«Из друга в поклонники»

Глава 31.

Редакторы: @molly75 // @RedFoxLeka

Прошла неделя с тех пор, как Джом привык, что гипс - его 33-й орган. Но тот, кто вел себя как его 34-й орган, вмешивался во все его дела. Даже когда Джом настаивал на отказе от помощи, этот человек навязывал ее ему, из-за чего он порой не знал, ранена ли его рука или он совершенно беспомощен. К тому же Пхет то появлялся, то исчезал, иногда оставался у друзей, а на занятия приходил с таким видом, будто подрался. Чин использовал это как предлог, чтобы "позаботиться" о нем. Это происходило не только в общежитии: даже когда они выходили на улицу, этот человек все равно вмешивался. Однажды, когда Чан пригласил его поесть Сом-Там на задворках кампуса, и он согласился, кое-кто тут же возразил. - Сейчас тебе нельзя есть Сом-Там. Подожди, пока тебе не станет лучше. В другой раз, когда он отправился с друзьями в бар, кое-кто повел себя как дисциплинарный учитель. - Я заказал для тебя жареный рис. Прими лекарство перед едой. Никакого алкоголя, иначе тебе не станет лучше. Когда он ссорился с Кенгом из-за закусок, кое-кто хмуро встал между ними. - Кенг, не тяни так сильно. У него повреждена рука. Даже во время сна это не прекращалось... - Подвинься, Кроха. Положи подушку под левую руку, а то не выспишься. Когда он в раздражении отвернулся, человек снова закричал: “Эй! Не спи на гипсе!” Иногда ему хотелось крикнуть, что он не инвалид, но, зная, что споры приведут лишь к тому, что собеседник будет приводить еще больше доводов, он смирился с этим. Джом винил Пхета за то, что тот стал очень скрытым в последнее время. И сегодня был очень рад, что по возвращению в общежитие, Пхет не исчез, как обычно. По крайней мере, Чин не мог вмешиваться слишком сильно, потому что Джом мог использовать Пхета как щит. Он посмотрел на Чина, который проводил его до комнаты, и почувствовал себя победителем. Но его облегчение было недолгим... Зазвонил телефон Пхета. Посмотрев на экран, Пхет выглядел так, словно его заставили проглотить горькое лекарство. Джом с интересом приподнял бровь, но прежде чем он успел приблизиться из-за любопытства (или опасения), его друг неохотно ответил на звонок. - Я не приду. Завтра экзамен, - сказал Пхет раздраженно. Ответ еще больше разозлил его, и он выпалил: “Мне не нужна твоя помощь. Оставь свой интеллект при себе. Мне он не нужен”. Джом удивленно смотрел на Пхета, впервые видя его таким сердитым. Пхет громко выругался, заставив Джома вздрогнуть. - Да, пошел ты, - проворчал его друг и направился к выходу. Джом все еще был слишком ошеломлен, чтобы спросить, куда он направляется. - Я не вернусь сегодня, - сказал Пхет, словно только, что вспомнив, прежде чем выйти из комнаты. Он уже понял, что этой фразой Пхет подложил для него атомную бомбу. То, что Пхет не вернется, не было большой проблемой: он мог бы сказать об этом шепотом или позвонить позже. Но почему... он должен был сказать это при Чине!!! Как только дверь закрылась, кое-то повернулся к нему с торжествующей улыбкой и сказал: “Я останусь у тебя на ночь”. Он посмотрел на человека перед собой, а затем на закрытую дверь. “Пхет, вернись!!!” Не в силах что-то изменить, он успокоил себя и пересел на кровать, чтобы подготовиться к завтрашнему экзамену. Он зевнул, но заставил себя не заснуть, терпеливо выжидая, пока “гость” уйдет. Однако, Чин не сдвинулся с дивана, лишь изредка бросая на него взгляды. Он не знал, когда задремал, но проснулся от того, что книга выпала у него из рук. Он легонько шлепнул себя по лицу, чтобы проснуться. - У тебя слюни текут, - сказал Чин. Джом быстро вытер рот, но тут же понял, что его обманули. Прежде чем он сообразил, что сказать в ответ, Чин подтянул его вверх, усадил и притянул к себе. Не успел он опомниться, как оказался сидящим впереди Чина, подбородок которого удобно устроился у него на плече. - Отпусти. Он попытался оттолкнуться, но, находясь близко к его спине, не мог пошевелиться. - Сиди спокойно, а то повредишь руку, - укорял Чин, не отпуская ее. Он повернулся и посмотрел