Кризис идентичности

Они стали встречаться осторожно, как сапёры, обезвреживающие мину. Первая встреча после разговора была в «Family Video» — Эдди пришёл сдать просроченный прокат (нарочно просроченный, как потом признался) и они с Робин и Стивом пятнадцать минут обсуждали достоинства «Бегущего по лезвию». Никаких личных тем. Только лёгкий, осторожный флирт взглядами, который заставлял сердце Стива биться чаще. Потом была совместная посиделка с Джонатаном и Нэнси, которые приехали на выходные. Они собрались у Стива в гостиной, пили вино, ели пиццу. Обычная дружеская посиделка.  Ситуация была безопасной, нейтральной. Эдди был в своей тарелке, болтая с Джонатаном о музыке, а Стив ловил себя на том, что наблюдает за его оживлённой жестикуляцией, за тем, как он закидывает назад волосы, и думает: «Он правда здесь. И мы… что-то выясняем». Потом Эдди с Джонатаном отошли покурить на задний двор. Между Стивом и Нэнси, словно струна, натянулась колющая тишина, прерывая лишь редким чавканьем. — Как ты? — тактично спросила Нэнси, не поднимая на него взгляд. — Нормально,— Стив неопределенно пожал плечами,— А ты?  — Тоже,— деловито кивнула она,— Передай Робин мои пожелания о скорейшем выздоровлении.  Эта засранка успела заболеть в первые дни осени и поэтому не смогла посетить их милую посиделку. — Да, конечно. — Так… Эдди? — она наконец посмотрела на Стива. — Что «Эдди»? — робко переспросил Стив, чувствуя легкую панику. — Ты общаешься с ним. Это… любопытно,— Нэнси пожала плечами,— Просто… Я думала ты от него не в восторге.  — Был когда-то, наверное,— усмехнулся Стив, но это было больше похоже на кашель,— Но он клевый парень. Типа… с ним весело и все дела.  Нэнси вскинула на него нечитаемый взгляд. Она смотрела на него дольше, чем следовало, а потом просто мягко кивнула, вскинув бровями. — Да. Джонатан только о нем и говорит.  Стив усмехнулся, расслабляясь. Потом они перебрасывались малозначительными фразами и посмеивались, медленно попивая вино. Когда Стив уже и не ожидал напасти, Нэнси посмотрела на него серьезнее.  — Ты с ним спокойнее,— тихо сказала она,— Это хорошо. В смысле, я читала в книге по психологии, что людям с одной травмой лучше держаться вместе. Для поддержки. — А,— глупо протянул Стив,— Ну… да.  — Я просто рада, что у тебя есть новые друзья,— Нэнси дружелюбно улыбнулась,— Они все у тебя странные, но хорошие. Не бросай это из-за ерунды в своей голове. Стив только кивнул. Он и не собирался. Настоящий прогресс наступил через две недели, когда Эдди позвонил ему поздно вечером. — Не спишь? — голос в трубке звучал немного напряжённо. — Нет. Что-то… случилось? — Стив сразу насторожился. — Нет,— слишком резко ответил Эдди,— Просто… скучно. И в голову лезут не самые приятные мысли. Не хочешь… ну, просто приехать? Посмотреть какой-нибудь дурацкий фильм? Без всякого подтекста, конечно… Стив приехал через двадцать минут, захватив пакет чипсов и газировки. Эдди открыл дверь в растянутых спортивных штанах и старой футболке группы «Megadeth». Он выглядел уязвимо и по-домашнему. Они смотрели «Зловещих мертвецов», пили газировку и бросали друг в друга попкорн. И это было… потрясающе просто. Никакого напряжения, только тихая, комфортная близость. Когда фильм закончился, они ещё полчаса просто разговаривали в полумраке, освещённом только светом телевизора. — Иногда мне всё ещё снятся летучие мыши, — внезапно признался Эдди, уткнувшись взглядом в потолок. Он легко провел по своему животу, на котором растягивался огромный шрам,— И Векна. И чувство, что я всё ещё бегу по перевёрнутому дому, а они за мной. Стив медленно повернул голову в его сторону. Он скользил взглядом по чужому профилю, который в тусклом свете настольной лампы казался слишком уязвимым. Честным. Стиву хотелось его защитить.  — Мне снится вода, — тихо ответил он, не отводя взгляда от Эдди,— Тёмная, холодная. И я не могу найти ребят. Теряю их в ней.  Эдди повернул голову и посмотрел на него в ответ. Это был не взгляд соблазнителя или шута, а взгляд человека, который понял. Кто знал этот вкус страха. Они никогда не говорили об Изнанке так откровенно, просто для того, чтобы поделиться, а не чтобы разработать план спасения. — Мы выжили, — тихо сказал Эдди, слабо улыбаясь.  — Да, — согласился Стив. И в этот момент он понял, что это, возможно, самая прочная основа для чего бы то ни было между ними.  Они прошли через ад и увидели друг друга там — грязными, напуганными, отчаянными и храбрыми. Никакая школьная репутация или социальная маска не имела значения перед лицом этого. — Для чего-то это было нужно,— шепотом сказал Эдди. Стив не отвечал, он просто смотрел. В его голове было столько чувств, которые он не мог обратить в слова и донести их до человека напротив. Кроме того, он не мог сформулировать их в мысли для самого себя. Все, что он знал точно — ему хорошо. Сейчас, в моменте. Наконец-то хорошо. На прощание они обнялись у двери. Крепко, по-дружески, но Стив почувствовал, как Эдди на секунду задержался, прижавшись щекой к его плечу. Это было больше, чем просто «пока». Это было что-то вроде: «Чувак, заходи ко мне еще» или простое человеческое «Спасибо».  Стив ехал домой, улыбаясь как кретин. Он не стал включать радио, ловя себя на пугающей мысли, что это может отпугнуть чувства в его голове. Чувства — сплетенный комок из ярких ниток, переливающийся разными цветами вместо извилин в его черепной коробке.