Записки душегуба

На балконе дым висел, густой и сладкий, как вуаль забвения. Ума затянулась сигаретой, её губы обхватили фильтр с привычной грацией, а глаза, полуприкрытые, блестели в свете уличного фонаря. Я наблюдал за ней, чувствуя, как в груди разгорается странное тепло — не то от табака, не то от её присутствия. — Так чем ты планируешь заниматься дальше? — её голос, низкий и немного хриплый, прозвучал как музыка, которую я готов был слушать вечно. — Не знаю, планирую найти работу, жениться, детей завести, — выдавил я из себя, пытаясь звучать уверенно, но внутри всё клокотало. Я смотрел на неё и видел не просто красивую женщину, а того, кто мог бы стать матерью моих детей. Чёрт, я даже гордился этой мыслью, как будто уже сделал что-то великое. — Почему бы не открыть своё дело? — её слова прозвучали как удар хлыста, заставив меня вздрогнуть. — МММ… неплохая идея… — промямлил я, чувствуя, как в голове начинают роиться мысли. — Донорёныш, ты умеешь удивлять, — подумал я вслух, не в силах сдержать улыбку. — Почему бы нет? — она повернулась ко мне, её взгляд стал тяжелее, насыщеннее. — Было бы неплохо. Я замер, чувствуя, как её нога слегка касается моей под столом. Её пальцы скользнули по краю сигареты, а глаза, казалось, говорили о чём-то большем, чем просто бизнес. Губы её приоткрылись, и я почувствовал, как сердце начинает биться чаще. В воздухе повисло напряжение, плотное, как дым от нашей сигареты. — Ума, — начал я, но она перебила меня, улыбнувшись той улыбкой, от которой всегда сводило живот. — Давай обсудим это… подробнее, — прошептала она, и её рука скользнула по моему колену, оставляя за собой след огня. Я замер, чувствуя, как она доминирует, как всегда, но мне это нравилось. Её дыхание смешалось с моим, и я понял, что она уже знает, чем закончится этот разговор. Нам обоим следует остепениться, Хук, завязать с кровавым прошлым - чёрт, как же сейчас она была права, да и я уже не хочу пускать свой крюк в кого нибудь, либо в машины, для починки, либо в Уму, во время занятия любовью. — Хук, — её голос прозвучал как приказ, и я почувствовал, как всё внутри меня тут же подчинилось. Она перегнулась через столик, её губы оказались в миллиметрах от моего уха. — Ты всегда был хорош в импровизации, но теперь настало время планировать. — Её дыхание обожгло мою кожу, и я почувствовал, как по спине пробежал холодок, смешанный с жаром. Я хотел что-то сказать, но язык будто прилип к небу. Её рука скользнула выше по моему бедру, и я почувствовал, как пальцы её впиваются в ткань брюк, словно хищник, готовящийся к прыжку. — Ты знаешь, что я всегда предпочитала действия словам, — её голос звучал как соблазнительный шёпот, и я понял, что сопротивляться бесполезно. Её нога медленно провела по моей, и я почувствовал, как кровь приливает к голове. Она улыбнулась, зная, что уже выиграла. — Ума, — начал я, но она перебила меня, прижав палец к моим губам. — Шшш, — она приподнялась, и её бёдра оказались прямо передо мной. Она взяла мою руку и медленно положила её на своё бедро. — Ты говоришь о детях, о семье, но сначала нужно позаботиться о том, что есть сейчас. Я почувствовал, как её кожа горит под моими пальцами, а её взгляд стал таким же острым, как клинок. Она наклонилась ко мне, её губы едва коснулись моих, и я понял, что это только начало. — Так что, Хук, — она прошептала, её голос звучал как обещание, — давай начнём с малого. Я кивнул, не в силах вымолвить ни слова, а её улыбка стала ещё шире. Она знала, что я её, и ей это нравилось. — Хороший мальчик, — она прошептала, и её пальцы впились мне в плечо, как будто она боялась, что я убегу. Но я никуда не собирался уходить. Её губы скользнули по моей шее, оставляя за собой след из мелких поцелуев, каждый из которых заставлял моё сердце биться быстрее. Я чувствовал, как её дыхание смешивается с моим, горячее и прерывистое, словно она уже потеряла контроль над собой. Её пальцы цепко сжимали моё плечо, а другая рука продолжала медленно скользить вверх по моему бедру, приближаясь к тому, что я уже не мог скрыть. — Ты всегда был моим слабым местом, — её голос звучал как шёпот, но в нём была такая сила, что я почувствовал, как моё тело подчиняется ей полностью. — Но сейчас я хочу, чтобы ты стал моей силой. Её губы нашли мои, и я почувствовал, как её язык мягко касается моего, вызывая волну желания, которая затопила моё сознание. Её рука наконец достигла цели, и я сдержал стон, когда её пальцы сжали меня через ткань. Она улыбнулась в поцелуй, зная, что заставляет меня терять контроль. — Ты так откликаешься на меня, — она прошептала, её губы скользнули по моему подбородку, оставляя за собой влажный след. — Как будто я — твой последний глоток воздуха. Её руки начали расстёгивать мои брюки, и я почувствовал, как моё тело напряглось в ожидании. Она опустилась на колени передо мной, её глаза горели, как угли, а губы были приоткрыты в соблазнительной улыбке. — Даваже сделаем это интересным, — она прошептала, её пальцы уже касались моей кожи, вызывая дрожь по всему телу. — Ты ведь не против, правда, Хук? Губы её снова нашли мои, но на этот раз в поцелуе было что-то другое — дерзость, почти вызов. Её пальцы не спешили, но каждый их шаг, каждый небрежный жест был рассчитан, словно она знала, как именно заставить меня трепетать. Она скользнула вниз, её дыхание горячим шквалом обжигало мою кожу, а губы оставляли следы, которые я чувствовал даже сквозь ткань. — Я всегда знала, что ты будешь таким, — её голос был низким, почти рычанием, как будто она говорила сама с собой. — Но видеть это… чувствовать… это совсем другое дело. Её пальцы наконец освободили меня от плена брюк, и я услышал, как она тихо ахнула, словно её удивление было искренним, хотя я знал, что это не так. Она всегда знала, как играть со мной, как доводить до края, но никогда не позволяла себе упасть самой. — Ты так красив, когда теряешь контроль, — она прошептала, её губы скользнули вниз по моему животу, оставляя за собой тропу из огненных поцелуев. — Я хочу услышать, как ты стонешь, Хук. Её рука обхватила меня, пальцы сжали с такой силой, что я не смог сдержать стон. Она улыбнулась, зная, что победа уже за ней. — Вот так, — её дыхание стало горячее, а глаза вспыхнули, словно она только что нашла то, что искала. — Ты мой, и я не позволю тебе забыть об этом. Её губы опустились ниже, и я почувствовал, как мир вокруг нас исчезает, оставляя только её и её прикосновения, которые обещали то, что я больше не смогу игнорировать.