хрустальные крылья бабочки.

На следующий день Минхо остался вместе с Юной, пока Чан поехал подписывать документы о том, что он всё-таки будет обязан выплатить все деньги семье Хванов. Парень был шокирован таким развитием событий, но не мог ни восхищаться своим мужчиной: Чан сделал по сути всё для их отношений и благополучия своей дочери, чтобы семья Хванов уже оставила его и Юну в покое. Это был смелый шаг, учитывая, какие это огромные деньги. Вернулся Чан поздно ночью. Минхо уже уложил Юну, которая сначала заснула вместе с ним, когда парень читал ей сказку на ночь и приготовил успокаивающий чай. Минхо сидел в спальне в их постели, когда Чан зашёл, уставший и измученный сегодняшним днём. Мужчина подошёл к шкафу, открыл его, повесил пиджак и начал расстегивать рубашку. Минхо отложил ноутбук, глядя на Чана. — Чан, ты в порядке? Как все прошло? — спросил Минхо, когда Чан сел на край постели. — Пойдёт. Я очень устал, — сказал он хриплым голосом. — Чёрт, у меня ужасно болит голова… — Я могу развести таблетку от головы, — сказал Минхо. — Нет, не надо. Лежи, — отмахнулся Чан. Он сидел в полной тишине и смотрел в большое окно напротив, а потом спросил: — Как Юна? Она уже спит? После этих слов Чан положил свою руку на ногу Минхо под одеялом и погладил её, устало улыбнувшись. — Да, спит. Она уснула у меня прямо на коленях, когда мы ждали тебя. Попросила ей почитать сказку. Я заварил ей успокаивающий чай. — Отлично. Ты хорошо справляешься с ролью отца, — заметил Чан. — Да… Я стараюсь. Знаешь, но иногда это очень сложно. Я боюсь, что могу сделать что-то не так. Всё-таки… Я не родной ей человек. — Но ты скоро станешь таким, — сказал Чан загадочно. Минхо приподнял бровь, не понимая, что имеет в виду Чан. А мужчина потянулся к карману своих брюк и достал оттуда синюю бархатную коробку и открыл её. В коробочке лежало кольцо с огромным синим бриллиантом, которое стояло больших денег. Чан пожал плечами. — Да, я знаю, что это не самое романтичное предложение, которое я могу тебе сделать, но, думаю, что я делаю её в самой подходящей обстановке: дома, в нашей постели, когда ты выглядишь так прекрасно в нашем уютном гнезде, — улыбнулся мужчина. — Минхо, ответь, ты станешь моим мужем? Минхо замер. Он не знал, что сказать. Его голос будто исчез. Парень захотел броситься на шею Чана, хотел прокричать от счастья и радости, начать молиться даже Богу, что даже раньше никогда не подумал сделать. Ему делают предложение! Он станет мужем Чана! Это был невероятно большой и серьезный шаг. С этой безграничной радостью Минхо начинал ощущать, как на него валится груз ответственности. Теперь он уже взрослый молодой человек, у него будет семья. Это не гражданский брак и не мимолетная страсть, а самые настоящие отношения, самая настоящая семья. В это трудно поверить, но это так. Минхо сглотнул и произнес: — Да, я согласен, — его голос надломился. Чан вздохнул: он тоже нервничал и боялся, что может получить отказ. Он был уверен в Минхо, но чувство тревожности в такие моменты — привычное дело. — Я люблю тебя, — произнес Чан. — И я тебя.

