Всё будет хорошо

В одиночестве сложно заснуть. Ночами Луи ворочался на кровати в своей слишком тихой комнате – уши настороженно прислушивались, ожидая привычных звуков посапывания и шуршания, но улавливали только смутные обрывки машинных гудков и шаги мемберов, выползших среди ночи попить водички. Сон не шёл. Вспоминалось, что Сынбо-хëн точно так же ворочался ночами всю неделю, с тех пор как узнал о призыве и до самого дня икс. Ворочался, вздыхал, иногда плакал, думая, что Луи уже спит. Глупый хëн... А потом забывался на пару часов, когда измотанный организм уже не выдерживал. Да, тяжёлая выдалась неделя. И месяц. И вообще, в целом, год. После ухода Хвона и понимания, что концепция "семи королевств и семи королей" окончательно пошла по одному месту, после этого трижды грëбаного шоу, на котором Артура с Айваном продержали столько времени, но в итоге даже расплатиться не смогли, после того, как число подписчиков группы в соцсетях прямо на глазах ползло вниз, а твиттер заполняли гневные и язвительные комментарии касательно GF Entertainment в целом и The Kingdom в частности, после всего вот этого вот... нервы Луи порой действительно сдавали. Иногда ему казалось: а может, они правы? Ну, те, кто писал, что группе впору распуститься. Денег у компании никогда много не было, а сейчас и подавно. В соцсетях более-менее активен разве что Муджин, а Джихуни, который и так никогда не был экстравертом, казалось, совсем про них забыл. Кингме задавали всё больше вопросов, на которые никто из них не может дать ответа, даже Данн с его неизменными попытками создать видимость, что всё в порядке, начал отмалчиваться. И это отчаяние в глазах мемберов. Отчаяние и непонимание, что же действительно будет дальше. И среди этого всего Луи каждый день вставал и шёл в кофейню. Жить на что-то всё ещё было нужно, компания, устроившая шоу, долги не отдавала, а значит, деньги на камбэк тоже сами себя заработать никак не могли. Оставалось просто работать. Вот Луи и занялся тем, что у него выходило, в целом, неплохо. Остальные тоже что-то нашли на время. И хорошо, казалось бы, только на это уходили последние силы, а фанатов с каждым днём становилось ещё меньше. Потом всё немного утряслось, деньги, наконец, накопились, и впереди забрезжила возможность таки успеть сделать камбэк – такой долгожданный, выстраданный оставшимися кингме, и самой группой. Успеть увидеть тех, кто остался, несмотря ни на что, а потом спокойно проводить в армию старшего хëна. Луи даже позволил себе, наконец, робкую надежду на то, что всё удастся И тут как снег на голову свалилась повестка Данна. Луи помнил, как резко побледнел Сынбо-хëн от внезапной новости. Шок в глазах мемберов. Как медленно опустились собственные руки, как противной звенящей пустотой заполнилась голова. Ничего не могло пройти так гладко, как хотелось бы, да? Будь группа чуть менее сплочённой, они бы сдались. Окончательно сдались бы, наверное, в этот момент, под грузом проблем, которых всё никак не становилось меньше. Но, похоже, проблемы последних лет только больше их спаяли, потому что в глазах мемберов, одного за другим, на место шоку начало приходить упрямство. Упрямство – и яростная, почти исступленная непокорность судьбе, то и дело вставляющей им палки в колёса. И они продолжили. Переделали хореографию. Перераспределили партии песен для живых выступлений. Репетировали заново то, что ещё недавно было отлажено почти до идеала, потому что теперь отлаживать надо было именно это. А потом отправили в армию Сынбо – всего издëрганного, до сих пор потрясенного, нервного и толком не спавшего всю неделю. Забавно, наверное, смотрелось со стороны, как они пятеро буквально облепили непривычно тихого, непривычно коротко стриженого хëна. Теребили его, гладили короткий ëжик, старательно улыбались, а сами при этом не находили в себе сил прекратить обниматься. Будто стоит только отпустить Сынбо и он исчезнет навсегда. Будто стоит прекратить улыбаться и больше ничего не сможет сдержать слез, подступающих к глазам. Луи бы очень хотелось сказать, что он был оплотом спокойствия в этом хаосе, но... нет. Пожалуй, он был в самом его центре. Они болтали с хëном большую часть ночи. Специально старались говорить о чём-то отвлечëнном, не затрагивать самое болезненное и животрепещущее, чтобы не превратить этот разговор в поток рыданий. Оно и к лучшему, красные