«Из друга в поклонники»

Наконец-то закончились промежуточные экзамены! Это первое испытание в жизни студента, которое забирает у него части жизни и души. Нет, не так! Экзамены прошли, оставив после себя зомбированные тела и круги под глазами как у панды. Первую ночь после них Джом спал как убитый. Три дня ушло на то, чтобы отдохнуть и набраться сил. Затем отправился домой, чтобы провести время с родителями. И только вчера вечером он вернулся в общежитие. Пока шла подготовка и сами экзамены, Джом вынужден был носить очки и чувствовал себя… ботаником. Образ красавца Джомджая, который создавался с начала семестра, мгновенно померк. Сегодня он решил вернуть себе это звание! Несмотря не то, что он не стал Луной факультета, но был признан Звездой, опередив с большим отрывом свою однокурсницу, Бай Ферн. Э рассказывал, что каждый год Звездой факультета всегда становилась девушка. Джом стал первым парнем в истории факультета, завоевавшим этот титул. Должен ли он гордиться тем, что стал Звездой? Он не знал, но до сих пор помнит, как его друзья смеялись и издевались над ним три дня подряд. Даже не это было странным для него. На конкурсе один парень преподнес ему розы. Но не будем об этом вспоминать. Ему и раньше-то не хотелось об этом говорить, но сегодня … Та – дам… Он вернулся из деревни с новой стрижкой, короткой и стильной, выкрашенный в черный цвет. Та самая женщина, которая преображала его, когда он только поступил в университет, убедила его сделать эту стрижку, сказав, что он будет похож на Сон Чжун Ки. Он доверил себя ее волшебству, и результат его порадовал. Утром он с особой тщательностью принял душ и оделся. Уложил волосы, как его научила хозяйка салона, и побрызгался одеколоном, который Ют дал ему вчера, чтобы придать шарма. Кроме того, он надел свою "шестеренку", чтобы прибавить еще больше крутизны. Посмотрел в зеркало, и кивнул сам себе. Он выглядел потрясающе! "Ты, стал пользоваться одеколоном, да? У тебя свидание?" – Пхет, только что вышедший из ванной, понюхал воздух. "Нет, но если девушки подойдут ко мне, я ничего не смогу с этим поделать". – Джом поднял бровь. Это было не в его власти. Он не мог запретить кому-либо поддаться его непреодолимому обаянию. Пхет кивнул с выражением лица, гласившим: "Как скажешь, парень", и пошел одеваться. Собравшись на занятия, они, как обычно, ждали остальных у входа. И слава богу, в эти дни Кенг и Чин были достаточно дисциплинированы, чтобы не опаздывать на занятия. Джом вышел из общежития последним, погрузившись в свой телефон, проверяя, кто прислал ему сообщение на Facebook. Он тут же отклонил его, потому что это был парень. Если он не был уверен, что знает того, кто предлагает ему дружбу в сети, он не принимал запрос. Джом ценил свое личное пространство и не хотел, чтобы его нарушали. Но если бы это была девушка, то все зависело от конкретного случая - например, была ли она красивой, или, хотя бы грудастой. Когда он поднял глаза от телефона, Пхет и Кенг были уже далеко впереди, а Чин шел рядом и смотрел на него так, словно хотел что-то сказать. Он вопросительно посмотрел на него. "Ты пользуешься одеколоном?" - неожиданно спросил Чин. Джом кивнул и сделал вид, что наклоняется к нему. Вместо того чтобы отступить, как он ожидал, Чин наклонился к нему, почти касаясь его лица. Если бы он вовремя не остановился, то мог бы коснуться губ Чина. "Придурок, почему ты не уклонился", - пробормотал он, но сердце его затрепыхало от такого близкого расстояния. Находиться рядом с Чином было опасно для его сердца. С тех пор как Джом пообещал ему, он не пытался избегать парня, даже несмотря на то, что месячный контракт на рабство закончился. Чин приподнял бровь и улыбнулся. "Я думал, ты хочешь, чтобы я понюхал его. Пахнет хорошо, но мне не нравится", - прокомментировал он, не получив ответа. "Я не спрашивал твоего мнения", - сказал Джом. "Зато я хотел тебе сказать", - ответил Чин, не отступая. Какая разница, нравится ему это или нет? Джому было все равно, но он честно сказал: "Это бесплатно. Не могу придираться. Ют купил его для меня". Запах ему нравился, хотя он не был таким приятным, как одеколон у Чина. Но он не стал спрашивать, какой маркой тот пользуется; он не хотел, чтобы Чин подумал, что Джом копирует его. "Тебе нравится мой запах?"