Между строк: война без победителя

      Ветер за окном качал ветви давно потерявших листву деревьев. Желания покидать теплую уютную квартиру не было совершенно: морозный зимний воздух пробирал насквозь. Сидя перед ноутбуком и потягивая горячий чай, рыжеволосая девушка бегала пальцами по клавиатуре, излагая свои мысли на странице сайта. Время близилось к вечеру. Казалось, она провела перед монитором по меньшей мере сутки: уставшие глаза начинали побаливать.       Останавливаться, не закончив запланированное, было нельзя. Зная себя, Александра понимала, что минутный отдых может завершиться очередным откладыванием новой главы: меньше, чем через десять часов, начинался очередной рабочий день.       Писательство всегда было чем-то сокровенным для нее. Отвлекаясь в минуты творчества, она словно погружалась в свой собственный мир, забывая обо всех навалившихся на нее проблемах. Осознание тяги к изложению мыслей в виде фикрайтерства пришло к ней еще в подростковом возрасте. В один из самых обыкновенных дней, накануне окончания десятого класса, девочка вдруг поняла, что привычка излагать свои рассуждения на бумаге ее собственного дневника уже не приносила былого удовольствия.       Начав размышлять над возможным выходом из сложившейся ситуации, Трусова вдруг вспомнила про один из многочисленных сайтов, где миллионы авторов делились своими мыслями, облекая их в самые разные формы. Там было все: от стихов и небольших фанфиков до полноценных длинных работ. Несколько дней Саша размышляла, сомневаясь, стоит ли ей пробовать себя в чем-то совершенно новом. Страх неудачи сковывал ее, не давая сосредоточиться на чем-то ином.       В конце концов девочка решила: не попробуешь — не узнаешь.       Создав собственный профиль и придумав какое-то незаурядное описание, она открыла вкладку «Добавить фанфик».       Когда перед ней предстала пустая белая страница, она поняла, что зашла в тупик. Все мысли, до этого бешеным ураганом крутившиеся в голове, вдруг испарились. Как оказалось, для написания полноценной работы нужна была хоть какая-нибудь идея, которой на данный момент у юной писательницы не было.       Откинувшись на спинку кресла, Александра заставила себя вспомнить все интересные события, которые происходили у нее в голове. Решив обратиться к одному из своих любимых сериалов, девочка вдруг поняла, что сюжета, снятого режиссерами, ей было недостаточно.       Так и начался ее творческий путь.       Но шли годы, и порядком повзрослевшая Трусова стала все реже выпускать новые главы, осознав, что ни сил, ни вдохновения у нее для этого больше не было. В конце концов, продолжение перестало появляться совсем, а статус работы вскоре был изменен на «Заморожено».       Тем временем события в реальной жизни развивались стремительно: поступление в университет, первая сессия, первая пересдача и, наконец, первый опыт работы в детском лагере в качестве вожатой.       Саша хотела этого сколько себя помнит: ее мама всегда с теплотой вспоминала то время, когда сама работала там. Сама же девочка была в лагере всего дважды, и то уже в подростковом возрасте. С вожатыми ей оба раза не повезло. Она, наслушавшись историй друзей об их взаимоотношениях со своими наставниками, ждала совершенно другого, но получила лишь формальное отношение к детям с элементами «власти-подчинения».       Решив, что она обязательно станет исключением и подарит детям всю свою любовь и заботу, Александра стала с нетерпением ждать момента, когда она сможет поехать на новую работу. Однако такая возможность подвернулась лишь к концу четвертого года обучения: первый раз за все четыре курса девушка на все лето осталась в Москве. Разумеется, такой шанс Саша упустить не могла, и уже через несколько месяцев она оказалась в месте, которое отложилось в ее памяти на всю оставшуюся жизнь.

