✟ Спектр возможностей ✟

…Я по-прежнему склонен утверждать, что аномальные галлюцинации — не плод фантазии, а вполне реальная проблема, на которую Империя предпочитает закрывать глаза. Психологические заболевания, не будучи под контролем, сами по себе могут привести к ужасающим последствиям. Представьте, чем обернутся психологические проблемы, вызванные аномалией? А она ведь, ко всему прочему, оставляет за собой след. Не психологический, а самый что ни на есть реальный! Пострадавшие фонят аномалией, тем самым руша реальность. Правда, исключительно свою. Может, потому никто и не обращает внимания на этих бедолаг? Не обращает внимания на нас… Мне всего лишь хотелось бы знать, сколько нам осталось? Личная переписка между Адэриком Рокмэтом и приимперским анонимусом На следующее утро Арчи очень пожалел о том, что накануне перед сном решил прочитать «всего лишь пару страниц», а в результате не успокоился, пока не добрался до развязки. Оказывается, книги страшно коварны! Они легко затягивают в сети интригующих историй и не позволяют выпутаться из них, пока не будет проглочена последняя строчка! Вивер и не подозревал, что проза может быть настолько увлекательной и одновременно с тем иметь такое влияние на людской разум. Это что же получается, если написать что-то стоящее и заинтересовать этим людей, можно через выдуманные истории найти себе соратников по мировоззрению? Тогда человек, овладевший искусством письменной манипуляции, был недалёк от основания личного культа! Это мощная сила, спрятанная под потрепанной обложкой! Сколько всего я бы мог сделать, будь у меня свой культ! Ты ведь в курсе, что главой культа, даже самого безумного, быть не так-то просто? Постоянно приходится принимать решения. Не припомню, чтобы ты любил это дело. Спектр обожал портить наивные мечты Вивера. Конечно, Арчи не был дураком и понимал, что лидерство любого сорта отнимает кучу времени и сил. Да, в большинстве своём главы культов играли роль руководителей. Так ведь и это далеко не сахар. Грамотное руководство требовало сильной стратегии действий, изучения человеческих ресурсов, которыми лидер обладал, а также знакомства с ближними конкурентами и извечного поиска компромиссов. В общем, возглавлять секту оказалось бы ужасно напряжно. Но если бы Арчи в иной жизни родился поактивнее и захотел себе культ, начал бы он с написания книги. Однозначно великолепный первый шаг! Чтение книги — полбеды. После этого Арчи захотелось тут же выбрать следующую историю. Из-за этой жгучей потребности Вивер и оказался в комнате Крона? Или книга была лишь поводом, а на самом деле Арчи страсть как хотелось выведать у Адама ответы на парочку мучающих его вопросов? Так сразу и не скажешь. Тем не менее разговор, по мнению Вивера, удался. После него лишь Арчи вернулся в свою комнату, и он тут же погрузился в сладкий мир грез. Вот только отведенного для сна времени оставалось недостаточно. Как результат, Вивер бежал по периметру кладбищ Аранка, обливался потом и тихо злился на себя за то, что не умеет спать на ходу. Ах, как бы было чудесно, овладей он таким фантастическим навыком! — Вивер, хватит плестись, как улитка! Пока ты держишь такой темп, тебя догонит даже безногий бродяга! — орал Флетчер. Пришлось растратить чуть больше энергии, дабы доказать регенту, что уж от безногого-то Вивер убежит стопроцентно! — Адам, может, вместо гантелей мне выдать тебе плюшевые игрушки? Судя по весу, который ты сегодня берешь, плюш окажется эффективнее! Хорошо, что прилетало не одному только Арчи. Флетчер орал на всех без разбора. Судя по темневшим синякам под глазами, Никс плохо спал, скорее всего, переживая за судьбу любимого бюро. Собственно, никто из сотрудников Аранка не выглядел выспавшимся. Лицо Слейда оставалось слегка зеленоватым, Триша осунулась, Оуэн зевал через каждые две минуты, а Роксана, как и днем ранее, гипнотизировала свои сломанные ногти. В какой-то момент Флетчер заметил, что Харт недостаточно увлечена утренней тренировкой, и заставил ее наворачивать круги вокруг кладбищ вслед за Вивером. — Что-то не так? Ты все утро любуешься ногтями, — полюбопытствовал Арчи, догнав вялую Харт. Девушка умудрялась кидать опасливые взгляды на ногти даже на бегу. — Не лезь, куда не просят, — бросила она на Арчи недобрый взгляд и прибавила скорости. До этого ответа Вивера мучило сугубо праздное любопытство, от которого было легко отмахнуться. Но после рыка Роксаны интерес Арчи резко пополз ввысь. Теперь он не просто хотел, а должен был разузнать, что же с Харт не так. Не в эту самую секунду, конечно же. Всему свое время. Надо действовать осторожно, планомерно, но неотвратимо. Без надобности прямо сейчас передвигать ногами быстрее требуемого лишь для того, чтобы нагнать Харт. Нет, Арчи найдет другой способ. Менее энергозатратный. Остаток пути Арчи молча пялился на спину Роксаны и придумывал всяческие причины ее странного поведения. Причем с каждым новым витком фантазии Вивера, предположения его становились все фантастичнее. — Кто-нибудь видел мои кастеты? — расспрашивала Триша аранковцев после тренировки по пути в раздевалку. По негласному правилу сперва в душ шли Триша и Роксана, затем все парни, кроме Вивера. Арчи замыкал цепочку, довольствуясь бодрящей ледяной водой и обмылками. Он слышал, как Триша спрашивала о кастетах еще до тренировки. Но аранковцы лишь пожимали плечами. — Сегодня ты потеряла кастеты, вчера кулон, может Оуэну тебя осмотреть? — съязвила Роксана. Видимо, она не выспалась больше всех и теперь собиралась источать свое дурное настроение на километры вокруг. — У меня, кстати, куда-то делась пачка с новыми пробирками, — не остался в долгу Сиверс. — А у меня мои курительные смеси, — пожаловался Слейд. — Слишком много пропаж, не находишь? — ехидно протянула