Но Гетену в целом не о чем было сожалеть, его в отличии от Скептика хотя бы не шпыняли. А сейчас Химура пытался понаблюдать за тем, как Фуума тренирует бойцов. Этот парень был вторым для Гетена по странности после Шигараки. Взаимодействуя со своими (даже с главнокомандующим, к шоку Ре-Дэстро) почти что плюшевый, а для всех остальных душный, злорадный и саркастичный. И крайне строгий на тренировках, здесь он никого не жалеет. Вихрь и Даби сильно выделялись для ледяного, не в последнюю очередь своей силой, которая была чем-то средним между Томурой, который казался настоящим чудовищем в глазах Химуры и всеми прочими, что были опасны, но уже не настолько. » — Я хочу знать в чём секрет таких людей, как они, — мысленно отметил для себя парень. — У нас похожие в своём корне квирки, но эти двое вырвались за такие пределы, о которых я даже не знал, хотя убил всю жизнь на то, чтобы довести свои способности до высшей точки». -?! Вжух! Мысли парня вдруг прервали нити, что схватили его, не давая двигаться. » — Опять он меня обнаружил, — с недовольством подумал Айсмен, когда его потащило в сторону Фуумы. — Никак не могу уследить за этими нитками». — И снова ты сталкеришь меня, ледышка, — беззлобно фыркнул Вихрь, отпуская его рядом с собой. — Я этого не люблю, всё-таки мы оба парни. Так что предупреждаю сразу: тренироваться с тобой я не буду и всегда буду связывать тебя, если ты будешь пытаться следить за мной. — Опять ты с этими шутками, Вихрь, — скривился Гетен, опираясь на перила рядом с ним. — Мне просто интересно посмотреть на твои способности. Не каждый день встретишь человека, способного драться с Макией. Да и в целом, вы всё-таки люди новые… — Я понимаю. — кивнул Эиджи. — Но если ты хочешь узнать меня получше, говори прямо. Иначе я не подстроюсь под твои хотелки. Можешь считать это «очередной эгоистичной прихотью бойца Лиги». — Вот только не надо сравнивать меня со Скептиком, — с долей обиды фыркнул Химура. — Я ради армии стараюсь, а не своего эгоизма. Нормально, если тебе неохота взимодействовать с кем-то из наших, но лично мне хотелось бы узнать Лигу Злодеев получше. Всё-таки мы теперь одна организация и думаю, будет логично установить хоть какой-то контакт. Иначе в столкновении с про-хиро мы не сможем сражаться нормально. Фуума неожиданно обернулся на него, в глазах советника Томуры мелькнул искренний интерес. » — А Гетен первый среди экс-АРИС, кто выдал такого рода мысли». — Мне нравится рациональное зерно в твоих рассуждениях, — сказал ему Эиджи. — Так что я согласен потренить с тобой, после того, как закончу с солдатами. — Они кажутся тебе настолько бездарными, что ты проводишь здесь по полдня за их дрессировкой? — поинтересовался Химура, решив подождать его. Ему заниматься кроме тренировок всё равно было нечем. — Дело не в степени одарённости, — отвлёкшись на секунду на бойцов, ответил Эиджи. — А в их не слаженности и слабой рукопашной подготовке. Ре-Дэстро хвастался мне, что у вас огромная армия, заряженная идиологически и готовая порвать про-хиро в клочья в любую секунду. И как бы не соврал, но что толку? — В смысле? — поднял брови Химура, сдерживая своё недовольство. — Про-хиро натренированны на то, чтобы ловить как раз таких злодеев, которые только и горазды нападать на обычных гражданских или всем скопом, как гиены, — начал объяснение Эиджи. — Никто из них не выстоит 1 на 1 даже против самого слабого в плане квирка героя. Это ты, будучи обладателем масштабной силы, можешь компенсировать свою несостоятельность в ближнем бою квирком. А они, кто таких сил не имеет, остаются почти беззащитным. Даже ты, что ты сможешь противопоставить