***

      Спустя несколько месяцев после приезда, будучи уже на последнем курсе, Трусова не раз вспоминала те двадцать один день, что она провела в одном из лучших мест на всем белом свете. Дети ее не забыли: на протяжении всего времени, прошедшего с момента возвращения в серые городские будни, они писали рыжеволосой. Писала и она: казалось, сбылась ее мечта. Она смогла, стала той самой вожатой, которой ей так не хватало в свои шестнадцать.       «Наверное, именно так и выглядит счастье» — промелькнуло в мыслях у Саши, когда она в очередной раз вспомнила смену.       Вдруг осознав, что фраза, спонтанно пришедшая в голову, хорошо бы вписалась в ее дневник, к которому она не прикасалась уже несколько лет, она залезла в ящик стола. С трудом отыскав свой старый блокнот, девушка стала листать страницы, до сих пор приятно пахнущие чернилами, но взгляд вдруг упал на одну из записей.       16.03.2019       Иногда мне кажется, что идеи для моей работы буквально сами приходят в голову. У меня никогда не было четкого плана, структуры, по которым я буду писать новую главу, все получалось само собой. Это похоже на диктант: словно учитель, стоя в нескольких метрах от тебя, зачитывает нужные строки, а ты лишь записываешь, пытаясь успеть за ним. Кажется, настало время для написания продолжения.       Улыбнувшись самой себе, Александра вспомнила то время, когда ее аудитория с нетерпением ждала выхода новой части.       Бесчисленное количество эмоций, оценки читателей, развернутые комментарии — все это заставляло юную Трусову хоть немного чувствовать себя нужной. Разумеется, прошло уже слишком много времени, и прошлое вернуть не представлялось возможным. Решив отбросить нахлынувшие на нее воспоминания, девушка все же долистала до чистой страницы и принялась воспроизводить фразу, промелькнувшую в голове несколько минут назад.       Спустя четверть часа, когда рука уже начала уставать, Саша вдруг осознала, что исписала полторы страницы. Студентка совершенно не помнила, в какой момент вдруг решила продолжить делиться чувствами со страницами блокнота.       Эмоции смешивались, а в памяти как назло всплывали все моменты, связанные с опытом писательства.       Глубоко вздохнув, рыжеволосая вдруг поняла: идея, которую еще несколько лет назад приходилось разрабатывать часами, вдруг свалилась словно снег на голову. Она должна рассказать свою лагерную историю. Обязана взять себя в руки, вновь сесть за ноутбук и, стуча пальцами по клавишам, начать повествование.       Пытаясь вспомнить пароль от старого аккаунта, девушка вбила последнюю сохранившуюся в памяти комбинацию. С удивлением заметив, что вход в аккаунт был успешно выполнен, она прикрыла глаза, собираясь с мыслями, а затем нажала на такую знакомую кнопку «Добавить фанфик».

***

      Откинувшись на спинку кресла, Трусова потерла уставшие глаза. Одна из глав работы, начатой еще до выпуска из универа, была почти дописана. Брать перерыв было нельзя: знала ведь, что такими темпами часть на сайте сегодня точно не появится. Однако, осознав, что силы были почти на исходе, она все же решила передохнуть, почитав какую-нибудь работу на все ту же лагерную тематику.       Перейдя по метке «Детские лагеря», она отредактировала фильтры по новизне: хотелось чего-то нового, свежего. Хоть Саша и не любила незаконченные фанфики, почему-то сегодня ей захотелось окунуться именно в такую работу.       Пролистав десятки произведений с однотипным описанием, она вдруг заметила, что в кратком содержании одной из работ был упомянут слишком знакомый лагерь.       «Летний лагерь «Хрустальный» — место, где детские мечты переплетаются с юношескими страстями, а жаркие дни сменяются прохладными вечерами, хранящими свои тайны…»       Нахмурившись, Александра открыла содержание работы.       Взгляд девушки бегло скользил по строкам в поисках совпадений. Первое, что бросилось в глаза еще в описании — название лагеря. Со стороны это могло, вероятно, выглядеть странно: многие детские лагеря были настолько популярными, что их названия знал чуть ли не каждый второй. Однако об этом месте мало кто знал: его построил университет, в котором училась Александра. Разумеется, список лиц, которые могли претендовать на роль вожатого в «Хрустальном», был тоже ограничен — педагогический отряд состоял исключительно из студентов данного учебного заведения.       — Она даже не додумалась изменить имена детей… — закатила глаза Трусова, найдя очередное «совпадение». — Эта «Железная Феечка» явно не блещет интеллектом.       Злость, казалось, овладела рыжеволосой полностью. Кулаки непроизвольно сжались, а глаза метали молнии. Решив прибегнуть к крайним мерам, девушка взяла в руки телефон и открыла канал, в котором выкладывала все, что было связано с ее творчеством.       «Саша сочиняет», 22:57       Вложение (8) Я всегда спокойно относилась к тому, что многие авторы вдохновляются идеями других. В конце концов, все мы черпаем вдохновение из того, что видим вокруг. Выводит меня из себя лишь одно — выдавание чужого творчества за свое. К моему удивлению, подобное произошло и со мной. Листая работы по своей любимой метке, я наткнулась на одну, чье описание меня заинтересовало. Как оказалось — не зря. Ниже прилагаю все «совпадения», которые я нашла лишь за несколько минут изучения творчества некой «Железной феечки».       Удовлетворенно кивнув самой себе, Трусова отложила телефон и откинулась на спинку кресла. Зная своих читателей, она была уверена: скоро под работой автора появится несколько весьма неприятных комментариев от ее аудитории.       Процесс был запущен.