Лемьер. — Может, кто-то взялся за старое? Интересные намеки. У Роксаны случаются легкие приступы клептомании? Очень любопытная информация. — Ты на что намекаешь, дырявая? — огрызнулась Харт. Триша в ответ на странную кличку ощетинилась. — Прекрасно знаешь, на что. И учитывая количество твоих партнеров, «дырявая» — отличная характеристика тебя, а не меня, — прошипела Лемьер. Судя по тому, что остальные аранковцы оставались спокойны, подобные стычки между Роксаной и Тришей происходили далеко не в первый раз. — Если уж мы заговорили о воровстве, почему бы не обратить внимание на Вивера? — как бы между прочим кинул Крон. Арчи еле сдержался, чтобы не возмутиться. Что еще ему надо сделать, чтобы Адам перестал винить его во всех бедах Аранка?! Отсосать ему?! Даже если бы Вивер выделил для этого достаточно энергии, он подозревал, что Адам бы сопротивлялся до последнего и шипел даже в случае, если бы его член оказался у Вивера во рту. Крон был слишком гордым, чтобы легко поддаваться соблазнам. К тому же Адам явно имел потребность страдать, пробираться через тернии к звездам и всегда выбирать самые сложные пути. Так что задайся Вивер реальной целью соблазнить Крона, и он бы замучился бегать за этим неприступным недотрогой. Катись к бесам, Крон. — Я не вор. Я коллекционер, — возразил Арчи. — И предпочитаю сугубо ложки. — Сперва он ворует ложки, — загундел Крон, — а потом… — Твое сердце? — предположил Вивер, нагло перебив Адама. Выражение лица Крона стало очень странным. Как будто у него заклинило тройничный нерв или парализовало мышцы. Триша взорвалась хохотом. Роксана подмигнула Виверу. Слейда чуть не стошнило. Оуэн что-то пробормотал про необходимость каждую ложку Аранка запереть под замок. Флетчер предпочел все внимание перекинуть на экран интеркома. Вивер надеялся, что душ смоет с Адама лишнее напряжение, но когда после водных процедур аранковцы вновь собрались в комнате с табло смерти, Крон выглядел таким же разъярённым. А не надо ко мне лезть, глядишь, в стенах бюро перестанут звучать слова, которые так тебя бесят! Впрочем, словесное противостояние с Адамом стало отличной ширмой для реальных намерений Вивера. В кармане его брюк с раннего утра лежал «сюрприз», который следовало «открыть» в подходящее для Аранка время. Арчи ковырялся в тарелке, полной подогретой консервированной фасоли и яичницы авторства Никса, и наблюдал за коллегами. Сейчас? Или подождать минутку-другую? — Выкатили лицензию на ликвидацию бюро Бартэна. Сумму сулят немалую, — тем временем выбирал Флетчер заказы для Аранка. — Берем? Аранковцы переглянулись. Как Арчи успел понять, брать лицензии на убийства коллеги не любили, так что к таким заказам они обращались только в самом крайнем случае. Так как восточная ассоциация на погашение долга дала Аранку неделю, крайний случай грозил наступить к концу этого срока, но не прямо сейчас. Но Вивер не стал бы браться за это дело по иной, нежели моральная составляющая, причине. — Не советую, — покачал он головой, нанизывая фасолину на острые зубцы вилки. Раз никто другой из Аранка отговаривать Флетчера не решился, придется это сделать Арчи. — Почему? — нахмурился Сиверс, уже мысленно деливший у себя в голове наживу. — Ты знаешь это бюро? Арчи взглянул на коллег. — Не обязательно знать, чтобы… Ансэт, как вы вообще выживали без меня? — искренне удивился он. Крон в ответ попытался подарить ему подзатыльник, но Вивер в последний момент уклонился. В результате сидевший на полу Крон потерял равновесие, накренился и рефлекторно выставил руки перед собой. Одна из его ладоней угодила в его же тарелку. Увы, на этом падение не завершилось. Тарелка заскользила по полу, в результате чего Крон смешно шмякнулся лицом об пол. Послышался разъярённый рык. Арчи даже бровью не повел. Сам упал, сам разозлился. Невероятно самостоятельный человек. Главное, чтобы Крон в эту самостоятельность не вмешивал Арчи. Вивер не выдержал бы такого количества лишних телодвижений. — За их ликвидацию сулят сто тысяч корпскоинов, — кивнул он на табло смерти. — Это-то нас и привлекло, гений! — развел руками Слейд. — А должно бы напрячь, гений, — не остался в долгу Арчи. — Вам пора бы начинать учиться задавать вопросы, — заметил он. — Вы слышали о таком словосочетании как «критическое мышление»? Или анализ и оценка ситуации для слабаков? — Вивер, обычно меня раздражает, когда Адам цепляется к тебе. Но я в шаге от того, чтобы встать на его сторону, — заметил Слейд. — На сторону эмоций и безмозглости? Крест в руки. Тогда мы все умрем еще до заката. — Вот теперь ты начал бесить и меня, — вздохнул Флетчер. — Может, уже объяснишь, что тебя так напрягло в данном заказе, вместо того, чтобы рисоваться своими дедуктивными способностями? А Никс отлично строит из себя дурака. И ради кого? Ради меня! — Моя задача — заставить вас думать. В этом случае меньше думать придется мне, так как размышлять наперед — это… — Энергозатратно, — хором выдали Флетчер, Оуэн, Триша, Роксана, Слейд и Крон. Арчи вздрогнул. Так удивительно, когда тебя слушают, изучают и… запоминают. С таким явлением Вивер сталкивался нечасто, и обычно оно имело одиночный характер, то есть к Арчи проявлял интерес один человек. Никогда еще все бюро разом не смотрело на него широко распахнутыми глазами. Да, последствия были не самой сильной стороной Аранка. Но внимательности им было не занимать. — Ей-богу, Вивер, ты достал, — вздохнул Сиверс. Арчи не сдержался и улыбнулся. Ему почему-то было приятно такое внимание. — Задайтесь вопросом, почему этот жирный кусок не забрало одно из бюро сусального золота? У них же такие заказы из-за приоритетности высвечиваются раньше. А еще у них имеются отдельные работники, которые только и делают, что отслеживают и резервируют лучшие задания. И тут сотня