Arisu's Guide to Getting Paid to Catch Feelings

      Обычный школьный день. Птицы щебечут. Ученики зевают. Торговый автомат съел чьи-то деньги, и в коридоре уже назревает драка.       Арису вваливается в класс с опозданием, с половиной тоста и одной работающей клеткой мозга. Он, тяжело дыша, опускается на своё место рядом с Чотой.       Чота смотрит на него. – Ты бежал? – Поезд задержали. Потом я споткнулся. А потом я умер. – Братан, ты вечно умираешь.       Прежде чем Арису успевает ответить, в классе воцаряется странная тишина.       Щелчок. Дорогие туфли. Аккуратная форма. Пустое выражение лица.       Чишия Шунтаро входит так, словно школа принадлежит ему. А может, и принадлежит, судя по его банковскому счету.       Все оборачиваются. Девочки шепчутся. Какой-то парень из футбольной команды даже проглатывает жвачку. А потом...       Чишия подходит прямо к парте Арису. Смотрит на него с пугающим спокойствием.       Арису моргает. – Э-э.       Чишия бросает на парту бенто в коробочке, как микрофон. – Ты забыл свой обед. Снова. Бесполезный.       И уходит. Вот так просто. Без объяснений. Без предупреждения. Как будто это нормально. Класс взрывается. – ПОДОЖДИ. ПОДОЖДИ. ПОДОЖДИ...       Чота буквально хватает Арису за шиворот. – РАССКАЖИ СЕЙЧАС ЖЕ. – Я... что?? – ТЫ С НИМ ГОВОРИЛ?? ОН ПРИВЕЛ ТЕБЕ ОБЕД??? – ОН НАЗВАЛ ТЕБЯ БЕСПОЛЕЗНЫМ, И ВСЕ ЭТО ПОДТВЕРДИЛИ?? – Кричит кто-то другой.       Карубэ, сидящий сзади, подается вперед. – Ты с ним встречаешься или ты проклят??       Арису, чувствуя, как к щекам приливает кровь: – НИ ТО, НИ ДРУГОЕ???       Чишия, который уже сидит в дальнем конце класса, как принц из темной сказки, лениво поднимает руку.       Входит учитель. Видит его. Сразу же говорит: – О. Чишия-сан. С возвращением.       У Арису отвисает челюсть. – Он неделями прогуливал уроки.       Учитель лишь слегка кланяется и говорит: – Мы понимаем, что гениям нужен отдых.       Арису проворчал: – Что за магия непотизма...       Чишия слегка поворачивает голову. Ухмыляется.       Арису сверлит его взглядом. Чишия лишь произносит одними губами: «Бесполезный».       Арису бросает в него карандаш. Промахивается. ---       Время обеда. Наконец-то. Желудок Арису уже готов взбунтоваться.       Он, пошатываясь, идёт по коридору вместе с Чотой и Карубэ. Их привычный уголок на крыше манит их, как маяк, обещающий посредственную еду из круглосуточного магазина и слегка просроченные соки. – Сегодня я взял онигири, — Говорит Чота, сжимая пакет как сокровище.       Карубе пожимает плечами. – Я приготовил тамагояки. На самом деле неплохо. Хоть раз в жизни.       Арису вздыхает и слабо улыбается. – Чувак, я так ждал этого...       ЧЬЯ-ТО ХВАТКА. Холодная бледная рука обхватывает его запястье, словно призрак самого капитализма.       Арису вскрикивает. — ЧТО... — Ты. Со мной.       Чишия, невозмутимый и с каменным лицом, тащит его за собой, как избалованный кот, претендующий на игрушку. — ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ЧИШИЯ, ОТПУСТИ МЕНЯ... — Ты забыл свои лекарства. Снова. — Я ИХ ДАЖЕ НЕ ПРИНИМАЮ...!       