на Чина. - Тогда отпусти. Мне нужно заниматься, - отрывисто сказал он, но Чин, вероятно, знал, что это было оправданием. Если раньше ему хотелось спать, то теперь он бодрствовал. Близость нервировала его, а теплое дыхание на ухе заставляло напрягаться каждый нерв. - Я буду с тобой заниматься, - мягко предложил Чин. - Нет! Я сам могу читать. Отпусти, - без колебаний отказался он, борясь за свободу. Чин не обратил на это внимания, взял книгу, которую тот уронил, и держал ее одной рукой, а другой осторожно растирал левую руку, ту, что была в гипсе. - Все еще болит? - тихо спросил Чин. Он молчал, и Чин поцеловал его в шею. Джом замер, не зная, что делать. Чин отстранился и принялся массировать левую руку, чтобы улучшить кровообращение. Он не знал, когда заснул, но, проснувшись посреди ночи, оказался в объятиях Чина, снова используя его руку в качестве подушки! ●Чин● Телефон зазвонил, когда он шел обратно в общежитие. Звонившей была Мим! Несмотря на то, что он не отвечал на ее звонки после того случая, Мим была настойчива. Он махнул Кенгу и Пхету рукой. Кое-кто попытался последовать за ними, но он вовремя схватил его за правое запястье. Кроха попытался вырваться, но он держал его крепко. Кроха был не доволен, но ему было все равно. Лучше всего было показать свою искренность сейчас. Красные губы Крохи надулись почти до самого его носа, но какое бы выражение они ни принимали, оно было ему симпатично. - Отпусти меня, - продолжал сопротивляться Кроха. Вместо того чтобы отпустить, он оттащил его в укромный уголок. Чин ответил на звонок, опустив телефон на уровень ушей Крохи. Тот попытался отодвинуться, но он перешел от держания за руку к обхвату за талию, не обращая внимания на широко раскрытые глаза. - Тебе что-то нужно, Мим? - спросил он, не сводя глаз с недовольного лица Джома. - Почему мне сразу что-то нужно? Я просто... - ответила другая сторона. Этого было достаточно, чтобы сделать вывод об отсутствии реальной причины для звонка. Он не хотел тратить время. - Если ничего нет, я повешу трубку, - сказал он, но тут его прервал голос Мим. - Разве ты не хочешь поговорить со мной?- Голос Мим был немного грустным, но это его не интересовало. Иначе грустным был бы он сам. - Кое-кто расстроится, - сказал он, подмигнув Крохе, который теперь дулся и надувал щеки. Он думал, что это страшно? Это было мило! - С кем ты Чин? Раздраженный голос Мим вернул его к разговору. - Не твое дело. Так что ты хочешь? - спросил он, не утруждая себя вежливостью. На мгновение стало тихо, прежде чем Мим заговорила, голос ее дрожал. - Дело в Йорке. Я боюсь, что он не порвет со мной и продолжает угрожающий... Он не стал слушать дальше, не желая выслушивать новые ее истории. Он рассмеялся, вспомнив странный звонок двухдневной давности. - Вы новый парень Мим? – спросил звонивший, как только он ответил на звонок. – Мим – моя. Потом он понял, что речь идет о его знакомой, но все равно был в замешательстве. - К чему такой вопрос? - спросил он. - Ты думаешь, что сможешь отнять у меня Мим? Он рассмеялся, как будто это была шутка. - Прости. Не знаю, что тебе сказали, но в этом нет никакой правды. У меня есть кое-кто, и я не настолько глуп, чтобы обманывать. Мим меня не интересует. - Но Мим сказала, что ты ее новый парень. Звонивший настаивал на своем, оставив его в ошеломлении. - Как тебя зовут? - спросил он. - Йорк. Этого было достаточно, чтобы он понял. - Мим сказала это, потому что ты ей изменил. Даже если ты ее парень, причинять ей боль - это слишком. После его слов собеседник рассмеялся, хотя ничего смешного в этом не было. - Я, изменил? Я причиняю ей боль? Я даю ей все, что она хочет. Мим сказала это, потому что хочет уйти от меня к тебе. Он не удивился догадке звонившего, но ответил спокойно: “Я не хочу опускаться до такого уровня”. Он не был предубежден на счет Мим, но словам человека по имени Йорк доверял больше. Поэтому у него больше не было причин разговаривать с Мим. Истории, которую Мим придумала в тот день, было достаточно, чтобы заставить его