Идеальный шиноби

Интон и Йотон: «Интон управляет духовной энергией, используется для создания формы, воображения и иллюзий (например, гендзюцу). Йотон управляет физической энергией, используется для создания жизненной силы, жизненности и физических усилений (например, исцеления или укрепления тела).» --- Лес стоял тихий, его кроны отбрасывали длинные тени на землю. В одиночестве, среди этой тишины, я сидел под древним дубом, позволяя прохладному ветру скользить по коже. Я приоткрыл левый глаз. Мир вокруг изменился, когда сквозь него прорвался свет, и я полностью раскрыл его. Шаринган с тремя томоэ закрутился в спираль. Сразу начался поток ощущений. Каждая листва, медленно парящая в воздухе, попадала в фокус до мельчайших прожилок. Я отслеживал тончайшие колебания, замечая, как направление ветра сгибало траекторию на малейшие градусы. Сначала это было слишком — лавина информации грозила выбить меня из равновесия. Я активировал технику теневого клона. Передо мной возникло пять одинаковых копий, их глаза горели сосредоточенностью. Я двинулся первым — простой удар кулаком в сторону ближайшего клона. Он увернулся, скользнув в сторону, и ответил вращающимся ударом ногой. На долю секунды я просчитал точную траекторию его ноги — угол, скорость, напряжение мышц. Тело само подстроилось, отклонившись назад, чтобы избежать удара. Предсказательная способность моего Шарингана держалась на уровне примерно 0,5 секунды. На практике это означало, что я мог предвидеть движение противника за полсекунды до того, как оно произойдет. Для большинства шиноби полсекунды — это разница между жизнью и смертью. Я разделил внимание, позволив клонам атаковать одновременно. Поток ударов и пинков обрушился на меня. С активированным Шаринганом каждое движение оставляло за собой слабый послесвет — тень того, что должно было произойти дальше. Мозг обрабатывал эти предсказательные узоры и напрямую подавал информацию в мои мышцы. Время реакции сокращалось. Я скользил между ударами, ощущая, как воздух колышется вокруг кожи, и проходил сквозь шквал, не позволяя ни одному удару достичь цели. Предсказание опирается на микродвижения мышц. Когда противник начинает атаку, Шаринган улавливает подготовительные движения — смещения в стойке, сокращения мышц, сосредоточение взгляда. Этот предварительный анализ и дает временной запас. Однако при сложных комбинациях точность снижается. Я развеял клонов и вызвал пятнадцать новых. — Быстрее. Клоны подчинились. Их движения стали резче, менее предсказуемыми — имитация реальных боевых условий. Я снял естественные ограничения с тела, позволив мышцам работать почти на пределе. Восприятие Шарингана расширилось, захватывая еще больше данных. Я двигался быстрее — блокировал, уклонялся, контратаковал. Разрыв между наблюдением и реакцией сокращался. Перегрузка сенсорных возможностей Шарингана вызывает нейроадаптацию. Повторное воздействие ускоряет эффективность предсказаний. Через тридцать минут я зафиксировал новый предел. Мое окно предсказания увеличилось до 2,3 секунд — рост на 360%. Но улучшение имело цену. Чакра расходовалась стремительно, поддерживая усиленное состояние Шарингана. Усталость мышц накапливалась быстрее, особенно в ногах. Я вызвал двадцать пять клонов. Они атаковали мгновенно. Сознание отключилось от мыслей — тело двигалось само. Шаринган анализировал движения, предсказывал удары и напрямую передавал коррекцию в мышцы. Ощущение было почти нереальным — текучесть, выходящая за пределы человеческих возможностей. Каждый клон падал еще до того, как осознавал мои контрудары. Эффективность нервно-мышечной работы возрастает, если убрать сознательные решения. Когда предсказания Шарингана напрямую питают рефлексы, скорость реакции достигает пика. Я вызвал пятьдесят клонов. Они ринулись вперед. Шаринган пульсировал в глазнице — глубокое багровое сияние резало сгущавшийся лес. С каждой секундой я ускорялся. Их кулаки и кунаи расплывались в движении. Я исчезал