На что только не пойдёшь, лишь бы откосить от работы

      — Жри!       Вокс толкнул пластиковую миску и та проехалась, пока не упёрлась Аластору в щёку. Тот брезгливо сморщился.       — Я не голоден.       — Когда я говорю жрать, - Вокс в два широких шага подршёл к пленнику, ничком распростёртому на полу. — Надо жрать, пока есть возможность! — он сжал Аластора за ухо и дёрнул его голову к миске, собираясь впечатать лицо в месиво химозного собачьего корма.       Аластор демонстративно сморщил нос.        - И чем только кормят животных в эти дни! Поистине дегенератовная эпоха настала, неудивительно, что ты так мастерски идёшь в ногу со временем.       Рука, стискивающая его бедное ухо, сжалась сильнее, его приподняли выше — и впечатали. Но не в мерзкую миску, а в пол рядом с ней.       — По-моему тебя слегка подводят твои окуляры. Или в руки ты тоже вшил механику? — пробубнил радио-демон в ковёр.       — Просто не хочу лишать тебя обеда, — проворковал Вокс, нагибаясь ниже. Теперь он ухватил пленника за волосы и держал так, что кончик носа Аластора едва не утыкался в корм. — Я же забочусь о питомцах.       — Боюсь, я решил сесть на диету.       — А, с каких пор? Только что?!       Аластор скосил красные глаза.       — Какая поразительная догадливость! Я смотрю, что-то в твоей коробке ещё не окончательно проржавело!       — Микросхемы не ржавеют! — самодовольно отрезал тот и откинул голову пленного, вновь мимо миски. — Микросхемы заменяют! — теперь он пнул самого Аластора, так, что тот откатился на пару метров. — Когда появляются новее! Надёжнее! Совершеннее! — С финальным словом он взгромоздил ногу врагу на грудь, ткнув каблуком в рану под одеждой. Улыбка не дрогнула.       — Бред, помноженный натрое, всё ещё бред!       Вокс фыркнул. Мысок лакированного ботинка толкнул подбородок врага, чтобы откинуть выше лицо, застланное разметавшимися волосами. — И да, я бы на твоём месте что-то сожрал, пока есть возможность. А то кто знает, долго у меня хорошее настроение!       — Не переживай, авось не помру! — подбодрил его пленник. Ботинок зарядил в челюсть.       Хмыкнув, Вокс отступил, поправляя пиджак. Аластор поводил пострадавшей челюстью.       — Бьёшь в полсилы? Я ожидал чего поинтереснее. Неужели сам себя моришь голодом? — поинтересовался он, приподнимаясь на лопатках.       — Мне некогда с тобой тут возиться, - кинул теле-демон через плечо. - В отличие от тебя некоторые заняты серьёзными делами. И смотри. Чтобы к моему приходу всё было вылизано! — и утопал, посмеиваясь.       Аластор откинулся на спине.       Что и говори, для управления столь крупной корпорацией требуется немало времени — даже Вокс это, кажется, понимает. Так что можно рассчитывать на несколько часов скуки, с одной стороны. С другой же несколько часов блаженного покоя.       Детские потуги принцессы Чарли и её недоумков и впрямь забавляли некоторое время. Но всё приедается, особенно когда рана в груди постоянно чертовски ноет и отдаётся болезненным эхо по всему телу при каждом движении. Когда верная купленная дорогой ценой магия барахлит в самые неподходящие моменты. Когда этот любитель самого броского декора на свете расхаживает туда-сюда, служа непрестанным напоминанием слабости — этот напыщенный селезень смог там, где он, ужасающий Аластор, не мог выстоять и бежал, впервые в посмертии вынужден был бежать, едва не пав позорно героической смертью...       Что может быть хуже альтруизма! Да никогда больше, что бы эта Мэри Поппинс там ему ни приказывала!       А сейчас ни её дурацких команд, ни предложений сходить на терапевтический сеанс, прости господи, ни жалкого гудения одержимого слабака, умудряющегося позорить себя с каждым словом. Что ж, хоть какой-то талант!..       Раздались шаги и двери открылись.       Валентино на столько был погружён в телефон, что чуть не споткнулся об Аластора. Опустив голову, он выругался по-испански и заорал:       — Эй! Что здесь делает эта мерзость! Кто-нибудь, уберите это немедленно!       В гостиную немедленно вбежал какой-то прислужник.       — Да не красного парня, вот это! — Валентино неприязненно ткнул в миску с кормом.       Прислужник поднял её и тут близорукий демон разглядел миску получше.       — Это что, мой реквизит? Серьёзно?! Какого хуя? Кто разрешал брать реквизит с моей студии?!       — Боюсь, ваш партнёр Вокс, - подсказал голос снизу. Вал покосился на радио-демона.       — Если для ваших очередных блятских игр нужен мой реквизит, пускай нахуй спрашивает! — воскликнул он. Затем развернулся, кажется, немедленно забывая об Аласторе, и прикрикнул на подчинённого, чтобы тот вычистил миску.       — Убери её потом в шкаф девять, рядом со всякой фурри-хернёй, откуда я помню, где она, блять, стояла!.. — прозвенело в гостиной, прежде чем двери захлопнулись.       Аластор умиротворённо вздохнул. Но благодать длилась недолго.       Минут через пятнадцать двери открылись опять и уголки извечной улыбки пошли раздражёнными морщинками. Снова-здорова.       — Аласто-ор! Гляди, что у меня есть! — пропел Вокс, вкатывая тележку с подносом. — Если скажешь "пожалуйста", даже дам посмотреть на вкусняшку!       — Я бы предпочёл выколоть оба глаза.       Вокс пропустил реплику мимо своих аудио-сенсоров. Змеящиеся провода обвились вокруг рожек пленника и вздёрнули вверх, усаживая Аластора на кресло, которое сам Вокс заботливо подкатил сзади.       Отсутствие миски с кормом он тоже проигнорировал. Подскочив к столику, демон снял с подноса серебряный купол и торжественно продемонстрировал некую миску.       В густом бульоне плавало некое мясо-овощное месиво. По цвету напоминало всё тот же корм. По запаху... Аластор фыркнул. Запах очень пытался быть чем-то знакомым. Но всухую проигрывал неповторимому оригиналу.       — Ну как тебе? Настоящая гамба-джамба, или как её там! — воскликнул Вокс, водя рукой, чтобы донести до Аластра аромат. Столик назрдился ровно на том расстоянии, чтобы пускающий слюну пленник видел блюдо, но безнадёжно не мог до него дотянуться. Пленник правда и не пытался.       — С мясом имповских младенцев, между прочим!       — Полагаю, это объясняет одну из причин, почему что не так с этой кошмарной амальгамой. Мясо адорождённых весьма специфично и идёт не во все блюда. Я вообще его недолюбливаю, слишком отдаёт серой!       — Ой, какая неженка. Вот не заливай мне про высокие вкусы, от тебя это слышать — со смеху подохнуть.       — Ах, если бы...       Вокс нахмурился. Он планировал завязать радио-демону рот, прежде чем оставить с гамбо наедине, но передумал.       — У меня там завал, между прочим, а ты отвлекаешь!       — Я?! - Аластор прыснул со смеху. — Я лежал и наслаждался тишиной!       — Ах вот как! — злорадно воскликнул Вокс. — ну и наслаждайся на здоровье! Приятного аппетита! — прежде, чем снова уйти, он щёлкнул пальцами и из колонок под потолком раздался омерзительно громкий бум-бокс.       Аластор раздражённо выдохнул и повёл ухом. Неразбериха басов сменилась на умиротворяющий джаз.       — Ах, Бенни Гудмен, вот мы попали! На что только не пойдёшь, лишь бы откосить от работы! — пропел он, вертясь на своём стуле.       — Чё за муть тут играет, этот бумер решил тряхнуть стариной?.. — В двери гостиной прошествовала Вельветт.       Естественно, ни у кого в этой башне нет вкуса.        — Вокса едва ли стоит винить в подобном вкусе. И… Боюсь, у меня не было выбора, юная леди, надо же как-то отвлечься от скинутых на меня страданий! — Аластор драматично кивнул в сторону столика. Вельветт принюхалась.       — А, так вот чем несёт, а я думала, твоя стариковская вонь. — тут она вновь втянула запах. — Погодь. Так.       Она подбежала к столику и принюхалась тщательнее.       — Мне кажется или...       — Мне тоже казалось, что там присутствует некий химикат. — Аластор подкатил на стуле ближе к ней.       — Вокс, блять! Серьёзно! Этот ингредиент только поступил, он хоть понимает, какая это дорогая херня?!       — Для ваший зелий? — уточнил Аластор.       — И из мой. Сука. Лаборатории. Убью нахрен...       — Он всегда был таким. Ничуть не удивлён, что не потрудился измениться и ради союзников.       Вельветт, ринувшаяся было к выходу, обернулась.       — Ну да, вы же тип знакомы с допотопных времён! — произнесла она и в глазах сверкнула жажда сплетен. Желание слушать. Это всё, чего Аластору было нужно.       — Имею несчастье. Помнится, в шестьдесят втором он заключил сделку с одной исследовательской компанией, а потом попытался присвоить себе их патенты. С ним пытались судиться, но он решил разнести всё их здание. И еле ноги унёс! Как всегда бестактно, грубо и никакой дельной стратегии.       — Скандал видать был?       — Ну конечно! — Аластор довольно крутанулся на стуле. — Не думаете де вы всерьёз, что он уже тогда имел даже то мизерное влияние, какое имеет сегодня? Но боюсь, — добавил он, когда увидел, что Вельветт утыкается в телефон. — в интернете не сохранилось данных о том занимательном происшествии, а ту компанию он поглотил в восьмидесятых.        — Всё подтёр?! Так и знала, — девушка фыркнула.        — Можно найти разве только в архивных газетах и, — радио-демон качнул ушастой головой. — здесь!        — Пфф, ты всерьёз предлагаешь мне лезть в какой-то пыльный архив? Ради подобной херни?! - естественно она это сказала. Молодёжь с их клиповым мышлением...        — Что вы, моя дорогая! Если уж вас на столько заинтересовал тот случай, я готов дать вам приватное интервью!        — Серьёзно? А подвох?       Аластор расплылся в своей фирменной чеширской улыбке.        — Вокс меня задолбал.       — Меня б за столько лет он тоже задолбал, не удивительно, что у тебя кукуха того... — пробормотала Вельветт, настраивая камеру на телефоне.       — О, нет-нет-нет-нет, это лицо только для аудио, дорогуша! — предупредительно сощурился демон.       — Замётано. — Вельветт не то, чтобы собиралась публиковать компромат на товарища. Но полезно держать что-то такое при себе. К тому же она помирала от любопытства. — Диктофон на три, два...              Этот утомительный день подходил к не менее утомительному завершению. Вернувшись со своих неимоверно важных дел, Вокс оттащил Аластора к себе в кабинет, где пытался хвастаться графиками роста прибыли. Вместо этого ему пришлось прерывать лекцию о том, что даже в текущие времена нормальным людям не нужен псевдоинтеллект искусственного производства для того, чтобы криво писать, рисовать или планировать, что даже у него, Вокса, это получится, если он постарается посильнее, и вообще, почему же это не мыльный пузырь и финансовая пирамида, если так похож на мыльный пузырь и финансовую пирамиду.       — Ах, я ценю твои потуги воссоздать кризис двадцать девятого года, однако лучшие времена не вернуть, увы! — щебетал он, болтая ногами, пока Вокс топал съёмки какой-то очередной передачи и его провода волокли кресло с болтливым трофеем — проинспектировать, ну и побахвалиться, на сколько далеко шагнула техника.       Как на зло что-то на площадке в этот день закоротило, где-то выскочил нужный момент штепсель.... Но со звуком не было неполадок, так что Аластор гордо заявлял, что он не при чём, а после того, как его кресло с нескольких метров толкнули на угол стены, посоветовал поправить нервишки в санатории.       — Ага, на каком-нибудь сраном болоте? — ухмыльнулся Вокс.       — Хотя бы там, где есть трава, которую можно потрогать. Или тебя закоротит даже от подобного?..              Но вот день подходил к концу чёртов зомбоящик опять обжимался со своей чёртовой ночной бабочкой. В порыве своей чёртовой страсти он попытался присесть, возможно Валентино предполагал, что на стол, а возможно вообще ничего не предполагал — но получилось куда-то на колени к Аластору.       Радио-демон проворно откатился и Вокс, почему-то не подумавший о подобном риске, плюхнулся на пол, увлекая Валентино за собой.       — Хочешь прямо здесь, amorcito? - сквозь смех протянул Вал, перекрывая поток брани.       — Нет. Пойдём на кровать.       — Брось, ты и на полу под столом будешь выглядеть весьма мужественно! — хихикнул Валентино, замечая сияние румянца на прямоугольном лице. — По-моему у меня был такой фильм, зашёл вполне хорошо!..       — Вал, заткнись!       — А ты заткни меня, мм?       "Белоснежку" той студии, при его жизни выпускавшей главным образом мультфильмы про мышей, Аластор увидел уже после кончины, но счёл вполне приличной лентой. Если он и имел какие-либо претензии, так это к поцелую в конце. Никогда не понимал, что люли находят в подобном. Всегда выглядит мерзко. Но что сказать, когда у кого-то лицо плоское под стать его юмору (и провода-змеи разворачивают тебя каждый раз, когда пытаешься откатиться), то это выглядит по-своему уморительно.       — Признаю, мистер Валентино, вы мастер в любовных науках, кто бы ещё умудрился хорошо поцеловать поднос, — вывел Аластор сквозь зубы, когда его в очередной раз крутануло обратно и ещё потому, что в этот раз у него не был запечатан рот.       — Чё, завидно! — огрызнулся Вокс, отрываясь и с не меньшей напористостью разворачиваясь к радио-демону.       — Просто подмечаю забавный факт, — провода перетягивали грудь, но Аластор умудрился пожать плечами с легчайшей непринуждённостью. — и выражаю сочувствие. Вероятно долго приходилось практиковаться... Подскажите, Валентино, вы для этого использовали как раз подносы? Или реальные теле-экраны?       Валентино снова выдал смешок.       — Импотентным сучкам слова не давали! — Вокс снова уставился на пленника.       — Давай продолжим, Воксик, так хорошо начали! — промурчал Валентино, перетягивая лицо-экран на себя. Но стоило им прильнуть друг к другу, прервался теперь уже он, хихикнув партнёру в губы.       — Знаешь, я и правда практиковался разок на подносе. Тогда у тебя ещё экран с выгнутого сменился на плоский и было непривычно... Пару разов.       — Вал, сдурел?! Он же слышит! Он же смотрит! — Вокс опять зарумянился ярким неоном. Валентино пощурился — свет бил по глазам в полумраке комнаты.        — А мне так нравится, что он смотрит! — подзадорил он тем не менее. — Ну давай, на вчерашней волне, ты был так по-особому хорош!..       — Что и на себя не похож? — не успел Аластор закончить, провода замотали ему пасть.       — Да чё ты вообще в этом смыслишь, мерин херов, смотри и учись! — добавил Вокс.       Но почему-то в этот вечер у сладкой парочки не задалось.       — Извини. Услал за день, — пробурчал теле-демон.       — Все так и норовят тебя выбесить, бедняжка? — хмыкнул Валентино и тот воскликнул "Вот именно!", не распознав в голосе тонкой иронии.       Они принялись было укладываться спать, но Вокс зыркнул вправо и на его экране засветилась ухмылочка. Откинув край одеяла в лицо партнёру, он соскочил к кровати, поправил облегающие боксеры и, шагнув за кресло Аластора, толкнул его вперёд. Кресло ударилось о край кровати. Проводка, сжимавшая пленника, в считанные секунды расплелась и заплелась обратно, сжимая его руки, но уже не приматывая к спинке. Аластор плюхнулся лицом в матрас, словно гусеница. Вокс выдал громкий смешок, отпинывая кресло в сторону.       — И что это ты удумал?! — прошипел радио-демон сквозь динамики, волчком разворачиваясь в полусидячее положение лицом ко врагу. Округлившиеся глаза-фонари вспыхнули кроваво-красным. Оскал-частокол сиял агрессивным жёлтым в тусклой комнате. Рожки подросли и словно впитывали в себя немногочисленный свет. Вокс не заметил, как по углам из теней полезли сотканные изо мрака щупальца, в любой момент готовые по праву защитить хозяина. Согласно их сделке Вокс мог требовать от него мирно оставаться в плену — но более.       — Ничего такого. Твоим трухлявым косточкам неудобно было видать спать прямо в кресле?.. Впрочем! Если у тебя есть идеи, я готов выслушать! — Вокс составил брови домиком, запрыгивая на кровать между Валентино и пленником и легонько потыкал последнего локтем.       Аластор сощурился. Тот даже оттянул провода от его рта для ответа.       — Кресло меня вполне устраивало. — вывел Аластор, едва сдерживая гнев и презрение.        — Ха! Продолжишь бухтеть, будешь спать на полу! — Вокс отпустил провода, они словно резинки шлёпнули Аластора по губам, а затем заискрились мини-разрядом. Улыбка дрогнула лишь чтобы передать ещё больше ненависти.       — Ну-ну, я же знаю, стариков надо беречь, — рассмеялся Вокс и похлопал радио-демона по плечу, затем убрал руку. — Извини, что без пижамки. Ты же не возражаешь!       — Мм, может, и впрямь без пижамки! — протянул Валентино.       — Чтоб я этого уёбка оставил не связанным больше, чем на пару секунд? Да ни в жизнь, — буркнул Вокс в вполголоса и принялся устраиваться. Валентино возмущённо руганулся, когда его пихнули — места на кровати стало заметно меньше.       К тому же Вокс лежал к Аластору не вплотную, давая ему немного пространства. Не то, чтобы Аластор это ценил. Как ни приятно было поменять положение из сидячего впервые за всё время, он бы всё ещё предпочёл кресло.       — У вас же типа там договор?       — Ага. Договор с Аластором.       — Если так не доверяешь ему, зачем было впускать его к нам? — Валентино недоумённо дёрнул антенной вдобавок к приподнятой брови.       — Пока эта сучка связана, нам ничё не грозит! А магия у него сам видел — пёрднула его магия! Я такую легко подавляю!       Валентино не был уверен на счёт данного суждения, но не стал спорить. Спорить с Воксом — себя не ценить.       Из-за изголовья кровати заструились провода, подключая теле-голову теле-демона на подзарядку. Экран стал тусклым. Вокс подложил локти под голову, пихнув Валентино ещё раз, затем скрестил зачем-то ноги и наконец расслабился, погружаясь в режим сна. Некоторое время в комнате царила тишина.       — Ах, какая идиллия! — раздался негромкий голос, полный статики и насмешки. Когда Вокс задремал, провода на лице Аластора ослабли и спали. — Вы. Ваш сердешный полюбовник. И сердешный, хм, противник вашего сердешного полюбовника. Красота, не правда ли?       — Кого? Сердечный кто-кто? — откликнулся Вал. Через пару секунд он расшифровал сказанное. — А. Пф. Да мы просто ебёмся.       — Я и не ставил этого под сомнение. Ведь Вокс при любом удобном случае стремится подчеркнуть, что вы лишь бизнес-партнёры! — Аластор перевернулся на спину и поёрзал плечами, устраиваясь поудобнее.       — Вот как? — Валентино перевёл взгляд на батарейку, тускло мигающую на экране партнёра.       — И при неудобном тоже, — раздражённо продолжил Аластор. — Как будто кому-либо есть дело.       Антенки-усики демонического мотылька вскинулись вверх.       — А чё ещё он про меня там болтал?        — Дайте-ка вспомнить. Ах, да, больше ничего! Собственно-то и упоминал сугубо в контексте подчёркнутого бизнес-партнёрства, ну и того, что за вами всё время якабы приходится прибирать дела.       — Ах, прибирать приходится, — проворчал Валентино и добавил ещё какое-то испанское словцо. — А за ним? А за ним?! Когда он блять зиганул на камеру во время ебаного брифинга, кто за ним в сетях прибирал?! Вельветт! А когда эти его Вокскары начали сжирать пассажиров?! Кто выпустил линейку рекламы с упором на вор?!..       — Вор?.. Что, где? Кто пробрался!.. — экран воксовой головы резко включился на полную мощность, ослепив обоих демонов.       — Никто, cariño mío, — плоско откликнулся Вал.       — Твоя паранойя сильна как никогда прежде! — чуть более живо хмыкнул Аластор.       — Не было у меня никогда паранойи! — Вокс развернулся к Валентино спиной, наставив на Аластора сердитый заспанный монитор.       — Хм, ты уверен? Вот что бывает, когда окружаешь себя всякими этими вай-фаями и пять джи излучениями, мало что остаётся от мозгов.       — Да это те же самые радио-волны, придурок безграмотный! — Вокс усмехнулся.       Аластор пропустил мимо ушей.       — ...Впрочем, учитывая, что в последнее время твоя голова всё тоньше и места в ней становится меньше!..       Вокс рыкнул. Один из проводов начал обвиваться вокруг шеи радио-демона.       — А, между прочим здесь и в самом деле комфортно лежать! — радостно отметил тот. — Ортопедический матрасик? Решил позаботиться о склеозе на старости лет?       — Я младше тебя! — рявкнул Вокс и провод сжался удавкой. — Вот так будешь спать! И радуйся, что не под потолком!       На это радио-демон сложил руки в молитвенном жесте и затем ткнул пальцем в потолок, намекая на свой выбор. Петля сжала сильнее, выдавливая из пленника остатки воздуха.       