Выбор

— милый, просыпайся...— Чанбин разлепляет сонные глаза. Ногам так тепло, потом что Чан осторожно накрыл их одеялом, которое обычно слезало ночью с парня. Так непривычно спать одному. Бан целует его в лоб и умиляется тому, как Чанбин морщит нос. — пойдем кушать, — улыбается лидер, проводя руками по плечам парня. — хорошо..— Отвечает парень и слегка потягивается, оглядывая купе глазами. Здесь особо ничего не изменилось, только вещей стало побольше. Чан встает с кровати и лезет к себе наверх, дабы достать их принадлежности для ванны. Чанбин поднимается и смотрит в окно: на такой скорости даже не собо можно разглядеть снежинки, но когда одна из них прилепляется прямо к стеклу, то Бин рассматривает ее и фыркает, когда она тает. Чан слезает вниз и кладет на столик небольшую чёрную косметичку. — Милый, у тебя точно все хорошо? Ты вчера был очень задумчивым. — Снова заводит разговор лидер и кладет свои руки на его плечи. — Ты можешь довериться мне, я же люблю тебя. — Он просит так жалобно, но Чанбин пока не может рассказать все, что твориться на его душе. Ему как минимум нужно осмыслить это самому и структурировать информацию. — Все правда хорошо. Я просто устал, да и обстановка новая. — Невинно смеется Чанбин, поправляя свои волосы. — Ты такой милый. — констатирует факт Бан и нежно целует его в губы. Через пару минут они выходят из купе и направляется в туалет, дабы привести себя в порядок. Спустя полчаса Чан и Чанбин встречаются с другими парнями, которые сидят вместе и о чем-то оживленно беседуют. — Всем утро! — Смеётся Бан, залетая в купе и потягивая за руку Бина. — Как спалось? — Мемберы резко оборачиваются и начинают медленно сползать вниз с верхних полок, дабы обняться с новоприбывшими. — Пойдемте есть уже! Пока вас дождешься с голоду сдохнешь.. — Наигранно хнычет Джисон и тянет за руку Чана в коридор вагона. Все выходят из купе, обсуждая, кто что будет есть на завтрак. *** — ТУЗ! Я выиграл! Снова! — Карты разлетаются по полу и кровати, когда Чонин кидает их на гладкую поверхность стола, с которой они соскальзывают. — Да так нечестно! Ты меня обманываешь! — Джисон наигранно дует губы и отворачивается к стене, дабы показать свою обиду. — Ну нет.. Ну давай ещё раз сыграем. Я просто ролик посмотрел в инете с тактиками и все. — Чонин обнимает парня и ерзает, стараясь заглянуть в его лицо, так как понимает, что он просто милая обиженка, которая хочет, чтоб ее пожалели. — Ну давай еще одну попытку, на этот раз я выиграю.. — Шепчет Джисон, собирая по полу разбросанные карты. Пока младшие бесятся внизу, Феликс, Хенджин и Минхо сидят на одной полке и обсуждают будущие каникулы. Все таки им не так часто выпадает шанс насладиться отпуском, так еще и в приятной компании друг друга. Под стук колес все темы обсуждаются легче и намного приятнее. Сынмин сидит на второй кровати и что-то смотрит в телефоне, напевая какую-то мелодию. Качает головой в такт музыке. Чан и Чанбин находятся в своем купе и яростно обсуждают будущий трек, который лидер ещё до начала из отпуска редактировал. Чтобы после каникул было проще влиться в рабочую атмосферу и порадовать фанатов после долго отсутствия новой песней. В купе пахнет растворимым кофе, печеньем и спокойствием. Кажется, будто этот поезд увозит их от проблем, которые каждый день давят на мозг. Ложатся тяжелой ношей на плечи. Возможно так и есть, ведь впереди неделя безмятежного отдыха. Теплые объятия у камина, какао с маршмеллоу, снежная крепость, варежки и елка. Они будут гулять каждый день, а потом расходиться мокрые и уставшие по своим домикам. Переодевшись будут сидеть и смотреть какой-нибудь старый