Чота и Карубэ замирают, как неигровые персонажи, наблюдающие за битвой с боссом, для которой они недостаточно прокачаны. Чишия, даже не взглянув на них, смотрит Арису прямо в глаза. – Ты не можешь пропускать приёмы пищи вместе с этими двумя после того, как пропустил завтрак. – ЧТО ЗА ЛОГИКА ТАКАЯ?! – Ты смотрел на торговый автомат так, будто хотел на нём жениться. – Это не противозаконно! – У меня есть требования к людям, которых я финансово поддерживаю. – ТЫ МНЕ ДАЖЕ ЕЩЁ НЕ ЗАПЛАТИЛ...       Чишия хмурится. – Хочешь, я позвоню матери? – ПОЛОЖИ ТЕЛЕФОН.       Люди собираются вокруг. Телефоны убраны.       Одна девушка шепчет: – Они снова ссорятся, боже мой, это даже лучше, чем в драматическом кружке.       Другой ученик прошептал тоже: – Я слышал, что на прошлой неделе Чишия купил ему часы. Настоящие. Они стоят больше, чем наше обучение.       Арису краснеет и прислоняется к торговому автомату. – Ты не можешь обращаться со мной как с диким енотом! — Кричит он. – Могу, если ты будешь вести себя как енот. – Ты не мой парень! – Хорошо, потому что ты меня утомляешь. – Тогда ПРЕКРАТИ ПРЕСЛЕДОВАТЬ МЕНЯ ПЕРЕД МОИМИ ДРУЗЬЯМИ—        – Вероятно, нам следует вмешаться, – Говорит Карубэ.       Чота ответил: – Нет, нет. Это эмоциональное очищение.       Чишия скрещивает руки на груди с холодным выражением лица. – Обед. Сейчас. Или я расскажу матери, что ты снова спал в библиотеке.       Арису задыхается. – Ах ты, маленький змей— ладно! ЛАДНО. Я поем с тобой, приставучий налоговый гоблин! – Это ты здесь паразит. – Я СБРОШУ ТЕБЯ С КРЫШИ.       Они в гневе расходятся в разные стороны, но направляются в одном и том же направлении. Ученики расступаются, как Красное море. В коридоре раздаётся чей-то шёпот: «...я даю им неделю, после чего они либо убьют друг друга, либо начнут целоваться». ---       Сейчас середина дня. Солнце светит слишком ярко. Карубэ жалуется, что торговый автомат снова украл его монеты, а Чота читает последний пост блога со школьными сплетнями с таким вниманием, с каким люди слушают военные инструктажи. Арису перекусывает дешëвым хлебом и готовится к неизбежному.       Он видит его. Белые волосы сияют, словно он только что спустился с дизайнерского облака. То самое раздражающее невозмутимое выражение лица. Эта проклятая аура дорогой отстранённости. Он идëт к ним.       Арису напрягается и сжимает свой перекус, как оружие. – Ну вот, – Бормочет он.       Чота поднимает взгляд. – Он смотрит.       Карубэ вздыхает. – Боже, опять?       Арису пожимает плечами. – Ладно. Смотрите. Он скажет что-нибудь снисходительное, например: «всë ещё питаешься всякой дрянью?» или «неужели бедность заставила тебя похудеть?» или—       Чишия остановился. Прямо перед ними. Но он ничего не говорит.       Он смотрит. На Карубэ. Не секунду. Не две. А целых пять неловких секунд.       Карубэ моргает. – ... Тебе помочь с чем-то?       Чишия не отвечает. Затем он медленно, словно осматривая место преступления, переводит взгляд на Чоту. Окидывает его взглядом с головы до ног. А затем...       Он разворачивается и уходит. Никаких самодовольных замечаний. Никаких оскорблений. Даже «бесполезный» не сказал.       Тишина.       Арису начал: – ... Ладно, что это, чëрт возьми, было?       Чота задумался: – Нас что, только что просканировали? – Этот парень какой-то мутный. Он нас изучал, – Карубэ прищурился.       