новобранец

***

Санеми проснулся резко — так, будто кто-то окатил его ледяной водой. В кабинете было тихо. Слишком тихо. Он поднял голову от стола и первое, что заметил — пустое кресло напротив. Там обычно сидел Томиока, уткнувшись в отчёты, но сегодня место было пустым. Санеми нахмурился. — Томиока? — пробормотал он, хотя и так понимал, что ответа не будет. Прошёлся по всему отделу. Зашёл к оперативникам — нет. Заглянул в комнату отдыха — пусто. Открыл шкафчики в раздевалке, будто ожидал, что Томиока завалился спать где-то в углу. Нет. Чем больше он искал, тем крепче крепло раздражение. А раздражение у Санеми всегда выражалось одинаково. — Да где же этот… — дальше последовала короткая, но насыщенная трёхэтажная конструкция, от которой младшие сотрудники в коридоре предпочли прижаться к стенам. Полчаса поиска дали ноль результатов. И только когда он ворвался в кабинет к Шинобу Кочо, та подняла глаза от бумаг и спокойно сказала: — Томииока ушёл около часа ночи. Сказал что-то про аптеку. Санеми застыл. — Один? — А кто ещё должен был с ним идти? — мягко усмехнулась Шинобу. — Он же не ребёнок. Лейтенант развернулся и уже через несколько секунд выбежал на улицу.

***

Он шёл быстро, почти бегом. По логике, Томиока должен был идти по этой улице. Аптека была неподалёку. Но на середине пути Санеми резко остановился. На асфальте виднелось тёмное пятно, едва заметное, но достаточное, чтобы сердце на миг ударило чаще. Следы были размазаны — будто кого-то тащили. И рядом… лежала небольшая заколка бантик. Та самая, что Томиока все время носил, подарок от сестры, о котором он однажды вскользь упомянул. Санеми поднял её, сжал так, что побелели костяшки пальцев. — …Чёрт. Он уже не ругался — голос был слишком тихий для этого.

***

Когда команда услышала новость, отдел вспыхнул, будто его пронзило электричеством. Танзиро сразу сказал: — Мы найдём его. Обязательно. Зеницу дрожал, но набирал номера свидетелей без остановки. Даже Иноске, обычно шумный, ходил молча, будто зверь, почуявший опасность. Шинобу стала работать быстрее и чётче, чем когда-либо. Санеми дал приказ: — Поднимаем весь район. Все камеры. Все маршруты. Не прекращать ни на минуту. Тишина в отделе стала тяжелой, но именно такой, когда каждый делает своё дело, не отвлекаясь даже на дыхание. Время пошло на часы.

***

Тем временем. Сознание возвращалось медленно. Сначала — холод. Потом — неприятный запах сырости. Потом — чувство, что руки затекли до боли. Гию открыл глаза. Он сидел на полу, прислонившись спиной к бетонной опоре, руки крепко связаны за ней. Голова гудела от удара. Но он был в сознании — это уже хорошо. Он медленно осмотрелся. Подвал был большой и тёмный. посмотрев в один из углов его чуть не вырвало, там лежали те самые пропавшие люди, очевидно мертвые, но хуже всего было то что тела были обглоданные или со срезанными кусками плоти. гию имеет дело с каннибалом или каннибалами, отлично, просто шикарно, мать вашу. Он заставил себя дышать ровно. Паника только мешает. На другом конце подвала стоял стол. На нём — его телефон, ключи… и пистолет. Так близко. И так далеко. Спокойно. Надо думать. Он проверил верёвки: грубые, но не слишком новые. Если упереть их о бетон — возможно… Гию перенёс вес и начал медленно, терпеливо тереть узлы о шершавую поверхность. Прошло пять минут. Десять. Пятнадцать. Руки ныли, но он не останавливался. Через полчаса верёвка ослабла. Ещё немного — и она лопнула. Гию выдохнул. Он не стал тратить ни секунды — бросился к столу, пальцы дрожали, но он уже почти коснулся пистолета… И в этот момент в тишине раздался скрип двери.

***