За стенами свободы

      Ночь была тиха, и туман лёгкий покрывал лагерь, когда отряд Леви и Ханджи вернулся домой. Суматоха, проверки, отчёты... Всё это прошло, но одно оставалось для Леви неизменным — он так и не был рядом с ней.       Он прошёл по дороге, дойдя до домика, где, как он знал, она должна была быть. Но дверь была заперта. Он не хотел её будить, не хотел нарушать её сон. Ведь в этот момент Леви просто тосковал по ней, как и она по нему, и не хотел, чтобы это вмешательство было резким.       Развернувшись, он направился обратно к себе. Пройдя в домик, он скинул с себя снаряжение, но замер, увидев её.       Лери.       Она лежала на его кровати. Как она оказалась здесь? Он не мог точно сказать, но её присутствие было настолько естественным, что Леви не мог пройти мимо. Она крепко спала, обняв одеяло, её дыхание было ровным, а лицо — расслабленным, почти детским.       Он с осторожностью присел на край кровати, его взгляд затмился. Мягко, почти не касаясь, Леви провёл пальцем по её лицу, убирая прядь волос с её лба.       Он не мог не заметить, как её кожа казалась ещё мягче, чем он помнил, а её дыхание всё так же спокойное и умиротворённое. Его пальцы невольно скользнули дальше, по её губам. Он задержал взгляд на этих губах, и его сердце сжалось, когда он наклонился, почти не касаясь её, и коснулся её губ своими.       Веки Лери дрогнули. Она не проснулась, но её лицо изменилось, в уголках губ появилась едва заметная улыбка. Леви замер, не зная, что делать. Он всё ещё был рядом, но её сновидение теперь проникло в их реальность. — Ты снова пришёл ко мне во сне? — её голос был едва слышен, почти потерянный в полумраке. Леви замер, его взгляд стал мягким, он ощущал её тепло даже во сне.       Её рука протянулась, коснувшись его щеки, и Леви в этот момент ощутил необычайную мягкость её прикосновения.       Он задержал дыхание, когда она приблизилась и снова коснулась его губ своими, словно прощаясь, словно не могла разбудить его. — Когда ты ко мне уже вернёшься? — прошептала она, и, не дождавшись ответа, вернулась на подушки, погружаясь в глубокий сон.       Леви остался сидеть, смотря на неё, его сердце билось быстрее. Он почти мог почувствовать, как её слова, сказанные в полусне, отзывались в его груди. В её снах она не боялась его. И он не мог поверить, что она так жаждала его возвращения, даже когда не осознавала этого.       Он снова наклонился, тихо, почти невидимо, прошептал: — Я уже рядом, Лери. Я больше не уйду.       Он поднялся, не в силах оторваться от неё. Остался стоять рядом, глядя на её спокойное лицо. Её сон стал для него не просто мгновением. Он стал обещанием.       В этот момент Леви понял, что с этим человеком он не боится быть уязвимым. Даже в её снах он был нужным.       Он всё ещё стоял у кровати, наблюдая за тем, как её грудь ровно поднимается и опускается. Её слова всё ещё звучали у него в ушах, будто тихое эхо, оставшееся в сердце. Леви тяжело вздохнул. Он не хотел уходить. Не сейчас.       Но даже в такие моменты он оставался собой. Осторожно, стараясь не шуметь, он вышел из комнаты. С привычной методичностью принял ванну, переоделся, не оставив на себе ни следа дороги.       Вернувшись в спальню, он бросил последний взгляд на Лери, укрытую одеялом, свернувшуюся, как котёнок. Он скользнул под одеяло с другой стороны, стараясь не потревожить её, но как только лёг рядом — она чуть вздрогнула и почти инстинктивно прижалась к нему, уткнувшись носом в его плечо.       Улыбка скользнула по его губам — тихая, едва заметная, но настоящая. Он обнял её, заключая в свои руки, как нечто хрупкое и бесценное, чего больше не хотел терять. Его подбородок лёг на её макушку, и он закрыл глаза, впервые за долгое время позволяя себе расслабиться. — Теперь точно не сон, — прошептал он почти беззвучно. — И ты рядом.       Он закрыл глаза, позволяя себе заснуть рядом с той, кто наконец стала его домом.       Сон пришёл и к нему. Но на этот раз он знал: проснувшись, она всё ещё будет здесь.