Арису всë ещё смотрит вслед Чишии: – Нет, это— он никогда не бывает тихим. Ни со мной. Ни с кем. Кажется, я только что увидел, как он завис.       Чота невозмутимо спрашивает: – Ты думаешь, он замышляет наше убийство? – Или выясняет, сколько стоят наши почки, – Карубэ продолжил.       Арису внезапно посерьëзнел: – Ладно, давайте на чистоту — он что-то замышляет. Я видел, как в его голове происходит подсчëт.       А в далее – невидимый – Чишия наблюдает за ними из-за колонны, как подозрительный кот.       Он думает. Строит планы. Рассчитывает. На этот раз не об Арису. А об его друзьях. ---       В тот день они собрались в местном парке — единственном бесплатном месте для тусовок, где не пахнет заплесневелой лапшой. Чота достал телефон, Карубэ лежал на траве и смотрел в небо так, будто оно его лично оскорбило, а Арису расхаживал туда-сюда, как енот на грани нервного срыва. – Ладно, — Говорит Арису, откусывая от размокшего сэндвича. — Нам нужно поговорить о том, что произошло раньше.       Чота серьёзно кивает. — Он смотрел на Карубэ так, будто тот был подопытным в научном эксперименте.       Карубэ хмыкает. – Я его даже не знаю. Я ему уже помогал. Вообще-то, много раз. Поднял его тетрадь, когда она упала. Однажды дал ему свои конспекты по химии. Он даже не поблагодарил.       Арису замирает. – Подожди— сколько раз?       Карубэ пожимает плечами. – Пять? Может, шесть? Он всегда один. Я подумал, что он просто стеснительный. Не придал этому значения.       Чота ахает. – ОН ТЕБЯ ИЗУЧАЛ.       Арису роняет свой сэндвич. – Боже мой. Боже мой. Ты — прототип.       Чота наклоняется и шепчет: – Может, он думает, что ты — его соперник.       Карубэ поднимает бровь. – Я? Соперник в чём? Арису уже его фальшивый парень или кто там ещё. – Я НЕ ЕГО ФАЛЬШИВЫЙ— – Арису замолкает, покраснев. – Мы не— он просто— фу!       Чота взглянул на свой телефон. – Ладно, пора выдвинуть теорию: он эмоционально отсталый, возможно, робот, который распознаёт привязанность только через оказание услуг, и теперь у него сбой, потому что он понял, что должен ответить тебе по-человечески.       Карубэ спрашивает: – Как благодарность?       Чота торжественно кивает: – Или убийство. Трудно сказать.       Арису стонет и падает на траву. – Почему моя жизнь такая?       Вибрация. Телефон Арису загорается. [ЧИШИЯ]: Иди в библиотеку в западном крыле. Сейчас. Принеси мне кофе со льдом. Без сахара. Без разговоров. Я думаю.       Арису смотрит на экран. – ... Этот маленький идиот.       Карубэ заглядывает через плечо. – Что теперь?       Арису тычет телефоном им в лица. – Он вызывает меня. Как дворецкий. Как будто я волшебная лампа.       Чота хихикает. – Это так в его духе.       Карубэ невозмутимо спрашивает: – Ты пойдёшь?       Арису стонет так, словно его ведут на гильотину. – Если я этого не сделаю, он расскажет своей маме, что я снова играл в игры в «учебное время».       Чота отвечает: – Но ты же играл. – ДЕЛО НЕ В ЭТОМ! ---       Арису тащится по нелепо огромному западному крылу поместья Чишии с кофе со льдом в руке и всю дорогу молчит.       «Принеси мне кофе», – Говорит он. «Не разговаривай» — Говорит он. Кто вообще так живëт? Так живут богатые люди? Просто помыкают беспризорниками, которых подбирают на улице, как покемоны?       