фильм, целоваться и трепетно касаться друг друга кончиками пальцев. Будто эти касания — единственное, что останется после этих тёплых и нежных моментов. Но нет, еще останутся воспоминания, которые каждый будет хранить также бережно, как подарок или памятную вещь. И в любой неприятный момент вспоминать, и губы будут расползаться в улыбке, на душе будет становиться тепло. Стук колес убаюкивает, и лидер начинает дремать, несмотря на то, что ночью спал относительно нормально. За окном также продолжается метель. Холодный ветер порывами разгоняет снежинки. Кажется, будто снега столько, что поезд сейчас застрянет в очередной кучке. Но когда очередной холодный сгусточек воды налетает на стекло, то тает, превращаясь в капельку. Она быстро стекает вниз, образуя мокрый подтек на окне. А потом он превращается в узор, который каждый, если взглянет, поймет по разному. И образы, которые они видят будут отличаться. Но так даже интереснее. Чанбин не замечает, как кладёт свою голову на плечо Бана и тоже прикрывает глаза, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Чан перелетает их пальцы и тихо вздыхает, окончательно погружаясь в сон. *** — Доброе утро ещё раз... — Чан открывает глаза. Обстановка абсолютно не изменилась: на его плече также спит Чанбин, мило посапывая, за окном все также снежная буря. Только перед ним теперь стоит Хенджин, который явно недоволен тем, что старшие снова уснули. — Выспались, сони? Пойдемте обедать, пол дня продрыхли. Мы уже и в уно и в мафию поиграли. Я думал вы трек обсуждаете, а они тут - голубки, отсыпаются. — Уже улыбаясь говорит Хенджин. — Идите, сейчас придем. Видишь Бин спит... — Тихо говорит Чан, указывая рукой в сторону коридора. — Окей, ждём вас там, как обычно у крайнего стола. — Отвечает Джинни и уходит, прикрывая задвижную дверь. Чан немного расслабятся, чувствуя на своем плече чужую голову. Слыша дыхание еще одного, такого дорогого человека. Лидер гладит Бина по голове, плечам и шее. Тот слегка хмурится, утыкаясь в носом в складку на футболке Чана. — Какой же ты милый..— Бан нежно целует его в макушку и лоб, чувствуя тепло кожи. — И как же тебя разбудить? — вопрос риторический и лидер решается на отчаянный шаг. Изловчившись, он вытаскивает из-под головы Чанбина свою руку. Ловко подхватывает его под плечи и укладывает на свою подушку. Тот лишь немного морщится, поджимая под себя ноги. И Чан не может сдержать улыбку при взгляде на него. Одеяло кажется немного тяжёлым, отчего кажется, будто тебя кто-то обнимает. Чанбин расслабляется и находя руку Чана во сне, сжимает своей ладонью. Бан прибывает в неком недоумении: раньше он не замечал такого за Чанбином. Возможно это как раз таки из-за резкой смены обстановки. Ведь они обычно спали вместе. Лидер осторожно подменяет свою руку на кусочек одеяла и выходит из купе, прикрывая дверь. Лучшее, что он может сейчас сделать: взять еду с собой, а уже в купе покормить эту милую спящую булку. Несколько минут неспешным шагом и он оказывается в просторном вагоне с бежево-коричневыми стенами. Окна обрамлены белыми жалюзи. По бокам от центрального прохода расположены столики с диванами, отгороженные небольшими пластмассовыми стенками. Так что люди могут сидеть почти в полном одиночестве — конфиденциальность на высоком уровне конечно. Чан проходит внутрь: в нос ударяет вкусный запах, который сразу разыгрывает аппетит. Бан медленно идет вперед, пытась вспомнить, где они обычно обедают. Завидев привычную светлую макушку Яна, лидер направляется прямо к столику. Мемберы над чем-то смеются, пока Джисон делает из салфетки шапочку и пытается надеть на Чонина, но тот яростно