За стенами свободы

      Время шло, и, после того как пыль от Гула Земли осела, мир начал восстанавливаться. Люди, пережившие ужасы войны и разрушений, начали объединяться ради создания нового будущего — нового мира, где титаны и разрушения остались позади. Но в этом новом мире оставались старые проблемы, старые чувства, которые не исчезли так быстро.       Отряд, после долгой борьбы, наконец смог расслабиться. Но их работа была ещё далеко не завершена. Леви, Ханджи, Лери и остальные помогали восстанавливать лагерь, заботясь о тех, кто пережил. Прежде чем двигаться дальше, они сосредоточились на том, чтобы укрепить будущее, и у каждого из них была своя роль.       Жан оказался в центре событий, в отличие от Леви, который оставался молчаливым и угрюмым. Когда Жан заметил, как Лери помогала людям, её руки не прекращали работы, а глаза отражали ту решимость, которая была свойственна только настоящим бойцам.       Он не мог не заметить, как она растёт, и как его собственное сердце замирает быстрее при каждом её взгляде.       Лери, всё ещё не привыкшая к тому, что её кто-то поддерживает и заботится о ней, сразу заметила, как Жан стал внимательнее. Он теперь не просто шутил, как раньше, не насмехался. Он был серьёзным, терпеливым и заботливым. И это, как ни странно, тронуло её. — Ты... всё хорошо? — Жан подходил к ней, когда заметил, что она немного устала. — Всё в порядке, Жан. Просто работы много, но всё получится. — усмехнулась она, но в её голосе была теплота.       Жан улыбнулся, и они вновь продолжили работу, уже более слаженно, чем раньше. Время шло, и с каждым взглядом, с каждым жестом между ними вырастала некая невидимая нить, связывающая их.       Леви, наблюдавший за ними со стороны, почувствовал странный ком в груди. Он знал, что не может вмешаться, знал, что он сам, возможно, нуждается во времени, чтобы разобраться в своих чувствах. Но каждый раз, когда он видел их вместе, что-то внутри него шевелилось.

