Та, которая шла без сердца

      Сефи, если говорить прямо, была не столько глупа, сколько напрочь лишена логического мышления... хоть сама такой себя и не считала. Всё началось с очередного недоразумения: — Ты полагала, что я… не маг? — Зерие чуть нахмурилась, а Сефи, не моргнув глазом, честно кивнула. — То, что я пришла в самую глубь леса в том одеянии, не запачкав его ни грязью, а себя ни каплей усталости, тебе ни о чём не сказало? — А… — глаза Сефи распахнулись до предела. — Ой… Зерие, увидев такую реакцию, лишь усмехнулась, бросив взгляд вниз, на свои ноги. Там, вместо идеально чистых босых ножек, были грубые сапоги. — Вот значит почему ты одела меня так... — тихо пробормотала она. — Мда. Неужели ты и впрямь приняла меня за обыкновенное существо? — в её голосе проскользнуло холодное раздражение. — Знаешь, это оскорбительно. — Прошу прощения, если задела ваши чувства… да, я вела себя необдуманно и непоследовательно, — ответила Сефи, отпустив взгляд на стол. Её пальцы невольно сжались в кулаки, прежде чем она снова подняла глаза. — Это значит… вы знали, когда я уходила тренироваться магии? — Разумеется, — с усмешкой отозвалась эльфийка. — Ты буквально фонтанировала маной. Даже отрешённый от восприятия едва ли бы не ощутил твоего присутствия. А если кто и не почувствовал… либо глух, либо у него разум подобен болотной жиже. Сефи тяжело выдохнула, уткнувшись ладонью в переносицу. Затем – ещё один, более глубокий вздох. Для демона такие действия были… странны. Без причины они не демонстрируют ничего. Даже с причиной – редко... хотя нет, они никогда не делают подобного. — Что ты творишь? — с едва уловимым недоумением спросила Зерие, указывая пальцем на неё. — Пытаюсь… сдержать волну смущения, — пробормотала Сефи, не глядя на неё. — Конечно, это не имеет ни малейшего смысла, ведь мне неведома эмоция в полной мере… но я… чувствую себя ужасно из-за своей нелогичности. Наверное, это старая привычка, с тех времён, когда я ещё могла чувствовать. — Она чуть опустила голову и пришла в себя. Идиотские движение прекратились. — Обычно это помогало мне сохранять спокойствие. Зерие на мгновение расширила глаза, удивлённо всматриваясь в неё, прежде чем вновь обрела прежнюю невозмутимость. Это было… занятное откровение. — Я усвоила ценный урок, мисс Зерие. Благодарю вас за этот разговор, — сдержанно произнесла Сефи, вновь собравшись. — Не стоит благодарности, — безэмоционально отозвалась эльфийка, всё ещё пристально наблюдая за ней. Обычно демон на этом бы встал, ушёл бы по делам: дрова, готовка, шитьё… Но сейчас нет. Поэтому… — Ты хочешь о чём-то попросить? — …Да, — коротко и ясно. Демоница переплела пальцы, сжав ладони в плотный замок. Глаза её были сосредоточены, голос стал твёрже. — Раз вы обладаете знаниями в магии… я бы хотела попросить вас расширить рамки моего обучения. Не только культура этого мира, но и… сама магия. Если, конечно, вы сочтёте это возможным. Я не намерена принуждать вас. Зерие смотрела на неё с лёгкой улыбкой, но в этой улыбке пряталось нечто иное – любопытство. — "И не сможешь принудить" — хмыкнула она про себя, но вслух ничего не сказала. Обучить демона магии… Какая нелепая мысль. И в то же время – чертовски интригующая. Они гордятся своей силой. Считают её врождённой. А эта… эта даже основ не знает. Она творит нечто… не по правилам. И всё же – это работает. Неужели, чтобы