Незадавшееся свидание

Чёрт, что я вообще здесь делаю? Пытаюсь помешать этой сладкой парочке? И зачем? Мне ведь даже не нравится этот тупой Роберто Робертосон. Ну и что, что я совсем чуть-чуть надеялась, что он придёт ко мне посмотреть фильм в кинотеатре… или хотя бы посидит на другом конце линии и послушает мои рассказы о первой части «Предрассудков». Я вскочила со своего места почти сразу после того, как он отключился. Пошла за ним и как раз застала момент, когда Блонд Блейзер делает свою эту штуку — превращается в обычную смертную. Я не слышала, о чём они говорили: стояла за углом, наблюдала издалека. Я задержала дыхание и подошла ближе, встала прямо рядом. Конечно, они меня не могли заметить — я была осторожна. Блонди… точнее, уже Брюнетка, подошла к Роберту и… спрашивает, не разочарован ли он. Я закатываю глаза. Она серьёзно? Она же главный секс-символ этой чёртовой организации. Я видела как минимум пару порно-журналов, где она красуется на обложке в вызывающих позах и ИИ-сгенерированном эротичном костюме. Понятия не имею, кто на это дрочит, но спрос, судя по всему, есть. Я буквально увидела, как у Роберта слегка покраснели уши. Он что, смутился? Милота. Он медленно подошёл к Блейзер, обхватил её шею и притянул к себе. Вторую руку положил на тонкую талию и сжал. Меня от этого передёрнуло, но… приходится признать, выглядят они горячо. На секунду я представила себя на месте героини: почувствовала на своей коже его грубоватые пальцы, его губы… И неприятно тянущее чувство внизу живота выдало моё желание. Через мгновение Роберт отпустил девушку, и она чуть театрально отступила, протянув руку: — Мэнди. Приятно познакомиться. Роберт усмехнулся и пожал её руку. — Роберт. Взаимно, Мэнди. Они обменялись такими нежными улыбками, что меня чуть не вывернуло прямо на их умилительные физиономии. Чёрт. Воздух. Заканчивается. Я поспешила к выходу. Роберт и Мэнди остались болтать о чём-то своём, весело хихикая. Я подскочила к двери и в этот момент резко выдохнула. Надеюсь, меня никто не заметил. Быстро выскочила в коридор, аккуратно притворив дверь. Достала ингалятор, прижала к губам. Вдохнула. Свежий воздух постепенно привёл меня в чувство, и я прислонилась спиной к стене. Ненавижу Блонд Блейзер… или как мне её звать? Мэнди? Ненавижу Мэнди. Да пусть Роберт сосётся с кем хочет — мне-то посрать. Но ей ведь реально плевать на него. Ей просто нравится внимание. Ей нужен кто-то вроде Роберта — правильный, честный, справедливый, добрый и… Чёрт. Я что, правда на него запала? Нет. Не может быть. Он же обычный жалкий идиот без способностей, играющий в супергероя в папочкином костюме. Как я вообще могла на него повестись? Но давящее чувство в груди, бешеный пульс и учащённое дыхание говорили обратное. Похоже, я действительно влипла. Я медленно сползла по стене на пол, будто ища хоть какое-то стабильное место в этой вселенной. Неужели тот сон был не просто плодом больной фантазии и длительного отсутствия секса? Может, просто убить Блонд Блейзер? — странно, что эта мысль вообще появилась. Она супергероиня: даже если снимет амулет на минуту, вокруг неё полно друзей, которые мне этого не позволят. Да и… почему-то не хочется. Она — единственная, кто когда-то поверила в меня. Она взяла меня в «Фениксы», дала псевдоним, поддерживала, несмотря на весь бардак, который я устраивала. Я глубоко выдохнула, грязно выругалась. Потёрла переносицу, пытаясь стереть все мысли из