***

      Лери была как всегда на передовой. Восстановление лагеря, помощь раненым — она не могла сидеть без дела, ведь была привыкшая заботиться о других. И когда работа затянулась до позднего вечера, а холодный ветер начал пробирать до костей, она почувствовала усталость, которая начала накатывать. В этот момент рядом оказался Жан. Его взгляд был пристальным, и, заметив её дрожь, он мгновенно накинул на её плечи свой пиджак. — Ты так заботишься о других, а кто о тебе позаботится? — сказал он, в голосе слышалась искренняя забота, но он был решителен, как всегда.       Лери, даже не сразу осознав, что произошло, посмотрела на него. Её тело почувствовало тепло пиджака, но это было не всё. В его руках была чашка горячего чая. Он подал её, и она взяла её с благодарностью, хотя её пальцы слегка дрожали от холода. Первый глоток и она почувствовала, как тепло разливается по её телу.       Жан наблюдал за ней. Он заметил, как её волосы выбивались из-за уха и касались её щеки. Его руки не задумываясь коснулись её лица, чтобы убрать эту прядь. Это движение было таким естественным, таким нежным, что Лери замерла на мгновение. Сила его прикосновения была мягкой, но в этом скрывалась определённая настойчивость, как бы призывая её понять, что его забота не просто слова.       Её сердце заколотилось, и в груди словно что-то вспыхнуло. Все её чувства, которые она так долго скрывала, нахлынули на неё, но тут же вернулись и её мысли о Леви. Он где-то вдалеке, скрытый за тенью, наблюдал за ними. Его взгляд был полон туманного гнева, которого Лери не могла понять, но чувствовала на своей коже.       Леви стоял неподалёку, пряча своё раздражение и ревность, но каждый момент, когда он видел, как Жан рядом с Лери, что-то внутри него сжалось. Он молчал, но взгляд не отрывался от пары. Он не хотел признавать, что его раздражает не только внимание Жана, но и то, что в его груди зародилась ревность. Почему она? Почему она так легко позволяет кому-то заботиться о себе?       Взгляд Леви стал ещё более угрюмым, когда Жан поправил пиджак на плечах Лери, застегнув верхнюю пуговицу. Этот жест, который, казалось бы, был таким простым, заставил Леви ощутить сильнейший всплеск эмоций. Его тело напряглось, и он не мог понять, почему его так тянет подойти и остановить всё это. Но он стоял и молчал, внутренне сдерживая себя. Он сам не знал, что ему делать с этими чувствами, но он чувствовал, как буря эмоций накрывает его с головой.       Жан снова, не заметив ничего странного, продолжил наблюдать за Лери. Его рука коснулась её плеча, а взгляд был тёплым и полным нежности. Лери ответила на его взгляд, и на мгновение её глаза встретились с его, и тогда Леви почувствовал, как что-то в нём лопнуло.       Ханджи, заметив его угрюмое молчание, решила вмешаться, как всегда. Она поддразнила его, подходя к нему с загадочной улыбкой. — Ну и что, ты решил уступить Лери Жану? — поддразнила она его с лёгкой насмешкой, бросив взгляд на парочку.       Леви, напрягшись, не сразу ответил, но его раздражение было заметно. — Я просто не понимаю, почему её всегда тянет к этому идиоту, — пробормотал он, пытаясь скрыть собственную злость и ревность. Он видел, как они вместе, и это его выводило из себя, но он не мог ничего с этим поделать.       Ханджи, как обычно, не оставила его в покое. — Ты сам знаешь, что она может выбирать, с кем быть. Но если ты хочешь, чтобы она была с тобой, может, пора что-то делать? — поддразнила она, но её слова задели Леви ещё сильнее.       Он молчал, но в его груди бушевала буря. Он не знал, что делать с собой, но его сердце и разум теперь кричали ему одно: он не может позволить Жану быть рядом с Лери.