Он подходит к двери библиотеки – разумеется, она сделана из двойных дубовых створок, которые выше его роста. Он стучит. Никто не отвечает. Он вздыхает и толкает дверь.       Внутри царит гробовая тишина. Библиотека тускло освещена, солнечный свет, проникающий сквозь огромные окна, падает под драматичным углом, как будто эту сцену снял сам Бог. И прямо там – за центральным столом, словно главный герой визуального романа –       Чишия. В окружении бумаг. Чертежей. Стикеров. Досок. И – Арису в ужасе смотрит на это – пробковая доска с нитками. С приклееными фотографиями. ФОТОГРАФИЯМИ КАРУБЭ И ЧОТЫ.       Арису замирает в дверях, едва не проливая кофе. – ЧТО. ЗА. ЧЕРТОВЩИНА.       Чишия смотрит на него так, словно сегодня обычный вторник. – Ты опоздал. – ТЫ ПРЕСЛЕДУЕШЬ МОИХ ДРУЗЕЙ.       Чишия приподнимает бровь. – Это называется исследованием. – ЭТО НАЗЫВАЕТСЯ ПРЕСТУПЛЕНИЕМ.       Арису бросается вперëд и хватает одную из фотографий. Это распечатанный скриншот статистики Карубэ по баскетболу в старшей школе за 9 класс. – Зачем тебе вообще это?!       Чишия потягивает холодный кофе, словно это изысканное вино. – Он интересный.       Арису открывает рот от удивления. – Он тот парень, который даëт тебе записи. – И у него 87% вероятность успеха штрафного броска. – О БОЖЕ.       Чишия откидывается на спинку стула, как будто он не только что составил список самых близкий Арису людей, которых хочет убить. – Мне нужны данные. Мне нужно знать, с кем ты общаешься. Мне нужно вычислить, на сколько они переносимы. – Они не болезни, Чишия! – Я бы не был так уверен.       Арису стонет и трëт лицо руками. – Это настоящее безумие. Ты создаëшь доску обсуждений, посвящëнную моим друзьям. Что дальше, сканирование сетчатки глаза?       Чишия хмыкает. – Забавно, что ты это сказал... – НЕТ—       Арису хватает доску и начинает срывать с неë фотографии. – Я сожгу это. Ты наказан. Я расскажу твоей маме.       Чишия просто спокойно наблюдает. – Она уже знает. Она дала мне фотографию Карубэ с родительского собрания.       Арису застыл. – ... Что?       Чишия ухмыляется. – Не только у тебя есть связи, Арису.       Арису сидит, сгорбившись, на пуфе в библиотеке западного крыла и смотрит на Чишию измученным взглядом няни, чей ребëнок только что собрал ядерный реактор из кубиков Лего. Снова. – Ладно, – Говорит Арису, размахивая фотографией Карубэ в момент броска. – какого чëрта тебя так волнует баскетбольная статистика Карубэ?       Чишия не отрывает взгляда от ноутбука. – У него чистая подача. Последовательная дуга. Его вращение плечом при броске левой рукой точное. Такое редко встретишь у тех, кто играет агрессивно.       Арису открывает рот от удивления. – Ладно, во-первых— откуда ты всë это знаешь? Ты даже на физкультуре молчишь.       Чишия пожимает плечами. – Я смотрю. – ТЫ СТАЛКЕРИШЬ. – Я наблюдаю. – Ты, по сути, фанат баскетбола, а он даже не знает, как тебя зовут.       Чишия слегка хмурится. – Должен знать.       Арису бросает в него подушку. – Ты невыносим.       Чишия легко уворачивается. – Это ты согласился получать деньги за то, что оказываешь мне эмоциональную поддержку. – Я ДУМАЛ, ЧТО ТЕБЕ ГРУСТНО И ОДИНОКО, А НЕ ТО, ЧТО ТЫ УВЛЕКАЕШЬСЯ КАРУБЭ.       Чишия вертит ручку между пальцами. – Мне грустно и одиноко. Я так же избирателен. – Избирателен, как же. У тебя есть таблицы с рейтингом людей.       