между ними — рывок ускорялся втрое. Тело разрезало их ряды, словно молния. Три секунды — и все пятьдесят клонов рассыпались облачками чакры. Я медленно выдохнул. Пора сосредоточиться на том, чего я избегал до сих пор. Гендзюцу. Причина проста. В своей сути гендзюцу воздействует на поток чакры цели — точнее, на её Интон, духовную часть энергии. Но чтобы понять эту способность, нужно сначала разобраться в самой природе чакры. Чакра — это не однородная энергия. Это взаимодействие двух основ: Интона и Йотона. Духовного и физического. Абстрактного и осязаемого. С математической точки зрения, выход чакры (C) можно выразить как функцию этих двух переменных: C = f(Интон, Йотон) Точнее, если рассматривать это как линейную комбинацию: C = α(Интон) + β(Йотон) Где: α — коэффициент весомости духовной энергии (Интон). β — коэффициент весомости физической энергии (Йотон). C — общая вместимость чакры. Каждая стихия формируется из определенного баланса Интона и Йотона: — Катон (огонь): доминирует Йотон (распространение тепла). E_огонь = β × ΔT — Суйтон (вода): доминирует Интон (текучесть, адаптивность). E_вода = α × f(d) — Дотон (земля): равновесие (плотность, твёрдость структуры). E_земля = α + β — Футон (ветер): гармония Интона и Йотона (кинетическая энергия). E_ветер = (αβ) × v² — Райтон (молния): высокий Йотон + точность (поток заряда). E_молния = β × q Но гендзюцу отличалось. Это была чистая манипуляция Интоном — искажение чувств цели. С активированным Шаринганом я видел точные колебания Интона. Способность глаза накладывать гендзюцу — это не мистика, а высшая форма манипуляции частотой. Интон колебался с измеримой частотой (f), значит, можно было выразить возмущение чакры математически: Y(t) = A × sin(2π f t + θ) Где: Y(t) — Интон как функция времени. A — амплитуда, интенсивность чакры. f — частота импульсов чакры. t — время. θ — фазовый сдвиг, ключевая переменная для вмешательства в гендзюцу. Сила Шарингана позволяла наблюдать поток чакры в реальном времени, а значит — определять доминирующую частоту и внедрять противоволну, искажающую восприятие. Чтобы проверить это, я создал пять клонов, каждому велел атаковать с разных сторон. Я активировал Шаринган с тремя томоэ и сосредоточился на их чакре. Как и ожидалось, Интон имел стабильную волну около 15 Гц, что соответствовало низкому уровню боевой концентрации. Настроив свой Интон на 16 Гц, я внедрил простую иллюзию — послесвет с задержкой в 0,2 секунды. Результат был мгновенным. Первый клон ударил кулаком, но его восприятие запоздало — тело противника отставало на долю секунды. Я сместился в сторону, и его удар прошел сквозь пустую иллюзию. Я вырубил его ударом в шею. Один минус. Второй клон пошёл с ноги. Я поднял частоту Интона до 18 Гц — искажение усилилось. На этот раз клон увидел два моих образа одновременно. Заминка дала мне время пронзить его кунаем. Суть гендзюцу Шарингана строилась на двух принципах: 1. Интерференция волн: сопоставив частоту чакры цели и введя фазовый сдвиг, можно разрушить её восприятие. 2. Резонансное усиление: синхронизируя свой Интон с доминирующей частотой противника, можно экспоненциально усилить иллюзию. На основе этого я вывел рабочую формулу моего гендзюцу: G = α × sin(2π f t + θ) + β × cos(2π f t) Где: G — общий эффект гендзюцу. α — вес Интона. β — малая часть Йотона (для физических ощущений). f — частота чакры. θ — задержка восприятия. Пора изучить новые техники. Я достал свиток и вызвал почтового голубя. Голубь взмыл в сумеречное небо. Епископы — бывшие операторы Корня, теперь служившие под моим командованием, — были обучены реагировать без промедления. Через несколько минут шелест листвы возвестил о прибытии одного из них. Он приземлился безупречно, мгновенно встав на колено. — Капитан, — произнёс он безжизненным голосом. — Вы звали? Я кивнул. Затем, без предупреждения, шагнул вперёд. Точный удар в основание черепа отправил его в бессознательное состояние, прежде чем он успел осознать