головы. Безрезультатно. Медленно поднялась, опираясь о стену. Мои шаги гулко отдавались в коридоре, а я шла к выходу с пугающим осознанием: внутри больше не только пустота и ненависть. Там появилось что-то новое. И это меня пиздец как пугало. *** Утро выдалось отвратительным. Дождь моросил без остановки, и пока я доплелась до СДС, промокла до нитки. Единственное, что радовало — в команде есть ходячий обогреватель. Мы кучковались вокруг Фламбе в комнате отдыха, словно вокруг походного костра, греясь под его мягким, приглушённым пламенем. — Кстати, — протянул Фламбе, усиливая огонь и ухмыляясь, — слышал, у Робби вчера была свиданка. Прикиньте? — Что? — прыснула Призма. — У нашего диспетчера? И кто же на него мог запасть? — Я видел, как он с Блонд Блейзер жались у конференц-зала, — заговорщицки сказал Громила. — Меня они, само собой, не заметили. Команда дружно заохала и расхохоталась. Я закатила глаза. Идиоты. Какое им вообще дело, с кем обжимается Роберт. Хотя… мне вот дело есть. Вся ночь ушла на мысли о том, как он мог выбрать её. Такая самодовольная… А я бы отдала всё, чтобы он смотрел на меня так же. Чтобы прижимал к стене, сжимал кожу ладонями, целовал — как будто боится потерять. Я выскользнула из комнаты отдыха, оставив этих клоунов жариться у Фламбе. Волосы у меня так и не успели высохнуть — вода стекала по шее к груди, оставляя холодные следы. В кухне было тихо. Я подошла к автомату: последний мой любимый батончик с арахисом ждал меня, как награда за пережитое утро. Я порылась в карманах. Пусто. Чёрт, мелочь осталась дома. Вырвалось тихое ругательство. И тут рядом возникла рука — протягивающая в купюроприёмник доллар. Я резко обернулась — и встретилась лицом к лицу с Робертом. Слишком близко. Настолько, что я рефлекторно дёрнулась назад, чем его, кажется, только позабавила. Он слегка улыбнулся и нажал кнопку. Автомат выплюнул мой батончик. Роберт наклонился, поднял его и протянул мне. Лёгкая улыбка, будто ничего особенного. Я смотрела то на него, то на батончик, будто мозги отказались работать. Взяла. Сказать “спасибо” — вот это уже было выше моих сил. Чего он вообще от меня хочет? — Ну что, понравилось наблюдать за нами со стороны? — тихо бросил он. Я нахмурилась, машинально проверив, одна ли я с ним в помещении. — Могла бы просто признаться, что любишь подсматривать, — хмыкнул он ненапряжно, будто мы обсуждали погоду. Во мне щёлкнуло. Он реально не понимает? Или делает вид? Раздражение вспыхнуло резко и горячо. Я толкнула его в грудь. Он отшатнулся и врезался в столешницу у микроволновки. — Ты прикидываешься идиотом или всегда такой? — сорвалось с губ. Я подошла ближе и ткнула пальцем ему в грудь, чувствуя, как пальцы подрагивают. — Ты никого вокруг не замечаешь, кроме своей Блонд Блейзер, да? А я… я бы мечтала оказаться на её месте. В тот вечер. Роберт замер, вцепившись в край столешницы, словно земля ушла из-под ног. Смотрел так, будто впервые видел меня. Что, он правда ничего не замечал? Я глубоко вдохнула, выпрямилась — и, не дав себе возможности передумать, рванула к выходу. Дверь хлопнула за мной, эхом ударив по нервам. Что за хрень я вообще выдала? *** Смена прошла на удивление спокойно. Странно даже: задания выпадали какие-то детские по сравнению с тем, что обычно шло на мою голову. То кот на дереве, то бабулю через дорогу перевести, то догнать карманника и вернуть кошелёк даме в эксцентричной шляпе. Создавалось впечатление, что