***

      Лето две тысячи двадцать пятого года сменилось золотым сентябрем, но тепло, которое Аннушка увезла из лагеря, ничуть не остыло. Это была ее первая вожатская смена, и, несмотря на неизбежную суету и пару бессонных ночей, она оказалась невероятно гармоничной.       Дети за три недели стали её маленькой, но очень дружной семьей. Они с восторгом верили в лагерные легенды, с песнями зажигали прощальный костер и хранили тайны, переданные из уст в уста. Атмосфера именного этого места, его неписаные законы и традиции, которые казались такими уникальными и личными, накрепко засели в ее душе. Легкая и чересчур эмоциональная натура Щербаковой не могла просто взять и отпустить эти эмоции. Хотелось как следует запечатлеть их в памяти.       После возвращения из лагеря, окутанная яркими воспоминаниями, Анна вернулась в свою привычную и немного унылую учебную жизнь. Серая осенняя реальность казалась тусклой декорацией после солнечного и наполненного криками и песнями лагерного лета. Ярко осознав этот контраст, девушка вдруг поняла, что сейчас ее волновал лишь один вопрос: как запечатлеть этот уникальный опыт, чтобы он не растворился в рутине.       На ум пришло лишь одно решение: прибегнуть к самой известной платформе, на которой миллионы авторов размещают свои творения. Оставить свою историю там, где ее смогут прочитать люди, понимающие этот особый мир.       Фанфик — идеальный формат.       Как оказалось, работа над ним была на удивление занимательной, исцеляя душу от шрамов, оставленных концом смены. Сколько себя помнит, Аня ни разу не была так сильно увлечена каким-либо процессом. Каждая новая глава была своеобразным ритуалом: погружение в особую атмосферу и рождающиеся словно сами собой главы, наполненные яркими событиями прошедшего лета, грели душу. Она будто сама стала персонажами, о которых писала: их искренние диалоги и глубокие переживания казались ее собственными.       И вот вновь наступил вечер, когда Щербакова закончила очередную главу, добавив в нее весьма насыщенную кульминацию. Чувствуя огромное удовлетворение от проделанной работы, Аннушка усмехнулась и дописала примечание в конце главы: «Не поскупитесь на лайки и комментарии…», а затем нажала на долгожданную кнопку «Опубликовать».       В комнате было тихо, за окном медленно сгущались сумерки. Девушка откинулась на удобное кресло, подложив руку под голову, и ощущала лишь приятную усталость, напоминающую эйфорию.       День завершался хорошо, даже слишком.       Следующее утро наступило, принося с собой целый вихрь из дел и заданий, тяжелым грузом опускаясь на плечи Ани. Провозившись с ними до самого вечера, она хотела лишь одного: поскорее открыть сайт и проверить отклик на новую главу. Войдя в профиль, она замерла: колокольчик в углу страницы пестрил необычайно большим количеством уведомлений.       «Это будет интересно» — подумала Анна с предвкушением, а затем, улыбнувшись, кликнула на значок, желая поскорее увидеть отзывы преданных читателей.       Когда долгожданная страница наконец загрузилась, улыбка в то же мгновение покинула ее лицо: отзывы явно отличались от того, что ожидала увидеть Щербакова.       «Плагиат. Теряйся»       «Красть чужие работы нехорошо)»       «Интересно наблюдать, как некоторые моменты этой работы перекликаются с произведением автора «Злой рок»       Девушка отшатнулась от монитора. Что вообще происходит? Плагиат? Кража? О чем говорили все эти люди? Сердце бешено колотилось, а в груди разгоралось пламя гнева, вызванного несправедливым и безосновательным обвинением.       Проигнорировав часть хвалебных комментариев, Аня быстро набрала в поиске никнейм, упомянутый в одном из отзывов. Страница открылась: профиль был создан намного раньше, чем её собственный, а охват аудитории — в разы больше. Внимательно изучив описание автора, она наткнулась на ссылку, которая, как сообщалось, вела к каналу человека, ставшего причиной ее злости.       Первое, что бросилось ей в глаза после аватарки, на которой была изображена длинноволосая рыжая девушка — последний пост.       «Саша сочиняет», 22:57       Вложение (8) Я всегда спокойно относилась к тому, что многие авторы вдохновляются идеями других. В конце концов, все мы черпаем вдохновение из того, что видим вокруг. Выводит меня из себя лишь одно — выдавание чужого творчества за свое. К моему удивлению, подобное произошло и со мной. Листая работы по своей любимой метке, я наткнулась на одну, чье описание меня заинтересовало. Как оказалось — не зря. Ниже прилагаю все «совпадения», которые я нашла лишь за несколько минут изучения творчества некой «Железной феечки».       Аня, напряженно вглядываясь в скриншоты, начала читать.       К ее удивлению, определенное сходство двух работ отрицать было невозможно: фрагменты, приложенные некой Александрой, были действительно похожи на некоторые отрывки из произведения Щербаковой.       В голове Аннушки началась путаница из сотни мыслей, на несколько минут вновь выводя ее из состояния равновесия. Однако, немного успокоившись, девушка решила трезво оценить ситуацию, стараясь быть максимально объективной.       Потратив некоторое время на тщательное изучение сопоставленных отрывков, она вскоре начала замечать явные различия, и гнев, вызванный несправедливым обвинением, постепенно нарастал. По какому праву абсолютно незнакомый человек начал закидывать ее обвинениями? Это — ее лето, ее впечатления! Но очередное уведомление, появившееся на сайте, вызвало неприятное осознание вперемешку с бессилием: на стороне другого автора было намного больше людей, чем на ее собственной.       Разумеется, Аннушка отчасти понимала эмоции незнакомки: будто кто-то пришел и без спроса взял твою личную вещь. Мало кто обрадуется, если у него отнимут что-то по-настоящему важное и значимое.       «Она считает, что я украла её воспоминания», — подумала Щербакова с горечью.              Ничего не понимая, но при этом чувствуя себя загнанной в угол, она осознала, что удовольствие от творческого успеха, испытываемое лишь несколько минут назад, обернулось началом совершенно нежеланной, но, видимо, неизбежной войны.       Собрав волю в кулак, Анна решила: нужно срочно действовать. Игнорирование выпадов Александры лишь подтвердит правоту той. Перебрав в голове несколько вариантов, она вдруг увидела закрепленный в канале «Злого рока» пост, состоящий лишь из ссылки и нескольких слов: «Напиши мне сообщение». Выход оставался лишь один: ей нужно во что бы то ни было связаться с девушкой и поведать свою версию происходящего.       Кликнув на ссылку, Аня сделала глубокий вдох и поняла: необходимо было четко и грамотно сформулировать свою позицию, не опускаясь до взаимных оскорблений. Ответ должен быть мягким, но с явным намерением отстоять свою точку зрения.       Она начала печатать, затем стирая и переписывая почти каждое предложение. Ей казалось, что нужно подобрать идеальные формулировки: только так можно было нейтрализовать столь агрессивный выпад незнакомки.       Наконец, она набрала текст, отредактировала пунктуацию и, глубоко вздохнув, нажала заветное «Отправить».