отказывается. — Ну че вы? — Парни вздрагивают и устремляют взгляд в сторону источника звука. Но сразу успокаиваются, завидев Чана. — Да почти выбрали... А-а, Бин где? — Спрашивает Феликс и недоверчиво заглядывает за спину Бана, будто Чанбин там магическим образом спрятался. — Да я с собой возьму в купе, не смог его разбудить. Он слишком милый, когда сонный. — Слегка смущенно отвечает Чан, замечая на себе взгляды всех парней. — Ну че вы смотрите? Не могу я его разбудить. Это выше моих возможностей.. — Заключает лидер и начинает рассматривать меню. Джисон загадочно подмигивает Минхо, пока Феликс тычется носом в шею Хенджина и хихикает. Милого вида официантка принимает заказ парней и обещает все принести через пятнадцать минут. Чан присаживается на край диванчика и тоже включается в обсуждение планов уже в домиках. — Я думаю, когда праздновать будем, то нужно поставить елку в чьем-то домике и всем там собраться. Мы с Чонином не против, можете к нам прийти. — Объясняет Сынмин, слегка улыбаясь. — Ну я не против. Вместе праздновать намного веселее. — Феликс принимает из рук официантки свой суп. Когда все блюда принесли, Чан аккуратно взял несколько контейнеров с едой, которую попросил упаковать с собой и пожелав приятного аппетита, удалился из вагона. Снова коридор и красивые окна, обрамленные нежно-голубыми жалюзи. Под потолком появились красивые искусственные веточки со снегом, и мигающие лампочки. Даже сотрудники заботятся о новогоднем настроении. Чан снова тихо открывает дверь и проходит вперед. Ставит контейнеры на столик и задвигает дверь. Чанбин все так же спит, укрытый одеялом. Лидер садиться на край кровати и начинает нежно поглаживать чужую голову и плечи. — Милый, просыпайся. Нужно пообедать, потом гулять пойдём на большой остановке. — Спокойно просит Чан и целует младшего в губы. Чанбин просыпается и глядит на Бана пару секунд неопримающими глазами. Но запах свежей еды и любимого супа с морепродуктами быстро отрезвляет. Он поднимется на локтях и зевает, старший пользуется его беззащитностью: оставляет на милых щеках ещё несколько поцелуев. Через пару секунд он уже сидит, закутанный в одеяло и тихо принимает ложку за ложкой в рот. Чан осторожно кормит его, не торопит, давая прожевать. — Спасибо.. Я люблю тебя — Когда младший окончательно просыпается, то Бан отадет ему тарелку с ложкой, и сам принимается за свою еду. — И я люблю тебя, милый мой. Ты будешь кимчи? Знаю ты любишь. — Лидер протягивает к его рту палочки с капустой и ждет, когда младший откроет губы, готовый принять еду. Чанбин осторожно прихватывает зубами кусочек и проглатывает, довольно улыбаясь. Когда трапеза была закончена, Чан убирает контейнеры. Потом залезает наверх, начинает рыться в своем рюкзаке. — Ты чего? — Удивленно спрашивает Чанбин, сильнее кутаясь в одеяло. — Мне кажется, у тебя температура.. Погоди... — Бан спрыгивает с полки и снова садится рядом с парнем. — Вот, убери ручку пожалуйста. У тебя ничего не болит? Я кстати взял твои любимые конфетки с орешками. — Говорит лидер, осторожно отдавая градусник младшему и протягивая пакетик со сладостями. Тот радостно вздыхает и кладет градусник подмышку. Открывает пачку и начинает наслаждаться вкусняшками, так же кладя в рот старшего пару конфет. Спустя пару минут Чан вытаскивает градусник и к несчастью у младшего температура, благо невысокая: тридцать семь и три. Чанбин грустно вздыхает, понимая, что снова все испортил. Он мог бы просто промолчать и сказать, что все хорошо. Слеза катится по щеке и он быстро ее смахивает, надеясь что старший не заметил ухудшение его настроения. — Тише, тише все хорошо. Сейчас таблетку