Без страховки

Вечернее солнце золотило палубу пиратского корабля, на котором проводилась здесь бóльшая часть съемок, и где в данный момент съемочная группа устроила прощальную вечеринку. Через два дня вся команда улетала в Лос-Анджелес – доснимать сцены в павильоне. Для Оливии же это был последний вечер на проекте — её работа каскадёра заканчивалась здесь, среди океана и пальм. Она появилась на палубе, когда вечеринка уже была в разгаре. И никто – абсолютно никто – не узнал её с первого взгляда. Простое льняное платье песочного цвета облегало её фигуру, подчеркивая точеные плечи и загар, приобретенный за месяцы съемок. Волосы, обычно собранные в небрежный хвост, теперь свободно спадали на плечи, слегка завитые на концах от морской влаги. Даже шрам на скуле казался теперь загадочной деталью. Первым её заметил Барри. — Господи, Девис?! — Он чуть не выронил бокал с алкоголем. — Ты… в платье? — Ужас, да? — Оливия крутанyлась на каблуках (небольших, но всё же!), заставляя подол слегка взметнуться. — Чувствую себя как переодетая обезьяна. — Скажи мне, что ты хотя бы оставила под платьем шорты, — взмолился Барри. — Обижаешь, — она хлопнула его по плечу. — Теперь я точно знаю – это подмена. — Смеясь, Оливия прошла дальше, и тут её остановила Пенелопа Круз, грациозно вынырнув из толпы с бокалом шампанского для девушки. — Dios mío! — Пенелопа прикрыла рот рукой, драматично округлив глаза. — Кто это? Моя скромная дублерша, которая обычно носится по площадке в рваных джинсах? — Временная метаморфоза, — Оливия приняла бокал. — Завтра снова превращусь в оборванца. — Нет, нет, это преступление! — Пенелопа сделала трагическую паузу. — Ты должна носить платья чаще, хотя бы чтобы пугать Барри. — Тогда мне понадобится личный стилист и, возможно, успокоительное для команды. — Я готова быть твоим кризисным менеджером, — Пенелопа чокнулась с ней, в ее стакане плескался апельсиновый сок. — Соблазнительно, — Оливия пригубила шампанское. — Но я всё же предпочту сапоги и кевлар. — Ах, эта любовь к риску! Куда деваться… — Пенелопа вздохнула. — Ладно, но если передумаешь, мое предложение остается в силе. Особенно если продолжишь так ошеломлять наших мужчин. — Каких мужчин? — Оливия фыркнула. — О, милая, — Пенелопа лукаво подмигнула. — Ты даже не представляешь…— В этот момент Оливия почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Джонни стоял у борта, зажав в руке стакан с виски. Он не танцевал, не смеялся громко, а просто смотрел. Когда Оливия вошла, она была… Нет, он не находил слов. И это сводило с ума. Легкая походка, смех, знакомые жесты, но всё остальное – это была не та Оливия, которую он знал. Или, может, именно та, которую он не позволял себе видеть. Причиной являлось то, что у него есть девушка, или была… этот вопрос ему еще предстояло решить, а у нее… она вообще замужем! Этот факт, надо сказать даже немного расстраивал Деппа. — Эй, Депп! — Барри хлопнул его по плечу, выдергивая из оцепенения. — Ты как статуя. У тебя же сегодня последний вечер с командой, а ты тут стоишь, как будто тебя собираются выкинуть за борт. Джонни не ответил. Он лишь проводил взглядом Оливию, которая теперь танцевала с Пенелопой под какую-то зажигательную латину, смеясь над своими же неуклюжими движениями. Стоя у барной стойки, Депп почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он видел её в самых невероятных и даже опасных ситуациях, но это... это было другое. Платье подчеркивало каждую линию её тела — узкую талию, округлые бедра, которые обычно скрывала свободная одежда, упругие икры, прорисованные годами тренировок. Когда она подняла