***

      Уже спустя четверть часа после публикации своего «обращения к читателям» Александра заметила: под работой ее жертвы появилось несколько новых весьма язвительных комментариев. Улыбнувшись самой себе, Трусова осознала — первый шаг к победе был сделан.       Увлеченно делясь впечатлениями в общем чате со своими читателями, она вдруг заметила всплывшее уведомление: в анонимный чат пришло новое сообщение. Открыв его и бегло пройдясь по строкам, девушка усмехнулась. Сделав скриншот, она сразу же отправила его в свой канал, подписав: «Вот и прилетело письмо счастья».       Решив перечитать «послание», Саша снова открыла анонимный чат, на этот раз более внимательно вчитываясь в текст.       «Здравствуйте! Могу ли я попробовать унять вашу злость? Я — «Железная Феечка». Предлагаю обсудить все сразу, как говорится, на берегу. Мне, честно говоря, нет никакой надобности иметь врага, поэтому буду максимально кратка. В чем именно вы видите плагиат? Все ваши «доказательства» — это обычные, почти неизбежные вещи для отметки «Детские Лагеря». Мне действительно не понятно, в чем проблема, если идеи и задумки героев совершенно разные? Я писала о своем опыте, о своих чувствах. В целом, я готова капитулировать, если это будет угодно, и даже удалить как работу, так и аккаунт, но лишь в одном случае: если вы представите абсолютное и неопровержимое доказательство, которое подтвердит, что я целенаправленно скопировала ваш уникальный кусок текста. Пока я вижу лишь совпадения, которые в подобной тематике произведений встречаются сплошь и рядом. Буду очень признательна, если мы обсудим это в личных сообщениях, так как выносить конфликт на всеобщее обозрение — по меньшей мере некрасиво. (Очень надеюсь, что за слово «Здравствуйте» меня не обвинят в плагиате. Подумаешь, украла у полутора сотен миллионов жителей страны.)»       Изучив последнее предложение, рыжеволосая ухмыльнулась: «у девочки есть коготки». Подумав несколько минут, она приблизилась к экрану ноутбука и начала печатать ответ.       «Личный аккаунт я не даю ни под каким предлогом. Если вам есть, что сказать — на сайте, где были опубликованы работы, есть чат. А выносить что-то на обозрение читателей или нет — лишь мое дело. Надеюсь, рано или поздно вы осознаете, что неправы в данной ситуации.»       Нажав кнопку «Отправить», Александра вновь открыла общий чат. Девушка искренне сомневалась, что «Феечка» осмелится связаться с ней еще раз. Однако, к ее удивлению, на вкладке сайта вдруг высветился значок «+1». Железная Феечка, 23:15 Очень приятно, что вы согласились выйти на контакт. Готова выслушать ваши претензии.       Прочитав сообщение, Трусова недоуменно смотрела на монитор. Послание незнакомки выглядело так, будто именно Саша желала связаться с ней, а не наоборот. В любом случае, она приняла правила игры.

