Потерянные мечты

Ви была искренне рада, что проведет зимние каникулы на Гриммо 12. Старый дом Блэков, несмотря на свою гнетущую атмосферу, стал для нее чем-то вроде убежища. Эван не поехал с ней, прикрывшись благовидным предлогом — его упоительно пригласили Лейстренджи. Да и вряд ли бы он предпочел дом Блэков поездке в Лестрейндж-Парк. Особенно когда Эвану не терпелось своими глазами увидеть Рудольфуса и ту самую, свежеполученную и пылающую темной славой, черную метку. Сам Эван, разумеется, ничего такого ей не говорил. Он с важным видом рассуждал о том, что глава семейства Лестрейнджей лично обещал взять его на охоту, чтобы продемонстрировать силу новых, идеально натренированных псов. Но Ви сквозь его напускной азарт прекрасно видела истинную причину. Ее будоражила и пугала та страсть, что загоралась в глазах брата при одном упоминании Темного Лорда.  Разговоры о Волан-де-Морте и его отличительном знаке, который носят с гордостью избранные последователи, в гостиной Слизерина поднимались все чаще, обрастая восхищенными шепотами и восторженными взглядами. А тот факт, что их близкие знакомые Белла и Рудольфус одними из первых в их поколении получили свои метки, и вовсе сводил Эвана с ума, разжигая в нем бушующее пламя зависти, восхищения и неистового желания быть среди избранных. Желания бороться плечом к плечу с Темным Лордом, очищать волшебный мир от грязной крови и установить чистокровное превосходство над всей магической Британией. Ви же ко всем этим безумным идеям относилась с холодной дрожью скептицизма и тихого ужаса. Поэтому появляться в доме, где предстоящие две недели будут лишь бесконечно славословить Темного Лорда, ей не хотелось ни капли. Комната, которую Ви всегда занимала в особняке Блэков, была знакомой до боли. Она бросила сумку на кровать и достала пару книг по заклинаниям — не для учебы, а так, для души, чтобы отвлечься от мрачных мыслей. Уже собираясь устроиться в глубоком кресле у камина, она вздрогнула, когда дверь с грохотом распахнулась, и на пороге, словно ураган, возник Сириус.  — Ви, что ты тут застряла? Пошли на улицу! Выгляни в окно — идеальная погода! Сам Мерлин благословляет нас на катание и соревнование по снежным замкам! И да будет тебе известно, в этот раз моя крепость будет самой неприступной! — выпалил он на духу, его глаза весело искрились озорством. Ви взметнула брови, сложив руки на груди в красноречивом жесте возмущения.  — Сириус Блэк, ты вообще в курсе что, прежде чем войти в комнату к девушке, нужно постучаться?  — Ой-ой-ой! — фыркнул он, нагло ухмыляясь. — А что такого? Боишься, что тебя застанут за какими-нибудь непристойными делишками? От такой наглости у Ви перехватило дыхание. Она даже на мгновение остолбенела, широко распахнув глаза.  — Если бы я и хотела заняться чем-то непристойным, то явно не здесь! — Ви решила не робеть как маленькая девчонка, которой сказали какую-то непристойность, и ответить соответствующе. Вот только она забыла, с кем имеет дело.  Сириус, казалось, только этого и ждал. Его ухмылка стала еще шире и дьявольски хитрой.  — Не здесь? А где тогда? В комнате моего брата? Он и не ожидал, что Ви пойдет на эскалацию, и был приятно удивлен. Девчонка росла на глазах, сбрасывая с себя оболочку робкой девочки. Ви же почувствовала, как жаркая волна стыда и гнева заливает ее щеки. Она обомлела от столь прямого и наглого намека.  — Ты совершенно невыносим! — выдохнула она, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Говоря о стуке, я имела в виду банальные приличия, а не твои больные фантазии! Куда подевалось твое воспитание?! Сириус, не дав опомниться, ловко подхватил ее под локоть и потащил прочь из комнаты.  — Ладно, ладно, змейка, не шипи, — сдавленно рассмеялся он, решив прекратить заигрывание с огнем, пока она в самом деле не пустила в ход ядовитое жало. — Но если вдруг соберешься наведаться к Регулусу, — добавил он уже на ходу, многозначительно подмигнув, — не забудь о манерах. Постучись. А то мало ли что... Он не успел договорить, получив от Ви резкий тычок локтем в бок.  — А-ай! Ну вот, всегда ты так, — просипел он, гримасничая, но не отпуская ее.  — Невыносимый, — прошипела она в ответ, но сопротивление уже ослабло, и она позволила ему вести себя во двор. Регулус увидел выходящих из дома Ви и Сириуса под ручку, и в глазах вспыхнул недобрый огонек. Но он решил не устраивать показательных обид, хотя бы на время каникул. Он был рад, что Ви согласилась провести каникулы на Гриммо, и вступать в перепалку с подругой лишний раз в его планы не входило.  Компания уже трансфигурировала обувь в коньки и скользила по идеально залитому льду. Сириус, сорвавшись с места, помчался вихрем на другой конец катка, оставив брата и Ви одних. Ви сделала первый неуверенный шаг, коньки предательски подкосились, и она инстинктивно вцепилась в рукав Регулуса, едва удерживая равновесие. Она редко каталась на коньках, поэтому ее навыки в этом были не самыми продвинутыми. Регулус, никак не прокомментировав ее возможное падение, просто взял девушку за руку и проехал вперед, ведя за собой Ви.  Розье посмотрела на их переплетенные руки и почувствовала тепло, распространяющееся волнами по всему ее телу. Хотя на улице температура была сильно пониженной, что ощущалось даже под согревающими чарами, Ви не чувствовала холода, ни внутри, ни снаружи. Она в который раз убеждалась, что к Блэку у нее явно не дружеские чувства, потому что раньше его прикосновения на нее не влияли так сильно. Он скользил рядом, появляясь то слева, то справа, меняя руки и ни на секунду не отпуская ее. Когда он оказался чуть сзади, обняв ее за талию и поддерживая за руку, Ви почувствовала его ровное, спокойное дыхание у себя над самым ухом. Почему он так спокоен? Неужели он не чувствует того же, что и она. Потому что сердце девушки стучало как бешеное от такого долгого и близкого контакта с ним.  Внезапно Регулус перехватил обе ее руки, ловко развернулся и поехал спиной вперед, теперь уже глядя прямо на нее. На его обычно строгих чертах играла легкая, почти невесомая улыбка. Он смотрел ей в глаза так пристально, так глубоко, что Ви стало страшно — вдруг он увидит то, что она так яро хотела от него спрятать.  Идиллию взорвал вихрь в лице Сириуса. Он пронесся мимо, на полном ходу забросив пригоршню колкого снега за воротник брату, и с ликующим, задорным хохотом умчался прочь.  Регулус вздрогнул от ледяного прикосновения, мгновенно отпустил Ви и поморщился, пытаясь вытряхнуть холодную массу.  — Ведешь себя как ребенок! — зло крикнул Регулус брату, направляясь в его сторону. Ви, улыбаясь их возне, медленно покатила вдоль катка, стараясь держаться подальше от эпицентра битвы. Сириус вновь метнул снежок, но теперь Регулус был начеку и увернулся с поистине слизеринской грацией, начиная кружить вокруг брата, словно тень. Проносясь рядом с Ви, Сириус вызвал у нее новый приступ смеха. Она откатилась к самому краю, стараясь не мешать их дуэли, но не заметила опасную выбоину на льду. Нога предательски подкосилась, и она с глухим стуком рухнула на жесткий лед.  — Ай!  Крик боли и испуга был таким пронзительным, что братья замерли вмиг. Регулус резко обернулся, и его лицо исказилось от беспокойства. Он мгновенно преодолел разделявшее их расстояние и рухнул на колени рядом с ней.  — Сильно ударилась? — его голос дрогнул, а глаза лихорадочно выискивали признаки травмы. Внутри все закипало от ярости на брата и его дурацкие, опасные игры.  — Ви, ты в порядке? — Сириус подбежал следом, и с его лица наконец-то слетела вся нарочитая веселость, сменившись искренним испугом.  — Это ты во всем виноват со своими идиотскими выходками! — резко, с накопленной злостью, обернулся к нему Регулус, с силой тыча пальцем ему в грудь. Ви попыталась подняться, и Регулус тут же подхватил ее, обвив рукой ее талию.  — Хватит ругаться! Все в порядке, я просто поскользну... Ай! — новое восклицание боли вырвалось у нее, когда она попыталась опереться на правую ногу. Она тут же повисла на его руке. Лицо Регулуса стало абсолютно белым. Все споры были мгновенно забыты. Не говоря ни слова, он, невероятно устойчивый даже с такой ношей, на руках поднял ее и быстрыми, уверенными шагами понес к дому. С братом он разберется позже. Главное не растерять весь свой пыл к тому моменту.  Ступив на утоптанный снег, его коньки сами собой превратились обратно в ботинки. Он влетел в холл, уже крича:   — Кричер! Немедленно сюда!  Маленькое существо мигом появилось и начало причитать о неосторожности юной гостьи. Регулус опустил девушку и усадил в кресло.   — Кричер! Ее нога, — он быстро приструнил эльфа и указал ему, с чем нужно работать.  Он отошел в сторону, давая Кричеру место, и тут же столкнулся с подошедшим Сириусом.   — Ладно, признаю, попытка растормошить вас и втянуть в игру вышла комом, — тихо, так, чтобы не слышала Ви, пробурчал старший Блэк. — Но ты-то чего так вспыхнул? Она же просто упала, а не в пропасть сиганула. Регулус бросил на брата взгляд, полный такого ледяного презрения, что, казалось, воздух вокруг застыл. Он не видел на его лице ни капли раскаяния — лишь какое-то новое, дразнящее понимание. Понимание чего — Регулус знать не желал. Он лишь молча отвернулся, давая понять, что разговор окончен. Слушать бредовые мысли брата ему сейчас явно не хотелось. И даже если бы брат решил продолжить, то, к счастью для Регулуса и к несчастью для Сириуса в комнате появилась мать. Она явно была недовольна увиденным.    — Это что такое? — возмутилась Вальбурга. — Вивьен — почетная гостья в нашем доме, и вы, — она повернулась к сыновьям, — должны следить, чтобы ее пребывание здесь было комфортным, приятным и безопасным.   — Это все он, — мгновенно, с ледяной вежливостью, перевел стрелки Регулус, кивнув в сторону брата. Вальбурга обратила свой гневный взор на старшего сына.  — Вообще-то, — парировал Сириус с притворной невинностью, но с хитрой искоркой в глазах, — до падения Ви было достаточно приятно и комфортно. Не правда ли, Ви?   — Как только я встану с этого кресла, — сквозь зубы, сжимая подлокотники белыми пальцами, проговорила Ви, бросая на Сириуса убийственный взгляд, — я с тобой лично разберусь за твои двусмысленные намеки!  — И как же? Ворвешься в мою комнату без стука? — не унимался Сириус, явно получая удовольствие от ее ярости. Эта странная перепалка не ускользнула от Регулуса. В его глазах мелькнула тень подозрения, он С недоумением посмотрел то на брата, то на Ви.  — Да ни за что на свете! — вспылила Ви. — У меня глаза полопаются от той пахабщины, что висит на твоей стене!   — Так, достаточно! — властно оборвала их Вальбурга. — Вивьен нужен покой. Кричер остается с ней. А вы оба — марш отсюда! — она указала на дверь повелительным жестом и сама двинулась к выходу. На пороге она обернулась, и ее черты на мгновение смягчились. — Дорогая, я надеюсь, с твоей ногой все не так серьезно, и ты сможешь составить нам компанию за ужином. Орион уехал по делам, и мне потребуется поддержка, чтобы усмирить этих... вечно выясняющих отношения сорванцов.

