Месть Экзорциста

Прошло 2 дня. Некоторые стали обсуждать надвигающуюся войну. Но дальше обычных разговоров это не заходило. А обычные жители и вовсе об этом не знали. Необходимо было всë обдумать. Сэра не хотела возобновлять истребления, но что делать, если грешники и вправду вторгнутся сюда? Лют нужно было развеять мысли и перевести дух, потому она пришла в кабинет Адама. Лейтенант стала чаще приходить сюда, из раза в раз наблюдая за погромом, который она устроила в ходе ярости. Никто не хочет еë слушать. Попытка договориться с этими мразями провалилась. Ну так что ещë надо, чтоб случилось, чтобы все поняли: "отмена истреблений - это ошибка"? — Чë ты, шизанутая, пришла за советом? - спросил внезапно появившийся призрак Адама. — Мне бы на самом деле он не помешал. - ответила слегка вздрогнувшая от неожиданности Лют. — Никто меня не слышит, или отказывается слышать. Когда Ад показал Небесам напрямую, что он из себя представляет, Сэра всë ещë думает о том, как же правильно поступить. Неужели даже после этого не ясно? - злость вскипала в еë словах. — Мда, Сэра как всегда. Сначала эту хуйню разрешает, а теперь из-за одного везучего уëбка, видите-ли, перехотела. - язвительно отметил Адам. — Почему только ты разделял мою точку зрения?! Ты был единственным, кто понимал меня! - Лют едва сдержалась, чтобы не ударить кулаком по стене. — А всё потому что я самый пиздатый и ахуенный житель Рая, поэтому я и приценил такую сучку, как ты! - ехидно ухмыльнулся архангел. Лют не ответила. Она бросила взгляд на разбитые стëкла кабинета своего босса, которые сама и разнесла. Адам не был рассержен на это, поэтому просто продолжил говорить, как ни в чëм не бывало. — Понимаю, Сэра та ещё унылая сука, но, я думаю, у всех есть предел. Я чувствую, как прямо сейчас еë чаша терпения переполнена. И если грешники выкинут что-нибудь этакое, что станет последней каплей, еë терпение треснет. И тогда ей придëтся тебя послушать. Просто терпения. - с этими словами его улыбка расползлась до ушей, и он исчез. Лют задумалась над его словами. Конечно же Адам был прав, ведь он никогда не ошибался. Ей нужно было просто дождаться этой последней капли. — Госпожа Лют... Можно с вами посоветоваться?.. - спросил резко вошедший в кабинет Авель. Внезапно появляться это у них что, семейное? — Что ты здесь делаешь? - в еë голосе сразу начало ощущаться презрение. — Хо-хо, вопрос на вопрос... Понимайте, я подумал, что мне надо посоветоваться со своим лейтенантом, потому что как бы нам объявили войну и всë такое... и как бы ничего не делать не круто, но и с-сражаться н-неохота... Ой, божечки, что же тогда... - манера Авеля мямлить всегда выбешивала Лют. — Да как же ты не понимаешь, безмозглый идиот, нам нужно срочно-... Она не договорила. Внезапный луч света прервал диалог. Он ударил с огромной мощью, пробив защитный купол Рая и разрушив защиту полностью. Волна землетрясений прошлась по Небесам, затронув многие здания, которые даже слегка обрушились. Не успев прийти в себя от шока, внимание жителей Рая приковала ещё одна вещь: на всех телевизорах, установленных на зданиях, появилась знакомая физиономия. Вокс злобно рассмеялся, после чего начал рассказывать о том, что грешники хотят нагрянуть сюда. Сопротивляться бесполезно, ведь они превосходят Рай количеством, поэтому вариант лишь один - сдаться. И если высшие ангелы не сделают это в течении 24-х часов, жители Рая познают, что значит "истребление". С этими словами эфир его вещания прекратился. Все были в ужасе. Лют смотрела на это с ненавистью и злобой, однако осознавала, что вот она - последняя капля, и самое время действовать.