насторожиться. Он винил не только ее, потому что и сам был виноват в том, что решил, будто проблема Мим "срочная и нуждается в его помощи". Но "срочно" не значит "важно". Его одурачили дважды, и этого было достаточно! - Я не смогу прийти, извини. Мим, попроси кого-нибудь другого о помощи, - быстро сказал он, не желая больше задерживаться. - Чин ты не можешь бросить меня. Голос на другом конце был напряженным, но последняя фраза дрогнула. - Как я уже сказал, я не смогу прийти. И в следующий раз, если я ни при чем, не звони. Мне некомфортно, и моему мужчине тоже. Вот и все. Не дождавшись ответа, он повесил трубку. Когда телефон зазвонил снова, он отключил звук и убрал его в карман. Затем он поднял глаза на парня, который стоял перед ним, наклонившись так, что их лбы соприкасались. - Я давно расстался с Мим. Я уже говорил тебе, когда близнецы спрашивали. Но в тот день, когда я пропустил нашу встречу, а тебя сбила машина, это потому что мне позвонила Мим, и сказала, что ее парень издевается над ней. Мне было невыносимо видеть, как причиняют боль женщине, поэтому я должен был уйти. Я бы поступил так же, даже если бы это была другая подруга, а не Мим. Я не ждал, что ты простишь меня, но очень надеялся. Я просто хочу, чтобы ты знал: я никогда не считал Мим важнее тебя. Никто не может быть важнее тебя. Ведь сейчас Джом был для него самым важным человеком. Маленькая фигурка перед ним напряглась, и он это почувствовал. Он слабо улыбнулся, не принуждая к пониманию. - Просто прошу... пожалуйста, прости меня поскорее, Кроха. Он шел, ошеломленный, следуя за тем, кто его вел, и совершенно не понимая этого. “Я никогда не считал Мим важнее тебя. Никто не может быть важнее тебя”. Эта фраза полностью выбила Джома из колеи и следующее, что он осознал, это то, что он оказался у входа в общежитие. Он остановился, когда увидел черный Mercedes SLK, выезжавший из парковки общежития. Внезапно он подумал о машине Мэла. Но почему Мэл должен быть здесь? Никто из друзей Мэла не жил с ним в одном здании. Если бы Мэл пришел к нему, он бы позвонил. Но его телефон молчал в кармане. Он не запомнил номер машины, потому что был слишком удивлен, но он точно знал, что за то время, что он живет здесь, он никогда не видел такой машины у общежития. Такая машина мечты, увиденная однажды, была бы незабываема. Чья бы это ни была машина, его это не касалось! Он перестал думать об этом и поднялся в свою комнату. Там снова никого не было, но лежала записка: “Сегодня не вернусь”. В последнее время Пхет так привязался к своей девушке, что ему вдруг захотелось посмотреть, насколько красива девушка Пхета, раз она его так зацепила. Но она, должно быть, очень даже ничего, потому что следы на его ключице с каждым днем становились все отчетливее! Вскоре после этого Кенг и Чин пришли за ним на ужин. Затем Кенг расстался со своей многолетней интрижкой, которая заехала за ним в общежитие. С расстояния он мог сказать, что у нее отличная фигура. Если бы ему нужна была такая девушка, где бы он ее нашел? Может быть, она поможет ему забыть кое-кого. Только он подумал об этом, как этот кое-кто шагнул к нему. Подняв голову, он увидел, что на него смотрит Чин. Как он не попытался увернуться, но Чин продолжал загораживать его, пока он не потерял терпение. - Что, черт возьми, ты делаешь? На что ты смотрел? - бесстрастно спросил Чин. - Не твое дело, - пробормотал он, сверкая глазами. Но вместо того чтобы отступить, Чин схватил его за правую руку и потащил в комнату, захлопнув дверь. После этого Чин зашагал по комнате, возбужденный. Джом сел на кровать и стал играть со своим телефоном, не обращая внимания на его присутствие в комнате. Ответив на сообщения от Си и остальных, он открыл Facebook ,куда не заглядывал уже несколько дней. Первое, что он увидел, было сообщение, которое привлекло его внимание. Он быстро пролистал его, боясь прочесть в нем слишком много. Однако вскоре он снова увидел тот же статус, ведь у него было так мало контактов на Facebook. “Извини”. Его рука, державшая телефон, неконтролируемо