Скрытые раны

      — Мы можем поговорить? — Голос Питера прозвучал неуверенно, почти виновато. Он переминался с ноги на ногу на пороге просторного кабинета, стараясь подавить волнение. Раздражающе громко хрустнул паркет под его кроссовками.       Артем Стрелецкий оторвался от кипы документов, присланных госсекретарем Россом. Потребовалось несколько мгновений, чтобы уставший от многочасовой работы с бумагами взгляд смог сфокусироваться на подростке. С момента возвращения из России прошло несколько недель, жизнь будто бы вошла в привычную колею: Наташа, Елена и Стив улетели в Европу на задание, а он погрузился в бумажную работу. Визит Питера Паркера стал неожиданностью — раньше парень всячески избегал лишнего общения с психологом.       — Можем, — Стрелецкий кивает на диван. Сейчас на нем не было подушек, так как Ванда предложила их постирать. У окна все также стояли горшки с цветами, на стенах висели картины, делая помещение уютным. Артему стало любопытно, почему Паркер пришел к нему в офис, ведь раньше он избегал общения с ним.       — Итак, Питер, что именно ты хотел обсудить? — уточнил Стрелецкий, вопросительно посмотрев на парня. Он сложил документы в папку, чтобы те не перемешались. Психолог встает со своего места и обойдя стол, садится на его край, сложив руки на груди.       — Обещайте не смеяться, — Паркер с мольбой смотрит на психолога и тот, усмехнувшись, кивает. Артем не сдержал легкой усмешки, но кивнул ободряюще. Любопытство начинало понемногу разгораться. Эти паузы, это подростковое напряжение, которые создавал Питер, только усугубляли ситуацию. В глазах Стрелецкого заплясали знакомые Питеру искорки живого, почти профессионального интереса, которые парня слегка пугали., — я хочу познакомить свою девушку с тетей, — выпалил он так быстро, что Стрелецкий с трудом смог разобрать сказанное.       Повисла неловкая, звенящая пауза, нарушаемая лишь тиканьем часов. Артем невольно хмыкнул, услышав признание Питера. Он точно не ожидал подобного заявления. Его мысли были заняты гораздо более мрачными сценариями: конфликты в школе, проблемы с учебой, супергеройские провалы, приступы тревоги — что угодно, но только не терзания, вызванные романтическим интересом и его бытовыми последствиями. Стрелецкий медленно, почти неслышно выдохнул, стараясь сохранить маску профессионального спокойствия и непредвзятости.       — И…. в чем тебе нужна моя помощь? — не понимает сути разговора Артем, мысленно надеясь на то, что Питер не позовет его присутствовать при этом мероприятии, так как это было бы странно даже для Стрелецкого, — обычно для этого нужно просто все согласовать и не более. Ну там подготовить ужин, прибраться дома, если ты хочешь сделать это там, а не в кафе или где-то еще. Или ты не знаешь, как они отреагируют на такое предложение?       Питер нервно дергает плечами. Он и сам всё это прекрасно понимал. Они с Мишель были вместе уже достаточно долго, он успел познакомиться с её родителями. Казалось бы, следующий шаг — представить её Мэй — был абсолютно логичным и давно назревшим. Простым. Но ничто в его жизни не было по-настоящему простым.       — Ну отчасти да, — ответил он, выдохнув.       — И какие опасения у тебя есть? — уточнил Артем, внимательно посмотрев на собеседника, который все еще волновался, — дай угадаю, ты боишься, что тетя расскажет Мишель про твою тайну?       Паркер ахнул о того, как тонко Артем подметил суть проблем. Стрелецкий только усмехнулся. Все же он оставался очень хорошим психологом и этого, в отличие от неудавшихся отношений, у него никто не мог отобрать. Он сел в кресло, чтобы быть ближе к Питеру.       — Ну я понимаю, что Мэй на такое не способна, — протянул он жалобным тоном, — но мало ли… она случайно скажет или что-то такое.       — Питер, — Артем снисходительно улыбнулся и похлопал парня по плечу, — ты должен понимать, что если твои намерения в отношении Мишель достаточно серьезные, то рано или поздно, она узнает о твоем супергеройстве. Подумай сам, ты бы хотел, чтобы она узнала об этом от тебя или же…       — От меня, — заканчивает Питер.       И хотя он не хотел подвергать Мишель опасности, Паркер не хотел, чтобы она перестала ему доверять. Именно это ему грозило, если его девушка узнает его тайну от кого-то постороннего. Она решит, что недостаточно важна для него, раз он скрыл от нее такую важную информацию. Питер всегда стремился к тому, чтобы их отношения строились на доверии.       — Поэтому, тебе стоит поговорить со своей девушкой до того, как ты поведешь ее знакомится с тетей, — констатирует Артем, развалившись на спинке кресла и запустив руки за голову, — но только, если ты уверен в Мишель. Если готов довериться ей настолько.       