- ни с того ни с сего спросил парень. Джом испугался, подумав, что Чин читает его мысли, но, скорее всего, он просто случайно это сказал. Он не просто спросил, он даже наклонился ближе, как бы давая понюхать. Кроха быстро отступил назад, чуть не споткнувшись, но успел сделать глубокий вдох. "Кроха, ты покраснел", - улыбнулся Чин, указывая на него. "Заткнись!" – Джом оскалил зубы и сделал вид, что собирается уйти, но увидел, что Чин нахмурился и пристально смотрит на него. "Что?" "На тебе твоя шестеренка?"- спросил Чин. И что в этом странного? Почему он выглядел таким взволнованным? Джом посмотрел на него растерянно. Когда он не ответил, Чин спросил снова: "Ты выбросил мою шестеренку?" "Да", - быстро ответил он, приподняв в ответ бровь. "А что? Хочешь вернуть? Твоя девушка просила?"- дразнящим голосом спросил он, но его сердце без всякой причины опять заколотилось. "Сердце - в Шестеренке, Шестеренка - сердце. Где бы ни находилась шестеренка - там сердце". Он слышал, как это говорили старшие. Он не знал, кто придумал эту фразу, но она означала именно это. Для парней-инженеров не было ничего необычного в том, чтобы дарить шестеренки своим девушкам. Но почему он чувствовал себя так, когда дело касалось Чина? Он же был плохим человеком! "А что, если я захочу ее вернуть?" - спокойно спросил Чин. Джом опустил глаза, чтобы скрыть свои чувства, и почти минуту потратил на то, чтобы заставить себя улыбнуться. "Я же сказал, что выбросил ее", - ответил он, притворяясь игривым. И вместо того, чтобы рассердиться или поддразнить Чина еще, он серьезно посмотрел на него, заставив вздохнуть, прежде чем сказать правду. "Твоя в моей комнате. Я отдам тебе ее вечером". Он уже собрался уходить, но его ноги замерли на следующей фразе. "Отдай мне ее сейчас же", - потребовал Чин. "Я же сказал, что она в моей комнате", - огрызнулся Джом, пытаясь встать во весь рост, приподнявшись на цыпочки, чтобы сравняться с Чином, но все равно не смог... чувствовал себя подавленным. "Тогда дай мне свою. Они одинаковые", - сказал Чин, не отрывая взгляда от Шестеренки Джома и намереваясь заполучить ее. Джом нахмурился от досады. Он вспомнил, как Чин навязал ему свою, не спросив, нужна ли она ему. Теперь парень требовал вернуть ее обратно. Или Чин собирался отдать ее кому-то другому? От одной этой мысли у него необъяснимо защемило в груди. Он закусил губу, чтобы скрыть свои чувства, и, наконец, неохотно кивнув, снял подвеску. Когда он уже собирался снять шестеренку, Чин настоял на том, чтобы забрать подвеску полностью. "Я куплю тебе новую", - сказал Чин, улыбаясь. Джом слишком устал, чтобы спорить, и, честно говоря, он был обижен, видя, что Чин решительно настроен вернуть свою шестеренку. Делай что хочешь, Чин. Бери все, что хочешь! Он протянул серебряную цепочку Чину, тот с готовностью взял ее и надел прямо перед ним. "Завтра наденешь мою шестеренку, - продолжил Чин. "Сегодня вечером мы обменяемся обратно " - ответил Джом. "Зачем меняться? У меня уже есть твоя. Носи мою. Вечером я просто куплю тебе новую цепочку для своей шестеренки", - сказал Чин. Джом удивлено посмотрел на него. Что он хочет сказать? Джом не стал дальше об этом думать, лишь бы тот был счастлив. Он уже собрался уходить, но Чин обнял его за плечи и потянул за собой, чтобы догнать ушедшего далеко вперед Пхета. Парень весело рассмеялся, чем вызвал у него легкое раздражение. В голове крутились разные