сотворить чудо, нужно быть не мудрецом, а глупцом? — Что ты знаешь о магии? — наконец спросила Зерие, голос её стал глубже, спокойнее, почти как у наставницы из легенд. Сефи замолчала, сосредоточившись. Затем заговорила, чуть медленно, будто подбирая слова: — По тому, что мне удалось понять из опыта… и одного-единственного гримуара… магия это воплощение мысли в реальность, фантазии, в форму. Она питается маной, — её голос дрогнул. — Я пока разделяю магию лишь на два вида: боевая и прикладная, та, что служит жизни. — Продолжай, — кивнула Зерие. На первый взгляд – простое рассуждение, но… в этих словах сквозило нечто чуждое. Иное восприятие. Демоны не используют «прикладную» магию, она для них чужда. И то что она говорит... мана делают форму... хм. Интересная мысль. — Мана… она ведёт себя как… особая форма энергии. Неизвестная, универсальная. Она повсюду – в природе, в теле существ. Я пришла к мысли, что в телах живых существ мана удерживается благодаря крови. В ней могут быть особые элементы, не идентифицированные, но стабильные. А восстанавливается мана… будто бы по типу дыхания. Постоянно, но неравномерно. — Сефи вздохнула, словно пример и продолжила. — По моим доводам, мана создаётся в природе и втягивается в тела существ, а те, благодаря своей крови, могут удерживать ману и использовать её для… разного. — Она на мгновение запнулась, опустив взгляд, а затем произнесла чуть тише. — Но самое главное, по моим наблюдениям… магия работает только тогда, когда я в неё верю. Без веры она рассыпается, не работает. Совсем не работает. Зерие не ответила сразу. Она молчала, обдумывая сказанное. В её глазах мелькнула искра рассудительности, древней и холодной. — "Фантазия, питаемая маной… кровь как проводник… вера как катализатор. Хм. Безусловно, в этом что-то есть. Для многих магия и вправду работает на основе убеждения, но редко кто формулирует это так прямо." — Чем больше она слушала, тем больше возникало вопросов. — Интересное суждение, — наконец произнесла она, медленно. — Очень… свежее. Магия действительно черпает силу из воли. Но не всякая воля рождена верой. Бывает, её питает инстинкт. Или ярость или долг. Она подалась немного вперёд, наблюдая за Сефи: — Откуда ты это узнала? Действительно. Такие взгляды она не слышала даже среди человеческих академиков прошлого. Откуда демон знает это? Слишком человечно для таких монстров, слишком понятно для таких чудовищ, и слишком... низко для тех, кто слишком горды. — Через эксперименты. Теории. Опыты. И вот… — Сефи резко встала и скрылась в комнате. Послышались скрипы, шум и мягкий хлопок крышки сундука. — Вот, — она вернулась с потрёпанным томом. — Этот гримуар стал для меня отправной точкой. Нельзя сказать, что он содержит теорию… скорее, заклинания и формулировки к ним. Я использовала его как примеры, накладывала их на личные наблюдения и… получила то, что имею сейчас. — Она опустила книгу перед Зерие и тихо добавила. — Вот и всё, мисс Зерие. — Понятно. — Зерие бросила взгляд на гриуммар. Простое заклинание для быта: Очищение одежды. И от этого она перешла к такому? Это ли талант? Сефи умеет создавать материю, зачаровывать и изменять её форму. Она научилась выращивать растения и использует магию для повседневных нужд. Сейчас демон слаб, но... в будущем она станет слишком сильной. Лучше уничтожить проблему в зародыше... но... не сейчас.