Злой рок, 23:16

Разве в своем канале, за которым, полагаю, следите и вы, я невнятно выразилась?

На мой взгляд, аргументов было предостаточно.

Железная Феечка, 23:16 Аргументы действительно есть. Но все они слишком косвенные, чтобы что-то мне предъявлять.

Злой рок, 23:17

То есть, скопированное целиком и полностью описание распорядка дня,

идентичный выбор имен детей и одни и те же песни для пробуждения — слишком

косвенные доказательства? И это, к слову, лишь малая часть из того, что я увидела.

Железная Феечка, 23:18 А что, в подобного рода местах бывает особый распорядок? Или уникальные песни? Про имена вообще молчу… Очень сомневаюсь, что это является каким-то доказательством.

Злой рок, 23:18

Смешно смотреть, как вы, вместо того чтобы просто признать свою вину и

извиниться, пытаетесь отстоять свою правоту, о которой не может идти и речи.

Злой рок, 23:19

Никогда не думала, что можно быть настолько

недалеким человеком, чтобы не понимать очевидного.

Железная Феечка, 23:20 Прошу не переходить на личности. Я уже писала о том, что готова признать вину, если она имеется и будет доказана. Пока не вижу ничего, что подтверждало бы её наличие. «Недалекой» выставляете себя только вы.

Злой рок, 23:20

Вряд ли ты бы осмелилась повторить мне в глаза последнюю

фразу, учитывая, что мы находимся в обезличенной переписке.

Железная Феечка, 23:21 Есть соблазн это проверить, Александра?

Злой рок, 23:22

Считай, что тебе просто повезло.

Будь ты в Москве — разговор бы развивался иначе, безымянная.

Железная Феечка, 23:22 Аня. Разумеется, повезло — именно здесь я и нахожусь. А вот того, что здесь забыла ты, я не понимаю.

Злой рок, 23:22

Тогда, может, повторишь это все мне в лицо?

Если не боишься. Хотя, это будет слишком ожидаемо.

Железная Феечка, 23:23 Видимо, отказывать тебе — слишком большая честь. Сможешь уточнить время и место?

Злой рок, 23:24

Я освобождаюсь в шесть.

18:30, кофейня на углу Советской.

Она там одна — не заблудишься.

Впрочем, если потеряешься в трех соснах — меня это не удивит.

Железная Феечка, 23:24 Спасибо за беспокойство, не заблужусь. Предусмотрительно возьму с собой компас. До встречи!

***

      Аня захлопнула крышку ноутбука.       Приятного в общении с особой, чьи слова полны враждебности и сарказма, было мало. Мирное предложение Щербаковой обсудить всё на берегу осталось без внимания.       — На сегодня впечатлений явно достаточно, — обессиленно пробормотала Аннушка и спустя несколько мгновений упала на кровать, даже не переодеваясь и закрывая глаза.       Весь следующий день девушка провела словно на иголках. Занятия в университете, казалось, прошли мимо нее: сосредоточиться на чем-либо помимо предстоящей встречи было сложно.       В конце концов, настало время собираться.       Довольно быстро подобрав наряд, Анна уже стояла у двери. Заведение, выбранное Александрой, находилось в пешей доступности, что весьма облегчало ей жизнь: тратить много времени на дорогу не придется.       Спустя четверть часа девушка подошла к кофейне, нервно поглядывая на часы. Опаздывать было нельзя: оппонентка могла решить, что она струсила.              Какое-то время прогуливаясь вдоль тротуара, Щербакова, сделав несколько глубоких вдохов, наконец зашла внутрь, ожидая, что за столом ее уже будет поджидать рыжеволосая бестия.       Кофейня оказалась весьма милой, светлой, с большими окнами и запахом свежей выпечки, что немного сгладило остроту ее переживаний по поводу предстоящего разговора. Аня сразу же повесила верхнюю одежду на вешалку у входа и прошла вглубь довольно просторного заведения, осматриваясь. Однако, обойдя весь зал, она вдруг осознала: Александра еще не подошла.       Заняв свободный столик у окна при входе, Аннушка принялась смиренно ждать. Но сперва прошла минута, за ней — другая, но девушки все не было. Щербакова вдруг ощутила, как внутри нарастает раздражение, а затем — сомнение. Неужели незнакомка просто бросила ей вызов, даже не собираясь приходить?       Едва эта мысль промелькнула в ее голове, в зале вдруг раздался звон колокольчика, висящего над дверью. На пороге показалась фигура в длинном черном пальто. Огненные волосы струились по плечам и развевались при ходьбе. Анна сразу же поняла: это была она.       Вошедшая внутрь девушка, стуча каблуками, излучала абсолютную уверенность, которая просто не могла не восхищать. Быстро осмотревшись, Александра вдруг остановила взгляд на Ане, заставив сердце той предательски забиться в груди.       Решив отодвинуть свою гордость на задний план, Щербакова слегка приподняла уголки губ, не давая себе улыбнуться слишком широко. Когда рыжеволосая, уверенным шагом направляющаяся к ней, повесила свое пальто и остановилась в метре от нее, Аннушка решила съязвить:       — Сие величество «Злой Рок», наконец, соизволило почтить меня своим присутствием?       Однако на брошенную колкость Александра никак не отреагировала, сверля ее пронзительным холодным взглядом. На лице девушки не отразилось ничего: не было ни тени гнева, ни смущения, ни даже мимолетного удивления от произнесенной реплики. Молча заняв место напротив Анны, она лишь внимательно смотрела на нее, не произнося ни слова.       Вечер будет явно не из простых.

