Небесный дом

Дом Савад сильно отличался от его дома. Здесь не было высоких потолков, закрытых дверей и футонов в стеклянном шкафу. В доме Савад всегда пахло чем-то вкусным и были такие мягкие ковры! Правда, мама почему-то смеялась, когда он ложился на ковёр рядом с диваном. А ведь ковёр был бежевый с очень длинным ворсом! А ещё Нана была очень тёплой. У неё были тёплые ладони и она никогда не трогала его волосы без разрешения. Тёти в детском саду иногда трогали, это было неприятно. А Нана спросила! Мама тоже всегда спрашивала, но это же мама, она знает его уже очень давно. Ему было два, когда в доме Савад появились новые лица. Сначала Нана пропала на несколько недель, прямо как мама, когда родилась Кимико. Тогда Нана сидела с ним вместо нянь, которых прислал папа. Конечно, он подумал, что и у Наны будет дочка, он же не глупый. Правда, они пришли в гости не сразу, мама не хотела встречаться с кем-то в доме Савад. Наверно, с папой дочки Наны. Он подумал, что папа у дочки Наны прямо как его папа: они виделись редко, но почему-то он был уверен, что папа любит и его, и маму, и Кимико. Они подходили к дому Савад, мама несла Кимико на руках, а из дома выскочил высокий, светловолосый человек. Его лицо было какое-то сжатое, он скрипел зубами, и было сразу понятно — не от радости. Мама прижала Кимико и его поближе, явно готовая драться. Но человек даже не взглянул на них. Он обернулся в сторону дома Савад, прошипел что-то и быстрым шагом двинулся к стоящему такси. Мама проследила глазами за уезжающим такси и только потом застучала в дверь. Ответа не последовало, поэтому мама дёрнула дверь на себя, буквально выломала. «Последи за Кимико» — произнесла она, положила Кимико на диван в гостиной. Прямо рядом с ковром. Со второго этажа слышались всхлипы, мама поспешила туда. Кимико была тихой, она практически спала, изредка стискивая его пальцы в своей ладошке. Наверно, не стоило брать её сюда, Кимико была ещё совсем маленькой. «Поживешь с нами», — раздался голос мамы со второго этажа. Что-то зашуршало, загремело. Створки шкафа в комнате на втором этаже всегда так гремели. Послышались шаги, ступеньки заскрипели. Кимико замурлыкала в полусне, он ответил ей чем-то похожим, и она сильнее стиснула ладошку. Он никогда не видел Нану заплаканной. У неё были красные глаза, всегда уложенные волосы растрепались, и она нервно сжимала большую синюю сумку. Нана опустилась на диван рядом с Кимико и погладила его по голове. Кёя не возразил — ей это было нужно. Мама спускалась медленно, держа в руках два больших свёртка. В таком же свёртке она несла Кимико несколько месяцев назад. Кёя выпутал пальцы из хватки сестры, потому что мама собиралась взять её на руки. Она передала свёртки Нане, слабо улыбнулась и подняла Кимико. Кёя заглянул в свёртки. Это были дети, ещё младше Кимико, с рыжими и грязно-золотыми волосами. Кёя уставился на них в замешательстве. — А почему их двое? У тебя же дочка? — наконец спросил он. Нана подняла голову, посмотрела на него мокрыми от слёз глазами и рассмеялась.

***

Уже потом Кёя узнал о том, что детей Наны зовут Тсунаёши и Акихико. Нана теперь жила с ними, в большом и уже не таком пустом доме. Папа, приехавший через пару недель, ни слова не сказал против. Кёе это нравилось — мама больше не падала от усталости, Нана больше не плакала, а папа смог пожить с ними подольше на этот раз. Кёя не узнал, что где-то в далёкой Италии "Иемитсу" "Савада" безуспешно пытался исправить документы. Не узнал, что Хибари Тору, его отец, объявил в Намимори чуть ли не военное положение. Не узнал, что Хибари Мейюми, его мать, и Савада Нана представили Акихико и Тсунаёши старым богам в храме при Намимори, как было положено. Не узнал он и о бывшей Аркобалено Солнца, которая приедет в Японию из ностальгии, но останется из-за Наны Накахары. Теперь у Кёи было две младших сестры и один младший брат, и хотя он пока не знал всех невзгод старшебратовской жизни, но уже понимал — прежней его жизнь не будет. И ему казалось, что это даже здорово.

***

Когда он развелся с Манами стало легче. Бывшая жена была склочной женщиной, брак с которой был скорее фиктивным, договорным. Манами даже не отстаивала прав на малышку-Киоко, просто отдав её Риоте. Тот дочку любил, и это стало причиной споров со всеми последующими партнёрами, потому что отдавать Киоко Риота не планировал. А вот его «избранников» почему-то не радовала перспектива становится приёмным родителем. Ну, Ками с ними. Киоко была очень чутким ребёнком, а потому ревела каждый раз, когда он приводил кого-то домой. Чувствовала. И скоро Риота просто бросил эту затею: не нужен им больше никто, дочка-солнышко против. Так и жили. Чем старше Киоко становилась, тем меньше напоминала свою мать. Да и самого Риоту тоже. Бывают такие выверты генетики — ребёнок похож на бабушку-дедушку больше, чем на родителей. Так было и с Киоко, чему Риота был несказанно рад: его мать была прекраснейшей женщиной. Но было в ней и кое-что от Риоты: невероятные способы знакомств. Например, лучший друг Риоты до сих пор вспоминал, как Риота свалился на него из окна. И однажды Киоко просто прилипла к одному мальчику на площадке, не желая отпускать. Мальчик, кстати, был громкий и энергичный, с необычной внешностью: белыми волосами и смуглой кожей. — Это мой новый старший брат! — продекламировала Киоко, когда они собирались уходить с площадки. Она держала мальчика за руку и явно не собиралась отпускать. Риота вздохнул. — Его зовут Реохей, и он экстремальный! Рядом поперхнулись воздухом. Риота повернулся в сторону этого человека: тоже беловолосый, похожий на этого «Реохея». Наверно, отец. — Кодзима Хикару, — представился он, вздохнув. — Простите моего сына… — забормотал он явно не в первый раз. Его сын, на удивление тихий, стоял рядом с Киоко и не собирался уходить. — Сасагава Риота. Ничего, всё в порядке, — потом Риота обратился к дочке. — Пойдём домой, Киоко… — но дочка замотала головой. Кодзима вздохнул, а затем присел на корточки рядом с детьми. — Давай мы придём сюда завтра, Киоко-сан? Вы снова сможете поиграть, — теперь дочка закивала, отцепилась от Реохея и согласилась пойти домой. Надо ли говорить, что через пару месяцев таких ритуалов «отлепления» детей друг от друга, мужчины предпочли съехаться?

Новые действующие лица: Киоко (добрая, но упрямая девочка-Туман, любит свою семью) Реохей (как и любое другое Солнце, гиперактивен, обожает свою семью и не стесняется это показывать)