предательство. Когда он очнулся, его тело было крепко привязано к дереву, толстая чакро-проволока обвивала конечности, словно хищник. Его глаза расширились, тщетно борясь с путами. Я сел напротив, взгляд без эмоций. Мой Шаринган вспыхнул. Первая попытка. Его дыхание сбилось, когда гендзюцу наложилось. Это была самая низкая частота — простое нарушение сенсорного ввода, словно белый шум в мозге. Его тело дернулось, инстинктивно реагируя на невидимое. Я поднял частоту, шаг за шагом. На 2 Гц мышцы напряглись. На 5 Гц зрачки расширились. На 10 Гц на лбу выступил пот. Страх. Я нашёл её — частоту, на которой мозг фиксировал угрозу раньше логики. Он задрожал, дыхание стало рваным. Я снял гендзюцу. Пустота после стимуляции оставила его задыхающимся. — Что… что это было? — прохрипел он. Я не ответил. Вместо этого запустил следующий цикл. На этот раз частота поднялась, ударив по затылочной доле. Голова дёрнулась. — Ч-что это? — Опиши, что видишь, — произнёс я ровно. — Ничего… Всё чёрное… Он забился в путы. — Капитан… Лорд Данзо говорил… — его голос надломился. Слепота, вызванная гендзюцу. Суть была не в том, чтобы «накрыть» глаза иллюзией, а в том, чтобы мозг перестал получать данные. Я изменил пульс чакры, настроив его на слуховую систему. Резкий вдох — он услышал нечто. Но я не произносил ни слова. — Кто здесь?! — сипло крикнул он. Я склонил голову. — Мозг человека заполняет пустоты худшими вариантами. Если зрение выключено, слух компенсирует. А значит… Новый импульс. Его рот открылся в крике, но звука не вышло. — …я могу управлять тем, что ты слышишь. Его скрутило. Тошнота, дезориентация. Я дал иллюзии исчезнуть на миг — и включил их снова, но уже на другой частоте. Наслоение. Вот следующий шаг. Один страх — грубо. Сенсорная блокировка — эффективно, но неполно. А вот система слоёв, где каждая иллюзия неотличима от реальности — это нечто иное. — Хватит! Прошу! — взмолился он, пот катился по лицу. Новый импульс. Полная смена окружения. Он уже не был привязан к дереву — его сознание оказалось в бесконечной пустоте. — Где я?! — сорвался голос. Разум пытался сопротивляться. Он пытался дышать ровно, цепляясь за реальность. Я добавил новый слой. Он увидел себя идущим. Шаги гулко отзывались. Он остановился. Шаги продолжались. Дыхание сбилось. — Хватит… — прошептал он. — Я… Тело отключилось. Я шагнул вперёд и ударил его током, возвращая к сознанию. Он захрипел. — Аааах! Теперь я понял. Суть не в том, чтобы навязать иллюзию. Нужно заставить разум отвергнуть реальность. Когда цель верит в иллюзию сильнее, чем в мир вокруг, она запирается в ловушке. Речь не о лжи — речь о перепрошивке восприятия. Я активировал технику снова. На этот раз он не просто оказался в иллюзии. Он попал в слои иллюзий. Он прорывался из одной, только чтобы оказаться в другой. И снова. Его крик был животным. — Это, — пробормотал я, наблюдая за его отчаянием, — вдохновлено моей схваткой с Итачи. Гендзюцу, созданное не для обмана, а для того, чтобы полностью уничтожить уверенность. Иллюзия, из которой выход ведёт только в новый капкан. Его тело содрогалось. Его вырвало. Организм сдавался. Я снова ударил током. — Капитан… умоляю… я… Пора перейти к следующему шагу. Если я могу менять входящие сигналы, то должен суметь принимать исходящие. Я сместил чакру на другую частоту, ниже прежних, настроился на гиппокамп. Его тело дёрнулось, мозг сопротивлялся. Воспоминания вспыхнули передо мной. Планы Данзо: приказы об убийстве высокопоставленных шиноби Конохи — Нара Шикаку, Хьюга Хиаши, Джирайи — в случае неповиновения. Скрытые убежища в Дожде и Стране Мороза. Шпионы в Конохе: один под видом торговца у Башни Хокаге, другой — под личиной чунина-преподавателя в Академии. Другие сведения: засекреченная миссия по устранению цели в Ивагакуре, провалившаяся попытка переворота в Стране Воды, прямое участие Данзо в похищении детей-шиноби для промывания мозгов в Корне. Всплыли имена: Агент Кайто — внедрённый во двор феодала