Зайчик в огороде саду 3.0

Семь зверей — Антон, Роман, Бяша (с перевязанной лапой), Борис, Катя, рядовой Тряпкин и сам Тихонов, к тому моменту уже вышедший в холл — собрались в милицейском участке. В воздухе висело напряжение, смешанное с торжеством. Антон улыбался. Он чувствовал себя героем. — Вот знаете, — сказал Антон, обращаясь ко всем. — Наверное, всё-таки получится получить эту награду. Тем более что они же ведь не знают, что тут происходит, пока мы не скажем. — Да ну тебя, Зайчик! — с рычанием отозвался Роман. Они вошли в холл участка. Роман тут же прошипел Антону: — Только запомни мои слова: **менты они хуже душегубов.** Антон осматривал помещение: клетка, дежурная часть, старые стенды. Взгляд его упал на доску объявлений. Там висели **плакаты о розыске Заячьей Губы** и **«Пропаже детей»**. Антон знал, что трое пропавших, скорее всего, мертвы, но Катя спасена. Тут подошёл сам **лейтенант Тихонов**. — Ага, какие тут зверьки пожаловали! Ну что, Пятифанов, решил всё-таки сдаться с повинной? — Очень смешно, — фыркнул Роман. Рядовой Тряпкин тут же вмешался, становясь на защиту подростков: — Товарищ лейтенант! Здесь вообще-то юноши пришли, они хотели показать, что Катя уже спасена. Только вот знаете, где она была? — И где же? — спросил Тихонов. — **В Аглофабрике!** Тихонов не мог поверить. — Это самое страшное, что я мог себе представить! — пробормотал он. Антон добавил, глядя ему прямо в глаза: — А вы вообще в курсе, что трое детей уже и так погибли? И, скорее всего, их бросили под поезд. Бандиты просто выкидывали их туда, чтобы поезд раздавил. — Петров, ты бы лучше друзей поосторожнее выбирал! — рявкнул Тихонов. — Учитывая то, что некоторые из них и так уже чуть ли не на учёте детской комнаты милиции стоят! И тебя я могу поставить, Петров, если не дай бог... — Ой, да мы знаем все эти учёты, — перебил Роман. — Лишь бы отчётность закрыть. Настоящие преступники-то и дело, что гуляют на свободе, пока вы тут виновных сажаете! — Ладно, мужики, — вмешался Борис, выводя Катю вперёд. — Вот ваша Катя. — Я спасена, — слабо прошептала Белочка. — Вы лучше её в свою комнату отведите, лейтенант, — предложил Тряпкин. — Если Лилия Павловна придёт, дайте знать. — Нет, давайте лучше в холле оставим, — решил Тихонов. — Главное, чтобы мама увидела. Он снова обернулся к Роману. — А вот ты, Пятифанов, учти: не образуешься, как твой отец ещё со времён окончания Афгана, то я сделаю всё, что угодно, лишь бы ты испытывал так называемые пытки палачей! Мне так хочется побить твои руки, дабы они не трогали твой собственный член, чтобы ты мог подрочить на какую-то первую скрипку в Мундыбаше! Антон еле сдерживал смех, тихонько ржа от этой унизительной тирады. — Я и не такое могу пережить, — гордо ответил Роман. — Константин Владимирович, — обратился Антон. — Я не хотел говорить это, но... награда хотя бы какая-нибудь будет? Я же Катю спас. Я могу вам помочь Заячью Губу найти и быть почётным гражданином. Чтобы все знали меня как героя. Тихонов тяжело вздохнул. — Ну да, ну да... Я знал одного такого зверя, который действительно хотел получить награду за то, что милиционерам помогал... спас самого милиционера. Единственное, что он получил — это **Орден Мужества**, и больше ничего. — Вы хоть понимаете, что **герой тот, кто знает, что нужно сделать**? — Я знаю эту цитату, — ответил Тихонов. — Но пойми. Ты же не в каком-то сюжете о Чёрном Котёнке, в котором школьник получает награду за расследование. Наверняка кто-то тебе внушил, что ты можешь получить награду. Наверняка Пятифанов сказал. — Я так и знал! — закатил глаза Роман. — Вы поймите, — почти со слезами сказал Антон. — Это всего лишь была моя мечта. Ещё с самого начала, когда только-только переехал. Я хочу в Диснейленд попасть! На день рождения хотел, но мне тупо дали долбаный тетрис, а я ревел. Родители чуть не поссорились. У меня и так намёк на то, что они разведутся! Вы для меня — единственная надежда. — Я понимаю, что мы надежда, — ответил Тихонов, смягчившись. — Но пойми, казна администрации еле-еле держится. Зарплата у агломератчиков на фабрике очень маленькая. — Да ладно вам, лейтенант! — вмешался Борис. — Он же доброе дело делает. Логично было бы взяться за **Заячью Губу**, который должен расколоться и сказать, где живёт Спесивцев! — Опять вы про этого Спесивцева! Сколько можно! — Тихонов начал терять терпение. — У нас достаточно улик! У Петрова ту него много улик, которые рано или поздно он нам покажет! А вы даже варежку котрою найти не можете, не то что Полковник! Тихонов вспомнил, как Полковник на него давит. Он отвернулся, скрывая слёзы. — Тряпкин, не надо мне это припоминать. Мне