***

Утром Чан поехал в свою компанию. Он начал считать свои расходы и доходы. Ситуация была не лучшей из-за этого чертового долга, который он должен был отдать семье Хванов, чтобы они наконец отстали от его семьи. Но также он понимал, что нужно что-то менять, а для этого нужны деньги. В конце концов у него намечается свадьба. План был такой: переехать из жилого дома в центре в уютную квартиру и купить домик загородом, чтобы приезжать туда на выходные. Чан знал, что жить в фамильном доме — это уже как минимум не модно среди богачей, а также он знал, что его дом стоит огромных денег. К тому же, Минхо, скорее всего, больше любит квартиры, чем дома. — Ваша компания, господин Чан, не терпит сейчас никаких убытков, — произнёс личный экономист Чана, когда они сидели на совещании. — Мы предполагаем, что доход в этом году будет стремительно идти в верх. К тому же, я думаю, что стоит купить ещё акций нескольких компаний. — Я понимаю, да, — сказал Чан и закивал. — Но… мой долг… Что насчёт него? — Ваш долг правда большой, но думаю, что с доходом вашей компании — это не такая уж и большая проблема. После этого разговора Чану стало спокойнее. Теперь он думал только о свадьбе. — Какой костюм тебе нравится? — спрашивал Чан, когда они вместе с Минхо ходили по дорогому магазину мужских костюмов. — О боже, Чан, ты же знаешь, что я не фанат всего такого: костюмы и официальность — не для меня. Я фанат блеклости, типа? Знаешь, я предпочитаю толстовки там… Спортивки… — Ты неисправим, милый! Ты на свадьбе тоже в спортивках и толстовке будешь? Любимый, я люблю тебя любого, но это наша свадьба, и я хочу, чтобы ты был в костюме! — Ох, черт… — Даже не начинай. Сделаешь это ради меня? — спросил Чан. — Ну, Минхо, умоляю. Посмотри на себя: идеальное стройное тело, длинные ноги, красивое лицо, будто у древнегреческой статуи. Тебе нужен костюм. Что насчет классики — черного? — Ну… Может быть, — устало пожал плечами Минхо. — А может лучше тёмно синий? — Хорошо, давай посмотрим. Минхо померил чёрный и тёмно синий костюм, а после показался Чану. Они вместе выбрали тёмно синий костюм. Он подчёркивал всю красоту парня, его острые кошачьи глаза и красивые губы, а также длинную шею. Чан выбрал себе классический черный костюм, в нём он смотрелся сногсшибательно. Потом они решали вопрос с рестораном и поехали в самый дорогой ресторан Сеула. — Кхм… Чан? — спросил неуверенно Минхо, когда они уже ехали домой. — Да, милый? — спросил Чан, не отрываясь от дороги. — Может… Не нужен нам такой ресторан? Я не хочу, чтобы мы праздновали настолько ярко… Мне это не очень нравится. — Как скажешь, любимый, я сделаю всё, что ты пожелаешь. — Давай сыграем свадьбу на природе и пригласим пару человек? Я не вижу смысл в огромной свадьбе и роскошных ресторанах. Это же только наш праздник с тобой. И я хочу разделить его со своими близкими и любимыми, — сказал Минхо. Чан мягко улыбнулся. Он не мог ни нарадоваться, что рядом с ним такой прекрасный парень. — Ты прав. Значит сделаем так. Они ехали дальше в тишине. Но когда машина остановилась на светофоре Чан спросил: — Ты пригласишь на свадьбу свою маму? — Не думаю, — ответил Минхо. — Я не хочу приглашать её, Чан. Этот человек… Он никогда меня не любил, зачем мне это? Чан не стал спорить. Он понимал обиду Минхо на поведение его матери. Мать Минхо — холодная и очень токсичная женщина, которая никогда не давала тепла собственному сыну и растила его в атмосфере строгости и цинизма. Вечером Минхо отправил приглашение на свадьбу Джисону в сообщении:

Минхо

Хэй, бро. Приглашаю тебя на свою свадьбу. Буду рад, если ты придёшь. Через пару дней состоялась церемония. Всё прошло идеально: свадьба была на свежем воздухе около леса, погода была отличная: светило солнце, птички пели. — Согласен ли вы, Кристофер Бан Чан, взять в законные мужья Ли Минхо и быть ему опорой и поддержкой на протяжении всей жизни? — Да, согласен, — уверенно ответил Чан и расплылся в улыбке. — А вы, Ли Минхо, готовы ли взять в законные мужья Кристофера Бан Чана и быть ему опорой и поддержкой на протяжении всей жизни? — Да, — ответил Минхо, смотря в глаза Чану. — Объявляю вас законными мужьями. Чан протянул руку и взял подбородок Минхо, придвинув ближе для нежного долгого поцелуя. Именно сейчас они поняли, что вот оно — счастье. Минхо чувствовал, будто у него выросли крылья. Он ощутил, что он важен. Что он — человек, которого можно любить. Необязательно всю жизнь прятаться за маской безразличия. Если вам не дали любви в детстве, то это не значит, что вы недостойны быть любимыми во взрослом возрасте. Каждый достоин быть любимым и каждый достоин обрести своё счастье.