За стенами свободы

      Утро начиналось как и многие другие. В лагере уже ощущалась незначительная активность — первые лучи солнца пробивались сквозь верхушки деревьев, часовые сменялись, а лагерь постепенно просыпался. Лери уже была в движении, проверяя приготовления, как обычно — в полной тишине, как это делал Леви. — Ты решила стать самим Леви, а Лери? — поддразнила её Пик, ступая рядом, с насмешливым взглядом. — Всё в точности как он. Будто ты забыла, что ты тоже Лери.       Лери не ответила сразу. Она подняла глаза, проверяя состояние нескольких офицеров и отряд, который она курировала в отсутствие Леви. И всё было в порядке. Работа шла слаженно. — Пик... не начинай, — тихо произнесла она, глядя на женщину, с которой она прошла долгий путь. — Я просто продолжаю его работу. Он бы сделал то же самое, если бы был здесь. — Ага, конечно, — усмехнулась Пик, подталкивая её плечом. — Я тебе точно говорю, я это чувствую. Ты по нему тоскуешь.       Лери, не реагируя на её слова, продолжала проверять планы и стратегию. Внутри неё было странное чувство, которое она не могла назвать. Это было не одиночество — скорее, осознание того, что каждый день теперь был другим.       Но Пик не оставляла её в покое, несмотря на мрачные размышления Лери. Это было привычно, и именно в такие моменты её поддразнивания приносили хотя бы небольшое облегчение.       Пока Пик отступала, Лери ещё раз взглянула на карту, прикидывая, что делать дальше. Армин подошёл к ней с документами в руках, а затем, не выждав, чтобы привлечь её внимание, сказал: — Всё идёт по плану, Лери. Мы готовы отправить разведчиков на ту сторону. Сегодня вечером всё будет готово.       Но всё это было на фоне утреннего совещания, которое началось спустя несколько минут. Лери уселась за стол в палатке для совещаний, присоединившись к остальным. Пик села напротив, продолжая следить за ней взглядом. Армин был рядом с картой, обсуждая будущие шаги. Но, как и всегда, ни один план не мог быть завершён без отчёта о событиях в других лагерях. — Присоединился к нам новый отряд, — сказал один из офицеров, ломая тишину. — Раненые прибыли с того лагеря, куда отправились отряд Леви и Ханджи.       Лери сразу напряженно выпрямилась. Всё, что касалось лагеря, куда отправились её друзья, сразу же привлекало внимание. Она не могла не подумать о том, что их путь теперь был уже другим.       Смятение и беспокойство начали переполнять её. В глазах мелькали воспоминания о Леви, о том, как они были рядом, а теперь всё было иначе.       Армин поднял взгляд, как будто улавливая её мысли: — Мы поедем туда. Посмотрим на месте. Лучше узнать обстановку из первых уст.       Лери кивнула, не говоря ни слова. Пик облокотилась на стол и, улыбнувшись, подмигнула: — Ого, отряду Лери, конечно, не будет скучно.       Но это была не шутка.       Тот отряд, что прибыл с раненым, мог скрывать больше, чем просто физическую боль.       Когда они подошли к месту, где располагались раненые, атмосфера была тяжёлой. Люди, которые только что прибыли, выглядели измотанными, раненые солдаты сидели на земле или стояли, поддерживаемые другими. В их глазах был страх, усталость, и какое-то напряжение.       Лери подошла к одному из них, пытаясь выяснить, что именно произошло. — Что случилось в вашем лагере? — спросила она у мужчины, с виду старшего по званию.       Он кивнул, тяжело выдыхая. — Там было... нечто странное, — начал он, но тут его взгляд неожиданно изменился. Он замолчал и, оглядевшись, вдруг сказал: — Лери?       Девушка замерла, и её сердце резко забилось. Этот голос, эта манера... Она повернулась, внимательно смотря на мужчину. Его глаза были такими же, как у её отца, глубокими и проницательными, но лицо не имело тех мягких черт, что она помнила. — Это правда ты? — его глаза засветились от удивления. — Как я рад, что ты жива!       