герою, подобному Сотриголове или человеку, имеющему сильный квирк, но и умеющему драться? Ты сам силён, ты может и выпутаешься как-нибудь. А вот их на твоём месте уничтожат гарантированно. И, несмотря на натянутые отношения между бывшими АРИС и Лигой, я хочу сберечь как можно больше жизней, когда дело дойдёт до драки. Это даже не прихоть, а ответственность как командира, которым я являюсь. Истинная сила в нашем времени кроется в способности совмещать квирк с умением драться и использованием техники поддержки. Чем больше у тебя хотя бы базовой подготовки во всех этих категориях, тем больше у тебя шансов в сражении. А если ещё и мозги есть, найдёшь управу даже на номера 1. Вот эти тонкости я и вбиваю в бойцов СФО. -… Гетен застыл от шока. Сейчас он услышал многое из того, о чём даже не задумывался. » — Не знаю насчёт Даби, но видимо источник силы этого парня я нашёл. Он балансирует, качая ресурс из всего что может использовать». — Покажешь как надо? — спросил Химура, хмыкнув. — Конечно. Задача уберечь жизнь никуда не девается, несмотря на то, что ты тоже офицер. — отозвался Эиджи. — Как закончим с ними, займёмся тобой. 4 hours later. — Ладно, ты был прав. Комбинация имеет смысл… — выдал Гетен, присаживаясь на лавочку в зале. За три часа Фуума выжал из него все соки. Они спарринговались, делали силовые упражнения и даже просто эксперементировали с квирком Химуры. Как оказалось, Эиджи имел тягу к изучению, не уступающую самому Айсмену. — Тебе стоит попробовать научиться морозить лёд не только в жидкости, но и в воздухе, — прокомментировал Фуума, садясь рядом и кидая в соратника энергетик. — В атмосфере есть вода, а значит в теории ты можешь морозить и её, просто из-за принципов именно твоего квирка это сложнее. — Что ты имеешь ввиду? — поднял брови парень, отпив из банки. — Создавая лёд через воду, ты напрямую морозишь молекулы в ней, даже на расстоянии, верно? — Гетен кивнул. — Значит ли, что ты чувствуешь сами молекулы воды? Ведь понизить температуру в воздухе ты не можешь. Химура снова кивнул, стараясь осмыслить, к чему ведёт Вихрь. — Попробуй копнуть глубже. Морозь не воздух, а воду в его составе. Попробуй почувствовать её и дать квирку волю. Тогда он даст тебе возможность не только управлять льдом, но и создавать его почти напрямую. Это не новое пробуждение, а развитие того, что уже есть. И ещё, смотри… Эи показал Химуре левую руку. Пальцы на ней были почти посиневшими. — Но мой лёд не касался тебя толком… — нахмурился Гетен. — Когда ты заработал обморожение? — Постепенно, — ответил Эи. — Пока мы с тобой дрались, я чувствовал как постепенно холодеет всё тело, вне зависимости от того, пропустил я твою атаку или нет. Буквально кровь в жилах застывает. Это значит, что рефлекторно ты наносишь и такого рода урон, понижая температуру моей крови. И здесь тот же принцип, почувствуй кровь, как и другую жидкость и ты увеличишь свою силу. И помни, что человек на 80% состоит из воды. — Спасибо, Вихрь. Я никогда не думал, что могу нечто такое, — искренне поблагодарил Химура. — Мне казалось, что я должен развивать лишь то достижение, о котором знаю. — По факту ты и сейчас это делаешь. Просто убери фанатизм и мысли шире. Я тоже не могу огнём или теплом стрелять, но смотри, — вокруг руки Эиджи, вплотную, завертелся ветер и Гетен наблюдал, как рука постепенно отогревается. — Но я могу создать тепло и в определенный момент спасти себя от последствий квирка типа Ледяной Игры. Главное мыслить нестандартно, даже если сначала кажется, что квирк не дотянет. Согласись, строить зверушек из ветра и льда мы тоже не сразу додумались? — Всё верно, я