мысли. Сегодня у него слишком хорошее настроение. Что б ему не радоваться? Конечно, он же собирался подарить Шестеренку девушке. В последнее время Чин не так часто разговаривал по телефону, как в начале семестра, и не так часто пропадал из группы. Другими словами, он был с ним почти все время, казалось, что у Чина нет никого особенного, и заставляло его время от времени думать о себе высоко. Но он забыл, что не был с Чином 24 часа в сутки 7 дней в неделю. Когда он не был с ним, Чин мог разговаривать с кем угодно. Почему он чувствовал себя как жена, у которой муж завел любовницу? Джом энергично потряс головой, чтобы прояснить ситуацию. "У тебя закружится голова", - услышал он знакомый голос, а рука остановила его трясущуюся голову. Он посмотрел на Чина, и скорчил гримасу. Парень озадаченно приподнял бровь. Он не понимал, почему Джом так себя ведет. "Что случилось? Почему ты делаешь такое лицо?"- спросил Чин, не только заговорив, но и повернув голову, чтобы посмотреть на него. Кроха поспешно отмахнулся от руки Чина, опасаясь, что Пхет, занятый переписыванием домашнего задания, и близнецы, болтающие за столом, поднимут глаза и увидят. "Мое лицо - мое дело", - раздраженно ответил Джом и тут же услышал, как кто-то сзади окликнул его по имени. Он обернулся и, увидев, кто это, поднял руки в почтительном приветствии. Мел прибыл вместе с Чарльзом и Мотом - полным составом грозных стражей. С тех пор, как Мел принес ему шпаргалки (которые, кстати, он использовал как подушку, вместо того, чтобы их читать), они с ним не виделись. "Я сегодня свободен. Давай поедим вместе. Ты мой должник", - весело предложил Мел. Джом сузил глаза, словно желая спросить, кто кому, что, где, когда и как должен. Мел от души рассмеялся и поправил себя: "Виноват, я должен тебе ужин". "Так звучит лучше",- улыбнулся Джом. В другой раз Краха сразу бы согласился, но сегодня... это было невозможно. Не стоит забывать, что у него была назначена встреча с Чином, чтобы купить подвеску взамен той, которую Чин у него забрал. Он не понимал, зачем тому понадобилось все так усложнять, но он уже согласился. "Я сегодня не свободен, П'Мел. Мы можем встретиться в другой день?"- спросил Джом, но в его глазах уже читалась мольба. Пожалуйста, просто, согласись. Мел рассмеялся и кивнул. "Хорошо, хорошо. Тогда в какой день? Ты завтра свободен?" Когда его спрашивали подобным образом, ему приходилось задумываться о том, есть ли у него планы на завтра. Занятия заканчиваются в три часа дня. У него не было тренировки, а ребята вроде ничего не планировали… Значит, он свободен. Джом уже хотел ответить, но не успел, рядом с ним встал человек, выглядевший взволнованным и встревоженным, заставив его повернуться и посмотреть. "Эй! Кроха, нам нужно поторопиться, иначе мы опоздаем", - сказал Чин, выглядевший настолько встревоженным, что это заставило Джома тоже запаниковать. Не дав ему возможности подумать о том, куда они могут опоздать, Чин схватил его за руку, потянул и потащил за собой. Видя это, он без сопротивления последовал за ним, хотя и не понимал, зачем. Через час ярко-розовое такси привезло их с Чином в торговый центр в центре города. Чин так и не смог ответить на вопрос, к чему была такая спешка. Приехав в торговый центр, он потащил его в магазин, где продавались серебряные украшения. Эй! Его подвеска была всего лишь дешевой безделушкой! "Ты мог бы просто купить мне поддельное серебряное ожерелье на рынке",-прошептал он Чину, но тот сделал вид, что не услышал. Тогда он придвинулся ближе и повторил. Не успел он закончить, как Чин повернулся, и рот Джома почти коснулся его подбородка. Испугавшись, Кроха, поспешно отпрянул. Я чуть не схлопотал сердечный приступ! Джом отвернулся, чувствуя, как пылают его щеки, и подскочил, когда Чин спросил его: "Ты уже выбрал?" На лице Чина было такое безразличие, что Джому стало стыдно за то, что он о нем подумал. Ладно, если тот настаивает на покупке, он выберет. Его же всегда можно заменить. Он посмотрел на разные серебряные подвески и выбрал простую, без всяких узоров. "Вот это". – Он указал на него и Чину, и продавцу. Чин кивнул, не спрашивая о цене. Когда Джом же увидел ценник, он чуть не упал в обморок... 