Он шагнул к ней, чтобы обнять, но Лери тут же отстранилась, взгляд её был холодным и настороженным. — Что вы себе позволяете? — прошипела она, отталкивая его.       Мужчина остановился, осознав свою ошибку. Он выглядел растерянным, но потом, заметив её настороженность, тихо произнёс: — Прости, наверное, ты меня не помнишь. Я... я был другом твоего отца. Когда ты была маленькой, я был твоим наставником.       Лери уставилась на него, пытаясь распознать знакомые черты в его лице. Он говорил о её отце, и слова звучали настолько странно, что она немного растерялась. — Ты так похожа на своего отца... — сказал он, немного касаясь её щеки. — Уже такая взрослая...       Лери, наконец, начала его узнавать. Она не могла поверить, что вот так, спустя столько лет, она встретила его снова. Это был один из тех, кто обучал её боевым искусствам и работал с её отцом в те самые тёмные времена, когда она была ещё ребёнком. — Дариус Рейвен? — наконец, она произнесла это имя, хотя сама не верила, что встретила его здесь, спустя годы.       Мужчина посмотрел на неё с теплотой в глазах и сказал: — Ты всё правильно помнишь... Я долго искал тебя, знал, что тебе нужно будет время, чтобы оправиться после всего...Прости, что не было рядом, когда его не стало...       Лери всё ещё стояла напротив него, и ей казалось, будто земля под ногами стала зыбкой. Столько лет прошло. Она похоронила эти воспоминания, затолкала в самый дальний угол памяти. Но сейчас, в утреннем свете, они снова всплыли — образы, запахи, голос её отца, и этот мужчина, Дариус, что всегда был рядом в её раннем детстве, строгий, но заботливый. — Почему ты здесь?.. — её голос звучал слабо, почти шёпотом. — Почему ты так долго молчал?       Он опустил взгляд, и в его глазах отразилась боль. — Я не молчал. Я искал тебя. Сначала по следу, потом по слухам... — он сделал паузу, — а потом пришла весть. О том, что кто-то перебил всех, кто был причастен к гибели твоего отца.       Лери сжала кулаки, отвела взгляд. Она не хотела говорить об этом. Не сейчас. — Это была я, — произнесла она наконец. — Я вернулась. Я отомстила. И не жалею ни об одном своём шаге. — Я знаю, — спокойно ответил он. — И горжусь тобой. Он бы тоже гордился. Мы учили тебя быть сильной. Ты такой и стала.       Она молчала, лишь напрягала челюсть, будто боялась, что ещё секунда — и её голос дрогнет. — А как ты оказался в Марлии? — наконец, спросила она, немного восстановив дыхание. — После смерти твоего отца, — Дариус говорил мягко, — твоя мать забрала тебя и исчезла. Я пытался отследить вас, но было поздно. Потом, когда всё разрушилось... я был в числе тех, кого эвакуировали. Оказался в том лагере. Там было неспокойно, но я всё равно надеялся — вдруг хоть раз, хоть где-то встречу тебя.       Он чуть прищурился, изучая её лицо. — А теперь ты здесь. Передо мной. Уже не та девочка, которую мы с твоим отцом учили владеть ножом, — в его голосе прозвучала едва уловимая улыбка. — А настоящая женщина, капитан, сильная, холодная, уверенная. Ты выжила. Я горжусь тобой.       Лери долго смотрела на него. Сердце её колотилось — не от страха, нет. Просто всё это было слишком. Слишком внезапно. Слишком болезненно. Но вместе с тем — словно кусочек её старой жизни вернулся на место. Место, которое она не знала, что до сих пор было пустым. — Мне нужно немного времени, — тихо сказала она. — Я не тороплю. Я просто рад, что нашёл тебя. Если ты позволишь, я останусь в лагере. Помогу. Я до сих пор умею многое, и мне есть за что отдать долг.       Лери кивнула. В глубине души она чувствовала: это не просто встреча. Это судьба. И теперь она снова начинала переплетаться — с прошлым, настоящим, и тем, что ещё только ждёт её впереди.