Огня. Синоби Танабэ — информатор Корня в АНБУ. Оперативник Кудзуха — находился в Сунэ, снабжая Коноху разведданными. Когда я получил всё необходимое, сделал то, что следовало. Я стер память об этом дне. Его голова поникла, когда я снял гендзюцу. Через мгновение он открыл глаза. Растерянный. Потерянный. — Ты потерял сознание на патруле, — сказал я. — Будь осторожнее в следующий раз. — Д-да, капитан… Он поклонился и исчез в лесу. Воздух был тяжёлым от тишины, нарушаемой лишь шелестом листьев под моими ногами. В сердце густого леса, туда, где не могли добраться посторонние взгляды, тридцать уцелевших из старого Корня стояли на коленях передо мной. Это были последние отголоски наследия Данзо, сформированные его безжалостной философией. Теперь они принадлежали мне. Я провёл взглядом по их рядам. Страх. Почтение. Некоторые были полны любопытства, другие настороженности, но все — преданы. Это было необходимостью. Если бы не так, они бы не оказались здесь. — Сегодня, — начал я, мой голос был спокоен и разрезал воздух, — наступает день, когда начинается наша операция. — Интонация моя была лишена эмоций, но требовала внимания. — Но прежде чем мы сделаем первый шаг, я собрал вас здесь, чтобы установить правила. Я опустился на колено и положил на землю свиток. Быстрым высвобождением чакры свиток раскрылся, и в клубах дыма перед собравшимися появились тридцать чёрных униформ и тридцать масок. Маски были идентичными, каждая с простым, но пугающим узором: улыбка и крест над левым глазом. Та же самая, что была на мне в ночь резни. — Как бывшие оперативники Корня, вам не нужно напоминать, что у вас нет личностей. Ваше прошлое не имеет значения. Ваши имена бессмысленны, — произнёс я, внимательно следя за их реакцией. — Влияние лорда Данзо закончилось. Хокаге не позволит возрождать Корень, а значит, наши старые звериные маски больше не вариант. С этого момента вас будут знать только по кодовым номерам, определяемым вашей силой и ценностью. У основания каждой маски была выгравирована маленькая цифра. Теперь они определяли их. Больше ничего не имело значения. — Я — Епископ-01, — объявил я, на миг приподняв свою маску, прежде чем отложить её в сторону. — Каждый из вас получит маску, соответствующую текущему рангу. Но учтите: ваш ранг не вечен. Ветер шевельнул листву, пока мои слова оседали в их сознании. — Если вы жаждете подняться выше, вы можете вызвать вышестоящего на санкционированный поединок. Победа принесёт повышение. Поражение — смерть. Исключений нет. Один за другим преклонившиеся фигуры выходили вперёд, чтобы забрать свои маски. Когда они сделали это, я остановил их жестом. Оставалось выполнить ещё одну задачу. Я уже избавился от связывающей печати Данзо. Мне нужно было сделать это до переговоров с Итачи. Данзо верил, что его контроль над членами Корня абсолютен, но абсолютная власть часто рождает беспечность. — Открой рот, — приказал я первому оперативнику, шагнувшему вперёд. Без колебаний он подчинился, показывая проклятую печать на языке. Я прижал к метке тонкую бумагу, пропитанную чакрой. Печать слабо засветилась, пока я вносил поправки. Моё изменение не снимало оригинальное связывание — это вызвало бы подозрения. Вместо этого я изменил её верность. С этого момента никто из них не сможет говорить обо мне Данзо, Хокаге или кому-либо ещё. — Следующий, — велел я, отпуская первого. Процесс повторился. Каждый оперативник выходил вперёд, получал маску и обновлённую печать. Я работал с клинической точностью, не делая лишних движений, превращая контроль в абсолютный. Когда последний Епископ вернулся на место, я продолжил: — С этого момента мои приказы окончательны и абсолютны. Вы не имеете права их оспаривать. Я выдержал паузу, оценивая их реакцию. Ни малейшего колебания. Прекрасно. — Если кого-то из вас захватят, — продолжил я, — в вашей маске есть скрытая капсула с цианидом. Используйте её. Не будет никаких компромиссов, переговоров. Мы не можем позволить себе слабость. Я