дам, просто простыл немного. Я не скажу никому. — Чан, к сожалению для Бина, замечает, что тот сильно покраснел. И спешит его успокоить. — Ты же быстро выздоравливаешь, все пройдет. Не волнуйся. — Он целует его в болезненно горящий лоб. Таблетка на вкус горькая, и немного застревает в горле, но жалостотвий взгляд Бана творит чудеса. Чанбин запивает ее водой и снова закутывается потеплее. — Скоро легче станет... — Приговаривает старший и садиться рядом, чувствуя, что Чанбин снова кладет свою голову на его плечо. — Спасибо, я иногда не понимаю, чем заслужил тебя...— Вдруг говорит Бин и закрывает глаза. — Тем, что ты такой единственный. Я тебя люблю. — Отвечает лидер и открывает на телефоне программу для редактирования песен. Ему все равно нельзя спать сейчас, нужно проконтролировать понижение температуры. Да и остальные по-любому будут шуметь, нужно будет попросить их вести себя более тихо и сдержанно. Ему приятно ощущать тепло чужого тепла рядом с собой и расслабление действует как наркотик, растекаясь по венам. Пальцы двигаются все медленнее, мышцы постепенно расслабляются. Чан начинает дремать, но из полусонного состояния его выводит крик Феликса и смех Джисона. Чан дергается, но тут же ложиться обратно, чувствуя, как Чанбин на его плече вздрогнул. В купе залетает Феликс и судя по его лицу, он явно хочет рассказать что-то смешное. Но Чан быстро подносит палец к губам и указывает на спящего парня. Ликс зажимает рот рукой и показывает тот же жест в коридор остальным мемеберам. Те заглядывают в купе и, видя спящего Чанбина, умолкают. Хенджин тоже ведет себя тихо. Они с Феликсом садятся напротив и каждый занимается своим делом: младший играет в какую-то игрушку на телефоне, а Хенджин смотрит в его экран, положив на плечо голову. За окном стремительно проносятся здания, начинается дождь, будто снега мало. Узоры на окне с каждой каплей меняются, превращаясь во что-то иное, до этого не существовавшее. Чан включает телефон и кладет его на кровать экраном вниз. Пальцы лидера касаются теплого лба Чанбина. «Спала... Слава Богу..» — проносится в голове и Чан наконец полностью успокаивается. Лидер старается не шевелиться, судя по виду Бина, он плохо спал ночью. Так что, он может немного посидеть, что его милый немного спокойно подремал на его плече. Хенджин тоже спит, приобняв Феликса за спину. Младший укрыл его своей кофтой. В соседнем купе тоже спокойно, видимо там тоже дневной сончас. Чан улыбается и целует Чанбина в лобик. Тот прижимается ближе, утыкаясь лицом в шею. Взгляд лидера падает на окно, и глаза начинают изучать узоры и пейзажи, проезжающие за стеклом. *** — Бин-ни, малыш... — Чан осторожно поглаживает его по плечу, стараясь разбудить. Младший открывает глаза, сейчас ему определённо легче, чем с утра. — Что? — Недоуменно спрашивает он и вылезает из-под одеяла, так как из-за спавшей температуры, стало жарко. — Ты как себя чувствуешь? Я потрогал твой лоб час назад, но мне кажется тебе снова нужно выпить таблетку...— Тихо говорит Бан, так как кроме них в купе спит еще и Феликс. Хенджин проснулся несколько минут назад и пошел проверить соседнее купе, так как было подозрительно тихо. — Мне лучше. Просто я же под одеялом лежал... И не под одним походу. — Смеется он, пытаясь выпутаться из нескольких слоев ткани. — Ну я укрыл. — Чан целует его в губы, легко касаясь теплой кожи. — Ну вроде сейчас все нормально...— Заключает лидер и заглядывает в телефон. — Там Джисон с Минхо играют в карты, Сынмин спит. А Чонин смотрит фильм. — Слышится из коридора, а спустя секунду в дверях появляется Джинни.— Так что все хорошо. Я думаю нам стоит пойти прогуляться, да и проветрить бы здесь не помешало...