тысяч падает на общий рынок смерти, и никто не хватает ее в первые секунды? Как так? — развел Арчи руками. Аранковцы переглянулись. — Мощное бюро, — предположил Флетчер. — Мощь — полбеды. Влиятельное бюро — так бы я выразился, — поправил Никса Арчи. — Влиятельные у нас ребята, относящиеся к сусальному золоту. И на них, будет тебе известно, лицензии не выписывают, — заявил Крон. — Откуда такая уверенность? — усмехнулся Арчи. — Лицензии выписывают на всех. — Ну и плевать, — пожала плечами Роксана. — Мы любого по стенке размажем. — Вот именно, — согласился Слейд. — Сто тысяч на дороге не валяются, — поддержал остальных Крон. — Сусальное золото лучше бы оставить инквизорам, — продолжал разжевывать Вивер. — Вряд ли лицензию на них выписали из-за долгов. Куда вероятнее происходит очередной передел территорий между теми, кто над этими бюро стоит, и теми, кто это бюро пытался перетянуть на свою сторону, но просчитался. Я говорю про срединников или акропольцев. Вам мало сектантов, теперь вы хотите перейти дорогу еще и типам сверху? Риторический вопрос завис в воздухе. — А как насчет этого? — Флетчер указал на другую строчку. Он не стал подтверждать правоту Вивера вслух, но Арчи все равно порадовался тому факту, что к нему прислушались. Аранковцы взялись обсуждать, подходит им новое задание или нет. Арчи в разговоре больше не участвовал. Сунув руку в карман, он поглаживал гладкую поверхность предмета, которому в скором времени следовало стать «сюрпризом». А хорошим он будет или плохим, решал, увы, не Вивер. — Нам следует рассредоточить силы так, чтобы одни сконцентрировались на заработке, а другие — на поиске информации об этих фанатиках, — подала голос Триша. — То, что они творят в некрополе — это не шутки. Хуже того, их действия масштабны, но при этом они умудряются оставаться незамеченными ни инквизорами, ни большей частью некропольцев. Разве вас это не напрягает? — Меня напрягает, что они подарили нам голову Перри, — буркнул Оуэн. — А меня, что они в меня стреляли! — поддакнул Слейд. — Они от нас не отстанут. Нам следует знать, когда они решат наведаться к нам в следующий раз, — подвел итог Флетчер. — Залечь на дно — не вариант? — пробубнил Оуэн. — Вдруг они заметят, что мы больше не мельтешим в поле их зрения, и просто забьют на нас хер? — После того как мы убили несколько их человек? — Арчи попытался сдержать хохот, но все равно рассмеялся на весь зал. — Предположения нелепей я еще не слышал! — Вот и я в команде Крона и Слейда по ненависти к тебе, — буркнул парень. При этом его неестественно яркие глаза будто бы стали ярче прежнего. — Вы все еще не поняли? Мне все равно, — пожал Вивер плечами. — Мы не в детском доме. Нам не по восемь лет. Я не нуждаюсь в друзьях и поощрении. Я пытаюсь выжить. А чем занимаетесь вы? — Тем же самым, — прошипел Крон сквозь зубы. — Как-то ведь, блядь, справлялись без тебя все эти годы. — «Как-то» — правильная характеристика, — кивнул Вивер. — Как-то справляются все. А вам бы не хотелось вылезти из этого дерьма? И жить хотя бы чуточку лучше? Потому что если хотелось, то вот вам мой первый совет: хватит растрачивать энергию на детские обиды. — Гр-р-р! Флетчер, скажи ему! — взвился Крон. — А в чем он не прав? — хохотнул Никс. Арчи знал, что регент встанет на его сторону. Флетчер был расчетливым и куда более умным, чем пытался казаться. Не будь здесь Арчи, и он бы не заговорил про заказ за сто тысяч корпскоинов. Он бы сразу его отмел, прекрасно зная, какое дерьмо таится за пятью нулями. Единственная причина, по которой он поднял вопрос данного заказа, оставался Арчи. Флетчер то ли проверял, насколько Вивер хитер, то ли пытался всеми правдами и неправдами сблизить его с остальной командой. В любом случае Арчи почувствовал к мужчине благодарность. Флетчер был отличным лидером, но старательно это скрывал, чтобы от него не требовали больше необходимого. Правильная стратегия. Аранковцы взялись спорить, быстро переходя на повышенные тона. Арчи наблюдал за словесными стычками со стороны, с аппетитом дожевывая свою фасоль. — Поймите уже, наконец, даже если мы спрячемся, нас это не спасет! — загремела на весь зал Триша. — Не мы их цель! Они пытаются захватить некрополь! Причем, как я понимаю, не только Полендрумский! Может, они и фанатики, но даю руку на отсечение, дело далеко не только в вере. Есть что-то еще куда менее возвышенное! — Например? — нахмурилась Роксана. — Например, ВсеИмператор, который все никак не сдохнет, — предположил Арчи. Слейд издал что-то вроде стона, Оуэн скривился, Флетчер помрачнел. — Да лучше уж бодаться с психами-сектантами, чем лезть в политику, — выдохнул он тихо. — Давайте решать проблемы по мере их поступления. Серьезно, у меня уже голова пухнет! — пожаловался Слейд. — Сперва выплатим долги, а уж потом… — Пока мы зарабатываем деньги, где гарантия, что эти сволочи не нападут на кого-нибудь из нас? — настаивала Триша. — Я твердо уверена, что нам нельзя пускать этот вопрос на самотек. Их действия направлены на отдельных людей и кварталы некрополя только сейчас, но где гарантия, что в будущем они не захватят весь нижний город? Вам хочется жить под пятой психов, которые за неповиновение пришьют к вашей жопе мои руки? — всплеснула она руками. Сиверс еле сдержал рвущийся из него рвотный позыв. Кажется, бедолага вновь вспомнил о хранящихся в покойницкой скульптурах. Остальные тоже не источали хорошего настроения. — Соглашусь с Тришей. Нам следует разделить фокус внимания. Я готов взяться за поиски остальных храмов этого бесова Консорциума, — подал голос Маккей, проглотив подкативший к горлу ком. — В конце концов, я соприкасался с ними больше остальных, поэтому… Вот он! Идеальный момент, которого терпеливо ждал Арчи. — Нет, ты для этой роли не подходишь, — уверенно