руки, поправляя волосы, платье приподнялось, очерчивая стройные бедра, и он вынужден был отвернуться, чувствуя, как учащается пульс. — Ты уверена, что не передумаешь остаться с нами еще на пару дней? — Пенелопа спросила позже, когда они сидели у барной стойки, потягивая напитки. — Моя работа здесь закончена, — Оливия пожала плечами. — Все трюки отсняты. У меня уже есть новый проект. — О! И какой? — «Как выжить после того, как ты месяц провела с пиратами». Документальный, — Оливия сделала серьезное лицо. Пенелопа рассмеялась. — Тогда я жду премьеру! — Разговор прервал внезапный голос за спиной — Я бы купил билет на этот фильм первым. Оливия обернулась – Джонни стоял в двух шагах, волосы слегка растрепались, и в этом было что-то… непривычно обычное. — Джон! — Пенелопа лукаво подняла бровь. — Наконец-то присоединился к нам. — Не смог пропустить, — он ухмыльнулся, но взгляд скользнул по Оливии – быстрый, ненавязчивый, но оценочный. — Особенно если Девис решила устроить сюрприз. — Ага, — Оливия покачала бокалом. — Мой последний трюк на этом проекте — ходить на каблуках. — Опаснее, чем прыжок с горящей вышки, — он кивнул с преувеличенной серьезностью. — Вот именно! — Пенелопа вскочила. — А теперь извините, меня зовут на танец. Оставлю вас двоих… обсуждать документальное кино. Она исчезла так быстро, что Оливия даже не успела возмутиться. Наступила неловкая пауза. — Так ты… уезжаешь? — Джонни наконец спросил то, что висело в воздухе. — Да. Завтра утром. Ты сегодня особенно молчалив, — заметила девушка. — Просто наслаждаюсь видом, — он ответил автоматически и тут же пожалел, когда её брови удивленно поднялись. — Вином, я хотел сказать. Вином наслаждаюсь, — поспешно поправился он, поднимая свой бокал. Она рассмеялась, и этот звук заставил его сердце биться чаще. — Ты сегодня... необычная, — он выбрал самое безопасное слово, какое смог придумать. — Ага, — она улыбнулась. — Всего на один вечер. Они стояли так, в тишине, пока вокруг кипела вечеринка. Джонни чувствовал, как его притягивает к ней, как магнитом. Но вместо того, чтобы сделать шаг вперед, он сделал глоток вина и спросил: — Так значит, у тебя новый проект? — Да, — она кивнула. — В Лос-Анджелесе, сцены для нового боевика. — Значит, еще увидимся — А ты? — Оливия спросила. — Ещё сколько-то недель в павильонах? — Угу. Потом – монтаж, промо… — Вечная карусель. — Именно. — Они стояли близко, каждый погруженный в свои мысли. — Эй, Девис! — вдруг крикнул кто-то из команды. — Танцуешь или нет? — Музыка сменилась на что-то ритмичное, и Оливия, поймав взгляд Джонни, неожиданно ухмыльнулась. — Ну что, капитан? Последний шанс потанцевать с каскадёршей. — Он замер. Он не должен был. Он точно не должен был. — Только если ты обещаешь … — Хватит с нас обещаний, — она перебила его, рассмеявшись, и потянула его за руку. Запах её духов, моря, бриза и чего-то неуловимо женственного на мгновение окутал его, и когда она отошла, ему вдруг страшно захотелось последовать за ней. И вот они уже в центре танцпола – она, грациозная и смеющаяся, он – немного неуклюжий, но старающийся попасть в ритм. И где-то глубоко внутри он знал – этот момент запомнится ему куда ярче, чем любые съемки. Вечеринка бушевала до глубокой ночи. Гирлянды, натянутые между мачтами, мерцали в такт музыке, смешиваясь с отблесками звёзд на чёрной глади океана. Палуба дрожала под десятками ног — кто-то отплясывал под зажигательные ритмы, кто-то, уже изрядно навеселе, пытался повторить пиратские крики из фильма, а самые отчаянные даже ныряли за борт, несмотря на поздний час. Оливия стояла у перил, вдыхая тёплый солёный воздух. Ей не