диспетчер специально избегает отправлять меня на что-то серьёзное. Я сидела на качелях на пустынной детской площадке. Достала сигарету, щёлкнула зажигалкой, сделала глубокую затяжку — дым приятно согрел внутри. Переключила наушник на личный канал. — Робби, какого хера? Почему ты меня весь день бережёшь? Думаешь, я не справлюсь? Молчание тянулось неприлично долго. Я раскачалась сильнее, сделала ещё одну затяжку. — Нет, просто… Невидива, ты нормально себя чувствуешь? Я чуть не подавилась дымом и закашлялась. — Прекрасно себя чувствую. Что сегодня с тобой? В наушнике что-то клацнуло — будто он стиснул зубы. — Ладно. Только что пришёл вызов: ограбление банка. Направляю тебя и Милеволу. Будьте осторожнее. Я фыркнула, швырнула недокуренную сигарету в лужу и вскочила с качелей. Наконец-то что-то стоящее. Пустилась бегом к месту происшествия. Солнце уже садилось, фонари расцветали вдоль улиц, и редкие прохожие оборачивались мне вслед. По пути я встретила Голема и Фламбе — они возвращались с пожара в жилом районе. Кивнули друг другу, и я свернула за угол к главной улице. Через квартал показалось здание Банка: колонны у входа придавали ему вид не банковского учреждения, а почти посольства. У входа уже стояла Милевола, опираясь на свой огромный меч. — А ты не спешила, да, Дива? — хихикнула она. Я поднялась по ступенькам. — А что, одна бы не справилась? — фыркнула я и толкнула тяжёлые двери. Внутри — классическая сцена хаоса: заложники лицом к полу, над ними двое с автоматами, на головах какие-то устройства, похожие на дешёвые аналоги устройств Красного кольца. Ещё двое возились с бомбой у двери хранилища. У одного вместо руки — плазменный бластер, второй выглядел обычным, но яркое красное свечение под футболкой выдавало в нём наёмника. Я бесшумно проскользнула мимо вооружённых и схватила пистолет, лежавший на столе возле детонатора. Навела на парочку у сейфа. — Сдавайтесь, ребятки, иначе будет больно, — сказала я, приветственно помахав оружием. Они развернулись, оскалились. — Невистерва! Какого хуя ты здесь забыла?! Наёмник с бластером направил руку-пушку на меня — я растворилась в воздухе в тот миг, когда плазменный заряд пролетел сквозь то место, где я была секунду назад, и взорвался о стену. Охранники в панике кинулись прочёсывать зал — идеальный момент для Милеволы. Она вылетела из портала прямо над ними и ударила мечом по полу: охранники разлетелись, как кегли. Я перевела прицел на наёмника и нажала на курок. Щелчок. Пусто. Чёрт. Ловушка. В следующее мгновение кто-то сзади перехватил меня, больно сжав горло. Воздух пропал. Я забилась, пытаясь вырваться. Он был силён, но... Я ударила по яйцам со всей силы. Он взвыл и ослабил хватку. Этого хватило: я вывернулась, схватила его руку и вывернула в обратную сторону. Хруст, вопль. Слабак. На меня кинулся мужик с бластером. Он выстрелил — я едва успела пригнуться. Задержала дыхание, исчезла, возникла рядом, ударила в челюсть. Снова исчезла. Удар под дых. Уклон. Колено — в то же чувствительное место. Громила был прав: беспроигрышный вариант. Он сложился пополам и упал, скуля себе под нос. Я ещё раз пнула его для надёжности. Милевола к этому моменту уже скрутила остальных. Заложники освобождены. Всё — чисто. Мы хлопнули друг другу пять. — Видела, как ты им по яйцам раздавала, — хихикнула она. — Кольм учил? — Ага. Он в этом спец. Я обернулась — и в тот же миг заметила, как тот самый ублюдок с бластером целится