Удовлетворённо хмыкнув, Вокс вновь взялся укладываться.       Валентино скривил губы, когда тот в своей возне пихнул его на самый край постели. Приподнявшись на локте, демон-мотыль увидел, что распластавшийся Вокс по-прежнему выдерживает с Аластором небольшую дистанцию. И впрямь параноик херов...       Мотыль поднялся.       — Ты куда?!       — Раз трахаться сегодня не будем, я посплю в своей кровати.       — А, может, утром чё-нибудь нарисуется, мм?       — Зайдёшь и нарисуешь у меня. — отрезал Вал, накидывая на себя отороченный мехом халат.       — Боюсь, рисует он так же плохо, как и выслушивает критику, беспечно хихикнули динамики.       — Так говоришь, будто понял, в чём смысл! — фыркнул Вокс.       — Во всех смыслах! — насмешливо прилетело из его же собственной аудио-системы.       — No hay discusión sobre eso! — проворчал Валентино, но на него не обратили внимания. Вокс схватил за провод и тянул его, не то как тянут поводок непослушной собаки, не то как перерезают горло струной.       Валентино демонстративно хлопнул дверью на всю комнату. Вокс и антенкой не повёл.       — Слышишь, Ал! Смысл для тебя тут только один, — прошипел теле-демон, вплотную нависая над пленным. — Ты моя сученька! — он упёр свободную ладонь прямо в рану старого врага и надавил всем своим весом. — И будешь вести себя как моя сученька, хочешь ты того или нет! Я понятно выражаюсь?       Провод-удавка на шее отпустил, позволяя ответить.       — Если бы ты вёл себя подобным образом со своим милком, он бы не ушёл с обидой! - пропел Аластор при первой возможности.       Провод отвесил ему пощёчину, оставляя ссадину на щеке.       — Какой-такой "милок", черепаха Тортилла! Так не выражаются лет пятьдесят!       — Полюбовничком?        — И вообще я не гомик!       Аластор закатил глаза.       — Посмотри в словаре значение слова "гомосексуал", это не сугубо про брак и любовь до гроба.       — Напрашиваешься, в следующий раз девку выебу у тебя на глазах... — проворчал Вокс, но тут же одёрнул себя. — И вообще! Не пудри мне мозги! Что ты удумал, паскуда? — диджитал-глаза превратились в две агрессивные щёлки. Он приблизился, кладя Аластору на грудь руку до локтя, уперевшегося пленнику в рёбра. Левая рука скользнула на плечо и когти вонзились в кожу. — Только попробуй выкинуть что-то у меня за спиной. Только посмей, мразь!       Аластор не смотрел на него, предпочитая отдавать всё внимание пространству где-то поверх его плеча. Видать, смотрит на дверь, мечтает свалить. Ага, щас!       — О чём ты вообще говоришь? У нас ведь был уговор, ты забыл? Всё-таки вай-фай пагубно на тебя влияет, кто бы мог подумать, что ты можешь пасть ниже...       — Сейчас в пизде именно ты! — отрезал Вокс. — О чём вы болтали там с Валом?! Что ты у него вызнавал?!       — Ничего, спроси его сам. Или ты не доверяешь ему? Мне казалось, вы с ним партнёры...       — Мы не о Вале сейчас!       — Ты сам спросил о нём. — извечная улыбка истекала иронией. — Тебе уже кажутся заговоры? Когда кажется, креститься надо! — смех пошёл помехами, статикой. — Так боишься потерять контроль? На столько некомпетентен? Возможно твоя компания переросла тебя, а?..        — Хватит! — Вокс сам задвинул этот бесячий оскал ладонью. — Болтать! — он раздражённо выдохнул. — Ну а Вал, и заговор? Ха, да у него в голове одни его шлюхи, он максимум выдавит про заговор порно-сюжет на три минуты!       — Тебе виднее, я-то в такие ситуации не попадаю! — вывел Аластор, как только ладонь отступила.       — Пффф, именно поэтому ты сейчас в этой!       Вокс отстранился. Он восстановил самообладание и заухмылялся, напоминая себе о приятном факте. — Ты сам походу всё забываешься! Радио-демон теперь — ничто, шутка, которая устареет через неделю!       — Всё ещё дольше, чем твои новомодные недоработки!       Аластору в лицо прилетело подушкой.       Странным образом это его как будто заткнуло. Вокс блаженно потянулся и вскоре его экран вновь тускло мигал символом подзарядки. Переходя в режим сна, он не обратил внимание на то, как негромко сомкнулась приоткрытая щёлочка двери его спальни.