и так больно, когда вспоминаю такое... ещё тогда, когда я был прапорщиком. Он вытер слёзы и обернулся. — Но я всё-таки рад тому, что этот юноша уже начинает спасать кого-нибудь. — Можете мне хотя бы помочь с раной? У меня и так уже болит! — пожаловался Бяша. — О боже, а кто тебя так укусил? — ужаснулся Тихонов. — Это я его укусил, случайно. Хорошо, что Петров остановил, — честно признался Борис. — Учти, я за укус не сажаю, — сказал Тихонов. Рядовой Тряпкин отвёз Бяшу наложить свежий, крепкий бинт. Антон снова посмотрел на доску розыска. — Знаешь, Петров, мы, Барсуки-милиции, чаще смотрим на неё, чем ты. Ты же ведь впервые смотришь? — Ну, как бы да. — Вы бы лучше всегда действовали, искали этого педофила, а не просто на объявление в розыске смотрели! — не унимался Роман. — Да заткнись ты, не обижай Тихонова! — одёрнул его Борис. — Вы думаете, я не хочу на этого педофила надеть наручники?! — взорвался Тихонов. — И посадить его за решётку на всю жизнь?! Вы хоть знаете, сколько я расследую это дело? Я уже два года этим занимаюсь! Голова болит от недосыпа! Он снова закрыл лицо лапами. — Просто... в 94-м были случаи, когда мы нашли трупы детей на речке Аба в Кузне. Тогда тебе ещё 14 лет было. Река воняла кровью! Ещё дело, когда бандиты расстреляли тех, кто был в магазине «Мастер»! А Лабодский в то время умер в Москве! Металлургия в Новокузнецке сокращалась! Улики потом начали пропадать у нас... Антон вспомнил кепку, которую украл. Ему стало неловко. — В 66-м, — продолжил Тихонов, — помню момент, когда был один такой педофил, который мерзко делал с детьми... но удалось его спасти. Это было в Прокопьевске, где я жил. Тихонов достал старую, пожелтевшую фотографию: он молодой, счастливый, стоит рядом с плакатом, возвещающим, что педофил посажен. — Мне тогда дали Почётное звание, **«Почётный Гражданин СССР»**. И всё. — То есть вы никакие деньги не получили? — спросил Антон. — Конечно. Так что учти, я деньги тебе вряд ли подарю. Но учитывая твоё желание, я всё-таки сдержу слово: **я добьюсь для тебя награды** при условии, что благодаря тебе получится найти Заячью Губу. Антон, сдержав слёзы, обнял Барсука, как родного отца. — Спасибо, Константин Владимирович! — Всегда пожалуйста. Самое главное, чтобы Полковник не знал. В участок вбежала **Лилия Павловна**. — Катя! Мама-Белочка бросилась к дочери. — Нашлась! Наконец-то! А кто тебя спас? — Это был Боря из параллельного класса! — ответила Катя. Лилия Павловна поцеловала дочь и обернулась к Борису. — Учитывая такую смелость, я считаю, что ты герой! — Слушайте, — обратился Антон к Тихонову. — А вы в Институте ФСИН можете лекцию прочитать о том, как некоторые могут помочь с преступлением? — Ну, как бы да, — согласился Тихонов. — Если время найдётся. Катя пригласила Бориса в гости. Тот, смущённый, согласился. — Знаете что, все трое, — сказал Тихонов Антону, Роману и Борису. — Давайте лучше вы пойдёте домой. Антон, с новым бинтом Бяши, счастливый, что получил обещание награды, покинул участок. — Спасибо, что не сдал, — сказал Роман. — Но лучше бы мы туда не шли. — Ну, так пойми! Мы же уговорили Тихонова, чтобы я получил награду! Мечта пойти в Диснейленд никогда не уступит, если я не сделаю то, что обещал! — Ладно, — Роман пожал плечами. — Пойду-ка лучше к Полине. Поночую. Сделаю кое-что для неё приятное. Антон понял, что «приятное» подразумевает. Он тоже хотел домой, но решил немного подождать, чтобы избежать криков родителей. Вдруг в темноте он увидел **сверкающие голубые глаза**. **Лиса Алиса!** Она прыгнула на Антона. — Тошенька, как дела?! — Алиса! Слава богу, ты жива! Я так скучал по тебе! Он чмокнул её в щёки. — Что ты тут делаешь, в участке? — Я вообще-то Белку одну отдал, чтобы они проверили, жива ли она. Я с Борисом на Аглофабрике был, мы её там спасли. И теперь у меня есть шанс получить награду у Тихонова! — Опять этот милиционер! — Алиса нахмурилась. — Он уже неоднократно проверял моих родителей! — В чём проверял? — В том, что они типа детей кушали! Но очевидно, что они закупаются мясом, и они никогда не были такими людоедами-педофилами! Они любят меня! — Ну, я в будущем могу уговорить Тихонова, что твои родители невиновны. У них же есть алиби и всё такое. У меня теперь нормальные связи. — Слушай, — предложил Антон. — А может, пойдём ко мне в гости? Возможно, ты мне что-то вкусненькое приготовишь? Я уже несколько часов не ел. — Ну, конечно же, миленький, — улыбнулась Алиса. — Я как раз хотела покормить тебя чем-то существенным. — Спасибо, Лисичка. Антон страстно **поцеловал Алису в губы**. Она закрыла глаза и обняла его. После поцелуя они вдвоём пошли к дому Антона.