За кадром

Дин ненавидит красные розы и белые костюмы, которые бы так пошли (ладно, — так _и д у т_) его младшему брату. Дин ненавидит, когда хоть что-то, хоть мельком напоминает ему те несколько дней, которые он провел в неслучившемся будущем вместе со своим свихнувшимся двойником. В которые он встретил в теле брата чудовище. Любимейшего божьего сына. Про тот визит в 2014-й, который, к счастью, никогда не наступит, Дин рассказывал Сэму пунктирно. Не говорил, какой ужас пробрал его до костей, когда он услышал, как Люцифер говорит голосом брата, увидел чужую ухмылку на родном, таком любимом лице. Разглядел, как длинные пальцы сжимают розу — красную. Ярче свежепролитой крови. И шипы были им совсем нипочем. Не рассказывал, как шея того — альтернативного Дина — хрустнула под ногой Сатаны. Как глаза его двойника навеки закрылось. Как он разглядел в них неимоверное облегчение, почти благодарность — перед самым концом. Дин не вдавался в такие подробности буквально ни разу. Это не значило, что он хоть о чем-то забыл. С тех пор прошло много лет, но Дин Винчестер продолжает приглядывать за своим младшим братом. Возможно, чуть более пристально, чем это нужно. Сатаны давным-давно нет, на Небесах — новый Всевышний, да и преисподней правит союзник, но Дин подспудно продолжает ждать где-то подвоха. Не могло все закончиться так благополучно и просто. Чего-то он все равно не учел, просмотрел. Это значит, Сэм — в опасности. Эти твари имели виды на него еще до того, как мелкий родился. И Дин Винчестер ляжет костьми, чтобы его уберечь. А если не выйдет — рухнет следом во тьму. Но никогда не оставит, не бросит. Он слишком хорошо помнит тот мертвый взгляд двойника. Дина, который на пять лет остался без брата. — Ты всю дорогу после последней остановки молчишь. Едва притронулся к пирогу. Я начинаю волноваться. Дин, что-то случилось? — тревожно спрашивает Сэм, когда они минуют Небраску. Им нужно в кратчайшие сроки добраться в Рок-Спрингс, где кто-то растревожил захоронение погибших во время печально известной бойни 1885 года, и призраки вернулись в мир живых, чтобы мстить. Часа два назад Винчестеры купили еды в автоМаке, останавливались на крошечной заправке, чтобы залить Детке бак и отлить. Тогда-то Сэм и вернулся в салон с красным бутоном, который с тех пор вертит в пальцах, безмятежно глядя в окно. Провоцируя безотчетную тревогу у Дина. Потому что он все еще видит, как стоял в саду Люцифер с красной розой, вдыхал ее аромат, сладко жмурясь. С тех пор этот запах для Дина — отвратнее гниющего мяса и горящей заживо плоти. Вызывает безотчетный рвотный рефлекс. — Ты где откопал этот цветок? — выдавливает он, наконец, и стискивает руль до побелевших скрюченных пальцев. Пристально вглядывается в ленту дороги, убегающую к горизонту. Чем сильнее он делает вид, что ничего его не тревожит, тем больше хмурится Сэм. — Я же сказал. Там была девчушка с корзиной самых разных цветов, продавала охапку — за доллар. Я взял только один, чтобы не огорчать. — Почему именно розу? — Да что попалось под руку. Дин, ты чего? — Сэм наклоняется даже вперед, пытаясь заглянуть в лицо брату. У того вокруг глаз — круги залегли, возле рта — глубокие складки. — Воняет просто, как в похоронном бюро, — выдает после долгого молчания Дин и показательно морщится. — Ну, а сразу сказать? Отнялся язык? — с облегчением фыркает Сэм и на полном ходу открывает окно, вышвыривая наружу цветок. Лепестки, оторванные злым ветром, еще долго парят позади красным шлейфом вдоль опустевшей дороги. Как кровавые слезы. В салон вместе с ним — таким неспокойным и резким, врывается целый букет ароматов. Это запахи поспевающей кукурузы, зеленой сочной травы и пшеницы, запах пыли и дальней дороги, запах жженной резины, машинного масла, бобов, которые греет кто-то на костре недалеко от дороги. Вся эта палитра окончательно истребляет даже намек на ароматы райского сада, по которому так тосковал Люцифер. — Не думал, что так голова разболится, — пожимает старший Винчестер плечами и исподтишка косится на брата. А тот как ни в чем не бывало достает из-под сиденья свой ноутбук и лезет на сайт, чтобы проверить последние полицейские сводки. Они вот-вот прибудут в Рок-Спрингс, и нужно понять, успели ли появиться новые жертвы. Сэм не выглядит раздосадованным, расстроенным или раздраженным — вообще ничего. Возможно, только чуть-чуть озадаченным очередным чудачеством старшего брата. Дин выдыхает и даже делает радио немножечко громче, несмотря на то, что там сейчас звучит даже не рок, а какая-то мелодичная гадость, которая так нравится Сэму. Сэм явно считает, что с братом что-то не так. Ну и пусть. Чрезмерная бдительность — лучше, чем преступное раздолбайство. Потому что после встречи с тем своим двойником Дин помнит... Дин и через сотню лет не забудет тот ужас. Впрочем, как и каждый момент, каждый раз, когда ему приходилось держать на руках бездыханного брата. А уж своими руками отдавать его тело другому... Так легко они его не получат. Он точно знает, что Сэмми все еще нужен кому-то, затаившемуся до поры — до времени в вязкой тьме. Не просто так из него создавали полководца армии Ада. Лепили совершенное сверхъестественное орудие смерти. И пусть сейчас они затаились, Дин будет настороже... И Дин сразится с любым, кто придет, кто только попробует покуситься на брата...