в спину демоницы. Он выстрелит быстрее, чем я добегу. Я толкнула Милеволу со всей силы. Она упала. В следующую секунду что-то обожгло меня сбоку, и меня отбросило метра на два. Боль накрыла волной. На пальцах ощущалась тёплая, густая кровь. Плохой знак. Милевола мигом вырубила стрелявшего и подскочила ко мне, осматривая рану. Двигаться было почти невозможно. — Надеюсь, я не сдохну на первом нормальном задании за день, — хрипло усмехнулась я, размазывая кровь по одежде. — Не неси хуйню, — серьёзно отрезала она. Она полоснула воздух своим мечом, открыв портал, и подняла меня на руки. Мы шагнули — и оказались прямо в СДС. Чёрт, только бы без жалостливых взглядов. Роберт мгновенно обернулся на крик Милеволы. Он вскочил, подлетел ко мне, аккуратно перехватил у демоницы и молча понёс в госпиталь. Врачи быстро занялись ранением, поставили капельницу — боль отступила, голова прояснилась. Я попыталась подняться, но Роберт мягко, но уверенно уложил меня обратно. — Лежи спокойно. Или я попрошу вколоть тебе снотворное, — сказал он, едва коснувшись пальцами моей ладони. Я не дала ему отдёрнуть руку — сжала его пальцы и встретилась с ним взглядом. На удивление, он даже не отшатнулся. — Спасибо, — почти шёпотом выдохнула я и отвернулась. Роберт слегка улыбнулся — тихо, по-настоящему. Руку не разжал. Просто сидел рядом, не сводя с меня глаз, пока я потихоньку проваливалась в сон.  *** Конечно, я его не заслуживаю. Не заслуживаю вообще никакой любви. Я родилась среди злодеев, выросла рядом с ними — и, наверное, такой и останусь до конца. А Роберт… он другой. Ему словно предначертано быть героем ещё до появления на свет. Мы слишком разные, чтобы когда-то быть вместе. Чёрт, ну почему он просто не оттолкнёт меня? Не скажет прямо, что между нами никогда ничего не будет? Почему не оставит лишь рабочие отношения, чтобы я наконец забыла о нём, как о дурном сне? О том самом, что приходит ко мне почти каждую ночь. Почему он не сделал этого на кухне? И почему я до сих пор цепляюсь за эту жалкую надежду?.. Я приоткрыла глаза, медленно разлепляя ресницы, слипшиеся от редких слёз. Роберт всё так же сидел рядом, мирно посапывая, сжимая мою ладонь даже во сне. На секунду я позволила себе тихую, почти невольную улыбку. Дверь тихо скрипнула. В палату вошла начальница — Блонд Блейзер. Я едва заметно нахмурилась, но всё равно была ей рада. — Привет, Невидива, — прошептала она, стараясь не разбудить диспетчера. — Как ты? Уже лучше? Я кивнула. Она облегчённо улыбнулась, захлопав длинными ресницами. Подойдя ближе, Блонди с некоторой неловкостью взглянула на Роберта, чья спина медленно поднималась в такт дыханию. — Он… что, провёл здесь всю ночь? — едва слышно спросила она. Я перевела взгляд на Роберта. Похоже, она хотела поговорить именно с ним. Я осторожно высвободила свою руку. Он поморщился, моргнул несколько раз и, наконец, открыл глаза. Сначала даже не заметил начальницу — только мягко улыбнулся мне. Я взглядом указала на Мэнди за его спиной. Роберт будто очнулся. Его глаза на секунду потускнели… или мне показалось. Он поднялся с кресла и пошёл к ней. Мэнди что-то прошептала ему — и оба посмотрели на меня. Я смутилась и отвернулась, делая вид, что внимательно изучаю медленно капающий из капельницы раствор. Они вышли, оставив дверь чуть приоткрытой. Слова уже не различались, но любопытство жгло. Я же Невидива — как будто у меня был выбор. Я аккуратно вынула иглу, поднялась, пережидая