почувствовал их тревогу от этой детали, но никто не осмелился её оспорить. Данзо хорошо их обучил. Я собирался довести эту дисциплину до совершенства. — Ни один Епископ не знает полной структуры нашей организации, — продолжил я. — У вас есть доступ только к тому, что соответствует вашему рангу. Информация — это сила. А сила не раздаётся просто так. Если вы хотите знать больше — заслужите это. Эта иерархия была необходима. Утечки информации могли разрушить всё, что я строил, а разделение знаний гарантировало, что никто не сможет развалить организацию изнутри. — Тренировки начинаются завтра, — заключил я. — Вы будете следовать режиму, составленному лично мной. Исключений не будет. Я загоню вас дальше, чем когда-либо загонял Корень. Если вы выживете — станете сильнее. Если нет... — я оставил слова висеть, смысл был очевиден. Правда заключалась в том, что мои амбиции простирались куда дальше, чем когда-либо у Данзо. Корень был инструментом защиты Конохи, но моё видение не было сковано идеалами верности деревне. Ошибкой Данзо была его одержимость служением Хокаге из тени. Мои интересы совпадали только с моими собственными целями. Я слегка отступил назад, позволяя им переварить сказанное. Их маски скрывали выражения, но осанка выдавала достаточно. Напряжение. Решимость. И, возможно, тень страха. Всё это было приемлемо. Страх — это инструмент, и я собирался использовать его эффективно. Я достал лист бумаги. Данзо предоставил мне имена, способности, биографии — всё об этих солдатах было расписано в деталях. Даже если они не имели личностей, Данзо никогда не оставлял ничего на волю случая. Он вёл записи о них с рождения. Епископ-02 — Торуне Абураме. Биологическая война и скрытые убийства. Специализация: нано-яды для убийств и допросов. (Телохранитель Данзо) Епископ-03 — Фу Яманака. Психологическая война и командование в бою. Специализация: перенос сознания, ментальные допросы, манипуляции памятью. (Телохранитель Данзо) Епископ-04 — Сато Ренгоку. Убийства и зачистка. Специализация: бесшумные устранения при помощи базового гендзюцу и подавления чакры. Епископ-05 — Кадзу Синохара. Работа с информацией, отслеживание чёрного рынка. Специализация: печати для хранения данных, расшифровка секретных файлов. Епископ-06 — Аканэ Юки. Инфильтрация в нейтральных землях. Специализация: базовые техники камуфляжа, подделка личностей, долгосрочные миссии под прикрытием. Епископ-07 — Кайто Инузука. Следопыт и разведчик. Специализация: выслеживание с помощью собаки клана Инузука. Епископ-08 — Таро Сибата. Эксперт по ядам. Специализация: создание нелетальных токсинов для допросов и скрытых убийств. Епископ-09 — Хару Накано. Полевой медик. Специализация: базовые исцеляющие техники и стабилизация ран на опасных миссиях. Епископ-10 — Рен Яманака. Посыльный и внутренний шпион. Специализация: кратковременное чтение мыслей, обеспечение внутренней преданности, выявление утечек. Епископ-11 — Кодзиро Суна. Мастер маскировки и подделки личностей. Специализация: лицевые формы, чувствительные к чакре, для внедрения и имитации. Епископ-12 — Рё Инузука. Охотник на перебежчиков. Специализация: выслеживание нукенинов и дезертиров. Епископ-13 — Сай. Шпион-стажёр. Специализация: базовые техники чернильных зверей для наблюдения. Епископ-14 — Юи Кадзэхана. Курьер между странами. Специализация: скорость, усиленная ветром, бесследная доставка. Епископ-15 — Таро Нара. Тактическая поддержка. Специализация: малое Теневое параличное дзюцу, используемое для обездвиживания пленников. Епископ-16 — Сора Юки. Шифровщик и взломщик. Специализация: анализ закодированных сообщений, поддержание скрытой связи. Епископ-17 — Дайсуке Арата. Саботажник. Специализация: нейтрализация печатей, работа с взрывчаткой. Епископ-18 — Аямэ Танака. Соблазнение и обман. Специализация: феромоны, насыщенные чакрой, для отвлечения во время переговоров. Епископ-19 — Исаму Хоси. Специалист по ловушкам. Специализация: проволочные ловушки и сенсорные