Обмен

      Рауль, пытался высмотреть в толпе чёрное домино. Веселье было в самом разгаре, и на молодого человека никто не обращал внимания, ведь лицо его надёжно скрывала маска. Он думал о нелепости своего положения, ведь ему пришлось пренебречь обычаями своего круга и нарядиться в дурацкое белое домино. Что-то таинственное происходило с Кристиной, и только ради разгадки этой тайны он пошёл на унизительную жертву. А толпа бурно веселилась, не замечая его смятения и расстройства. Человек эгоистичен и тщеславен по своей натуре, ему никогда нет дела до ближнего, пока самому что-то не понадобится. Рауль бродил по залам Оперы, не в силах устоять на месте, сильная тревога снедала молодого человека. Наконец, он вошёл в маленькую гостиную рядом с фойе, то самое место, о котором писала Кристина!       Он не успел встать у дверей, ведущих в ротонду, как вдруг перед ним возникла женщина в чёрном домино, лицо её было скрыто маской.       — Кр… — хотел было воскликнуть Рауль.       Но дама приложила палец в кружевной перчатке к губам своей маски и лёгким кивком, велела виконту следовать за собой. Он покорился, хотя его снедало беспокойство. Кристина в чёрном казалась тоньше и меньше ростом, её грациозная походка, заставляла оборачиваться мужчин и бросать убийственные взгляды женщин. Рауль почти бежал, чтобы не отстать от своей северной феи! Кристина! Как много волшебства было в самом её имени и как много воспоминаний оно рождало в нём.       Они поднялись по лестнице, нырнули в коридор, где начинались гримёрки артистов, прошли его до конца, пока не остановились у незнакомых дверей. Разум Рауля был опьянён близостью Кристины, язык же скован приказом хранить молчание. Кристина отперла дверь ключом, который достала из ридикюля, затем схватила Рауля за руку и втянула его за собой в чью-то гримёрку.       — Вот и всё, мой прекрасный граф, вы попались! — произнёс чужой ласковый голос.       Рауль, ошеломлённый странным превращением Кристины в незнакомку, оказался прижатым спиной к двери. В темноте с него сняли маску, и в следующее мгновение, нежные губы прижались к его похолодевшим губам.       ***       Кристина сразу заметила Рауля, который прохаживался, одетый в белое домино среди веселящейся толпы. Она пришла немного раньше и была счастлива, что он тоже не стал ждать. Сердце девушки отчаянно билось, ведь где-то рядом находился Эрик, он никогда не оставит её в покое, хотя сегодня обещал не преследовать. Но разве можно было верить монстру? Кристина сама себя отругала, нет, он не монстр, а просто очень несчастный человек! Его голос и мастерство, завораживали её! Если бы не Рауль и не ужасающее уродство Эрика, то она бы могла… Но нет!       В страхе, что она может упустить Рауля, Кристина ускорила шаг. К счастью, он сразу пошёл к условленному месту и встал в дверях, ведущих в ротонду. До полуночи было ещё целая четверть часа, и Кристина подумала, что не стоит заставлять милого Рауля ждать. Она подошла к Раулю, одетому в белое домино, и слегка сжала кончики его пальцев на ходу.       — Ах, вот оно! — раздался не взволнованный, а скорее игривый шёпот.       Кристина обернулась и заметила, что белое домино идёт за ней. Сердце уже стучало где-то в районе горла, настолько сильное волнение охватило девушку. Она шла, меняя маршрут, желая запутать того, кто мог в эту минуту следить за ними! Лихорадочно оглядываясь по сторонам, Кристина с трепетом, опасалась увидеть в одной из масок горящие жёлтые глаза! От одной только мысли ей становилось дурно. Наконец, она привела Рауля к дверям ложи, открыла их и показала жестом своему спутнику войти.       — Крошка, ты сегодня особенно изобретательна! — раздался мужской голос, настолько решительный, что Кристина затрепетала.       Она не успела выбежать из ложи, как оказалась в чьих-то сильных объятиях.       — Пустите, вы с ума сошли, Рауль! — попыталась она вырваться.       — Что это? — белое домино, сорвало с девушки маску. — Что за шутки, мадемуазель Дайе? И при чём здесь Рауль?       Белое домино отпустило её, но тут же встало у двери, преградив пути к отступлению. Кристина металась по ложе и остановилась лишь тогда, когда неизвестный, которого она принимала за Рауля, снял маску. С ужасом бедная девушка узнала лицо графа де Шаньи.       — Я требую объяснений, что здесь происходит? И во что вы втянули моего младшего брата?       Кристина спрятала лицо в ладонях, и прекрасные её плечи задрожали от плача. Граф несколько смутился, но вновь со всей суровостью потребовал:       — Говорите!       ***       — Ах, какая ошибочка! — ворковала Сорелли, поправляя наряд.       Они зажгли свет, сразу, как только Рауль стал кричать и вырываться из её объятий.        — Почему вы так одеты? — со слезами в голосе, спросил виконт, пряча взгляд.       Плащ распахнулся на груди балерины, обнажая глубокий вырез.       — Я хотела сделать сюрприз вашему брату, — весело объяснила Сорелли немало не смущаясь. — Но как же схожи ваши мысли! Вы тоже пришли в белом домино!       — Я думал, мой брат чужд подобных глупостей! — ответил сердито Рауль.       — Ну вы же не чужды, — усмехнулась красавица-итальянка. — А всё же вы с такой лёгкостью последовали за мной, а потом отказались от моих поцелуев.       — Я думал, что вы… другая, — Рауль надел маску. — Я, может быть, ещё успею с ней встретиться!       — С кем это? — Сорелли кокетливо сняла плащ. — Неужели с малюткой Дайе?       — Нет, — но его щёки уже начали краснеть, и несносная балерина залилась смехом.       Потом она танцующей походкой подошла к нему и положила руки на плечи.       — Полно вам, в этом месте хватает сплетников, а вы слишком наивны, чтобы уметь скрывать свои чувства! Вы, наверное, уже не найдёте Кристину, а я вашего брата, так почему бы нам не побеседовать немного?       Сорелли подвела Рауля к креслу и усадила, а сама принялась рыться в одном из ящиков, пока не достала полупустую бутылку хереса       — Это чтобы разговор прошёл легче, — произнесла она, беззаботно улыбаясь.       Рауль вздохнул.       ***       — Полно, мадемуазель! — граф де Шаньи потряс Кристину за плечи. — Не плачьте, слезами здесь не поможешь. Говорите, мой брат предлагал вам стать его любовницей? Или вы питаете безумные надежды женить его на себе?        — Что? — Кристина сбросила с себя его руки и быстро утёрла слёзы. — Почему вы говорите такие ужасные вещи?       — Простите, если я вас обидел своей прямотой, — граф отвёл взгляд. — Но я люблю Рауля непросто, как брата, он мне ближе сына! Я не хочу, чтобы он портил будущность…       — Связавшись с такой, как я? — закончила за него Кристина. — Я всё поняла и больше не смею вам досаждать своим присутствием.       На этот раз граф отошёл от двери, и Кристина даже её открыла, но выглянув, тут же захлопнула и дрожа прислонилась к ней спиной.       — Что там? — граф протянул руку к двери.       — Прошу вас, тише! Он не должен нас услышать!       Глаза девушки округлились от ужаса, теперь она напоминала Филиппу очаровательную полярную сову. Но граф одёрнул себя, не стоило поддаваться очарованию этой пустышки.       — Ещё один любовник? — спросил он с иронией.       Кристина изменилась в лице и, прежде чем Филипп смог продолжить обидные для неё речи, залепила ему звонкую пощёчину. Граф был настолько потрясён, что слова застряли у него в середине горла, вырвавшись наружу одним восклицанием:       — О!       — Я никогда не забывала своего места, — холодно произнесла Кристина, бесстрашно глядя на Филиппа. — Никогда! Да, я бедная сирота, шведка, живущая из милости у доброй госпожи Валериус! Да, я поздно раскрылась и имела несчастье понравиться публике. И да, мы с вашим братом были большими друзьями в детстве и разделяем дорогие для нас обоих воспоминания о той поре! Но не более! Никогда я ни словом, ни делом не дала повода, чтобы заподозрить меня в корысти или в недопустимом поведении. Почему же вы с такой лёгкостью, осыпаете меня оскорблениями? Чем я перед вами виновата?       Филипп потёр щеку, словно всё ещё не веря в произошедшее. Кристина стояла перед ним высокая и прекрасная, как древняя валькирия!       — Хорошо, — начал он миролюбиво. — Оскорбления были, и правда, лишними, за них прошу меня простить. Но это не отменяет того, что ваша история с Раулем и это странное свидание, выглядят подозрительно. Мальчик, только в начале жизни, он чист и добр, его легко можно обмануть. Поэтому мои опасения не пустая прихоть и даже не дворянское возмущение! А забота любящего старшего брата.       Он подошёл к ней ближе, чтобы иметь возможность посмотреть в бездонные синие глаза.       — Он несколько недель ходил сам не свой, я догадывался, что дело может быть в вас, и навёл справки. Ходили ужасные для порядочной девушки слухи о том, что вы живёте у любовника и пока не показываетесь в театре, об экстравагантных ночных поездках в Тюильри. Я предостерёг Рауля, но тот, очевидно, не прислушался ко мне. Давайте будем откровенны? Вам нужны деньги? Вы в опасности? О вас никто ничего не знает, наверное, даже ваш успех для многих вас знавших стал полной неожиданностью. Кто вы такая, Кристина Дайе? Ангел или демон?       — Я дочь шведского скрипача, — мужество, кажется, покинуло девушку, плечи её поникли, на глазах вновь блеснули слёзы. — А сейчас я пленница очень опасного человека.       Филипп прикусил верхнюю губу, значит, был любовник! Но то, что рассказала Кристина, заставило графа пройти весь спектр чувств от недоверия до возмущения.       ***       — Прекрасный виконт, — смеялась Сорелли, отпивая из горлышка вино и отдавая бутылку Раулю. — В этом месте происходят страшные вещи! Призрак оперы не дремлет! Так, по крайней мере, говорят малютки из кордебалета! Не удивлюсь, если Кристина оказалась под воздействием его чар!       — Я не верю в призраков! — Рауль сделал несколько больших глотков. — Но я могу поверить в бессердечие кокетки.       — Кокетки? — последовал новый взрыв смеха, который балерина запила сладким хересом. — Я знаю толк в кокетках, и Кристина Дайе к ним не относится. Вот Карлота да, эта испанская потаскуха, не краснейте виконт, эта потаскуха известно, как пробилась на сцену. Кристина же честная девушка! Даже думать не смейте, иначе я разозлюсь и прокляну вас! Знаете, проклятия итальянок особенно легко сбываются, потому что мы знаем толк в страсти и ругани! Не то, что вы французы! — она ещё раз рассмеялась, а потом положила белую руку, уже без перчатки, на плечо Раулю. — Будьте смелее! Ваш брат, на вашем месте украл бы Кристину и увёз подальше от этого змеиного клубка, который у нас тут мило именуется богемой. Она сокровище, мой милый мальчик!       Рауль допил вино, поднялся с пылающим от решительности взглядом и подал руку Сорелли.       — Помогите мне найти её! Я увезу Кристину сегодня же!       — Другой разговор, ragazzo! — Сорелли встала, надела перчатки, маску и своё чёрное домино.       Белый плащ Рауля был испачкан вином, но молодой человек ни о чём другом, кроме Кристины, думать не мог. Найти, может быть, она ещё здесь!       ***       — Дело серьёзно, — с мрачным видом проговорил граф. — Это человек опасен, где, вы говорите, находится его логово?       — Этого я вам не скажу, — Кристина помотала головой. — Я признательна ему и ещё немного жалею. Мне не хотелось бы, чтобы ему навредили.       — Мне кажется, сейчас не время для благородства, — Филипп нахмурился. — Увы, я слишком хорошо знаю своего брата, то что может навредить тем, кого он любит, навредит и ему.       — Что же делать?       — Давайте, найдём Рауля, он, наверное, до сих пор ждёт вас у входа в ротонду, — Филипп надел маску.       — Но там может быть ОН! — Кристина в страхе посмотрела на дверь. — Я видела его, он в костюме Красной смерти!       — Тем лучше, — Филипп показал спрятанный в плаще пистолет. — Не беспокойтесь, я не буду стрелять без необходимости, слишком много ни в чём неповинных людей вокруг.       Кристина кивнула, надела чёрную маску и приняла любезно предложенную ей Филиппом руку.       ***       Рауль и правда стоял, пусть и не особо твёрдо, прислонившись к двери в малой гостиной. Рядом с ним находилась какая-то женщина в чёрном домино, Филипп сразу же узнал Сорелли.       — Что с вами? — Кристина подошла к Раулю и коснулась его руки.       — Кристина, это вы? — его голос был слаб, но хотя бы не дрожал.       Граф огляделся, никого похожего на господина в маске Красной смерти он не заметил. Тогда быстро граф схватил брата за плечи и, нагнувшись к уху, прошептал.       — Увези мадемуазель Кристину в наше поместье, не теряй времени, вели кучеру не жалеть лошадей!       Рауль признательно обнял брата, а потом крепко сжал руку Кристины.       — Нам следует поторопиться! Спешим!       Молодой люди умчались как вихрь. Сорелли подошла к графу.       — Ночь ещё не закончилась, не хотите ли вы меня подвезти?       — С великим удовольствием, моя дорогая, — машинально произнёс Филипп, думая о чём-то своём.       Он довёз балерину до её дома на улице Шерш-Миди, но зайти отказался, сказав таинственное, что у него есть дела. Филипп не стал пояснять любезной девушке, что собирается устроить себе забаву в духе предков, настоящую облавную охоту на диковинного зверя, поселившегося где-то в недрах Оперы. Да, Кристина не сказала, где именно, но нетрудно было догадаться, что речь шла о подвалах оперы Гарнье! Первым делом, Филипп направился к своему приятелю префекту полиции Парижа, и несмотря на поздний час, графа де Шаньи приняли.