Такое право имела лишь она

— Так уж и быть, научу тебя азам этого искусства. Однако... — Зерие указала на неё пальцем, — Прежде всего, что для тебя магия? — Магия... — Серафима задумалась. Что для неё магия? Может чудо? Вещь, ломающая физику? Сверхъестественное? Всё это да, но... не совсем так. Это не то. — Это мой инструмент к выживанию. — Нравишься, молодец. — Зерие произнесла это с твёрдой решимостью, в голосе демона звучала горечь истины. За этими словами скрывалась гора жажды жизни. И ради этого эта демоница будет делать всё. Такие существа и будут развивать магию, а сама же Зерие наблюдать за этим.

***

      Сегодня Сефи встала рано – очень рано. Спала она меньше обычного, её охватывало какое-то волнение. Заранее приготовила еду, воду и всё необходимое. Сама же расчистила и подготовила поляну для тренировки, а теперь сидела перед кроватью Зерие, ожидая нужного часа. — "Времени теперь мало. Мне лучше выжать из неё всю полезную информацию, даже если придётся будить мисс Зерию... жёстко" — думала она, наблюдая за спящей эльфийкой. А дрыхла спящая хорошо. Во сколько она сама проснулась? Неясно. Но настолько рано, что на небе ещё не видно даже отблеска золотой звезды. Темнота, тишина, и только Сефи бодрствует – как взволнованный малыш. Прошло немного времени. Демоница протянула руку и начала осторожно трясти эльфийку. Сначала нежно... потом чуть сильнее. — Мисс Зерие, прошу, просыпайтесь. Вам нужно поесть. — Голос у неё был вежливым, но настойчивым. В ответ – лишь движение в одеяле и сонный голос: — Ещё пару часиков... — Если вы не проснётесь, мне придётся использовать... ужасное оружие. — предупредила Сефи, но реакция отсутствовала. — Вот как, — пробормотала она. — Я ничего не боюсь. Сефи встала, направилась на кухню, нашла ведро с холодной водой. Нет, обливать эльфийку она не собиралась – это было бы жестоко. Она просто опустила руки в воду и подождала минуту, чтобы они как следует охладились. Затем вернулась, встала у кровати и, не колеблясь, прижала свои холодные, мокрые ладони к лицу Зерие. — У-у-у... — недовольно промычала эльфийка, морщась. Не сработало. Или... всё же? — Убери руки... — Нет. Вы должны встать. Иначе не уберу, — упрямо ответила Сефи, глядя в сонные, слегка раздражённые глаза своей наставницы. — Вы должны поесть. А потом заняться моим обучением. — В таком случае... я отказываюсь тебя обучать, — пробормотала Зерие, слегка тряся головой, словно отгоняя наваждение. — Слово не воробей, вылетит не поймаешь, — отчеканила Сефи с гордой серьёзностью. Зерие приоткрыла один глаз и, не сдержав лёгкой ухмылки, прошептала: — Я ловлю слова. И возвращаю их с процентами, — произнесла Зерие, приподнимаясь с кровати, словно не проснулась окончательно, но уже устала от происходящего. Сефи… испытала что-то похожее на радость, но это было не совсем то. Не лёгкое счастье. Скорее – нетерпеливое, сладкое чувство предвкушения. Искушение. Она мгновенно подхватила наставницу на руки, словно не чувствовала ни веса, ни усталости. Движение вышло плавным и почти торжественным – будто несла не тело, а реликвию. Как невесту или как жертву на алтарь нового знания. С невыразимой осторожностью она понесла Зерие на кухню. Та не сопротивлялась. Ни словом, ни жестом. Только смотрела куда-то в сторону, будто сквозь стены. Сефи поставила её на стул, наложила на неё заклинание Очищения – тёплая, сверкающая волна магии прошлась по телу эльфийки. Затем поставила перед ней еду: ягодное пирожное, хлеб, чай – и всё в точности как та предпочитала или нет... неважно, из сладкого только это и есть. А потом, взяв расчёску, принялась расчёсывать длинные золотистые локоны своей учительницы, движения её были нежны, почти благоговейны. Зерие не возражала. Она просто ела – медленно, почти механически, явно ещё не полностью вернувшись в реальность. — Вы сегодня особенно прекрасны и, смею заметить, милы, — заметила Сефи, глядя на неё с тонкой улыбкой. — Поэтому хотелось бы учиться у такой прекрасной и милой мисс. — Эта милая и прекрасная мисс всё ещё хочет спать, — отозвалась Зерие усталым, тягучим голосом, не выражая эмоций. Она доела хлеб и отпила чай. — Тогда я создам магию, которая будет пробуждать вас без всего этой сонливости. — Сефи ловко наполнила чашку заново. — Так сказать, вложение в будущее. Ведь мы говорили о процентах... А я неплохо разбираюсь в цифрах, очень даже люблю их. На губах Зерие появилась слабая, почти призрачная усмешка – не то одобрение, не то лёгкое недоумение. — Сегодня ты слишком торопишься... и, пожалуй, слишком много говоришь. Неужели волнение? — спросила она, наконец повернув голову к Сефи. Голос её по-прежнему был ровным, лицо без эмоций, а глаза мутны, как воды древнего озера. Но всё в её словах – каждое слово звучало как пробный укол. Как тонкий разрез: не чтобы ранить, а чтобы заглянуть внутрь. — Я не уверена, что могу чувствовать волнение в общепринятом смысле, — ответила Сефи, продолжая медленно расчёсывать волосы. — Но ощущаю что-то похожее. Как удовольствие... только неправильное. Слишком сильное. Навязчивое.

Она замерла на секунду. Прядь волос скользнула меж пальцев.