***

В кабинете Сэры был шум и гам. Все требовали ответов, паниковали, и уловить связные мысли было невозможно. Серафим не выдержала такого напора и покинула кабинет. В зале суда тоже было неспокойно: Позиции Лют с Эмили разошлись в неплохой такой спор, в котором первая требовала устранения Ада грубыми методами и любой ценой, а вторая ни на шаг не отступала от своего мирного решения. Как только обе из них заметили Сэру, сразу же начали пытаться влить свою точку зрения в еë уши. Из одного шумного места в другое... Сэра снова не выдерживает и покидает зал суда, убегая в Хранилище Воспоминаний. Там, в летающих шариках, были запечатлены различные события в истории Рая - и смерть Адама, и истребления, и даже такие малозначительные вещи, как изгнание Вэгги. Высший ангел пыталась собраться с мыслями, обдумать всë, что произошло. Ад объявил войну, и наносит первый масштабный удар. Кажется, не остаëтся другого выхода, кроме как вводить войска. — Эм, Сэра..? - спросил Сэр Пентиус, поплëвшийся в Хранилище вслед за Сэрой. — Что ты тут делаешь? Вход сюда воспрещëн! - строго ответила серафим. — Мне кажется, вам бы не помешал друг, которому можно выговориться. - заметил змей. — Возможно, ты прав. - последовавший расслабленный голос с тоской в душе успокоил Пентиуса. Тот рассказал, почему грешники ведут себя именно так. Они напуганы. Напуганы этими истреблениями, смертями своих близких от ангельский копий, бесконечной суматохой, царящей в Аду. Они будут цепляться за любую возможность, чтобы прожить дальше. И даже если из этого следует отпор ангелам. Искуплëнный и сам был грешником, потому он знал, что говорит. Данный разговор подтолкнул Сэру на решение. — Ад угроза: Адам убит их руками, Купол Рая раздроблен их руками, объявление войны вышло из их уст. - продолжала до конца отстаивать свою позицию Лют. — Нет-нет-нет! Сейчас, как никогда, нужно верить в идею Чарли и пытаться договориться всеми силами! - настаивала Эмили. — Я приняла решение. - прервала их вернувшаяся Сэра. — Мне стоит переживать за безопасность Рая в первую очередь, поэтому, думаю, справедливо будет готовиться к бойне. Лют, готовь армию. - договорила ангел. Вся тяжесть, накопившаяся в сердце Лют, улетучивалась. Да, наконец-то, Сэра одумалась! Адам был прав насчëт последней капли. Эмоции резко стали приливать к голове, предвкушая предстоящий триумф. Она так много этого ждала, и наконец получает то, что необходимо было сделать ещë давно. — С превеликим удовольствием. - злобно ответила Лют, улыбаясь. Она вспорхнула и со всей скоростью устремилась к своим войскам. — И скажи им... ждать. - закончила мысль Сэра. Всего удовольствия как не бывало. Что?! Каждая секунда ожидания может стоить жизни! Для чего?! — Эмили, ты всегда верила в идею Чарли. Поэтому остаток времени ты потратишь на попытку решения всë миром. - с лаской проговорила серафим. — ЧТО?! Но возмущения Лют никого не волновали. — Ох, спасибо тебе огромное, Сэра! - с милой улыбкой Эмили обняла сестру. Пентиус и сидевший там трус Авель, не готовый сражаться, были счастливы. Младшая из серафимов открыла портал и устремилась в Отель к Чарли. Лют ничего не сказала, а молча покинула зал суда.

***

Прекрасный вид, простирающийся с одного из небоскрëбов, омрачняло решение Сэры. Мир, даже после этого? Купол был разрушен, а некоторые здания тоже были не совсем в порядке. В чëм смысл и что движет этой добротой в сердцах серафимов, которая затуманивает действительно верные решения? Авель поднялся на лифте на крышу небоскрëба, где нашëл своего лейтенанта. Его пугало даже то, что армия должна будет напасть в случае провала Эмили. Стоило ли Лют цепляться за последнюю надежду в лице данного случая? Определëнно стоило. Раздражали ли еë эти бессмысленные промедления? Естественно. — Зачем ты припëрся сюда, бесхребетный трус? Представь, какого было бы твоему отцу видеть, насколько же ты никчëмная тряпка? Боишься защищать свой народ, своих людей! Позорище. - с презрением оглядела своего "командира" Лют. — Я-я правда напуган, Лют. М-мне вовсе не хочется спускаться туда и.. пострадать... Особенно после того, как моего отца убили. Адам. То, что сделали эти твари. Ненависть в сердце Лют заставляла ту надеяться на сокрушительный провал Эмили. Знают ли демоны, с кем имеют дело? Каждый до единого будет уничтожен. — Ох, мой нимб в порядке? Мне кажется, я щас обосрусь... - мямлил Авель. — Что, блять, с тобой не так?! Эта битва - наш шанс! - схватив Авеля за шкирку, говорила Лют ему в лицо. Шторм надвигается. — Я так напуган, что же будет когда мы спустимся туда? - спрашивал напуганный предводитель армии экзорцистов, глядя вниз. Лют, надев шлем, грозно смотрела туда же. Проливной дождь хлынет, словно тяжесть гравитации.