покачал он головой. Сиверс непонимающе нахмурился, но прежде чем он или кто угодно другой из Аранка успел задать вопрос, Вивер резко перевел тему: — Кстати! Оуэн, помнишь мой первый день в вашем бюро? — уставился он на вздрогнувшего Сиверса. — Мы с тобой тогда поехали за моими вещами. — Да, конечно, — кивнул исцелитель, выглядя слегка недоуменным. «При чем здесь это?» — легко читалось у него на лице. — Мы еще тогда нарвались на выгоревшую! — Было дело, — подтвердил Сиверс, ловя на себе недоуменные взгляды аранковцев. Они надеялись, что если не Арчи, то Оуэн объяснит им, к чему Вивер ведет. — Когда инквизоры позаботились о ней, девушка упала на асфальт, и из ее поясной сумки высыпались вещи. Имелся там один любопытный предмет, который… — Говорю же, он вор! — перебил Вивера ликующий Крон. — И вы все еще не понимаете, почему я его подозреваю? — Просто чрезмерно любопытный. Прошлой ночью тебе следовало это понять, — Арчи подарил Крону широкую улыбку. — Это еще что значит? — нахмурилась Триша, переводя ошалелый взгляд на Крона. — Мне бы тоже хотелось знать, — по другую строну от Адама поиграл бровями Флетчер. Оба подумали совсем не о том, что произошло на самом деле. На это Арчи и рассчитывал. Крон взялся было оправдываться, но Вивер вновь перетянул все внимание на себя: — Я взял этот предмет, потому что он показался мне странным. Почему он показался таковым, не знаю. Назовем это моей интуицией. — Спектральной? — встрепенулся Оуэн. — Нет. Человеческой, — улыбнулся Арчи. — Я принес этот предмет в Аранк и не вспоминал о нем до той самой минуты, пока мы не оказались в храме. Вы наверняка сразу узнаете, что это… — с этими словами Вивер вытащил из кармана пузырек с перламутровым порошком. Хорошо, что Арчи изначально следил за движениями Слейда, иначе вовремя среагировать он бы не успел. Маккей, мгновенно изменившись в лице, кинулся на Вивера. Арчи одним легким движением засунул пузырек себе в рот, а сам на автомате отклонился влево, избежав первого удара. Чтобы уклониться от второго, пришлось произвести сложный кувырок назад. А от третьего Вивера спасло ужасно энергозатратное сальто. Увы, в его положении, это был наилучший вариант. К третьему неудавшемуся удару Слейда, как и рассчитывал Вивер, зашевелились остальные члены Аранка. — Отд… — Слейд хотел было с помощью своего спектра приказать Арчи отдать ему порошок, но Флетчер оказался быстрее. Он резко разорвал связь Слейда с его спектром, а Адам схватил Маккея сзади за локти и остановил его от попытки силой вытащить пузырек изо рта Вивера. Убедившись, что Маккей больше ему не опасен, Арчи выплюнул пузырек себе на ладонь и окинул взглядом растрепанных аранковцев. — Вот поэтому Слейду не следует браться искать другие храмы, — вздохнул он, — ведь порошок, хранящийся в них, вызывает сильную зависимость. ✟✟✟✟✟ Роксана помнила, как ушла отсыпаться. И помнила, как ее разбудило сообщение Флетчера, пришедшее на интерком. Чего она не помнила, так это что же произошло между двумя этими событиями. А то, что что-то произошло, Роксана знала наверняка, ведь проснувшись, она обнаружила свои ноги испачканными в земле, а ее ногти… Они оказались переломаны, как если бы девушка копалась в задубевшей почве или царапала ими иную твердую поверхность. Например, крышку гроба. Это был всего лишь сон, верно? Всего лишь сон! — Что не так, детка? Неужели, вскоре троелуние? Роксана проигнорировала эти слова, в очередной раз костеря себя за невыполнение обещания, которое она давала сама себе каждый бесов раз. И каждый бесов раз забывала о нем. Обычно в небе над некрополем зависали одна или две луны. Очень редко сквозь облака пробивался красный свет сразу трех идеально круглых небесных светил. Их появление мешали отследить облака, но Роксана точно знала, что в некрополе проживали бывшие астрономы — люди, которые по звездам, мелькавшим между извечными облаками, могли просчитать, когда троелуние наступит в следующий раз. Лишь симптомы возвращались, и Роксана вновь обещала себе дойти до этих астрономов, разузнать у них график троелуния и за пару дней до и после этого события либо притворяться больной, либо каким-то еще образом ограничивать свое общение с внешним миром. Но с уходом троелуния уходили и симптомы, и из головы Роксаны выветривались все проблемы. Как же это по-детски. Но когда-то я ведь сдержу обещание? — И не мечтай, детка. Ты всегда была такой. Какой? — Ненадежной, детка. Не злись. Я не хочу тебя обидеть. Такова неприглядная правда. — Эй, Рокс, а ты как думаешь? — из состояния легкого ступора Харт вывел голос Оуэна. — М-м-м? Что? Извините, я задумалась, — стушевалась Роксана. — Я считаю, что мы должны организовать вотум недоверия относительно Вивера! Его поведение неприемлемо! Как он мог так просто трясти этим сраным порошком перед носом Слейда, зная, что тому нужна новая доза?! — Так он не знал! — вступила в спор Триша. — Он проверял! — А мы что, лабораторные крысы, чтобы он что-то на нас проверял?! Почему он не предупредил?! После того как Слейд чуть не кинулся на Вивера из-за порошка, распределение работы произошло само собой. Слейда заперли. Никс остался следить за тем, чтобы Маккей ничего не натворил. Триша, Оуэн и Роксана взяли заказ, связанный с утопленниками, а Адам и Вивер хоть и без удовольствия, но забрали задание по копанию могил. Как успел уведомить Тришу заказчик, произошел несчастный случай. Группа картэнистов решила пройти путь мертвых, будучи живыми. Картэнисты относились к религиозным меньшинствам. В некоторых поселениях Империи их даже притесняли. По статистике, к этой религии редко примыкали извне, либо боясь стигматизации, либо плохо понимая само верование. Обычно картэнизма придерживались те люди, которые впитали его с молоком матери. Так, по крайней мере, любили