***

Оставшиеся дни каникул текли размеренно и почти мирно. Если и случались перепалки, то лишь для поддержания тонуса и демонстрации характера — не более того. Ни одна из них не перерастала во что-то серьезное, затихая так же внезапно, как и возникала. День рождения Регулуса выпадал на последний день каникул, поэтому сегодня на Гриммо ожидался прием гостей. Должны были прибыть сестры Блэк в полном составе и Эван с братьями Лестрейндж.  Решив опередить всех, Ви отправилась к имениннику еще до завтрака, зажав в руках аккуратно завернутый подарок. Она остановилась у тяжелой дубовой двери с вызывающей табличкой: «Не входить без ясно выраженного разрешения Регулуса Арктуруса Блэка». И Ви, как подобает воспитанной девушке, постучала в дверь. Услышав короткое: «Входите», она открыла дверь и заглянула в комнату. Регулус был еще не собран и занимался фамильными запонками на манжетах.  Услышав скрип двери, он поднял голову. На его обычно строгом и бледном лице мгновенно расцвела легкая, но искренняя улыбка, стоило ему узнать гостью. Это была ви, а не мать, не отец и, что было бы в тысячу раз хуже, не его навязчивый брат, который в последнее время проявлял к нему подозрительный и крайне раздражающий интерес. Ви подлетела к Блэку и крепко его обняла. Регулус хотел бы продержать ее в своих руках еще дольше, но суповые рамки приличия не позволяли.   — С днем рождения! — пропела она, сияя. — Вот, хотела поздравить тебя самой первой, — она протянула ему подарок, бережно завернутый в бумагу цвета изумрудной змеиной чешуи — истинно слизеринских оттенков. Регулус взял сверток с почти церемонной серьезностью, пальцы скользнули по гладкой поверхности упаковки, гадая о содержимом. На ощупь угадывалась твердая прямоугольная основа — небольшая картина. Но когда он наконец освободил холст от шелестящей бумаги, дыхание его перехватило. Это был его портрет. И не просто набросок, а законченное, мастерски выполненное произведение. В самом низу, изящным, витиеватым почерком, была выведена надпись: «Регулус Арктурус Блэк, 1976». Он замер, пораженный. Она сумела передать все — его классические, острые черты Блэков, гордый постав головы, пронзительный взгляд серых глаз. Но в то же время в легкой полуулыбке, тронувшей его губы, в смягченном выражении лица сквозило что-то большее — то, как она сама его видела. Он точно знал — он никогда ей не позировал. Она создала это, руководствуясь лишь памятью, своими чувствами и восприятием. Талант и глубина ее работы ошеломили его. Затянувшаяся пауза заставила Ви забеспокоиться. Ее улыбка померкла, а в глазах загорелись тревожные искорки. Сердце сжалось от сомнений: неужели она ошиблась? Упустила какую-то важную деталь? Не смогла поймать его суть? Решение нарисовать Блэка пришло к ней неожиданно. Она просто хотела куда-то направить свои пробудившиеся чувства к нему. Все вышло само собой, когда она занесла кисть и подумала о Блэке. И вот готовый портрет был перед ней, было бы странным оставлять его на хранение себе, поэтому она решила преподнести его в качестве подарка.   — Тебе... тебе не нравится? — голос ее прозвучал тише обычного, почти робко. Она посмотрела на него, потом на картину, снова на него, с ужасом думая, как вообще можно было попытаться заключить в краски всю сложную, многогранную натуру настоящего Блэка. Его взгляд немедленно оторвался от холста и устремился на нее, полный немого изумления от такой глупости.  — Мне безумно нравится, — наконец выдохнул он, и голос его звучал глубже, с непривычной теплотой. Он аккуратно поставил картину на прикроватный столик, словно это была величайшая ценность, и сделал шаг к ней. — Это настолько прекрасно, что я даже не нахожу слов, чтобы передать насколько это идеальный подарок. Для меня еще никто такого не делал. Спасибо. Его рука мягко обвила ее талию, притягивая к себе. Он смотрел на нее сверху вниз, и в его, обычно таких нечитаемых, глазах плескалась буря искренних, неподдельных эмоций — восхищения, благодарности, чего-то еще более глубокого. Мир вокруг них замер, сузившись до пространства между их двумя сердцами, стучащими в унисон. Взгляд Регулуса медленно, почти нехотя скользнул по ее лицу, задержавшись на чуть приоткрытых, безмолвно зовущих губах. Желание прикоснуться к ним, стереть эту ничтожную дистанцию, накатило волной, сметая все доводы рассудка. ви потупила взгляд, ощущая, как жар разливается по цекам, а дыхание застревает в горле от сладкого, щемящего волнения. Но в следующий миг резкий, нарочито громкий стук в дверь грубо разорвал заколдованную тишину. Они резко отпрянули друг от друга, как ошпаренные. По лицу Регулуса промелькнула тень яростной досады — кто посмел разрушить этот хрупкий миг?  За дверью раздался голос, который Регулус уже успел возненавидеть всеми фибрами души.  — Выходи братец! Завтрак для именинника готов, — весело провозгласил Сириус, не утруждая себя входом. — Кричер просто сходит с ума в ожидании, когда его любимый хозяин оценит его вафли с малиновым джемом! Ви и Регулус молча переглянулись, в один миг мысленно подготовившись к неизбежным насмешкам, колкостям и дурацким намекам, которые посыпятся на них, стоит им выйти вместе. Сделав глубокий вдох и выпрямив плечи, Ви первая распахнула дверь, на пороге которой с непринужденной грацией развалился старший Блэк, его серые глаза сразу же сверкнули лукавством.  — Уууу! — он приподнял одну бровь, а на его лице расцвела самая наглая и довольная ухмылка. — Я чему-то помешал?   — Нет, — парировала Ви с ледяным, отточенным спокойствием, стараясь не встречаться с ним глазами, и двинулась к лестнице. — Я просто вручила Регулусу свой подарок.  — Да неужели? — не унимался Сириус, бросая ей вслед. — А чего ты тогда так раскраснелась?  Она не удостоила его ответом, лишь выше подняла подбородок и с безупречно прямой спиной скрылась за поворотом.  — Заткнись, — сквозь зубы процедил Регулус, с силой толкнув брата в плечо.  — Ай-ай-ай! — Сириус театрально вскрикнул и потер ушибленное место, хотя удар был не сильнее дуновения ветра. — Именинник с утра такой злой? Не выспался, что ли? Регулус лишь бросил на него уничтожающий взгляд, полный немых угроз, и молча проследовал вниз, по пятам за Ви.  — Ох уж эти влюбленные подростки, — с преувеличенной жалостью в голосе Сириус бросил в пустоту коридора и, покачав головой с видом вселенской скорби, побрел в столовую, явно довольный собой.