— Объясняет он и оглядывается в поисках своего телефона. — Как раз смотрю время остановок— Вставляет Бан, — следующая остановка как раз двадцать пять минут. Нагуляемся! — Смеется парень, убирая телефон в карман штанов. — Можно тоже пойти? — Тихо спросил Чанбин. На что в ответ получил удивлённый взгляд Бана. — Конечно. Но только если ты нормально себя чувствуешь..И если оденешься потеплее. — Чан обнимает его за плечи, оставляя пору невесомых поцелуев на шее и подбородке. Хенджин ласково будит Феликса нежными поцелуями. А тот толкает его своими маленькими ладошками, сильнее закутываясь в кофту. Джинни усмехается, стягивая элемент одежды, за что получает грозный взгляд невыспавшегося цыплёнка. Спустя десять минут. Все в сборе стоят у дверей поезда, ожидая объявления на посадку. Джисон вслух громко фантазирует о том, как закидает Минхо снежками и тот будет молить о пощаде. Старший соглашается, улыбчиво кивая ему. Хенджин бесконечно поправляет шарф на шее Феликса, думая, что ему неудобно. Младший не сопротивляется и дает Джинни время для того, чтобы тот удостоверился в его удобстве. Сынмин мягко прижимает к себе Чонина за талию, грея его руки. А Чан каждые пару минут трогает лоб Бина, чтобы точно знать, когда у него снова поднимется температура. И после очередной проверки получает сначала предупреждение в виде грозного взгляда, а потом не сильный удар по руке. Лидер осознает ошибку и нежно целует его в щеку, заглаживая вину. Поезд начинает замедляться, подвозя парней к платформе. Дождь прекратился минут пятнадцать-двадцать назад. И за окном снова обычная метель, к которой все мемберы уже привыкли. Постепенно стук колес затихает вовсе, все замирают, ожидая открытия дверей. И как только это происходит все радостно выпрыгивают наружу, ну точнее почти все... Успели выпрыгнуть только Джисон и Чонин, которые стояли к двери ближе всех. Остальные стали потихоньку спускаться по скользким ступеням. — Джисони, блять, ну осторожнее..— ругается Минхо на младшего, который виновато опустив глаза смотрит на него. — Ты же можешь упасть..— Минхо целует его в лоб, а следом в Джисона летит небольшой кусочек мокрого снега, и старший заливисто смеётся. Не подумайте, что другой виновник торжества остался без наказания: Чонин тоже отхватил от Сынмина за свое безрассудство. Но все равно потом получил свою порцию обнимашек. Все разбредаются по платформе, осматривая местность. Перрон покрыт белым цветом. Деревья стоят, слегка обмерзшие, покрытые легким налётом инея. На снегу остаются вмятины от ботинок, при каждом шаге слышен громкий и звонкий хруст. Чан наклоняется и скатывает в руках белый шар, который через пару секунд летит в сторону Чанбина и сбивает ему шапку. Тот наклоняется и получает в бок еще один снежок. — Ну вы и крысы! — Кричит Бин, валяясь в снегу и натягивая шапку на взъерошенные волосы. — Такова жизнь, Бин-ни. — Отвечает Феликс, который кинул второй снежок. Чан подбегает к лежащему на снегу Бину, дабы помочь подняться, но тут же получает снежок в спину и падает сверху на младшего. Кажется, смех слышен во всех близко расположенных домах. Хенджин падает на колени и хохочет так, что потом не может нормально вдохнуть. У Чонина от смеха подкашиваются ноги и Сынмин обхватывает его руками, чтобы тот не упал. Джисон просто валяется в снегу, делая снежного ангела. Феликс ловким движением кидает снежный шар в сторону Минхо, который лепит снежный замок, но промахивается и сбивает одну из башенок на крепости. Ли Ноу встает и поворачивается, демонстрируя грозный взгляд. — Ребят, мне пизда..