Кэтрин

Lemon tree very pretty and the lemon flower is sweet But the fruit of the poor lemon is impossible to eat.

После смерти её отца Джорджу пришлось продать дом и распустить всех слуг. Теперь Кэтрин Джоан Биллингсли вынуждена ходить на рынок в субботний день, а так же готовить, убирать, стирать штопать. Злые языки на рынке переключились с Кэтрин на её мужа. «Нужда заставила. А кто виноват в этой нужде? Кто сгубил женщину из богатой семьи и приданое спустил??» А может, им совесть не позволяла трогать Кэтрин теперь (конечно, если у базарных людей вообще есть совесть), ведь в четверг она похоронила дочь. Кэтрин не всегда была такой. Когда-то она звалась Кэти Парсонс. Она никогда не носила чёрное и позволяла себе вольности. Она гоняла на велосипеде в лёгком полосатом «пляжном» платье и без шляпки прямо по площади и громко смеялась. Она распускала волосы и заговаривала с молодыми людьми первой. Она плевалась и бранилась, как портовый грузчик. Она поддерживала этих ненормальных, считающих, что женщина может быть равна мужчине. Отец говорил «перебесится». Мать говорила, что во всём виноваты дрянные французские писаки. А Энни говорила, что всё это оттого, что Кэти страшная, чернявая и тощая; и в конечном итоге, её выдадут за богатого урода. В конечном итоге, Энни Парсонс выдали замуж за владельца табачной фабрики, вдовца сорока восьми лет. А Кэти встретила Джорджа. Лемони родилась в мае, и её волосы были цвета лимонных леденцов, которые так любила в детстве Кэти. Её крестили Кэролайн, но в семье все так и звали её — Лемони. Кэтрин поклялась себе, что дочь никогда не повторит её судьбу. Она ни за что не выйдет замуж по «любви», не будет знать нужды, ей не придётся продавать дом и распускать слуг. В 16 лет Лемони расцвела, как майская роза. Кэтрин решила, что пора искать ей мужа, но Джордж сказал подождать ещё годик, вот Кирэн вернётся из школы, и тогда. Не судьба. Мать, снисходительно глядя на Кэтрин, рассказала о том, как потеряла четверых мальчиков, прежде чем дать жизнь ей и Энни. Она говорила, что у Кэтрин есть муж, и сама она ещё не так стара. Может родить ещё одну дочь. Джордж сказал, что у них ведь есть ещё Кирэн, Кларисса и Клементина. А если муж Энни займёт ему немного денег, у них есть ещё и надежда. Энни сказала, что это бог наказал Кэти за непристойное поведение. «У меня вот совсем не может быть детей, а у тебя ещё трое осталось». Радуйся, Кэтрин Джоан Биллингсли. Церковь говорила, что Лемони сейчас в лучшем мире. Да что они понимают вообще, эти святые «отцы». Они не знают, что значит хоронить дочь. В такие моменты ей хотелось превратиться в Кэти Парсонс, плюнуть в пол и выругаться, как портовый грузчик. Но вместо этого она пыталась принимать смерть, как они, как что-то каждодневное и банальное, как завтрак и ланч. Не смогла. Кирэна срочно вернули из школы, но со дня приезда он не сказал ни слова. Может, поверил базарным сплетням о том, что Кэролайн Биллингсли не просто утонула, а бросилась с моста лишь бы её не выдали замуж за старого урода силком в 16 лет. Но нет, этого не может быть. Лемони не такая. Она бы никогда. Нет. Джордж сказал, что Кирэн нахватался в школе всяких идей, и пора бы завершить его образование. Всё равно денег на это нет. Да и возраст у него сейчас такой. Перебесится. Кларисса и Клементина вряд ли понимали, что происходит, но тоже помалкивали, глядя на старшего брата. Кэтрин Джоан Биллингсли несла домой тяжёлую корзину, шла длинным путём, избегая поворота к реке. Она будет панически бояться воды до конца своих дней и после. Дома её ждут готовка и уборка. У неё есть Джордж, Кирэн, Кларисса и Клементина. У неё есть её 37 лет и чувство вины. У неё нет денег и нет надежды. И Лемони у неё тоже больше нет.