***

      Лери, как всегда, рано встала, не выспавшаяся и усталая, но её цель была ясна — помочь тем, кто в этом нуждался. Работы было много, и она не могла позволить себе расслабиться, как бы тяжело не было.       На этот раз, направившись к палаткам тяжело раненых, она не заметила камень на пути. Запнувшись, она стремительно полетела вперёд, но в последний момент сильные руки Жана подхватили её за талию, спасая от падения. — Тебе самой требуется отдых. Куда ты несёшься в такую рань? — голос Жана был мягким, но в нём чувствовалось лёгкое раздражение. Он не мог спокойно смотреть, как Лери отдает себя на уничтожение.       Лери попыталась что-то сказать в своё оправдание, но Жан, не дождавшись её ответа, как бы не спрашивая разрешения, поднял её на руки. Он не собирался позволять ей снова броситься в работу, пока её силы не иссякли.       Осторожно и уверенно он унес её за лагерь, где было немного уединения. Там, на траве, он опустил её, снял свой плащ и расстелил его. — Пока есть время, нужно и нам отдохнуть, — сказал он усаживаясь на свой плащ, и потянул девушку за руку к себе, заставляя присесть рядом. — Иначе как мы поможем остальным, если не будем в состоянии помочь себе?       Лери уже не возражала. Её усталость начала брать верх, и, почувствовав его тепло рядом, она не смогла сдержать сон. Лёгкий ветерок, журчание реки и Жан, рядом с ним, создавали атмосферу покоя, в которой Лери расслабилась и, не замечая, как, опустив голову на его плечо, погрузилась в сон.       Тем временем Ханджи шла по своим делам, направляясь к реке, но не успела пройти и несколько шагов, как её взгляд привлекла сцена на траве. Она заметила Лери и Жана.       Пара сидела рядом, и это было слишком очевидно. Они почти обнимались, и их вид в такую рань был излишне спокойным и умиротворённым. Лери, расслабленная и убаюканная в тени Жана, явно не думала о том, что так рано и без усталости можно просто сидеть.       Ханджи, подавив улыбку, сдержанно повернулась и решила найти Леви. Он, как всегда, был на страже, и она знала, что он наверняка заметит такие моменты. Это было слишком явное, чтобы он мог проигнорировать.       Как только Ханджи отыскала Леви, который, как обычно, был сосредоточен на своих делах, она не смогла удержаться от того, чтобы поделиться увиденным: — Леви, если захочешь умыться, не иди к реке! — её голос звучал насмешливо, в нём чувствовалась лёгкая злость, которая не скрывала поддразнивания. — Просто предупреждаю — там занято. Двое влюблённых уже устроились поудобнее. Не мешай им!       Леви не сразу отреагировал. Он привычно косо посмотрел на неё и, как всегда, ответил молчанием. Но Ханджи продолжала подогревать ситуацию, её насмешки становились всё более откровенными: — Интересно, когда Лери и Жан так сблизились? Когда это произошло? И вот, с утра пораньше, уже между ними такие нежные моменты?       Леви по-прежнему молчал, но Ханджи заметила, как его выражение лица постепенно меняется. В его глазах начинали пробуждаться эмоции, которые он с трудом скрывал.       Ревность, раздражение — всё смешалось в его взгляде. Он не мог понять, почему его так напрягает этот момент. Почему её поддерживает Жан? Почему так близко, так уверенно? Что этот идиот себе позволяет?       Его взгляд стал хмурым, и в животе начало клокотать злобное ощущение, которое он так долго старался подавить.       Ханджи заметила, как напряжение нарастает, и не смогла сдержать усмешки. Она была слишком опытной, чтобы не заметить, что её шуточки попадали точно в цель. Она знала, что Леви начинает чувствовать, и это её забавляло.       Когда они подошли к реке, скрываясь за кустами, Леви, наконец, выглянул из-за них. Его взгляд на Лери и Жана стал всё более острым. Он увидел, как Жан сидит рядом с Лери, его рука мягко лежит на её плечах, а она, с головою, опустив взгляд, отдыхает на его плече. Он поправил её волосы, нежно убрав выбившуюся прядь с её лица, и немного наклонился, чтобы посмотреть на неё. Леви почувствовал, как его сердце сжалось. Это не было просто раздражением, это была ревность, которую он не мог и не хотел признавать.       "Что он себе позволяет? Почему она не отстраняется? Почему она так спокойно даёт ему свою близость?" — его мысли стремительно перемещались от одной мысли к другой, пока не дошли до того, что ревность сжигала его.       Ханджи, наблюдая за его реакцией, не могла сдержать очередного поддразнивания: — Молодые, чего расселись? Кто же тогда работать будет? Неужели они не понимают, что время драгоценное?       Леви сжался, не проронив ни слова. Но внутри него всё бурлило. Он молчал, но в его душе нарастала буря. Каждый момент, когда он видел Жана рядом с Лери, он чувствовал, как растёт его раздражение, а вместе с ним — и страх. Он боялся потерять её, но не знал, что ему делать.       Ханджи снова не унималась: — Ты заметил, как они сидят? Может, это же как-то важно для них? Или они оба просто забыли, что есть более важные вещи, чем отдых?       Леви промолчал, но его взгляд снова упёрся в пару. Он видел, как Жан в очередной раз поправил её волосы, и в его груди что-то болезненно ёкнуло. Он почувствовал, что если он не сделает что-то сейчас, то, возможно, упустит свой шанс.       И в тот момент, когда он снова заметил взгляд Жана, Леви почувствовал, как его ревность превращается в настоящее пламя. Это была не просто борьба за Лери, это была борьба за его собственные чувства, которые он теперь уже не мог игнорировать.