лёгкое головокружение, и бесшумно скользнула в коридор. Мэнди тихо сказала: — Роберт, я же вижу, что между вами что-то есть. — Спокойно, без укора. Просто констатируя факт. Он молчал. Ему явно было тяжело это слышать. Неловкость? Или ему было стыдно? — Мне жаль, Мэнди, — тихо ответил он. Она выдохнула — резко, почти болезненно, — и ушла в кабинет, прикрыв дверь с таким звуком, что меня пробрала дрожь. Никогда не видела её такой. Роберт остался стоять, опустив взгляд в пол. Лишь спустя несколько секунд будто вспомнил, что оставил «невидимую воришку» одну. Но, заглянув в палату, он, конечно, никого там не нашёл. Я стояла прямо за ним, наблюдая, как он растерянно оглядывается. Даже не догадывался, насколько близко я была. Сдерживая смешок, я наклонилась и тихо выдохнула ему в шею. Он вздрогнул и резко развернулся, готовясь защищаться. Я прыснула со смеху и легко коснулась его плеча. Он нахмурился — не сердито, а скорее ошеломлённо. И вдруг его руки легли мне на плечи, притягивая ближе. Наши лица оказались в нескольких сантиметрах. Я умолкла. И в этот момент он мягко коснулся моих губ. Сначала я застыла — шок, растерянность. Но потом позволила себе расслабиться. Закрыла глаза, вплела пальцы в его волосы и углубила поцелуй. Его ладони скользнули по моей спине к пояснице, притягивая меня ближе. Я выдохнула ему в губы — едва слышно. Роберт отстранился ровно настолько, чтобы прошептать: — Ты точно… в порядке? Твоя рана… — Всё нормально. Просто замолчи уже, придурок, — бросила я и толкнула его обратно в палату, закрывая за собой дверь. Я снова прижалась к нему, ощущая его руки, его тепло, его нерешительность, перемешанную с желанием, которое он уже не пытался скрыть. Он отходил назад, пока не упёрся в холодную стену. Его пальцы поднялись к моей шее, осторожно поглаживая щёку большим пальцем. Я почувствовала, как по телу прошла дрожь. Поцелуй становился глубже, смелее. Я прикусила его губу — не сильно, но достаточно, чтобы услышать его тихий, сдавленный выдох. Он напрягся, и на секунду мне показалось, что мир вокруг исчез. Я провела рукой по его груди, ощущая под пальцами напряжённые мышцы, ткань рубашки, тепло его кожи. Одним движением распахнула пуговицы — несколько из них отлетели на плитку с глухим стуком. Он затаил дыхание, когда мои пальцы коснулись его шрамов. Я опустила руку ниже, оглаживая пресс и остановилась на его твердом подтверждении сексуального возбуждения. Он тихо выдохнул, запрокидывая голову.  Я наклонилась к его шее, легко коснулась губами кожи, затем чуть сильнее укусила и почти сразу успокоила место тёплым поцелуем. Он, кажется, не выдержал. Его руки сжали мои бёдра, поднимая меня и прижимая к стене палаты. Я обвила его ногами, чувствуя, как его каменный член вжимается в мою промежность. Сердце билось так громко, что я слышала его в ушах.  Он целовал меня жадно, будто боялся упустить момент. Я отвечала тем же, но где-то в глубине оставалось понимание: мы всё ещё в СДС. В любой момент кто-то может войти, например, из Я-команды под предлогом проверить мое состояние. И тогда меня осенила мысль. Я чуть отстранилась, прижалась губами к его уху и шепнула: — Я знаю место получше. Там нас никто не потревожит. Я слегка коснулась кончиком языка мочки его уха — и увидела, как его уши мгновенно вспыхнули красным. Нашла слабое место… отлично. Я коротко хихикнула, спрыгнула с него, взяла его за руку и потянула к двери. — Пошли, герой.