***

      Выкуривая вторую сигарету, Трусова сидела на скамейке поодаль кофейни и внимательно наблюдала за людьми, заходящими в нее. Вдруг ее взгляд привлекла миниатюрная девушка, упорно нарезающая круги вокруг заведения и нервно поглядывающая на часы.       «Она» — пронеслась мысль в голове.       Еще несколько минут понаблюдав за ней, Александра усмехнулась, когда «Феечка», сдавшись, вошла внутрь.       Стремглав мчаться на встречу Саша не собиралась: не в ее интересах. Признаться честно, ей по большому счету было лишь смешно. Накануне вечером рыжеволосая составила примерный психологический портрет своей жертвы, и поведение той пока что ничуть не отличалось от предполагаемого.       По истечении нескольких минут, затушив сигарету, девушка приподнялась с холодной скамьи и уверенным шагом направилась внутрь. Переступив порог, она осмотрелась: оппонентка ожидаемо заняла ближний к выходу столик. Повесив верхнюю одежду на вешалку неподалеку, она подошла к Анне и остановилась в метре от нее.       — Сие величество «Злой Рок», наконец, соизволило почтить меня своим присутствием?       Ничего не ответив на язвительный комментарий, девушка с трудом сдержала усмешку и приземлилась в кресло напротив. Прошло несколько долгих минут, прежде чем Аня вновь нарушила давящую тишину:       — Что, все слова испарились? — нервно усмехнулась новая знакомая.       «На взводе. Это хорошо» — пронеслось в голове у рыжеволосой. Это будет даже проще, чем она думала.       — Ничуть, — пожала плечами Александра. — Я лишь жду.       — Чего? Моего раскаяния? — недоуменно приподняла бровь девушка напротив.       — Приятно знать, что оно хотя бы присутствует, — самоуверенно ухмыльнулась Трусова. — Мне лишь интересно, когда именно ты решишься повторить все то, что написала вчера.       — Легко! — театрально развела руками Анна, на что Саша вновь с трудом подавила улыбку. — Ты поступаешь недальновидно, обвиняя меня в плагиате и руководствуясь лишь жалкими доказательствами. Довольна?       — Я бы с удовольствием тебе поверила, — наигранно вздохнула рыжеволосая. — Но это — не аргумент, а скорее попытка придать уверенности словам, за которыми ее нет.       — К твоему сведению, сарказм — тоже далеко не показатель уверенности, — эмоционально произнесла Аня.       — Мы так и будем перебрасываться пустыми фразами? — скучающе спросила Александра. — Может, все же объяснишь, в какой момент тебе показалось, что ты имеешь право присваивать себе чужое?       — Я ничего себе не присваивала, — явно начала закипать она. — Могу показать свои черновики. Может хоть тогда ты перестанешь вести себя как упрямый баран.       — Все настолько плохо, что ты взяла с собой какие-то листочки, якобы доказывающие твою правоту? — недоуменно подняла бровь Трусова. Она, конечно, подозревала, что Анна может прибегнуть к разным методам, чтобы доказать свою «правоту», но этот вариант даже звучал абсурдно.       — С собой я ничего не брала, думала, что придём к компромиссу, — равнодушно пожала плечами девушка. — Но, если ты непреклонна, могу пригласить тебя к себе и все показать — я живу в пяти минутах отсюда.       На это Александра предпочла не отвечать. Отказаться — значит капитулировать, отказываясь от своих слов, что было совершенно не в ее характере. Решив испытать судьбу, рыжеволосая молча поднялась с удобного кресла и направилась к вешалке, снимая свое пальто.