дрожала. Он не стал проверять, кто поставил лайк или оставил комментарий, а просто выключил экран. Внезапно он вспомнил о ярких записках, приклеенных к молоку, которые каким-то образом оказывались в его сумке каждый день. Он выпивал его, потому что не хотел тратить его впустую, но эти записи... У него не было причин хранить их. “Прости, Кроха”. “Помирись со мной, Кроха”. “Улыбнись мне, пожалуйста”. “Ты все еще злишься на меня?” И еще много других сообщений. Он не мог отрицать, что каждый раз его сердце дрожало. Он не хотел, чтобы ему снова причинили боль, но как долго он сможет оставаться бессердечным? Поступок Чина в эти дни заставил Джома почувствовать, что он действительно важен для него. *** Промучившись более полумесяца, он наконец-то смог снять гипс. Чин настоял на том, чтобы поехать с ним в больницу, хотя он отказывался, сказав, что в этом нет необходимости. Другие его друзья согласились, что кто-то должен пойти с ним, так что у него не было выбора. Результаты рентгена показали, что кость зажила хорошо, но он все еще не мог прилагать слишком много усилий. Что касается игры в теннис, то он мог продолжать играть как обычно, только осторожно, чтобы не слишком напрягать левую руку. На протяжении всего процесса отпиливания гипса Чин крепко держал его правую руку. То, что началось как страх, превратилось в утешение. Хотя он не сжимал ее в ответ, он чувствовал заботу, исходящую от этой руки, тепло, которого он не хотел, потому что оно заставило бы его слишком много думать. Он вернулся в комнату около четырех часов и первым делом принял душ, так как его рука, освобожденная от гипса, остро нуждалась в этом. После душа он спокойно заснул. Проснулся он от того, что Пхет открыл дверь, и, увидев, что тот держит в руках, сразу проснулся. Проект! Черт! Он совсем забыл! - Когда будет проект? - спросил он в панике, и ответ Пхета заставил его вскрикнуть. - В следующий понедельник. - Что? Следующий понедельник?! - закричал он, расширив глаза, понимая, что срок сдачи важнейшего проекта так же важен, как и выпускные экзамены. - Следующий понедельник! Подождите, сегодня пятница. Джом считал на пальцах с бешено колотящимся сердцем. У него было всего три дня, включая сегодняшний. Три дня на завершение проекта! Это безумие!!! Он сидел, удрученный, не зная, с чего начать. К вечеру, когда близнецы пришли в гости, а Кенг и Чин присоединились к ним в его комнате, он все еще держал голову в той же позе. Пхет объяснил им ситуацию. - Как далеко ты продвинулся? - доброжелательно спросил Чан. Он надулся, прежде чем четко ответить: “Еще не начал”. Все расширили глаза и несколько раз постучали по его голове, даже Чан, его обычно добрый друг. Он забыл, но у него был готов план проекта. Он поделился, но они все равно покачали головами. - А как насчет материалов? Они у тебя есть? - спросил Артит, раздраженно глядя на него. Когда он покачал головой, они все дружно вздохнули. - Учитывая, что ты чуть не стал инвалидом, хорошо бы помочь, - сказал Артит, ткнув его лбом, едва не сбив с ног. Когда Чан пришел к выводу, что они помогут ему закончить проект, он почувствовал облегчение. Их проекты уже были закончены. Проект Чина по созданию датчика движения тоже был завершен и выглядел впечатляюще. Но Джом не мог не задаться вопросом, как Чин нашел время для этого, ведь он почти все время был с ним. Самым большим сюрпризом стал Пхет, который закончил свой проект раньше срока и проделал отличную работу. Его система подачи воды и света, управляемая по таймеру, впечатляет. При виде схем на панели управления ему захотелось трижды поклониться. Трудно было поверить, что у Пхета хватило на это мозгов. А когда он работал над ней? Он не видел, как Пхет что-то делает, потому что если бы видел, то запомнил бы. Возможно, тайная интрижка Пхета помогла ему. Подумав об этом, он поразился тому, что современные женщины умеют не только спать, но и выполнять техническую работу. Может, ему стоит завести такую же интрижку, как у Пхета, чтобы помогала в работе? Проект Кенга тоже