***

Праздник был в самом разгаре. Воздух в гостиной гудел от приглушенных разговоров, смеха и звона хрустальных бокалов. Регулус, находящийся в центре внимания, с вежливой, чуть отстраненной улыбкой принимал поздравления и подарки. Ви, наблюдая за ним из своего угла, ловила каждое изменение в его выражении лица, каждый отблеск света в его светлых глазах. Ее собственные мысли то и дело прерывались странным поведением Нарциссы. Весь вечер младшая Блэк бросала в ее сторону загадочные, исполненные какого-то тайного знания взгляды и прятала улыбку за краем бокала с тыквенным соком. Но подойти и сказать что-то она не решалась — они постоянно были окружены друзьями и родственниками. Когда же Цисси в очередной раз стрельнула в сторону Ви глазами, полными немого веселья, та уже не выдержала. Изящно выгнув бровь, она послала подруге немой, но совершенно отчетливый вопрос: «В чем дело?» Нарцисса лишь обвела взглядом переполненный гостями зал, едва заметно пожав плечами — мол, здесь слишком много лишних ушей. Ви молча кивнула в сторону парадной лестницы. Цисси ответила едва уловимым движением головы и, извинившись, плавно отошла от группы Беллатрисы и Родольфуса. Ви последовала за ней. Поднявшись на один пролет выше, где шум праздника стал приглушенным, почти призрачным гулом, Ви не выдержала:  — Чего ты так загадочно смотришь и весь вечер счастливо улыбаешься? Я понимаю день рождения кузена, но этот праздник явно не первая причина твоего чересчур довольного выражения лица.  — Пойдем в твою комнату, — только и ответила Цисси, ее голос звучал сдержанно, но в нем плескалось нетерпение. Не дожидаясь ответа, она грациозно, словно плывя по воздуху, двинулась дальше наверх. Розье сгорала от любопытства. Что такого у подруги могло произойти, что она не могла этим поделиться ранее? Войдя в комнату, Нарцисса присела на край кровати с непривычной для нее осторожностью, словно боялась спугнуть хрупкое воспоминание. Она сложила руки на коленях, и на ее идеально бледных щеках выступил легкий румянец. Глупая, счастливая, по настоящему девичья улыбка не сходила с ее губ.  — Ну? — нетерпеливо подтолкнула ее Ви, устраиваясь рядом.  — Мы с Люциусом... — Цисси сделала паузу, собираясь с духом, ее глаза сияли, как два сапфира. — Мы наконец-то поцеловались! — выпалила она наконец, и слова, прозвучавшие вслух, словно сняли с нее последние оковы. Ее улыбка стала еще лучезарнее. Ви удивилась не тому, что Блэк и Малфой впервые поцеловались, а что они не сделали этого раньше. Ведь Цисси была обещана Малфою еще чуть ли не с самого рождения. Все в школе знали, что она — его невеста. Вот только строить настоящие отношения они начали только с этого года.   — Цисси! — воскликнула Ви, ее лицо тоже озарилось радостью за подругу. — Это же прекрасно! Поздравляю! — она обняла Нарциссу, чувствуя, как та вся трепещет от счастья.  — Ви, ты не представляешь... Это было так... волшебно, — прошептала Цисси, и ее голос дрожал от переполнявших ее эмоций. — Мне кажется, в этот самый момент я поняла, что он действительно ко мне что-то чувствует. Что у нас все по-настоящему, — Цисси говорила это с такой теплотой и надеждой. — Может я смогу стать одной из тех счастливых женщин, что выходят замуж по любви, несмотря на договор.   — Конечно, получится! — горячо поддержала ее Ви. — Малфой, конечно, тот еще напыщенный индюк... — она тут же замолчала, увидев легкий укор в глазах подруги. — Прости! Но с тобой он совсем другой — настоящий, искренний. Я уверена, у вас все будет именно так, как ты хочешь, — она сжала руку Цисси в своем теплом замке, пытаясь передать всю свою поддержку.  — Спасибо, — Нарцисса мягко улыбнулась и ненадолго прижалась к подруге, ища в ее объятиях опору своей внезапной уязвимости. Через мгновение она отстранилась, и в ее глазах вспыхнул знакомый Ви хитрый, почти кошачий огонек.   — Ну, а что насчет тебя? — промолвила она, и в ее голосе зазвучали игривые нотки. Салазар! — мысленно выругалась Ви. Она снова это сделала! С легкостью истинной Слизеринки сменила тему и перевела все стрелки на меня!  — А что я? — сделала она самое невинное лицо, какое только смогла изобразить, широко распахнув зеленые глаза.  — Ну, когда же наконец случится твой первый поцелуй? — Цисси изящно приподняла бровь, и ее взгляд стал томным и многозначительным. Он скользнул по лицу Ви, будто указывая на что-то. Вернее, на кого-то. Черт возьми.  — Наверное, тогда, когда для этого рядом окажется подходящий человек? — произнесла Ви, изо всех сил стараясь, чтобы ее голос звучал ровно и бесстрастно, а лицо оставалось непроницаемой маской.  — А его разве нет? — прочитать по лицу Цисси, что именно она имеет в виду, было невозможно. Однако Ви прекрасно все понимала, даже не вглядываясь.  Все Блэки, каждый на свой лад, словно сговорились и толкали ее к одной и той же мысли. Намекали на одного и того же человека. И эти намеки, то мимолетные, то почти откровенные, сводили ее с ума и выбивали из равновесия.  — Кажется, внизу нас уже потеряли, — сдавленно проговорила Ви, вставая. Она не владела искусством изящного отступления, как Цисси, поэтому ее уход выглядел немного резким и неуклюжим. — Пора возвращаться. Нарцисса не стала ее задерживать. Она тоже поднялась и последовала за подругой, на ее губах все так же играла легкая, знающая улыбка. Давить было не нужно — она знала, что семена любопытства и смутной надежды уже брошены в плодородную почву. И теперь остается лишь ждать, когда они прорастут.

***

Учебные дни тянулись один за другим, сливаясь в монотонную череду уроков, домашних заданий и бесконечных разговоров в общей гостиной. Но для Ви внутренний мир давно уже не был спокоен. После разговора с Цисси ее мысли постоянно возвращались к одному и тому же. Она искренне радовалась за подругу, но в глубине души тихо завидовала тому свету, что исходил от Нарциссы. Ей самой хотелось того же — этого трепета и счастья. Ви прокручивала в голове момент, когда они с Регулусом чуть ли не поцеловались. Она так часто об этом думала, что ей уже начало казаться, что это все был обман мозга и Блэк вовсе не хотел ее целовать. Она просто восприняла это так и надумала себе невесть что.  И все же мечта о первом поцелуе не отпускала. Как бы она ни пыталась отогнать ее, в сознании неизменно всплывал один и тот же образ — острые черты лица, серые, пронзительные глаза, едва уловимая улыбка. Регулус Блэк. Она наконец сдалась и призналась себе: да, она хочет, чтобы ее первый поцелуй был с ним. Больше она никого не могла представить на его месте. Но потом она задумалась о том, что если бы их поцелуй тогда случился, то все вышло было неловко и неумело с ее стороны. Она знала о технике поцелуев лишь в теории, слышала из разговоров старшекурсниц, которые делились интимными подробностями прямо в общей гостиной, совершенно не стесняясь. Это не благородная Цисси, которая мило улыбалась и ждала уединенного момента, чтобы скромно поделиться о первом опыте.  Отчаянная, безумная идея родилась в голове и мгновенно созрела, не дав времени на сомнения. Пока она не передумала, Ви стремительно вышла из гостиной и почти бегом направилась в мужское крыло.