утверждать они сами. У картэнистов имелось поверье, что если будучи живым пройти путь мертвого, то таким образом можно отстрочить свой уход и укрепить тело и дух. Раз в несколько месяцев ушлые похоронщики собирали четыре лодки — по одной на каждый некропольский канал — и воспроизводили тот самый путь мертвых. Картэнисты верили, что после смерти человека его нуа (душа в ансианстве, сущность в матализме, элементаль в геркинизме) оказывается на берегу темных вод. Эти воды нуа следовало преодолеть на плоту, собранном из костей людей и животных, когда либо любивших этого человека. Если при жизни человек вел себя как дерьмо и его недолюбливали, костей для плота могло не хватить. Тогда нуа застревала на бесконечном песчаном берегу, где была обречена на одинокие скитания на веки вечные. Если же костей хватало, плот ждал у причала. Он должен был привезти человека к тому месту, которое тот заслужил. А чтобы понять, чего достоин мертвец, ему требовалось отдать плоту сердце, глаз и указательный палец. В вольной интерпретации похоронщиков плот заменяла многоместная лодка с кожаными креслами, человеческое сердце — сердце животного, которое картэнисты должны были добыть сами. То же касалось и глаз. А вот указательные пальцы верующие обматывали черными лентами от кончиков и до костяшек. «Очередное идиотское верование», — думала про себя Роксана каждый раз, когда наблюдала впадающую в религиозный экстаз толпу. Со стороны это выглядело максимально нездорово. Люди могли называть всевышнего как угодно, но он оставался Богом. То же касалось нуа-души-элементали — дух он и в самом старом писании дух. То есть имелись общие обозначения, которые, так или иначе, использовались в каждой религии. Если закрыть глаза на разные имена и различные мелочи вроде выковырянных глаз, религиозные истории получались пресно-однообразными… Как будто история на самом деле была всего одна, просто тысячи лет назад ее прочитало с десяток человек, и каждый понес ее дальше по свету, вплетая в нее личные выдумки и субъективное мнение. Триша что-то упоминала про правильные религии и неправильные. Роксана считала, что вся вера, проецируемая людьми — сплошная субъективная дрянь. Харт верила, что что-то там за пределами ее восприятия существует. Что-то великое. Непознанное. Невероятное. Но оно имело мало общего с теми сказками, которыми людей пичкал ВсеИмператор и его приближенные, фанатики и сектанты, пророки и священники. Роксана делила всех этих типов на две категории: лгуны и безумцы. Первые не верили, но строили из себя святых. Вторые верили, потому что спятили. Вторые были опаснее, потому что подпитанное верой их красноречие застревало в умах людей и превращало их бес знает в кого. Взять тех же Тришу и Оуэна. Два верующих в одном бюро — не многовато ли? Неужели они слепые и не замечали, что религия являлась рычагом управления и способом заработать деньги? И только… — Ты сегодня так категорична, детка. Неужели тебя так выбило из колеи мое появление? Картэнистам, поплывшим по юго-западному каналу, с пути к смерти свернуть не удалось. Лодка потонула. Роксана не знала, как так вышло, что больше двадцати человек опустились на дно канала шириной в пятнадцать метров. Это же смешно! Но они утонули, а расследовать истинную причину их смерти было делом не Роксаны Харт. От нее требовалось сделать раздувшиеся от воды посиневшие лица мертвых симпатичными, чтобы их родственники смогли с ними достойно проститься, а не хоронить в закрытых гробах. — Еще не поздно выбрать себе религию, детка. Может, вера принесет тебе покой? Существовать настолько неприкаянной — растрачивать свою жизнь зря. Вообще-то, команду Сиверс-Харт-Лемьер Роксана считала идеальной, так как Сиверс занимался вскрытием, Лемьер делала анализы, вела отчётность и зашивала трупы, а Роксана их красила. Работая втроем, они всегда демонстрировали максимум эффективности. Но не сегодня… Сегодня Харт постоянно выпадала за пределы здравого смысла. — Ты всегда отвлекалась на меня, детка. — Заткнись! — не выдержав, рыкнула Роксана. Сиверс кинул на нее встревоженный взгляд. — Думаешь, Вивер прав? — нахмурился он. Харт не представляла, о чем идет речь. — А? Нет. Не знаю. Он странный. — Но не безмозглый, — подала голос Триша, взирая в микроскоп. — Этот довод оспаривать не возьмусь, — вяло улыбнулась девушка и встряхнула головой, пытаясь сосредоточиться на макияже. — Ты так давно с ними, детка. Могла бы уже и рассказать, — зашевелились синие губы мертвеца. Лежала перед Роксаной женщина средних лет, но голос, что исторгало ее почерневшее чрево, принадлежал мужчине. Сраная галлюцинация! Всего лишь она! Даже зная, что перед глазами разворачивается плод ее больной фантазии, Роксана не могла его игнорировать, как ей рекомендовали другие пострадавшие. Клуб аномальных мертвецов собирался по третьим пятницам каждого второго месяца. Роксану к ним отправил исцелитель из ее предыдущего бюро после того бесовского несчастного случая. Звались они мертвецами, потому что каждый был уверен, что ему было суждено покинуть бренный мир, но выжил он шутки ради. А аномальные, потому что… — Несчастного случая? — усмехнулся труп, но уже не тот, чьим макияжем Роксана занималась прямо сейчас, а тот, которого вскрывал Оуэн. Девушке было странно наблюдать за говорившим человеком, чью печень в это мгновение Сиверс кидал в предназначенное для органа судно. — Признайся, ты сделала это специально! Харт плотно сжала губы. Нет, больше она не поведется, а даме перед ней требовался более плотный тональный крем. Роксана взялась рыться в своей большой сумке. — Не игнорируй меня, детка. Это некрасиво, — зашелестели другие мертвецы. — Почему ты все еще не рассказала им? Не поделилась, как поступила со своей первой любовью? Они должны знать. Должны