был почти закончен, и на него легла основная нагрузка. Джом подробно рассказал друзьям о своем проекте, который представлял собой счетчик, использующий инфракрасные цепи. Он не только хорошо выглядел, но и серьезно относился к учебе. Рабочей базой их проекта была комната Чина, несмотря на то, что он настаивал на своей собственной. Чин спокойно сказал, что место слишком маленькое. Две кровати занимают все пространство. Из-за этого все согласились работать в комнате Чина. - Сначала спросите меня, хочу ли я прийти! Джом безмолвно жаловался, но не хотел усложнять ситуацию, ведь все жертвовали своим временем, чтобы помочь. Что бы они ни сказали, он последует за ними. В предстоящий понедельник, или просто "завтра", должен был состояться день сдачи проекта. Его проект был почти готов. В течение последних двух дней члены группы усердно работали. Если бы не надвигающийся дедлайн, дышащий им в затылок, такого единения, наверное, не было бы. Он был очень тронут всеобщим добродушием. - Эй, Кроха, передай мне шарикоподшипник, - протянул руку перед ним Артит, сосредоточенный на сборке машины. Джом порылся в груде оборудования на полу, но так и не смог его найти. - Где он? Я не вижу его. - Чин взял его минуту назад. Куда он делся? - пробормотал Пхет, помогая Артиту держать аппарат в устойчивом положении. - Я видел, как он вышел на балкон. Чан указал на балкон, где хозяин комнаты задернул плотные шторы, чтобы заслонить солнечный свет. - Иди и спроси его, - кивнул Пхет в его сторону. Джом покачал головой и тут же ответил: “Почему бы тебе не пойти?” Пхет поднял голову и оскалил зубы. - Ты, маленький говнюк, это твой проект, а ты все еще приказываешь мне. Ты идешь или нет? Он не только говорил, но и вел себя так, словно собирался отпустить машину, которую они собирали. Этого было достаточно, чтобы он подскочил, как будто его кресло загорелось и ничего не оставалось, как выйти на балкон. Сначала он подумал, что Чин вышел позвонить, но увидел, что Чин прислонился к перилам, выдыхая в небо серый дым. Он повернулся и посмотрел на него с нечитаемым выражением лица. Джом закашлялся, потому что не выносил сигаретного дыма. Он не собирался вмешиваться в дела Чина, но его рот двигался быстрее, чем мозг. - Ты куришь? Чин кивнул, удивив его тем, что никогда раньше не видел, чтобы парень прикасался к сигарете, и не чувствовал от него запаха дыма, разве что недавно. Но он решил, что это от Кенга. - Тебе это не нравится, поэтому я не курю при тебе, - сказал Чин, словно прочитав его мысли. - Правда? Он смог сказать только это, а затем отвернулся, не зная, что еще сказать. Он не знал, как реагировать. - Я редко курю. В последнее время у меня был стресс, - сказал Чин. Он только кивнул, не решаясь спросить, что именно беспокоит Чина. В глубине души ему хотелось верить, что это как-то связано с ним, но он напомнил себе, что не стоит делать поспешных выводов, потому что в итоге пострадает именно он. Отбросив ненужные мысли, он спросил о проекте - причине, по которой ему пришлось встретиться с Чином здесь. - Артит не может найти шарикоподшипник. Куда ты его положил? Чин пристально смотрел на него, пока тот не почувствовал себя неловко. Вместо ответа Чин придвинулся ближе, сделал еще одну затяжку, а затем раздавил сигарету о перила. Чин схватил его за руку и притянул к себе. Он открыл рот, чтобы закричать от удивления, но не успел издать ни звука, как сухие губы Чина прижались к его губам, сильно всасывая их, а затем просунули язык в рот. Поцелуй начался яростно и агрессивно, словно дразня, но постепенно стал нежным, как знакомый поцелуй. Знакомый? Он был поражен собственными мыслями. С каких это пор ему стали знакомы поцелуи Чина? Его разум был затуманен, он не мог ясно мыслить, пока его целовали страстно, почти голодно. До его носа донесся запах сигарет. Хотя он был неприятен, но, как ни странно, возбуждал. - Отпусти. Он стучал по груди Чина, потому что не мог дышать. Чин отпустил его, но задержался, осыпая поцелуями его лицо. Когда к нему вернулись чувства, он