***

      Когда девушки переступили порог квартиры, Анна, по-хозяйски вешая куртку на один из крючков у двери, обернулась.       — Вещи можешь оставить здесь, — она указала на небольшую тумбу, стоящую в углу коридора, а затем удалилась в ближайшую комнату.       Сняв пальто и разувшись, Трусова молча двинулась за ней, параллельно осматривая незнакомый интерьер. Войдя в просторное помещение, она вновь огляделась: первое, что бросилось в глаза — большая черная надпись «Scherbakova», расположенная на стене.       «Развесить по стене свою фамилию — очень оригинальное решение» — подумала Александра.              — Присаживайся, если хочешь, — вдруг произнесла Аня, махнув рукой в сторону кресла около компьютерного стола. Сама же девушка уже склонилась над ноутбуком, быстро открывая всевозможные папки в поисках нужных документов.       Проигнорировав предложение сесть, рыжеволосая подошла к столу, скрещивая руки на груди, и молча наблюдала за хаотичными действиями оппонентки.       — Я покажу тебе все: от черновиков до готовых глав. В файлах указаны даты, — не отрываясь от монитора, объясняла Щербакова. — Может хотя бы так ты поймешь, что у меня были дела поважнее, нежели сидеть и планировать, как украсть твою великую «монографию».       — Сомневаюсь, что твои «черновики» докажут что-то, — равнодушно парировала Саша. — Кроме, может быть, способности изворачиваться.       — Боже, когда же ты перестанешь нести этот бред… — обессиленно произнесла Анна.       — Бред? — Трусова опасно понизила голос, а интонация стала угрожающей. — Ты не удосужилась изменить даже самые основные детали.       — Я использовала общие образы! Или музыкальные подъемы на смене придуманы лично великой Александрой?! — взорвалась вдруг Аня, оттолкнувшись от стола. — Ты просто не выносишь, что кто-то другой тоже может писать на тему лагеря! Ты не боишься плагиата, ты боишься конкуренции!       Саша сделала шаг к ней, ее лицо было искажено гневом, а дыхание стало прерывистым. Она не собиралась больше слушать опрометчивые доводы этой «Железной Феечки».       — Довольно! — рявкнула она. — Не надоело притворяться невинной овечкой?! Ты украла не фанфик, а часть моего прошлого!       Трусова резко сократила расстояние между ними. Аня, не ожидая такого нападка со стороны рыжеволосой, инстинктивно попятилась к стене, в конце концов прислонившись к ней. Холодные и сильные руки Саши легли по обе стороны от ее головы, блокируя любой путь к отступлению.       — Мне надоели твои оправдания, — прошипела Трусова. В ее глазах больше не было холода, только чистая, сконцентрированная ярость. — Ты думаешь, что я буду молча слушать твои выдумки?       Аня, прижатая к стене, смотрела вверх: девушка была чуть ли не на голову выше нее самой. Ярость Трусовой была настолько осязаемой, что буквально парализовывала, обездвиживая Щербакову.       — И что ты сделаешь? — Голос Ани был тихим и хриплым, но вызывающим. — Удалишь мой аккаунт силой?       — Нет, — ответила Трусова, а в глазах вдруг сверкнул огонек. Ее тон резко изменился, а голос стал еще тверже. — Аккаунт я не трону, в отличие от тебя.       Дальнейшие секунды тишины после произнесенной фразы казались Щербаковой вечностью. Та словно мучила Аннушку, издевалась над ней, в который раз бросая вызов. Не выдержав бездействия рыжеволосой, она резко подалась вперед, накрывая губы Саши своими.       Та, в свою очередь, больше не выжидала: сильные руки вдруг опустились на талию девушки, прижимая ее к телу. Напряжение, все это время лишь нараставшее, наконец достигло своего пика. Губы Анны, казалось, скоро онемеют: Александра чередовала поцелуи и укусы, терзая ее.       — Кровать, — на выдохе тихо произнесла Аня, но Трусова ее услышала. Уже через мгновение рыжеволосая подняла ее на руки, сжимая пальцами упругие бедра. Дышать с каждой секундой становилось все сложнее: воздуха катастрофически не хватало.       «Легкая, словно пушинка» — мельком пронеслось в голове Саши, но она не задержалась на этой мысли. Сейчас девушку интересовало лишь одно: соперница, так сильно прижимающаяся к ее груди.       Опустив Аннушку на кровать, Александра завела руки под теплое худи, которое Щербакова так и не переодела, вернувшись с улицы. Она не снимала одежду — она словно срывала ее с податливого тела. Сама же Аня, прикрыв глаза, лишь тяжело дышала: казалось, она готова довериться каждому движению, исходившему от Трусовой.       Постепенно на Анне осталось лишь кружевное черное белье, которое, как оказалось, подвело хозяйку, предательски намокнув.       Не думая ни секунды, рыжеволосая подцепила полупрозрачную ткань, стягивая ее с ног девушки. Решив не отставать от конкурентки, она быстро стянула с себя обтягивающую водолазку и джинсы. Остальные элементы одежды вскоре присоединились к ним, тоже отправившись на пол.       Нависнув над разгоряченным телом, Саша, упираясь одной рукой в кровать, медленно опустила вторую между ног Щербаковой. Услышав тихий, но протяжный стон, звучащий, словно услада для ушей, она надавила кончиками пальцев туда, где больше всего в ней нуждалась Аннушка. Ее тело откликнулось в то же мгновение, реагируя на каждое движение Трусовой. В конце концов, когда пытка стала невыносимой, Аня прошептала:       — Саш, пожалуйста…       И девушка исполнила ее просьбу, прижимаясь к ней. В ответ Александра услышала очередной, но уже не такой тихий стон, призывающий ее не останавливаться ни на секунду. Хриплый шёпот переплетался с дыханием: каждое касание, каждый рывок были словно игрой власти, испытанием границ, и с каждой секундой они теряли последние остатки контроля над ситуацией.       Казалось, момент удовольствия длился вечно. Но, в конце концов, податливое тело охватила приятная дрожь, и Щербакова, издав финальный стон, обмякла на кровати.