остерегаться. Они должны понимать, что доверять тебе нельзя! Твой пульс ускорился, моя курочка. Все, правда, в порядке? Спектр нервничал, потому что не знал, что происходит с Роксаной. Казалось бы, спектру было доступно все, что видела Харт, и все, что она слышала. Но не это. Аномальные галлюцинации поражали только людей. Все в порядке. Просто не выспалась. Роксана сосредоточилась на посмертном макияже. При каждой встрече клуба аномальных мертвецов они обсуждали новые способы спрятаться от своего недуга. Клубом руководил Адэрик Рокмэт. До низвержения в некрополь он работал с психологическими отклонениями. В городе мертвых его профессии места не нашлось. Так, во всяком случае, ему казалось сперва. А затем он узнал о тех проблемах, с которыми сталкиваются некропольцы, и слегка переквалифицировался. В частности, он взялся изучать влияние аномалий на психику человека и вывел целую тьму любопытных расстройств. Самым распространенным из них являлись аномальные галлюцинации, которыми страдал в том числе и сам Адэрик. Чем они отличались от обычных галлюцинаций? Ну, во-первых, они возникали только при троелунии, солнечных бурях или близости крупной аномалии. То есть реагировали на магнитные изменения в окружающей среде. А во-вторых, эти галлюцинации были частично реальными. Или же реальными их делал аномальный налет? А может быть… да бес их знает, что это за дрянь. Роксана поняла только то, что страдали такими галлюцинациями люди, слишком долгое время пробывшие в аномалии, но выжившие в ней. Такие, как она. — Прошу, только не начинай. Какая разница, как долго ты пробыла в аномалии? По крайней мере, ты выбралась. В отличие от меня! Одну из методик заглушения таких галлюцинаций Адэрик называл «в чужой шкуре». «Галлюцинации, которые возникают, ранят лично вас. Так представьте, что вы — это не вы. Подумайте, как бы на увиденное и услышанное отреагировали ваши близкие». Звучало странно, но Роксана уже проделывала такое несколько раз, и у нее начинало получаться. В прошлый раз она представила себя Кроном и начала орать на галлюцинацию. Ее переполнял такой гнев, что шкуру Адама она решила больше не примерять. Личность Оуэна была слишком сопливой. А Триши — до противного религиозной. Кого же выбрать на этот раз? — …Но кто-то же должен поставить Вивера на место! — продолжал разглагольствовать Оуэн. Почему-то таким беседам он был подвержен только, пока обсуждаемый человек находился в другой части города. Будь Арчи хотя бы в этом же здании, и Сиверс держал бы рот на замке. Вивер? — Будешь меня игнорировать, детка? — шептали трупы хором, сливаясь в единственный знакомый и когда-то ласкавший слух голос. — Молчание не смоет с тебя грехи. — Я тебя не игнорирую. И в отмывании грехов не нуждаюсь, — возразила Роксана. — Я просто сохраняю энергию, — прошептала Харт себе под нос. Коричневые тени для век хорошо оттеняли еле заметные нитки, которыми Лемьер зашила трупу глаза и губы. Те самые губы, которые в фантазии Роксаны продолжали шевелиться. Проделывалось это для эстетической подготовки к прощанию, чтобы лицо усопшего выглядело спокойным, а не испуганным или искаженным. Кроме того, скрытые стежки предотвращали вытекание жидкостей из тела, что также являлось немаловажным. — Бес, нитки распускаются! — спохватилась Триша, глядя на губы мертвеца, которого красила Роксана. — Я была уверена, что хорошо их затянула! Главная причина, по которой Адэрик считал аномальные галлюцинации отличными от обычных, заключалось в том, что они были одновременно и нереальными, и более чем реальными. Нитки растянулись, потому что мертвец говорил с Роксаной, пусть на самом деле губами он не шевелил. Сплошное безумие. — Мы с вами каким-то образом несем в себе аномальное возмущение. При магнитных бурях оно будто бы напитывается энергией, и наши страхи становятся реальны на особом подпространственном слое, доступном исключительно нам, — так говорил Адэрик. — Тем не менее, этот слой привносит возмущение в общую реальность, потому проявляются малозаметные, но изменения. — Тогда почему весь этот кошмар видим только мы?! — Пока. Только вы видите его пока, — поправлял любопытствующих Рокмэт. — Полагаю, если магнитная буря окажется достаточно мощной, то и другие могли бы… Ох, нет, надеюсь, такого никогда не произойдет. Не хватало только, чтобы мертвецы рассказали Сиверсу и Лемьер, как Роксана, еще будучи совсем юной, влюбилась в регента своего первого бюро, как на одном из заданий она попала с ним в аномалию и… тогда она еще не понимала своих способностей так же хорошо, как теперь. Она не знала, что пользоваться своей способностью в аномалии ей нельзя. Они тогда заблудились, и Роксана создала дверь, которая должна была вести их прочь из аномалии. Первый в нее зашел регент. Роксана за ним не последовала, так как у нее не оставалось сил на двух человек. Он об этом не знал. Харт думала, что спасет его ценой собственной жизни, но другое бюро совершенно случайно наткнулось на нее в аномалии и вытащило наружу. Счастье Харт относительно своего спасения омрачала пропажа регента. Он растворился в воздухе, будто его и не было. — Это ты со мной сделала, — послышался упрек в сторону Роксаны, лишь Триша отвернулась за ниткой. — Ужасная-ужасная девчонка. Куда ты меня отправила? На какую ужасную смерть обрекла? — Я помучаюсь чувством вины от пяти до десяти минут перед сном. Не прямо сейчас. Ты не видишь, что я рисую стрелки? Это дело непростое, так что заткнись и дождись, когда я найду на тебя время, — выдохнула Роксана тихо, но бодро. Да, Вивер, окажись он на ее месте, скорее всего, сказал что-нибудь подобное. Губы мертвеца растянулись в улыбке, но больше тело не произнесло ни слова. Спасибо, Вивер, от твоего мерзкого характера тоже есть толк. ✟✟✟✟✟ Одно дело, копать могилы