2 600 бат! Он быстро отмахнулся от него, но Чин уже открыл кошелек и отсчитал продавцу деньги. "Ты можешь просто поменять его на мое старую подвеску", - сказал он, чувствуя себя неловко, когда Чин протянул ему пакет. "Мне оно не нравится", - ответил парень, отчего ему стало еще более неловко. "Тогда я попрошу его поменять его. Извините..." – Он начал поворачиваться к продавцу, но Чин повел его на выход. "Не надо суетиться, просто носи его", - отругал его Чин. Я не суечусь, просто, зачем покупать дорогую… Думал он, удивленно глядя на друга, но тот не обращал на него внимания. Пройдя несколько шагов, Чин вдруг заговорил. "В этом месяце у меня не остается денег на еду. Тебе придется угощать меня". Так вот в чем дело! Джом посмотрел на подвеску в пакете и неохотно кивнул. Он был слишком добросердечным и праведным, чтобы отказаться. "Хорошо, я угощу тебя". Чин лукаво улыбнулся. Возможно, Джом слишком много думал. Когда они вернулись в общежитие, было уже очень поздно. Джом первым направился в свою комнату, но не успел он открыть дверь, как Чин протянул ему еще один пакет. Тот посмотрел на него, но не взял. Чин настоял, и Джом забрал его. "Что это?" - спросил он. Чин не ответил. Тогда он сам открыл пакет. Внутри оказался флакон парфюма. "Ты хочешь сказать, что от меня плохо пахнет? Я принимаю душ каждый день, знаешь ли", - быстро добавил Джом, подняв обе руки, чтобы понюхать себя. Никакого запаха. Чин покачал головой, выражение его лица было нечитаемым. "Просто прими это. Они дали мне его бесплатно", - сказал он, кивнув. Кто это "они"? Кто такой щедрый, что раздает дорогой парфюм в хорошо упакованном пакете? И когда Чин получил его? О, он вспомнил, это было в то время, когда Чин сказал, что собирается снять деньги, и на некоторое время исчез в толпе. Когда он спросил, почему так долго, друг ответил, что искал банкомат, хотя тот находился всего в нескольких шагах от того места, где они стояли. Он указал на него Чину, тот лишь пожал плечами и больше ничего не сказал... Наверное, так и было. Джом кивнул и открыл свою дверь. Не успела дверь закрыться, как он услышал голос Чина. "Не забудь завтра надеть шестеренку". Джом ничего не ответил, только пробормотал про себя: "Почему Чин так беспокоился о своей Шестеренке?" Положив пакет, он открыл коробку с парфюмом и понюхал. Почувствовав запах, он на несколько секунд остолбенел, его конечности ослабли. Это был тот же запах, что и у Чина! Утром Джом стоял перед зеркалом дольше обычного, хотя уже успел одеться и уложить волосы. Пхет встал с кровати, пошел в ванную, вышел, а он все еще стоял там, глядя на себя в зеркало и колебался. "Ты что, Нарцисс, влюбленный в собственное отражение? Ты пялишься в зеркало с тех пор, как я принимал душ". Когда Пхет так над ним издевался, он пытался найти оправдание. "Я же красавчик. Не надо так открыто завидовать. Не каждый может быть таким, как ты, не в силах смотреть на свое лицо в зеркало... Ай!" Не успел он договорить, как Пхет ударил его по голове, заставив вскрикнуть. "Ах ты, ублюдок! Не можешь смириться с правдой, да?" - пробормотал про себя Джом. Он не хотел начинать день с драки. Это испортит весь день! Пхет покачал головой и отвернулся к шкафу. Взгляд Джома вернулся к тем же вещам: подвеске "Шестеренка" и парфюму. Он не знал, как долго смотрел на них, но когда услышал, что Пхет зовет его, принял твердое решение. "Пойдем. Я голоден". "Хорошо", - ответил Джом, взял подвеску и надел ее. Он почувствовал, как кожа на месте