понял, что место, где они с Чином стояли, отделено от остальных в комнате лишь занавеской. Когда Чин снова попытался поцеловать его, он оттолкнул Чина и повернулся, чтобы уйти, но Чин схватил его за руку и потянул назад, обнимая сзади. Он попытался высвободиться, но положение не позволяло приложить силу, поэтому он мог лишь неловко бороться в объятиях Чина. Он нервно огляделся по сторонам. Несмотря на то, что напротив общежития не было здания, на уровне третьего этажа их мог увидеть любой, кто смотрел снизу вверх. - Отпусти, - твердо сказал Джом. Вместо того чтобы отпустить, Чин положил лицо ему на плечо и слабо прошептал: “Я скучаю по тебе”. Эти простые слова заставили его сердце трепетать, как при землетрясении. Он тяжело сглотнул, сдерживая слова, которые хотел сказать… “Я тоже скучаю по тебе”. Но он молчал. - Ты все еще злишься на меня? - приглушенным голосом спросил Чин. Джом прикусил губу, не зная, что ответить. - Отпусти меня. Мне нужно вернуться к работе, - сказал он, используя работу в качестве оправдания, потому что не мог придумать ничего другого. На самом деле он сделал не так уж много. Основной вклад в это внесли Артит и Чин. - Я могу сделать все это для тебя, - сказал Чин, крепче обхватывая его за талию. Лицо Чина, зарытое в его плечо, переместилось на щеку, а губы прошлись по шее, заставив его отстраниться. - Нет-нет, отпусти меня, - он старался, чтобы его голос был ровным, но казалось, что это не так. - Пожалуйста, перестань злиться на меня, Джом, - умоляюще произнес Чин, заставляя его дрожать. - Я скучаю по тебе. Быть рядом с тобой, но ты не смотришь на меня. Не заботиться, не разговаривать со мной - все равно что оттолкнуть меня. Это пытка, Кроха. Он застыл в той же позе, бессознательно обнимая себя. Иногда действия Чина заставляли его задуматься... Что мы такое? Когда у Джома появился ответ, он понял, что обманывал себя, принимая желаемое за действительное. Но когда он пытался отстраниться, Чин возвращался, поколебав его решимость. Его сердце вовсе не было сильным, он просто пытался казаться крутым, потому что на самом деле его сердце было слишком хрупким, чтобы выдержать постоянную боль. Одной сердечной боли было более чем достаточно. Именно поэтому он не открывал сообщения, которые присылал ему Чин, боясь, что он дрогнет и смягчится, и в итоге ему снова будет больно. - Эй, кроха, ты пошел за Чином и исчез. Ты собираешься закончить свой проект или нет? Громкий голос из комнаты донесся до того места, где он стоял, а затем раздался звук раздвижной стеклянной двери. Джом отпрыгнул от Чина так быстро, что тот упал на пол. Наверное, поэтому говорят, что люди могут поднимать холодильники, когда их дом горит. Теперь он это понял. - Ваш друг слишком долго стоял на солнце и потерял сознание. Я как раз собирался привести его сюда, - спокойно сказал он Артиту, но кто-то оказался еще спокойнее... Чин кивнул в знак согласия и даже помахал рукой, чтобы он помог. Он уже собирался передать его Артиту, но тут его прервал спокойный голос Чина: “Я, наверное, выбросил подшипники двигателя”. Чин угрожал ему его же проектом! Он мог только ворчать, но в итоге ему пришлось помогать Чину. Его рост был вдвое меньше, чем у Чина, но парень все равно навалился на него всем своим весом, заставив пошатнуться. Он с трудом втащил Чина обратно в комнату. Оказавшись внутри, он позволил Чину рухнуть на пол и обошел его, чтобы сесть рядом с Чаном, делая вид, что не замечает взгляда Чина, следящего за ним. “Я давно расстался с Мим... Я никогда не считал Мим важнее тебя. Никто не может быть важнее тебя”. Слова Чина все еще звучали в его ушах. Как бы сильно они ни заставляли его сердце трепетать, он не мог забыть реальность... он гей. То, что Чин расстался с Мим, не означает, что он переключится на него. То, что Чин считал его более важным, чем Мим, не означало, что Чин любил его. Однажды ему уже было больно. Даже если он снова вырежет себе сердце, это будет не больнее, чем раньше. По крайней мере, это было бы лучше, чем терпеть бесконечную боль.