растяжки. Епископ-20 — Чика Акияма. Допросы нематериальными методами. Специализация: тонкие гендзюцу для внушения паранойи. Епископ-21 — Хироси Арай. Наблюдение и звуковое слежение. Специализация: специальные печати эхолокации для дальнего обнаружения. Епископ-22 — Мика Арисава. Курьер сообщений. Епископ-23 — Такуя Уэда. Обезвреживание взрывчатки. Епископ-24 — Рей Юкимура. Разведчик в условиях холода. Епископ-25 — Юто Хозуки. Водная разведка. Епископ-26 — Дайти Сайто. Медик-стажёр. Епископ-27 — Кента Идзо. Подавитель чакры. Епископ-28 — Юки Инузука. Разведчик-стажёр из клана Инузука. Епископ-29 — Кенджи Танака. Обработчик данных. Епископ-30 — Рика Цуки. Боевая резерва. Последние Епископы скрылись в лесу, их бесшумные шаги растворялись в ночи. Воздух остался тяжёлым от невысказанного напряжения, словно тридцать судеб только что были запечатаны чернилами и шёпотами. Один лишь человек остался. Сай стоял напротив меня, его привычно пустое выражение лица едва скрывало то, что я вложил в него давно. Я повернулся к нему, голос мой был ровным и сдержанным: — Ты сделал свой выбор? Он не спросил, о чём я говорю. Он уже знал. — Инструмент или человек? — продолжил я. Сай замешкался. Его пальцы едва заметно дрогнули у бедра — тонкий знак колебаний, который мало кто бы заметил. Он поднял голову. — Я человек. Смелое заявление. Противоречащее всему, что Корень вбил в него. Но я ожидал именно такого исхода. В конце концов, именно я посадил это семя в его корни. Я слегка склонил голову. — Тогда ты понимаешь, что это значит? Губы Сая сжались в тонкую линию. — Я хочу тренироваться. Настолько жёстко, насколько это возможно. Заявление. Мольба. Требование. Я наблюдал за ним ещё мгновение, затем отвернулся. — Понял. Твои тренировки начнутся завтра. Сай не поблагодарил. Он просто кивнул. Этого было достаточно. Однажды Сай станет полезным Епископом, и когда это произойдёт, я сожгу его корни дотла. *** Я стоял перед Данзо в его личных покоях. Мягкое мерцание свечей отбрасывало длинные тени на стены. Его единственный глаз изучал меня — острый и непреклонный. — Операции скоро начнутся, — заявил я, в моём тоне не было сомнений. Данзо медленно выдохнул. Его взгляд впервые скользнул вниз, на форму, что я носил. Ту самую, что носил каждый Епископ. Его пальцы слегка сжались. — Почему именно эта форма? Злость. Сдержанная, но ощутимая. Я предвидел такую реакцию. Я встретил его взгляд без малейшего колебания. — Я использовал способность Шарингана читать воспоминания на Хинате Хьюга в Академии. — Ложь, обёрнутая в правдоподобие. — Она видела эту униформу. Её носил тот, кто убил Хиаши Хьюга. Пальцы Данзо замерли. Его выражение оставалось каменным, но я видел, как в его единственном глазу закрутились мысли. — И ты посчитал мудрым использовать её? — спросил он. Его голос был резким, как клинок. Я кивнул. — Репутация — это оружие. Епископы будут не только действовать из тени — они станут именем, которое будут шёпотом передавать в каждом скрытом уголке мира. Присутствием, что будет ощущаться даже там, где нас нет. Глаз Данзо сузился. — Это привлечёт внимание. — Именно. Пауза. Затем он кивнул. — И ты веришь, что это приведёт нас к изначальному нападавшему? — Это цель, — ответил я плавно. Тишина повисла между нами. Потом Данзо выдохнул носом, напряжение в его позе слегка ослабло. — Хорошо. Я слегка склонил голову. — Мне нужно ещё кое-что. Данзо снова впился в меня взглядом. — Что именно? — Договор призыва, — сказал я. — Желательно связанный с наблюдением. Лучше всего — птица. Данзо промолчал мгновение, затем пошевелился. Одним жестом он достал из-за пазухи запечатанный свиток. Я поймал его одной рукой, бегло осмотрев кандзи на пергаменте. — Полезный выбор, — пробормотал я. Глаз Данзо задержался на мне чуть дольше. — Не подведи меня, Киётака. Я встретил его взгляд, выражение моё было скрыто за маской с улыбкой. — Я никогда не подводил. Затем, не говоря больше ни слова, я развернулся и исчез во тьме.