хотелось уходить — Гавайи за эти месяцы стали чем-то большим, чем просто локацией для съёмок. Здесь был океан, который она полюбила за бескрайнюю свободу, закаты, окрашивающие небо в огненные оттенки, и даже этот старый корабль, на котором она столько раз падала, карабкалась и летела вниз головой — теперь он казался почти родным. Барри где-то в толпе затягивал похабную морскую песню, Пенелопа, сбросив туфли, кружилась с кем-то в танце, а Джонни… Джонни исчез. Она заметила, как он тихо вышел из круга света, растворившись в тени. «Наверное, устал от шума», — подумала она, но что-то внутри сжалось от лёгкого укола разочарования. Последние гости начали расходиться только под утро, когда небо стало светлеть. Оливия, скинув каблуки, прошлась босиком по ещё тёплому песку пляжа. Волны омывали берег, словно пытались утащить с собой кусочек этой ночи. Она закрыла глаза, запоминая звук прибоя, запах тропических цветов и далёкий смех, долетавший с корабля. Завтра самолёт унесёт её в Лос-Анджелес, к новым трюкам, новым ролям. Но где-то глубоко внутри уже поселилась лёгкая грусть — словно она оставляла здесь не просто место, а часть себя. Последнее, что она увидела перед тем, как развернуться и пойти к трейлеру, — след на песке. Одинокий, чёткий, оставленный кем-то, кто прошёл здесь минуту назад. И почему-то она была почти уверена, что знает, кому он принадлежит. Гавайи не хотели отпускать её, и, возможно, она — тоже. Утром Барри ждал её у трейлера, скрестив руки. — Ну что, звезда, — хмыкнул он, — летишь покорять Голливуд? — Кто-то должен показать им, как надо работать, — она выкатывала свой чемодан. — Серьёзно, Олив, — Барри внезапно стал серьёзным и помог ей. — Ты… — он замялся, подбирая слова, — не лезь на рожон в Лос-Анджелесе, ладно? Там любят горячие головы, но не ценят их. Она улыбнулась, поправляя сумку через плечо. — Переживаешь? — Да, чёрт возьми! — он вдруг обнял её так крепко, что на секунду ей показалось что хрустнули ее рёбра. — Ты же знаешь, что без тебя тут будет скучно. — Всего на пару дней, старик. Ты же скоро приедешь — или мне придётся искать нового наставника? — Барри фыркнул, но в глазах читалось что-то тёплое. — Размечталась! — Такси уже ждало. Оливия бросила последний взгляд на съёмочную площадку, где провела столько недель, на океан, сверкающий вдали, и на Барри, который стоял, засунув руки в карманы, и кивал ей. — Давай, вали уже. Лос-Анджелес тебя ждёт. Она помахала рукой, захлопнула дверь, и машина тронулась. Впереди был новый проект, новые трюки и новые высоты. А позади — только следы на песке, которые скоро смоет прилив. Девушка открыла блокнот, чтобы сделать в нем еще одну запись, но ее брови взмыли вверх от удивления, когда там красовался знакомый почерк: «Оливия, Ты заставила гравитацию выглядеть неудачницей. Твой талант, стальные нервы и кошачья грация — это то, что заставляет таких, как я, верить в чудеса на съёмочной площадке. Лос-Анджелес не знает, что его ждёт. Они думают, что видели профессионалов? Пусть приготовятся. Когда ты появишься, все их стандарты придётся пересмотреть. Если вдруг заскучаешь по гавайским закатам — знай, что где-то здесь бродит пират, который до сих пор пытается повторить хотя бы половину твоих трюков. Без особого успеха, надо сказать. Лети и покоряй. Но не слишком высоко — а то понадобится страховка.

JD

P.S Если понадобиться, можешь обращаться ко мне в любое время. Через три дня я буду в LA» Она закрыла блокнот, провела пальцем по обложке и убрала его в сумку. В аэропорту её ждал новый вызов, но этот маленький кусочек Гавайских приключений теперь всегда будет с ней.