прикосновения шестеренки нагревается, словно клеймо. Может, он просто спятил? Эта шестеренка была такой же, как его собственная. Джом любил говорить, что Пхет всегда драматизирует, но сейчас сам драматизировал еще больше. Он покачал головой и вышел вслед за другом из комнаты, не брызгаясь ни старым, ни новым парфюмом. Когда, они вышли из комнаты, Чин и Кенг были уже на месте. "Кроха задержал нас", - проворчал Пхет. Обычно Джом отвечал на такие выпады, но сегодня он был слишком сосредоточен на взгляде, устремленном на его шею, чтобы реагировать. Когда Чин удовлетворенно улыбнулся, казалось, его сердце заколотилось. "Пойдем. Разве ты не говорил, что голоден?" Джом хмыкнул, чтобы скрыть смущение, и пошел вперед. Через несколько шагов по лестнице рядом с ним кто-то прошел. Когда он поднял голову, то сразу же отвел взгляд, но не раньше, чем что-то прокомментировал, отчего его лицо вспыхнуло. "Красивая подвеска. Хорошо сочетается с шестеренкой". "Да", - пробормотал он, пытаясь сохранить нейтральное выражение лица, что было так же трудно, как удержать ноги от того, чтобы не сдаться и не упасть с лестницы. Он не знал, просто ли Чин делает замечание или это что- то другое, но краем глаза он увидел, как тот улыбается. Через некоторое время Чин принюхался и тихо спросил: " Почему ты не стал пользоваться моим парфюмом?" Лицо Джома без всякой причины снова разгорелось. Он покачал головой и быстро проговорил: "Я забыл". Чин кивнул, не выглядя сердитым, даже, кажется, забавляясь. Он, вероятно, понял, но был достаточно любезен, чтобы не сказать ничего, что могло бы смутить Кроху. Джом шел медленнее, чем обычно, глядя на дорогу. Сегодня расстояние от общежития до факультета казалось длиннее, чем обычно. "Чин, ты только сейчас решил похвастаться шестеренкой?" - внезапно спросил Кенг. – "Все уже давно выложили свои фотографии". Джом слегка запнулся, а Чин вскинул бровь и улыбнулся. "Не лезь не в свое дело". Кроха удивленно посмотрев в их сторону, задумался, почему именно сейчас они заговорили о ней. Но Чин пожал плечами и не стал отвечать Кенгу. Ладно, ему не интересно было знать. В кафетерии Джом отделился от своих друзей, чтобы встать в очередь за рисом и карри. В ожидании он по привычке достал телефон. Открыв Facebook, чтобы проверить свою популярность у девушек, он получил ответ на вопрос, о чем говорили Кенг и Чин. Час назад Чинтай Вирараксакул опубликовал фотографию, на которой была изображена подвеска с шестеренкой... его шестеренкой… Как только он увидел ее, сердце бешено забилось. Фотография Шестеренки с надписью: "Моя". "Хорошо ли я сфотографировал?" Голос человека, о котором он думал, внезапно раздался сзади, сопровождаемый теплым дыханием, указывающим на то, как близко они находятся. Джом слегка отодвинулся, чтобы не оказаться слишком близко, и оглянулся, чтобы показать свое неодобрение грубого сюрприза. "Так себе", - ответил он, пожав плечами, чтобы скрыть смущение от того, что его застали за разглядыванием фотографии. "Разве тебе не нравится?" - спросил парень. Джом подумал, что Чин шутит, но выражение его лица было серьезным. Тогда он снова открыл фотографию. Ого, фотография Чина понравилась более чем сотне человек. Какая популярность! Он надулся, но поставил лайк, не упустив возможности подколоть парня, как это сделал Кенг. "Выпендрежник". Чин не выглядел обиженным, вместо этого он искренне рассмеялся. "Ну, чтобы получить это, пришлось немало потрудиться". Чин говорил спокойно, но глаза его блестели. Джом не был уверен, имел ли в виду Чин группу поддержки при получении Шестеренки, или же он тонко издевался на Джомом за то, что он стал ее тайным обладателем. Но он догадался, что это последнее! Он снова посмотрел на Чина и мысленно проклял его. Ты же хотел, чтобы я оставил ее себе, не так ли? Тебе повезло, что я отдал тебе свою. Никакой благодарности!