по указке Флетчера, и совсем другое — по личной инициативе. Арчи аж мутило от себя за такую ярую отдачу делу. Ну а что еще ему оставалось? Флетчер готов был порвать Вивера на клочки за его фокус со сворованным порошком. Никс изъял пузырек и одним лишь тяжелым взглядом дал Арчи понять, что тому следует как можно скорее заняться заработком денег. Увы, кроме копания могил больше более-менее денежной работы не нашлось. Адам тоже не остался от работы в восторге, но делать было нечего. Уже через час Адам и Арчи, облачившись в одежду для грязной работы, прибыли на южное императорское кладбище. Адам даже в плотной черной футболке и свободных спортивных штанах выглядел стилягой из срединного города. Образы Вивера ограничивались вкусом трупов, чей гардероб теперь хранился в огромной коробке. Поэтому Арчи вышел в свет в свободных зеленых выцветших шортах до колен, черной водолазке с длинным рукавом, с которой бы ни за что не расстался, и накинутой поверх нее нежно-желтой футболке, которой следовало защитить водолазку от пыли. На футболке был изображен скелет хомяка с бантиком на макушке. Этот предмет одежды, скорее всего, принадлежал девушке. Или чрезмерно экстравагантному мужчине. Ну и ладно. Зато футболка не воняла дерьмом, как клетчатая рубашка, на которую Вивер положил глаз до того. Помимо Адама и Арчи, нашлись еще несколько человек на копку могил. Работа и без того считалась максимально грязной, но под надзором инквизоров становилась почти невыносимой. Законники ходили по кладбищу не хуже рабовладельцев. Они внимательно следили за наемными рабочими и любого, кто садился передохнуть больше чем на минуту, подстегивали вновь взяться за дело с помощью пущенных из рук языков пламени. В голове Вивера то и дело всплывало предупреждение, когда-то сорвавшееся с губ одного из предыдущих регентов. Оно гласило: «Никогда не работайте на Империю. Себе дороже». Вот Арчи и убедился в правдивости данных слов. Одному из парней особенно мерзкий инквизор поджег штаны. Остальным работникам пришлось срочно тушить бедолагу, пока законники стояли в стороне и смеялись как больные. — Они доиграются и сами лягут в эти ямы, — рыкнул Адам себе под нос, обливаясь потом. — И тогда нам не заплатят, — парировал Вивер. — Я уложу их после того, как они раздадут нам заработанное, — фыркнул Крон. — Мудрая мысль — напасть на инквизоров в момент, когда они уже не будут рассредоточены по кладбищу, а соберутся цельным отрядом, способным спалить тебя дотла за секунду, — поддакнул Вивер, за что заработал испепеляющий взгляд. — Что? — Ты меня бесишь, — заявил Адам. — Нет, ты бесишь себя, потому что вкидываешь такие тупые предложения, не задумываясь о последствиях. — Я же не всерьез! — Еще хуже. Пустое сотрясение воздуха и бесполезная растрата сил. — Ты у нас зато, как посмотрю, и мастер последствий, и экономный, что пиздец, — рыкнул Крон. — Так и есть, — подтвердил Вивер, и не думая смутиться. — Но это не значит, что ты лучше меня, — продолжил шипеть Адам. — Я такого и не говорил, — хмыкнул Арчи, — пусть такие выводы и напрашиваются сами собой, — радостно добавил он. Крона перекосило. — Ты не всесильный. Не забывай об этом, — никак не мог угомониться Адам. — И не веди себя так, будто все тебе нипочём. У тебя тоже есть слабые стороны, и я найду их все. — А если окажется, что моя слабость — это секс, что ты сделаешь тогда? Надеюсь, трахнешься со мной мне назло? Арчи еле уклонился от прицельного удара лопатой по голове. — Осторожно. Если бы я не увернулся, ты бы мог меня убить, — усмехнулся Вивер. — Да. На то и был расчет. Слабые стороны, говоришь… — Чем искать чужие слабости, почему бы не заняться своими? Твоя агрессия делает тебя менее эффективным, — заметил Арчи. — Да, как и твоя игра в соло, — бросил Крон. — Не совсем понимаю, о чем ты говоришь. Арчи воткнул лопату в землю и выдохнул. Водолазка противно прилипла к коже. От жары грудь начинала страшно чесаться, но Арчи терпел. — Все ты понимаешь, Вивер. Ты не командный игрок, — заявил Адам. — Не умеешь планировать свои действия исходя из окружающих. Взять хотя бы твою сегодняшнюю выходку. Почему ты не предупредил нас, что Слейд может потерять над собой контроль? — Но тогда бы у вас не были такие изумленные лица! — возразил Вивер. — Только поэтому? — нахмурился Адам. — Ты рисковал своей шкурой, чтобы мы изумились? Вообще-то, Арчи ничем не рисковал. Он предполагал возможный скверный исход с зависимостью и планировал в крайнем случае сломать Слейду челюсть до того, как тот произнесет приказ. Арчи уже приготовился к удару, он был настороже. И в этот момент вмешался Флетчер. Никс спас своего первого помощника от необходимости вставлять ему искусственные зубы. Очень мило с его стороны. Но все это Арчи сказать Адаму не мог, а потому лишь пожал плечами: — Это стоило того. — Рехнуться можно, — поморщился Адам, протыкая землю лопатой. — Не прохлаждаться! Мы вам платим не за сотрясение воздуха! — проорал инквизор, проходивший мимо Вивера. Арчи стоял в уже почти полностью выкопанной яме, что дало законнику возможность пнуть ему сверху на голову ком земли. Как некрасиво. — Прошу прощения, — Арчи расплылся в улыбке и взялся копать, но лишь инквизор чуть отошел, Вивер поднял с земли небольшой камешек, каких в этой почве имелась целая тьма, и прицельно кинул его вверх. Камешек ударился о статую и отрикошетил к старому голому дереву. Сухая кора, на которой висела давно иссохшая ветка, лопнула. Ветка полетела вниз к сгнившему основанию покосившегося креста. Раздался душераздирающий скрип. Тяжелый крест накренился и рухнул на как раз проходящего мимо него злого инквизора. Острые края металлического изделия вспороли мужчине плечо и бок, увлекая ее в пыль грязной земли. Мужчина заверещал. Запах крови быстро распространился