Чишия что-то нажимает на экране. – Кстати, – Говорит он, взглянув на график. – что там с Сëгавой?       Арису стонет и падает на пол без сил. – Почему. Зачем тебе это знать? – Он шумный. Знает всë. Говорит загадками. Управляет пятью серверами Дискорда. Его способность собирать сплетни составляет 99%. Он подозрительно хорош в статистике. – Подозрительно?? Он просто гей и быстро соображает. Это его естественное состояние.       Чишия хмыкает. – И всë же. У него высокий уровень эмоционального интеллекта. Это меня нервирует.       Арису фыркает. – То есть, ты боишься кого-то, кто начнëт тебя психоанализировать до того, как ты поздоровуешься. – Я бы не сказал, что напуган, – Бормочет Чишия, но его взгляд бегает. – Я бы сказал, что он... стратегически осторожен.       Арису садится. – Ты трус. – Я гений. – Ты трусливый гений, который хранит записи игр Карубэ, как будто это сказки на ночь.       Чишия не отрицает этого.       Арису долго смотрит на него. Затем на его лице медленно появляется ухмылка. Злая. Опасная. – Нет. – Что «нет»? – Чишия наклоняет голову. – Мне не терпится рассказать Карубэ. – Прикоснëшься к телефону, и я взломаю твой банковский счëт.       Он уже набирает. Арису ухмыляется, как человек, у которого есть коды от ядерного оружия.       Чишия прищуривается. – Повесь трубку.       Арису драматично подносит телефон к уху. – О нет, он взял трубку. Что теперь, фанат баскетбола?       Чишия бросается через комнату, как дикий кот. Слишком поздно. – Эй, Арису? – В динамике трещит голос Карубэ. – Ты что, умер? Ты никогда не звонишь. – Привет, Карубэ, – Сладко пропел Арису, уклоняясь от хватки Чишии с ловкостью человека, которого неделями травил богатый парень. – Быстрый опрос: знал ли ты, что существует крошечный блондинистый гоблин, который просто ЗАВИСИМ твоими бросками левой рукой? – ... Что?       Чишия замирает на полпути.       Арису хихикает. – Да, видимо, редко можно увидеть, как кто-то так поворачивает плечом и при этом выполняет штрафной бросок на 87%— – АРИСУ.       Чишия впервые повысил голос. Его лицо краснеет. Краснеет. Как будто кто-то застал его за пением в душе.       Арису ахает. – Боже мой. Ты— ты покраснел?       Чишия хватается за ближайшую подушку как щит. – Положи. Трубку. Сейчас. Же. – Карубэ, ты ещë здесь? – Спрашивает Арису, его голос практически дрожит от смеха. – Кто, чëрт возьми, краснеет из-за моего броска?? – Спрашивает Карубэ. – Это тот крошечный гремлин, о котором говорил Чота?!       Чишия хватает телефон и ШВЫРЯЕТ его через всю комнату с такой силой, что тот попадает в другую временную линию.       Долгая пауза. Они просто смотрят друг на друга.       Арису нарушает молчание. – Ты так смущëн, что готов убить телефон. – Я заблокирую тебе доступ к вай-фаю. – Шутка не удалась. Я использую мобильный.       Чишия опускается на ковëр и закрывает лицо руками. – Почему ты такой. – Потому что, – Самодовольно говорит Арису. – я впервые вижу, как ты теряешь самообладание. Это прекрасно. Я буду хранить это в памяти вечно. – Я ненавижу тебя. – Я знаю, – Говорит Арису, ложившись и довольно вздыхая. – Я твой лучший друг.       Чишия стонет и бросает в него подушку. Арису даже не вздрагивает. Победитель.