— Возможно, это нечто ненормальное, — добавила она, глядя вниз. — Необъяснимое, не могу понять почему я такая. Зерие не ответила сразу. Только смотрела на неё – не как учитель на ученицу. А как на монстра. — "Черта демона…" — подумала Зерие, не глядя на Сефи, а будто в пустоту, в глубину воспоминаний. — "Они любят магию. И, возможно, способны чувствовать, но только когда дело касается магии" Зерие знала таких. Демонов, что гордились своим даром. Тех, кто с ликованием постигал заклинания, с восторгом возводил арки маны, жадно вбирал в себя знания. Она знала и других – отчаявшихся, когда их гордость была втоптана в грязь. И тех, что впадали в ярость, узнав: эльфийка скрывала свою ману. Для них это было табу. Нарушение священной концепции. Отвратительное, невообразимое, настолько, что демоны просто отрицали такую возможность у кого-либо. А те, кто всё же пользовался сокрытием – были для них не более чем ересью. Изгнанием. Ошибкой... ошибкой мира. Недостойные называться магами. Возможно, это потому, что сами демоны – магические существа. Магия не была им дарована. Она была их плотью. Их жизнью с самого их рождения. — Начнём урок, — сказала Зерие, голос стал твёрже. — Ты что-то чувствуешь? — И с этими словами она усилила свою магическую концентрацию. Ненавязчиво, без показного свечения или ауры – просто позволила мане быть вокруг себя. — Нет, мисс Зерие… А что я должна чувствовать? Можете ли вы объяснить? — спросила Сефи, внимательно глядя на неё, всем существом стремясь услышать хоть намёк, хоть шорох силы. — Это не материя. Не запах и не звук. Это… то, что кружится вокруг тебя. Мана. — Она говорила без веселья, всё ещё доедая предложенную еду. Хлеб. Чай. Пирожное с ягодами. Ягоды, ягоды, ягоды… Скоро ей будут сниться эти ягоды. Их слишком много. — Если ты не сможешь её увидеть или хотя бы принять, в магии ты бесполезна. — Поняла, мисс Зерие. Как я понимаю, вы сейчас истощаете ману? — Сефи всматривалась в неё, пытаясь уловить хоть колебание. Зерие кивнула, медленно, откусывая от пирожного. — Не могу почувствовать… может, вы даёте лишь малую часть? — Нет. Я выпустила её достаточно, чтобы охватить весь этот дом. — Она сказала это резко, и взгляд её стал острым. — Не понимаю, почему ты до сих пор не чувствуешь. Ты пытаешься увидеть? — Я пытаюсь всё: осознать, услышать, унюхать… или даже увидеть. Может, почувствовать касание. Какая из чувств должна сработать? Или… ни одно? Можете ли вы дать мне подсказку, мисс Зерие? — Спросила онс и глянула на глаза наставницы. — Подсказок мне не жалко. — Её голос стал холоднее, но не злой, скорее наблюдательный. — Однако магия разная для всех. Моё видение и твоё несовместимы. Ты обучалась наблюдением, опытом. А я осознанием. Твои попытки логичны, но мана не обязана быть логичной. Она скорее напоминает сновидение: личное, текучее, меняющееся. Магия – это фантазия. Дай ей форму. Пусть она станет тем, что ты сможешь воспринять. — На эти слова демоница кивнула, после чего закрыла глаза. Сефи закрыла глаза. Она могла видеть свою собственную магию… но чужую – нет. Может, чужая просто… не откликалась. Тогда нужно было создать образ. Общую картину. Что-то знакомое. Мана – это энергия. Это факт. А энергия имеет цвет. Электричество – синее. Огонь – жёлтый. Но если горит чистый огонь, он тоже может быть синим. А значит, и мана должна быть… голубой. Да. Как в играх. Почти небесная. Она как воздух. Она есть везде. Плывёт. Нет – течёт. Как река... нет не так, как туман! Да как туман! — О… смогла, — прошептала она. И в этот миг, действительно, она увидела. Весь дом был пронизан мягкой, почти невесомой голубой энергией. Чистой. Плавной. Как водопад, текущий не вниз, а вокруг, бесконечно. — Мисс Зерие… я смогла увидеть ману. Что дальше? Зерие не сразу ответила. Она посмотрела на Сефи так, будто ожидала этого, и в то же время – будто не до конца верила, впрочем улыбка воцарилась на лице. — Ну, наконец-то, — произнесла она негромко. А затем, с едва заметной усмешкой добавила: — Возможно, ты всё же не пустой сосуд.