***

      Трусова медленно отстранилась, вновь нависая над Аней, но оставив перед этим невесомый поцелуй в области шеи. Когда она присела на край кровати, ее взгляд, блуждающий по комнате, невольно зацепился за прикроватную тумбочку.       Там, среди мелочей, стояла небольшая рамка. На фотографии была запечатлена группа счастливых детей, и в центре, с сияющей улыбкой, стояла сама Анна. Она была в сиреневой футболке, а на шее виднелся небрежно повязанный ярко-красный пионерский галстук. И, что самое поразительное, на заднем плане виднелась такая узнаваемая, хоть уже и покосившаяся от времени вывеска: «Лагерь Хрустальный».       Трусова замерла. Все элементы мозаики внезапно встали на свои места, вызывая бесчисленное количество мыслей и эмоций, превратившихся в один сплошной ураган.       — Ты… — и без того низкий и сдавленный голос Александры охрип. В нем уже не было ярости, лишь ошеломление. — Ты была вожатой?       Аня, лениво приоткрыв глаза, посмотрела на Трусову.       — Да… — слегка улыбнулась она, вновь вспоминая свое самое счастливое лето.       Саша, все еще будучи шокированной, не смогла сдержать горькой усмешки. Она опустилась на кровать, прижавшись к Щербаковой, и отбросила назад свои огненно-рыжие волосы. Посмотрев на Анну взглядом, в котором смешались досада, облегчение и, самое неожиданное, понимание, она вдруг заявила:       — Серьезно, Щербакова? Мы потратили столько времени на выяснение отношений в сети, обменивались взаимными угрозами, чуть ли не подрались у тебя дома, — она вдруг замолчала, пытаясь сложить все это в одно целое. — И всё лишь потому, что мы обе были в одном и том же Богом забытом лагере?       Аня, удовлетворенно прислонившись к подушке, вновь опустила веки, смиренно принимая всё происходящее. Спустя несколько мгновений она вдруг посмотрела в зеленые глаза напротив.       — Знаешь, что самое смешное? Ты сама себя загнала в угол, — Аня подняла руку и коснулась запястья Трусовой, которое лежало на простынях. — Ты так хотела, чтобы я была злостным плагиатором, что не заметила, казалось бы, самого очевидного и простого варианта.       — Хочешь сказать, я была настолько одержима «Хрустальным», что мой мозг сам подобрал мне идеального врага в твоем лице? — скептически посмотрела на нее девушка.       — Нет, Саш. Если уж мы говорим о плагиате, — она хитро прищурилась. — То я просто прочитала твои мысли и украла весь лагерь.       — М-да… Как я и говорила, умом ты не блещешь… — Трусова, улыбнувшись, приподнялась на локтях, оторвавшись от мягкой поверхности. Она посмотрела на Аню, потом на фотографию, затем — снова на Аню. — Завтра же удаляешь эту главу. А потом… Я покажу тебе свои записи, фото и видео со смены. Возможно, нам стоило с самого начала перестать бороться и просто начать писать вместе.       — Может, и стоило, — согласилась Аня, такой итог уже явно больше походил на благоприятный. — Но только если ты пообещаешь, что в следующий раз, когда тебе покажется, что я что-то украла, ты не будешь призывать свою армию разгневанных читателей.       — Ладно, уговор. Даю слово, что в другой раз, когда ты попытаешься «творчески переосмыслить» мой личный опыт, я не буду устраивать публичный скандал, — Трусова наклонилась ближе, а ее голос стал низким и бархатным. — Просто приду и немедленно потребую компенсацию вреда. И отнюдь не морального.       — Вероятно, нам действительно стоит подумать над совместным произведением, — усмехнувшись, произнесла Аннушка, а затем притянула Александру к себе, вовлекая в очередной, но уже сладкий и нежный поцелуй.