Артем прекрасно помнил о проблемах Питера с доверием, о его склонности подозревать всех подряд. Вероятно, это событие могло стать определенным рубежом в работе парня над своими проблемами. Стрелецкий внимательно смотрел на него, ожидая, когда тот что-то ответит, но Питер продолжал молчать, думая над словами собеседника. Он посмотрел на Артема и в его взгляде психолог увидел настоящую борьбу с самим собой. Стоило вмешаться, чтобы у Паркера не сформировалось еще больше проблем, чем уже имелось.       — Питер, я понимаю, что тебе не просто со всем этим разобраться, — Артем подался корпусом вперед, придвинувшись к собеседнику, — но доверие — важный фундамент в любых отношениях, тебе стоит понимать это, если ты хочешь, чтобы у вас с Мишель все было серьезно.       — А если… если она не сможет принять меня таким?! — он едва не подскочил с места, но поймав на себе суровый взгляд Артема, резко сел обратно, — посудите сами. У нее жизнь, как у всех… ну там учеба, факультативы, бассейн по вторникам и йога по пятницам. Помощь в кризисном центре для жертв насилия… и я. Вечная катастрофа! Да она будет за меня переживать каждую секунду, ну если я ей все расскажу.       Стрелецкий слушал его молчал, лишь отмечая то, как меняется интонация Питера, как сильнее дрожат его руки. Психолог прекрасно понимал, что ему просто нужно выговориться, выплеснуть все, что накопилось внутри за время его размышлений. Когда парень закончил, Артем медленно выдохнул.       — Ты боишься не столько ее реакции, сколько того, что разрушишь ее иллюзию нормальности? — уточнил психолог. — Что, перестав быть «просто Питером Паркером», «просто мальчиком с которым ей нравится гулять по парку и который дарит ей цветочки», ты станешь для нее проблемой, а не парнем?       Вопрос Артема звучал резко, как, впрочем, и все его вопросы, но как всегда, этот попадал точно в цель. Питер боялся того, что из-за его супергеройской жизни изменится жизнь Мишель. Что если она не хочет этого, что если ей придется сделать этот выбор против своей воли, только ради него?       — Тогда ответь себе честно, — голос Стрелецкого стал тверже, но не жестким, — что будет для нее страшнее: узнать правду от тебя и принять осознанное решение? Или однажды столкнуться с этой правдой лицом к лицу, когда ты не сможешь ее защитить, потому что вынужден был лгать? Доверие — это не просто говорить правду. Это вера в то, что другой человек достаточно силен, чтобы ее принять. Ты веришь в Мишель? В то, что она сильная и смелая девушка, которая не бросит того, кто ей дорог? Подумай, Питер, это не только о способностях или пути супергероя, это о жизни, — Артем прочистил горло и продолжил, — подумай, готов ли ты быть с ней, если она, ну, к примеру, получит серьезную травму? Если ее жизнь измениться, то ты готов изменить свою жизнь тоже?       Тишина снова упала между ними и наполнила собой помещение, как едкий, ядовитый газ, от которого хотелось как можно скорее избавиться. Питер верил в Мишель, ну или убеждал себя в этом. Она в самом деле была сильной и смелой, уверенной в себе и в своих решениях. Она достаточно умна, чтобы в какой-то момент поймать его на лжи и тогда их отношениях рухнут, как карточный домик. Этого он хотел избежать.       — Вы думаете… она сможет? — в его голосе впервые прозвучала не тревога, а надежда.       — Я думаю, что ты даешь ей недостаточно кредита доверия, — покачал головой Артем. — А теперь представь другой сценарий. Ты знакомишь ее с тетей Мэй, все идет идеально. Вы становитесь еще ближе. А потом правда всплывает — из-за случайности, из-за свидетеля, из-за того, что ты получил рану и не смог ее скрыть. Каково будет Мишель? Она поймет, что все это время, в моменты вашей наибольшей близости, ты носил маску. Какой удар это нанесет вашим отношениям?       — Вы правы, — тихо произнес он. — Я должен сказать ей. Лучше уж сейчас, чем потом, когда будет еще больнее.       — Решение за тобой, — кивнул Стрелецкий. — Но если решишься — подумай, как это сделать. Это не должно быть признанием на бегу. Выбери место, где будет спокойно и безопасно. И будь готов к любым вопросам. К любым реакциям. Даже к тому, что ей будет нужна пауза в ваших отношениях, чтобы все обдумать. Иногда пауза лучше, чем расставание навсегда.       Артем понимал, что была огромная вероятность того, что отношения Питера и Мишель закончатся после выпускного, как часто бывает у пар, которые начали встречаться в школе, но сейчас все это имело огромный смысл для Паркера и Стрелецкий не мог бросить его одного с теми проблемами, которые возникали у парня. Тем более, когда он сам пришел к нему в кабинет. Питер благодарно кивает и покидает помещение, а Артем, шумно выдохнув, усмехается и возвращается к своим документам.