***

Come on,

a few kisses will

not ruin our friendship

***

Она остановилась перед нужной дверью, сердце колотилось где-то в горле. Собравшись с духом, нервно постучала. Казалось, прошла вечность, прежде чем дверь открылась. На пороге стоял он. Регулус. В весьма непарадном виде: галстук отсутствовал, верхние пуговицы рубашки расстегнуты, обнажая ключицы, а рукава небрежно закатаны до локтей. Он явно никуда не собирался.  — Ты один? — голос Ви прозвучал чуть хрипло, и она неуверенно улыбнулась, пытаясь заглянуть ему за спину.  — Да, — он слегка нахмурился, изучающим взглядом скользя по ее лицу, пытаясь разгадать причину этого неожиданного визита. — Можно войти? — почти прошептала она. Регулус не ответил, лишь отошел от двери, пропуская ее внутрь и закрывая за ними дверь. Они стояли друг на против друга, каждый думал о своем.  — Ты что-то хотела? — наконец прервал молчание Регулус. Его взгляд скользнул по ее смущенному, разгоряченному лицу. — Ммм, да, — она нервно прикусила нижнюю губу, заставляя себя говорить. — Мы ведь с тобой друзья? А друзья должны помогать друг другу, верно? Уголки его губ дрогнули в легкой, почти незаметной улыбке. Он понял, что она что-то задумала, и это его заинтриговало. Он непринужденно прислонился к косяку двери, скрестив руки на груди, принимая позу терпеливого слушателя. — Верно, — его голос прозвучал спокойно, ободряюще. — И друзья доверяют друг другу... и помогают, если их попросят? — она продолжала ходить вокруг да около, набираясь смелости. — Ви, — он мягко произнес ее имя. — Ты можешь доверить мне все, что угодно. И если тебе нужна помощь, просто скажи.  Это придало ей решимости. Она сделала шаг вперед, сократив дистанцию, и посмотрела ему прямо в глаза, в которых плескалось любопытство и что-то еще, более глубокое. — Научи меня целоваться, — выдохнула она, и ее шепот прозвучал как мольба. Регулусу стоило немалых сил сохранить невозмутимый вид после ее просьбы, хотя он даже не знал, что и думать. Девчонка выбила из него все здравые мысли. Он ожидал чего угодно, но точно не этого.  — Пожалуйста, — Ви смотрела своими милыми глазами на него с такой надеждой, что не согласиться он не мог.  Однако здравый рассудок к нему возвращался, поэтому не задать волнующие его вопросы он не мог.  — Почему… ты просишь об этом меня? — спросил он, тщательно подбирая слова. — А кого еще? — Ви вопросительно выгнула бровь, искренне удивляясь тому, что он серьезно думает, что она могла подойти с такой просьбой к кому-то другому. — Мы же друзья, почему бы тебе не помочь мне?  Второй вопрос жег ему губы, но он задал его: — Почему ты вдруг решила, что тебе нужно... учиться? Пожалуй, этот вопрос волновал его еще больше, хотя, лучше бы он спросил, для кого она вдруг решила научиться.  — Хочу знать не только теорию, но и практику, — она соврала, опустив глаза, мысленно добавляя: «Хочу не опозориться, если ты все-таки решишь поцеловать меня по-настоящему». — Ну, пожалуйста, Рег. Это «пожалуйста» стало последней каплей. Он сдался. — Ладно, — его голос прозвучал низко и немного хрипло. Он не сводил с нее внимательного взгляда, все еще ожидая, что она одумается и сбежит. Ви просияла, план-капкан сработал.  Он мягко взял ее за руку и подвел к письменному столу, развернув ее к себе. Он навис над ней, и его пальцы медленно, почти невесомо скользнули по ее лицу, очерчивая линию скулы, затем спускаясь к подбородку. Большой палец задержался на ее нижней губе, едва касаясь ее. Он пристально следил за ее реакцией, наслаждаясь тем, как вздрагивают ее ресницы, как учащается ее дыхание, как румянец заливает щеки. Он вспомнил тот день, их прерванный миг, и теперь не собирался ждать. Он приподнял ее подбородок, наклонился так близко, что их дыхание смешалось. — Вспоминай теорию, — прошептал он, его губы почти касались ее. — Применяй на практике. И он закрыл последнюю дистанцию между ними. Его поцелуй был на удивление нежным вначале, вопрошающим. Она замерла на секунду, парализованная внезапностью, но затем ее инстинкты взяли верх, и она робко начала