***

      Обучение магии и языка продолжалось все оставшееся время. Прошло пятнадцать дней, почти конец месяца, а значит, и срок их договора. За это время Сефи изменилась. Она впитывала знания, как губка, и совершенствовалась по-своему, по необычной, отличительной схеме. Главным её недостатком оставалась склонность применять сложные концепции для простых задач. Она не избавилась от этой привычки – она просто изменилась. Теперь Сефи могла совершать элементарные магические действия, но цена оставалась высокой: заклинания получались долгими, требовали тонкой подготовки и большого расхода маны. Однако с её количеством это не должно быть проблемой, она постоянно повышает свой лимит. Сефи верила, что в начале всего должна быть причина. Это был её магический закон, её личный принцип: ничто не возникает просто так. Так, когда она создавала резак из воздуха, он напоминал миниатюрное торнадо – ведь режущая сила требовала скорости, а скорость возникала из вращения. Но теперь она могла направить воздух в прямую линию – без всяких закрученных вихрей. Логика немного сменилась. Если вода может резать под напором, значит, и воздух способен – при должном ускорении. Сама идея была простой, но исполнение – нет. Прямая воздушная линия требовала высокой концентрации и тонкой работы с потоком. Резак стал быстрее и острее, но работа над ним – сложнее. В другом она тоже достигла прогресса. Управление предметами –её любимая сфера стало куда точнее. Если раньше она просто вливала ману в материю, меняя форму и плотность, то теперь достигла куда большего. Её контроль стал настолько быстрым, что она могла изменять даже ландшафт. Главное же – теперь она могла оставлять предметы в изменённой форме навсегда. Это звучало просто. Но ранее всё было иначе: трансформированный камень, кирпич, стена всё требовало подпитки маны, иначе магия рассеивалась, и форма разрушалась. Строительство, к примеру, превращалось в муку: нужно было постоянно питать структуру. Сейчас всё изменилось. Она нашла способ "запекать" изменения, закрепляя форму без постоянного расхода. Раньше приходилось размягчать предметы, лепить из них нужное и удерживать, а теперь форма становилась стабильной сразу после создания. Это был скачок. Очень большой. Боевые навыки тоже развивались. Зерие обучила её базовой атакующей магии: огненные шары, земные снаряды, режущий ветер. Простые вещи – но они дали уверенность. Однако настоящее открытие ждало в собственных поисках. Сефи научилась направлять ману в землю, делая почву мягкой и вязкой, чтобы врагам было сложнее двигаться. Или наоборот: вытягивала из земли острые шипы в мгновение ока. Простое, эффективное и... изящное. Она также экспериментировала с оружием. Могла формировать мечи, кинжалы, копья – и наделять их скоростью, буквально "выстреливая" ими. Её арсенал строился на метательности и контроле местности. Пока что ближний бой оставался слабым местом, но дальние приёмы у неё были на высоте. По оценкам Зерие, Сефи могла справиться с большинством обычных магов, но всё ещё проигрывала опытным. Прогресс был и в магии селекции. С помощью наставницы она поняла суть этого вида магии – как правильно работать с ростом и отбором. Сначала она просто экспериментировала с зерном и травами. Но вскоре её внимание привлёк странный куст с ягодами. Она не знала, что это, но Зерие сказала, что это виноград. Сефи решила вырастить его, ведь виноград значит вино, а вино – товар, который можно выгодно продать. А значит, деньги. А значит, шанс продлить учение с мисс Зерие. Так в её жизни появилась магия... ради практической пользы. Да и для будущего тоже. Представление оставалось самым трудным аспектом. Чтобы магия сработала, нужно было представить процесс достаточно чётко. Но тут ей помогло неожиданное: старые воспоминания из прошлого мира, точнее, видеоролики на которых показывали, как из семечка вырастает росток, а потом – плодоносящее растение. Эти визуальные воспоминания стали ключом. Магия подчинялась представлению – чем яснее образ, тем надёжнее результат. Это тоже закон. Зерие также открыла ей основы создания артефактов. Оказалось, мало просто вложить ману и желание. Нужно создать структуру. Условия. Надписи. Руны. Именно они удерживают магию, позволяют ей "застыть" в объекте, стать частью его. Руны – это не просто символы. Это коды. Законы. Их суть – в том, что они подчиняются системе, дарованной богиней и многими поколениями магов. Их нельзя сломать. Но можно – обойти. Сефи не могла понять рун. Несмотря на объяснения наставницы, они ускользали от неё, оставались чужими. Тогда она решила использовать свой язык. Простые слова, понятные только ей. Но вопрос был в другом: как сделать, чтобы эти слова стали словами силы? Ответ она нашла случайно или, возможно, это был дар интуиции... может что-то новое внутри. Она сделала паузу, вспоминая слова наставницы. Слова Зерие звучали в памяти особенно чётко: — Чем больше ты вложишь в магию, тем сильнее эффект. Всё, что маг получает, должно быть оплачено. Магия не терпит пустоты. А значит, если она отдаст что-то ценное, то даже её простые слова обретут силу. Так работала древняя защита: заклинание, закрывающее дверь, ставящее на кон жизнь заклинателя – Тур-цу. Простое по сути, но нерушимое: пока жив создатель, магия не исчезнет. Её можно обойти, но нельзя разрушить. Не напрямую. Её язык не был рунами. Никогда не был, даже не был частью этого мира, однако... это возможно изменить вложив цену. Частицу себя, свою кровь. Её языка не знала система мира, не знали духи, не знала сама магия. Но если она вложит в него свою ману, смешает со своей кровью – может быть, тогда они станут живыми. Станут работающими. Частью мира.