на метры вокруг. Арчи удовлетворенно хмыкнул и взялся как ни в чем не бывало копать яму дальше. Адам положил руку на черенок лопаты Вивера, останавливая его. — Как ты это сделал? — выдохнул он тихо. — Что сделал? — Только что! — Я ничего не делал. — Ты подбросил камень! — Ну, кроме этого. — А дальше? — Понятия не имею, что было дальше, — улыбнулся Арчи. — А если и имею… Найдется ли у тебя достойная плата? — подмигнул он Крону. Тот легко понял принцип их дальнейшего взаимодействия. Тайна за тайну. Хорошая сделка, не правда ли? Только не говори, что готов рассказать ему все?! Не готов. Но нахожу наши шушуканья весьма забавными. Прошлой ночью ты поставил себя под удар! Я под ударом уже давно и начинаю терять смысл происходящего. Что ты имеешь в виду? Зачем все это? Ты знаешь. Знаю? Я в этом уже не уверен. Это опасные мысли. Для кого? Для меня? Или для тебя? Может быть, мне надоело. Может, я хочу покоя. Покой ты получишь лишь в одном случае… Если умрешь. Арчи тяжело вздохнул в ответ на пессимистичный настрой спектра и предпочел сосредоточиться на копании. Солнечный диск почти скрылся за горизонтом, когда задание было завершено. Инквизоры выставили всех работников перед выходом и вместо того, чтобы выдать работникам деньги в руки, кинули их некропольцам под ноги. Кто-то тут же взялся поднимать монеты, как Арчи. Кто-то предпочел сперва несколько секунд в праведном гневе попялиться на инквизоров, как Адам. — Ублюдки, — выдохнул Крон, пряча руки в карманы спортивных брюк. Вивер промолчал. Инквизоры вели себя сегодня не хуже и не лучше обычного, так что удивляться, по мнению Арчи, было нечему. От южного императорского кладбища до Аранка путь был неблизкий. Катафалк взяли Триша, Роксана и Оуэн, а Адаму и Арчи вновь достался выхлопной газ на колесах в виде полумертвого мопеда. — Не жмись ко мне! — периодически рычал Адам, возмущенный тем фактом, что Арчи необходимо держаться за него. Вивер игнорировал просьбы напарника, так как водил Крон опасно и, кажется, не знал и половины знаков дорожного движения. Немудрено, что его не подпускали к управлению автомобилем. В иной ситуации Вивер предложил бы Крону поменяться местами, но судя по настроению Адама, он скорее откусил бы Арчи голову, чем пустил бы его за руль. Очень жаль. Слежка за дорогой могла бы отвлечь от интеркомов ветров. Арчи мог ошибаться, но в южной части некрополя будто бы таких интеркомов установили больше, чем где-либо еще. Почти на каждом перекрестке призывно голубела будка для разговора с мертвыми. И ладно бы просто голубела. Интерком брался противно дребезжать из-за входящего звонка, лишь Адам и Арчи оказывались достаточно близко к очередной будке. — Кто же так страстно тебя хочет? — задал Крон провокационный вопрос, когда они остановились на очередном светофоре. — Кроме тебя? Без понятия, — хмыкнул Арчи, за что получил тычок локтем в бок. Удар оказался сильнее, чем Вивер рассчитывал. Боль его слегка дезориентировала, чем Крон с удовольствием воспользовался, окончательно спихнув парня с мопеда. — Аранк уже недалеко. Ты у нас мальчик самостоятельный. Дойдешь сам, — фыркнул Крон и нажал на газ до того, как Вивер успел очухаться. Жестоко, но ожидаемо. Арчи поднялся с асфальта и отряхнул задницу. Некоторое время он пытался поймать попутный катафалк, но никто так и не остановился. Возможно, людей напрягал наряд Вивера, плохо вписывавшийся в реалии некрополя, или водителей пугала ослепительная улыбка Арчи, которая не вписывалась в настроение мертвого города даже хуже наряда. В результате Виверу ничего не оставалось, кроме как решить преодолевать оставшееся расстояние пешком. Некрополь после захода солнца окрасился в розовые, красные и оранжевые тона. Багряные фонари очертили широкие дороги. Кладбища и каналы превратились в россыпь трепыхающихся на ветру разноцветных огоньков. Похоронщики сновали по дорогам с напряженными выражениями лиц. Для многих из них рабочий день только начинался. В последнее время все больше заказов приходились на ночное время суток. Видимо, полуночные погребения являлись в Полендруме последним писком моды. Судя по лицам похоронщиков, они этому не шибко радовались. Начинался ночной час-пик. Катафалки собирались в заторы и как заведенные гудели клаксонами. Вспыхивали неоновые вывески магазинов и кафе. У входов в Пещеры Вечной Ночи взялись сновать полуобнаженные девушки и парни, зазывая прохожих спуститься под землю в город запретных наслаждений и дешевого барахла. Вивер вышел на одну из главных кольцевых улиц некрополя и увидел, что впереди идут приготовления для очередного представления бродячих артистов. Актеры наспех сколачивали сцену для выступлений. Их со всех сторон обступили любопытные зеваки. Но внимание Вивера привлекли не они, а выставленные напротив сцены лавочки. Посидеть было бы нелишним! Арчи направился к деревянным лавкам, но не дошёл пары метров, когда путь ему преградил ребенок. Лицо его было разукрашено под маску «Черного волка» — одного из главных героев ансэтовой трагикомедии. — Бессмертие через смерть, мистер! — воскликнул он, вкладывая в руку Арчи мятую брошюру. — Что ты сказал? — встрепенулся Вивер. Где-то он уже это слышал. — Бессмертие через смерть! — выкрикнул мальчишка во второй раз и побежал дальше. Арчи не стал его останавливать, слишком ошеломленный увиденным. Может, ему показалось, или на лице ребенка сквозь краску действительно проступали контуры сигила? Как жаль, что Арчи ничего не смыслил в этой тайной науке. С недавних пор он начал думать о том, что сигилы — обширная сила, которую следовало бы освоить, если появится такая возможность. Арчи взглянул на брошюрку и понял, почему слова мальчишки показались ему знакомыми. Такую же брошюру с этой самой фразой в Аранк приносила Аурика Эк Гельфанд.