глаза и распухшие носы на видео в честь проводов смотрелись бы так себе. Хотя кто-то из мемберов не стал заморачиваться, просто натянув маску и поглубже надвинув головной убор. Сынбо-хëн же так сделать не мог, не положено, поэтому старательно улыбался вместе со всеми, когда получалось, но глаза всё выдавали. Временами казалось, что он всё же вот-вот заплачет, крепче прижимая к себе своих язвительных, громких, тихих, таких показательно стойких, но на самом деле заранее замирающих от тоски по нему младшеньких. Пусть даже они и уверяли, что справятся. Обратный путь прошёл в молчании. Кто-то сидел в телефоне, кто-то тихонько плакал, кто-то просто смотрел в пустоту – разговаривать не хотелось. Всё и так было сказано, сейчас оставалось только пережить момент и идти дальше. Разумеется, совмещать работу в кофейне с тренировками и активной подготовкой к камбэку было невозможно, так что пришлось попрощаться с этим делом. Теперь Луи просто иногда варил кофе для мемберов прямо в общежитии, пытаясь успокоиться с помощью понятных и простых действий. Иногда в голову Луи лезла непрошеная мысль, что из всей их первоначальной тройки остался он один. В такие моменты тряслись руки и кофе получался хуже, чем обычно. Нет, нет, не стоит об этом думать. Чиу и правда не вернётся, а Данна стоит просто подождать. Просто подождать и всё наладится, ведь так? А пока надо сделать всё, чтобы оно действительно наладилось. Просто стараться дальше. Не отвлекаясь на боль в перетруженных мышцах и тоску в голосе Сынбо-хëна, звучащем в трубке. И обязательно, ОБЯЗАТЕЛЬНО высыпаться! Но сказать проще, чем сделать, поэтому очередной ночью Луи всё ещё смотрел на полосы от фонарей, расчертившие потолок. Казалось бы, вымотанное тренировками тело должно было забываться сном сразу, как касалось кровати, но нет. Мысли копошились в голове, рождая тревоги, напряжение, порождая очередные страхи и мешая уснуть. Краткие периоды забвения под утро не приносили никакого облегчения. Луи не привык ночевать один. И не привык ночевать один в ТАКИЕ моменты. Раньше его вовремя ловил Сынбо-хëн, укрывал одеялом, выслушивал, окружал заботой и теплом, пока Луи не засыпал. Но сейчас хëн в армии и ему самому там порой не помешал бы кто-то не менее заботливый. Поэтому приходилось как-то справляться самостоятельно. Мемберы, очевидно, замечали неладное – хмурились, отправляли его отдохнуть почаще, подкладывали что-то вкусное во время перекусов, только закатывая глаза на попытки Луи как-то огрызаться в ответ. А одним вечером, когда все устало расползались по комнатам после очередной тренировки, в дверь комнаты Луи мимолётно постучали. Мимолётно – потому что следом эта дверь распахнулась и в дверной проём нахально протиснулся Муджин с одеялом, подушкой и прочими вещами для сна. – Ты серьёзно думал, что мы дадим тебе дальше себя выматывать? — вскинул брови этот несносный хëн в ответ на немой вопрос во взгляде Луи. — Нетушки. Ты так ворочаешься ночами, что даже в нашей комнате слышно. Толком не ешь, день за днём всё худее и бледнее, даже Сынбо-хëн перед армией лучше смотрелся. Еще немного и начнёшь падать в обморок. Так не пойдёт. И не надо сейчас мне говорить, что у тебя всё под контролем! Я, может, и выгляжу беззаботным, но я точно не тупой! Луи, открывший было рот, чтобы возразить, захлопнул его обратно, во все глаза смотря на обустраивающего себе кровать Муджина. – Правильно ли я понимаю, — медленно произнёс он чуть позже, — что у меня теперь новый сосед по комнате? – Именно, — расплылся в улыбке Муджин. — Кровать я себе подготовил, а с местом для гардероба потом решим. В той комнате всё равно уже ничего не помещалось. Несмотря на секундный ужас от мысли о переезде гардероба Сонхо в его комнату, Луи поймал себя на том, что улыбается. Ох уж этот хëн! Возможно, жизнь с тем, кто с ним на одной волне, и впрямь поможет. Возможно, так ему и впрямь удастся отдохнуть. К тому же, несмотря на все злоключения, он, мемберы, даже оторванный от них ради службы Сынбо-хëн – всё ещё единое целое, верно? Нужно только немного подождать того дня, когда все воссоединятся вновь. А пока продолжать начатое – шаг за шагом, звук за звуком, выстраивая по кирпичикам потерянное, достраивая новое, просто двигаясь вперед снова и снова. И там, в этом будущем, всё непременно будет хорошо. Обязательно. Потому что иначе просто не может быть.