И это сработало

      Сефи создавала магические артефакты на собственном языке, написанные её кровью и напитанные её маной. Их уникальность заключалась в том, что язык был известен только ей одной. Ни один маг не мог расшифровать ни структуру, ни формулы – а значит, не мог скопировать или разрушить артефакт путём анализа. Это делало её работу почти неуязвимой: ведь если заклинание нельзя понять, его нельзя и разорвать, как бы ни пытались изъять руны или разрушить опорные элементы. Каждый её предмет создавался с практической целью. Тот самый монокль, позволяющий читать любой текст, был тому примером. Сейчас она продолжала его улучшать, искав способ сделать заклинание устойчивее. Однако сама природа магии требовала платы, и использование крови как носителя делало артефакты уязвимыми: если кровь смывалась или разрушалась, исчезало и заклинание. Чтобы избежать этого, Сефи разработала метод нанесения надрезов в нужных местах объекта, заливая их кровью, высушивая и герметизируя. Этот способ был надёжнее, но всё ещё неидеален. Требовалась новая система фиксации. Параллельно развивалась другая её магия – созидание. Она воспринимала это как процесс превращения маны в материю. Однако создавая неорганические объекты, она сталкивалась с большими затратами энергии. Особенно – при создании вещества с нуля. Попытки с органикой вообще давали сбой: тело, плоть, ткани – не поддавались материализации. Всё, что оставалось искать иные пути. Тратило созидание много, чрезмерно, поэтому она начала пытаться снизить расход. Поптыка использовать кровь как плату не подходило, лишаться пол кровью за килограмм нужной вещи не хотелось. Поворотным моментом стал эксперимент с ремонтом одежды. Сначала это были старые воспоминания; вначале она восстановила платье, не имея такого объёма маны, и это нужно было повторить. Тогда она использовала ткань в качестве основы, и процесс пошёл легче. Это наводило на мысль: чем ближе материал к желаемому результату, тем меньше энергии требуется для преобразования. Магия словно "узнавала" материал, подстраиваясь под его структуру. Одежда, созданная из уже готовой ткани, требовала на 70% меньше маны, чем из сырья. Этот принцип стал основой новой тактики: использование подобных материалов для минимизации затрат. Обработанная кожа, ткань – всё можно было использовать как фундамент. Это открывало возможности: из земли – через магию управления почвой – можно извлечь железо, очистить, обработать, создать меч. Всё – без кузни, только через преобразование и ману. Яркий тому пример её эксперимент с кожей, она хотела сделать куртку. Взяла необработанную и обработанную, первый затратил больше маны, а второй меньше. Исследования пошли дальше. Начались попытки менять внутреннюю структуру вещества, вмешиваясь в молекулярный и атомный уровень. Сама концепция строилась на четырёх известных решётках: атомной, молекулярной, ионной и металлической. Понимание их различий открывало возможность более точного преобразования. Однако практика показала: несмотря на то, что это потенциально дешевле, чем полное созидание материи, результаты были нестабильны и далёки от идеала. Понадобилось бы глубокое понимание самой материи – не по школьной модели, а по её истинной, живой природе где надо было понять саму структуру объекта. Сложность заключалась в том, что опора на упрощённые схемы больше мешала, чем помогала. Магия требовала другого мышления — не образного, а структурного, точного. Без этого создание сложных веществ становилось невозможным. Здесь открывался путь к новому направлению: магической химии, где преобразование материи шло через её внутренние законы, а не внешние подобия. Её кровавая магия также развивалась. Новый этап позволял контролировать чужую кровь, если внутрь организма вливалась её мана. Проверка происходила в полевых условиях: заряд, наполненный её маной, ранил животное и она, действуя через место ранения, усилила кровотечение до бесконтрольного. Прекращение свёртывания, продолжительная потеря крови – эффекты, напоминающие смертельные заболевания, но вызванные искусственно. Вроде такая болезнь называлась гемофилией, вроде так? Появились и утилитарные применения. Она научилась повышать энергоотдачу собственного тела во сне, сокращая необходимое время для восстановления. Суть заключалась в сочетании метаболических процессов: предварительное насыщение пищей, разгон обмена веществ магией, полное усвоение без остатка. Её организм не оставлял отходов всё превращалось в энергию. Сон стал не просто отдыхом, а магически управляемым процессом восстановления. Круто. К этому моменту её магия перестала быть набором приёмов. Она превратилась в систему, основанную на логике, анализе и опыте. Каждая новая попытка строилась на предыдущей, каждое открытие рождало следующее. Переход от стихийного к осознанному стал не просто этапом – а частью её роста как мага. И Сефи училась. Она понимала: магия – не только о власти и разрушении. Это компромисс. Сделка. Закон. А главное – это понятие, рождающееся в голове мага. Чем точнее это понятие, чем глубже представление – тем сильнее заклинание. В магии нет истины. Но есть вера, смысл и плата.