— Констатирует факт Ликс и начинает отступать назад, будто сзади есть то, что его спасет. Минхо грозно надвигается на парня и что-то шепчет, понятное только ему (возможно на латыни)... Спустя пару секунд грозный кролик кидает в Феликса куски снега с криками и смехом. Младший лишь пытается уворачиваться и отчаянно извиняется. Чан довольно быстро осознаёт в какой ситуации находится и начинает подниматься, дабы не задавить Бина окончательно. Он, конечно, не тонну весит, но все же — перелома ребер им только не хватало. Чанбин обхватывео его руками за талию, не давая двигаться, на что получает удивленный взгляд. Но недоумение в глазах пропадет после нескольких поцелуев в щеки и губы старшего. Бан мило улыбается, так как может улыбаться только он: искренне, своей настоящей улыбкой, когда губы поднимаются и слегка оголяют светло-белые зубы. Чанбин обожает его улыбку, так же как и Чана всего полностью. Они лежат так некоторое время, пока не слышат очередной крик от Чонина, который поскользнулся и упал на несчастную крепость Минхо. Лидеру пришлось подняться, пока Ли Ноу не придушил половину состава группы. *** — Залазьте быстрее! — Крик режет уши, но смысл доходит быстро. Как-то больно становится от осознания, что они тупо «проиграют» время отъезда поезда. Чан быстро запрыгивает по ступенькам в тёплое помещение коридора вагона, помогая остальным подняться. Последний бежит Чанбин, которого старший чуть ли не на руках подтягивает наверх. Двери закрываются через минуту и все выдыхают, когда состав двигается. Парни восстанавливают дыхание и потихоньку двигаются в сторону своих купе, только бы не досталось за то, что снегом насорили тут.. Вчетвером в одном купе тесно, но зато тепло. И когда все куртки и варежки повешены сушиться, мемберы рассаживаются по кроватям. Чан быстро притягивает к себе Бина,прижимает, будто тот нереальный и сейчас в воздухе растворится. Но этого не происходит и Бан чувствуя тёплую кожу, расслабляется. Спустя пару минут в купе заглядывают Минхо и Джисон, следом залетают Чонин и Сынмин с несколькими пачками маршмеллоу. В помещении теперь пахнет заварным какао из пакетиков, жареным на зажигалке зефиром и шоколадом. Феликс кутается в одеяло, пока Хенджин сует ему вилку с маршмеллкой* в рот. Чонин улыбается, вслух вспоминая как точно попал снежком в лицо Джисона, а тот дуется и обижается. Но оба через несколько секунд смеются с очередной шутки Минхо. Чан облокотился на прохладную стену купе и обнимает руками Чанбина, сидящего между его бёдер. Тот закутан лидером в одеяло и пьет небольшими глотками горячее какао. Когда стрелка часов на руке Бана указывает на цифру двенадцать, то лидер начинает разгонять всех по местам. Минхо с Джисоном уходят первые, дабы в одиночестве поцеловаться на кровати старшего пару минут, пока не придут Чонин и Сынмин. Хотя последние предпочтут постоять в пустом коридоре вагона и посмаковать губы друг друга, наслаждаясь нотками какао и подгорелого маршмеллоу. Хёнджин осыпет веснушчатое лицо Феликса поцелуями, укладывая его, будто маленького и накрывая тёплым одеялом. Спросит, все ли хорошо и как он себя чувствует, услышав утвердительный ответ снова поцелует и полезет к себе наверх. Чан просто прижмет к себе своего Чанбина, уткнётся в изгиб его шеи, вдыхая родной аромат. Потом потрогает его лоб и также задаст пару вопросов про самочувствие. Но все равно даст выпить таблетку антибиотика, которую Бин затем заест поцелуем с Чаном, и он будет со вкусом шоколада. Они уснут в темном купе, тишину которого будут нарушать лишь разговоры других людей в коридоре, стук колес поезда и каблуков проводницы. В стекло будут биться капли дождя и мокрого снега.