отвечать, копируя его движения. Он почувствовал это и углубил поцелуй. Одной рукой он обвил ее затылок, притягивая еще ближе, стирая все оставшееся между ними пространство. Она в ответ смелее оперлась на его плечи, пальцы вцепились в ткань его рубашки, сминая ее. Он уже не сдерживался, его поцелуй стал жаждущим, требовательным. Его язык скользнул вдоль линии ее губ, прося разрешения войти, и она сдалась, позволив ему исследовать, завоевывать. Его вторая рука легла на ее талию, и этот нежный, почти бережный жест резко контрастировал с тем, что творил его рот. Она вся горела, ее сознание уплывало, оставались только ощущения — вкус его, запах, тепло его руки на ее спине. Он оторвался, чтобы перевести дух, и его взгляд утонул в ее распахнутых, темных от возбуждения глазах. Ее губы были слегка припухшими, покрасневшими от его поцелуев, щеки пылали, а грудь тяжело вздымалась. Весь ее вид кричал об одном — «продолжай». Все сомнения, все голоса в его голове умолкли. Он не собирался останавливаться. В одном плавном движении он притянул ее к себе и опустился в ближайшее кресло, усадив ее к себе на колени. Она даже пикнуть не успела, как его губы вновь нашли ее, на этот раз еще более страстно и властно. Его рука скользнула по ее колену, поднимаясь выше по бедру, но он строго остановился у края школьной юбки, не позволяя себе перейти грань, хотя каждая клетка его тела требовала большего. Он перешел от ее губ к шее, оставляя горячие, влажные поцелуи на ее нежной коже, ища то место, от которого она будет трепетать. И нашел. Едва слышный, подавленный стон вырвался из ее груди, и этот звук, полный неподдельного наслаждения, как удар тока пронзил его. Он резко отстранился, опомнившись. Он понял, что их так называемая практика зашла слишком далеко.  Девушка посмотрела на него, глубоко задышав, он видел как ее грудная клетка тяжело вздымается. — Надеюсь, такой… практики будет достаточно? — ему стоило титанических усилий, чтобы его голос звучал ровно, а не срывался на хриплый шепот. — Да, — прошептала она, ее голос дрожал. Она буквально сползла с его колен, не в силах смотреть ему в глаза, и, борясь с подкашивающимися ногами, почти выбежала из комнаты, пробормотав на ходу: — Спасибо. Выскочив в коридор, она прислонилась к холодной каменной стене, пытаясь унять бешеный стук сердца и перевести дух. Главное, чтобы сейчас никто не появился. Ви только сделала шаг, как резко из-за угла появился Эван. — Ви? Ты что здесь делаешь? — брат посмотрел на нее в легком недоумении.  Ви действительно растерялась, не зная, что и сказать. Все ее мысли занимал сейчас Блэк. — Я просила у Блэка конспект по зельям. Не успела кое-что дописать на паре, — ложь сорвалась с языка слишком быстро, чтобы обдумать сказанное. — И ради этого пришла к нам в комнату? Сразу после пары была не судьба попросить? — Эван подозрительно прищурился, изучая ее. — Забыла, — она пожала плечами, стараясь выглядеть как можно более непринужденно. — Спешила. Эван приподнял брови в легком удивлении, так как такое рассеянное поведение было несвойственно для его сестры, но донимать вопросами больше не стал.  — Ну ладно, — он обошел Ви и скрылся в комнате.  Ви выдохнула с облегчением и почти побежала к себе, чувствуя, как дрожь в коленях еще не прошла. Ей нужно было остаться одной, чтобы все пережить и переосмыслить. Эван зашел в комнату и заметил Регулуса, сидящего за столом. Не избавившись еще от своих подозрений, он решил проверить Блэка. — Не подскажешь, что моя сестра тут делала?  Регулус и глазом не повел, сохраняя невозмутимый вид, будто ничего не произошло.  — Заходила за конспектами, — коротко ответил Блэк. Эван кивнул головой, принимая ответ. Их ответы были похожи, поэтому тень подозрения исчезла.  Ответы сошлись. Эван кивнул и направился к своей кровати, уже успокоившись. Он не видел, как только он отвернулся, на губах Регулуса расцвела медленная, безмерно довольная, торжествующая улыбка. Он снова и снова переживал в памяти каждую секунду их «урока», и тепло разливалось по его груди. Это было идеально.