И Сефи уже начинала платить по-настоящему

      Впрочем, сегодня об этом можно было забыть – настала ночь. Нужно было спать, отдыхать. А завтра... завтра она устроит пир. Прощальный пир. Великолепное событие, которое не хочется встречать, но оно пришло. Сефи приготовила много мяса – выловила рыб, поймала птиц, охотилась, собрала всё, что могла, и оставила мариноваться с пряностями. На этот раз оно будет по-настоящему вкусным: она наконец-то смогла использовать специи, нашла их в лесу и различила по запаху. Под её пальцами расцветали травы, неведомые и терпкие, с мягким дымчатым ароматом, который остался в её волосах. Вместе с этим нашла дикие овощи – что-то похожее на помидоры, но более кислое, и что-то на огурцы, но с мягкой горчинкой. Они были странные, но не ядовитые. Это главное. Из них вышел салат. С магией стало проще. Она вырастила виноград, много винограда, и хоть времени на вино не хватило, она выжала из плодов сок. Завтра он станет основой для коктейлей: с льдом, которого она создала магией. Молока не было, но у неё появилась идея: заморозить ягоды и виноград прямо в льдинках, вынув косточки и протерев мякоть. Получится сладкая стружка. Простая, холодная, освежающая. Почти как мороженое. А ещё она сделала конфеты. Варила сахар до тягучей однородной массы, залила в формы – и всё. Просто, даже ребёнок сможет. Но это были её конфеты. Сюрприз. Много. Она делала их тайно, украдкой, будто боялась, что их украдут или узнают об этом. Яйца, которых она нашла десятки, пошли на пироги, пирожные, и блинчики. Варенье из ягод, и немного сахара, который она каким-то образом сумела извлечь из ягод. Вся поляна завтра будет заставлена едой. Это не было просто готовкой. Это было её прощание. Её «спасибо». Неумелое, кривое, без слов. Но настоящее. Она легла поздно. Завтра нужно встать пораньше, чтобы всё успеть. Отдохнуть хотя бы раз... один день без учёбы. Это ведь ничего не стоит, правда?

Да... отдохнуть... вместе с Зерие

***

Этот день настал

      Зерие не будили рано. Это было странно. Обычно Сефи будила её шумно, тряся за плечи, прижимая холодные руки к щекам и требуя учёбы. Сегодня – тишина. Она выспалась. Слишком долго. Когда встала, её ждала поляна, уставленная едой, и Сефи, неловко пытавшаяся улыбаться, подливая ей чай. Она явно старалась быть приветливой, но в движениях чувствовалась скованность. Эмоции рождались в ней как-то... всухую. Словно она знала, что должна чувствовать, но не могла на самом деле. Позже Зерие пошла на тренировочную площадку – и снова никого. Сефи не тренировалась. Странно. В последний день она бы, казалось, захотела выжать из Зерие всё. Но нет. Вместо этого она просто... пришла. Легла рядом на траву, глядя в небо. Немного полежала в тишине, прежде чем похлопать рядом. Зерие тоже легла. — Мисс Зерие... а как вы думаете, я смогла бы сделать магию, которая превращает виноград в вино? — спросила она, указывая на облако, похожее на бутылку. — С чего ты задала такой вопрос? — удивлённо спросила наставница. — Просто подумала... вино всегда в цене. Его можно продавать. Тогда я смогу заработать и заплатить вам... качественно. — Она вздохнула. — Думаю, это было бы лучше, чем мои рукоделья. Кстати, а вы знаете, как... нет, неважно. Сегодня день отдыха. Не надо нам учёбы, мисс. — Вот почему я проснулась так поздно, — усмехнулась Зерие, бросив взгляд на демоницу. Всё складывалось в картину. Длинный сон. Улыбка. Тишина. — День отдыха, говоришь? Что ж, пусть будет так... ученица. — Хм? То есть да. Как скажете, мисс Зерие.       Они смотрели на облака и говорили ни о чём. Сефи пыталась шутить. Неуклюже, механически, как будто репетировала их заранее. Зерие слушала, отвечала коротко. Мысли её были далеко. Она чувствовала тяжесть в груди. Не от того, что предстояло сделать – она была готова. А от того, что кто-то вроде Сефи, кто не знал, кем он был, пытался стать кем-то лучше. Стать кем-то... настоящим. И это было грустнее всего... да демоны не чувствуют эмоции, но точно ли? Этот демон такой... не нужно думать об этом. Всё это – пир, лёд, конфеты, её неуместные шутки, всё это было не просто жестами. Это были слова, которые демон не умел сказать.

Прощай. Спасибо. Я старалась быть хорошей.

И Зерие, впервые за долгое время, не знала, что ей на это ответить.

***

      Закат окрасил небо в густой вишнёвый, словно отражая цвет вина, которого не было – лишь сок. Вот они внутри дома, перед ней стол, а он же завален едой. Сефи не знала, как подать блюда красиво, но всё равно старалась: выкладывала рыбу рядами, пыталась украсить салат листьями, которые ей казались декоративными, но были слегка горьковаты на вкус. Она не понимала, что нужно для "уютной атмосферы", но заморозила ягоды в шариках льда и разложила их вокруг десертов, полагая, что так "лучше". Всё выглядело странно, местами нелепо… но каждый жест был искренним... или нет? Зерие не знала. Совсем не знала. Гостья села на стул, которую накрыли мягкой шкурой, глядя на весь этот странный пир. Пахло специями, жареным мясом и свежими ягодами. Всё было слишком обильно. Слишком старательно. Слишком… прощально. Сефи села напротив, тихо – как будто не хотела потревожить. Она протянула ей чашу с виноградным соком. Аккуратно, медленно. — Сначала сок, он... охлаждён. — Голос у неё был ровный, но глаза – внимательные, как у той, кто не чувствует, но смотрит на реакцию. Она явно ждала одобрения. Даже не за еду, а за сам жест. Зерие взяла чашу. Сделала глоток. И почувствовала, как изнутри начинает щемить... не от вкуса, от другого. Всё это… было попыткой демона быть человеком. Она старалась. Бессмысленно, но всё же. — Это хорошо, — выдохнула она тихо, отпивая ещё. — Очень… аккуратно приготовлено.