просто думал как увеличить масштабы разрушений с помощью квирка, — кивнул Химура. — Во-от! — протянул Эиджи. — Вот и думай в этом ключе дальше. Ищи те грани квирка, которые могут быть связаны со льдом, но которые ты ещё не пробовал и дави до тех пор, пока либо не сработает, либо ты точно не осознаешь, что квирк на это не работает. Не ограничивай фантазию. Если хочешь, я могу и дальше тебе помогать с этим. И подтяну тебя, и сам хватку не потеряю. Всё-таки в СФО мы оба одни из сильнейших, в накладе никто не останется. — Хорошо, — сразу согласился Айсмен. — Ты уже помог мне гораздо больше, чем я ожидал, так что и я помогу чем смогу. Теперь я вижу, что в Лиге точно не дураки состояли. Хотя мне интересно, почему такой одарённый парень как ты, вообще пошёл в наёмники и злодеи. Почему не про? Им бы пригодился такой экземпляр. — Потому что с ними у меня свои счёты, — холодно ответил Эиджи. — Это во-первых. А во-вторых, я не одарённый. Всё, что у меня есть, достигнуто через кровь, пот, слёзы и целую кучу людей с разными квирками. Здесь хочешь не хочешь или эволюция, или смерть. На самом деле за пределами Японии много по-настоящему сильных людей. Я дрался и с огненной пони, и с киборгом, с зомби и его армией, с очень ядовитым пауком, с человеком-ртутью, который гасил меня и жидкостью, и воздухом. Ставлю голову, если бы не Оллмайт и его репутация, у Японии со своим топорным методом обучения было бы полно конкурентов. Австралия, США, Финляндия, Нидерланды, Мексика… Если бы захотели, сожрали бы эту страну с потрохами. И не в последнюю очередь из-за метода обучения, который я объясняю тебе. — Очень увлекательно, Вихрь. Я считаю, что ты очень даже прав, — Фууму вдруг прервал заехавший в зал Ре-Дэстро. — Особенно насчёт Японии. Нынешняя система давным-давно устарела, а потом ещё и сгнила. Так что твои методы, полученные на заграничных миссиях, будут очень даже к лицу новой Японии. Ты случайно не читал книжки Дэстро? — Нет, — ухмыльнулся Эиджи. — Предпочитаю фантастику. Хотя из твоих речей я примерно всё понял. И я рад, что мой босс пошёл дальше его идеалов. — Правда? — сощурился Йоцубаши. — Как можно стать выше Истинной Свободы, Вихрь? — Свобода без ограничений есть хаос, дорогие друзья, — вздохнул Фуума. — А за хаосом всегда идёт катастрофа, которая забрала бы и вас, достигни вы своих целей до Лиги. Потому что всегда есть тот, кто сильнее и вы бы долго не прожили. Истинная Свобода — это свобода Души и возможность творить для себя, не задевая желания других. Когда все хотя бы стараются услышать других и балансируют. Такой и будет лучшая Япония. Где даже злодеями будут лишь те, кто сам захотел бесчинствовать и понёс наказание. В то время, как сторонники лучшего мира, каким и был Дэстро, будут иметь шанс высказаться и прийти к выводу, который устроит людей по-настоящему, а не только тех, кто приближен к кормушке. — Возможно ты прав, Вихрь, — кивнул Йоцубаши. — Но я не думаю, что хаос невозможно контролировать. — Даже спорить не буду, тем более мне уже пора идти. Трудоголизм карает организм, — отозвался Фуума встав, но подойдя к коляске Ре-Дэстро на секунду остановился. — Если бы Томура захотел, я бы даже не препятствовал. Ведь знаешь, что самое прекрасное в правоте за счёт чуйки? — И что же? — поинтересовался Рикия. — Когда человек, жонглируя бутылкой с водой истошно кричит, что она не разобьётся, а потом вместе с тобой оттирает пол и собирает то, что осталось от бутылки, — шепнул ему Эиджи. — И пусть он потом причитает, но разгребать придётся, если он не хочет собрать ногами все осколки. Сказав это, Вихрь ушёл, оставив собеседников в раздумьях.