Сефи слегка кивнула, словно сохранила фразу в памяти

— Хочу, чтобы вы ели. Сегодня... надо есть... точнее пир, в честь конца учёбы. Блюда шли одно за другим. Печёная птица, немного недосоленная, но нежная. Блинчики – не идеальные, но с вареньем из малины, в котором чувствовалось тепло рук, державших котёл. Пирожные, в которые Сефи зачем-то положила три вида ягод – всё сразу, чтобы наверняка понравилось. Сахарные конфеты, слегка прилипшие к форме, но каждая выточена с тщательностью скульптора. И даже коктейль. Густой виноградный лёд со странной пропорцией сока и трав, который сложно назвать вкусным – но он был... или... нет...нет...

Нет, еда была идеальной… слишком

Сама Зерие хотела найти недостатки, чтобы подавить горечь

Всё это было не о вкусе. Это было о жесте. Демон не знал, как прощаться, и пытался сказать «останься» через пищу. Может, она себе напридумывала? Может, нет?

Они ели молча. Только звуки посуды и хруста корочки.

А потом… Зерие поставила чашу. Смотрела на огонь, не на Сефи. Руки её легли на колени, сложенные строго. Сердце билось слишком тяжело, чтобы молчать. — Ты... ты... — тихо начала Зерие. — Ты когда-нибудь думала… о том, кем ты была до этого? Я ведь обещала, что расскажу тебе всё. — Не знаю, — ровно ответила та. — Я это я. А до этого... вы сказали, что расскажете. Зерие медленно кивнула. Это были её слова. Её обещание. И теперь оно звучало как приговор. Она закрыла глаза на миг. Она ведь никогда не спрашивала её имени. Не спрашивала, кем та была. Зачем? Всё равно… убьёт. А теперь… теперь ей хотелось знать. Хотелось слишком многого, слишком поздно... — Расскажи, что ты думаешь о себе. Что ты такое? Просто… предположение. — Её голос чуть дрогнул, и она сжала кулак под столом. Её ученица, нет... демон та, кого она растила и обучала, лишь на секунду замкнулась, прежде чем заговорить. — Я уверена, что я не человек. Судя по моим физическим характеристикам, я выносливое существо, и, вероятно, хищник. У меня острые зубы, и меня тянет к мясу… к крови. Однако я могу есть и растения. Я умею думать. Я рассуждаю – значит, я разумна. Но... мои эмоции редуцированы. Я их ощущаю, но приглушённо. Словно что-то внутри атрофировалось. Я чувствовала что-то, когда изучала магию... Думаю, я могу быть существом из рода зверолюдей. — Она указала на длинные, изогнутые рога. — Козлоподобный вид? Или другое рогатое... Но если я хищник, возможно, гибрид. Хотя клыков, кроме зубов, у меня нет. Зерие молчала. Потом, с долгим выдохом, тихо произнесла: — Понятно, тогда послушай меня...

Только сейчас. Только в этот вечер. И только в этот миг...

Она боялась

Не боялась демона – боялась своих слов. Боялась того, что они значат. Она могла бы сказать, что та ошибается. Могла бы сказать: «Нет. Ты особенная. Ты – не демон». И почти сказала. Почти. В горле встали слова, которые могли бы исказить правду, и дать хоть немного тепла. Но это была бы ложь. А ложь – особенно в такой момент – это предательство. Прежде всего, предательство её самой. — Ты магическое существо. Ты разумна. Ты говоришь. Ты способна учиться. Ты тянешься к знаниям и к людям... — Она сжала зубы. — Но ты тяготеешь к мясу и крови. Ты хищник. Ты… демон... Тишина опустилась сразу. Она стала холодной, будто всё вокруг вымерло. Сефи молчала, опустив взгляд, будто бы в этом признании не было ничего нового – лишь печать на догадке. — …Это те существа, которые... — начала она, не поднимая глаз. Зерие сжала кулак. Она знала, что она сама говорила Сефи. Демоны – это чудовища. Лжецы. Убийцы. Те, кто обманывает и соблазняет. Те, кто несёт за собой разрушение, сладкий голос и нож за спиной.

И она — такая?

Сефи не плакала. Не просила. Не спорила. Она приняла это, как принимает уравнение или закон природы. Как формулу. Сухо. Тихо.

И от этого Зерие стало невыносимо