Глава 51
19 декабря 2025, 06:23
21 февраля 2034 год. Время: 13:00
Закинув руки на приклад, Ястреб облокотился на разбитый парапет. Внизу, под слоем дымной пелены, угадывались контуры Альфонска. Не город, а подранка.
Сотни чёрных, жирных столбов медленно ползли в желтоватое небо, сливаясь в одну сплошную траурную вуаль.
За его спиной стояли свои. Отряд ‘Фифы’. Не бойцы сейчас, а просто усталые люди в грязном пластике и кевларе, прислонившиеся к стене, как к последней твёрдой точке в мире. Ястреб повернулся к ним спиной, будто отсекая и этот вид, и сам запах горящего города, и пошёл прочь, к своим. Шаги тяжёлые, сапоги шаркали по бетонной крошке.
Ещё не дойдя пяти метров, он наткнулся на запах. Сладковато-терпкий, с нотами гари и пыли, но свою основную, узнаваемую ноту он прошибал насквозь. Трава. Наркотическое дыхание этой войны.
Лев, сидя на корточках, молча протянул ему толстую, неаккуратную самокрутку. Кончик её уже тлел, выпуская сизоватый дымок.
— Зарядись, зам…
Голос Льва был медленным, тягучим. Из-под приподнятой балаклавы были видны его глаза. Красные, остекленевшие, будто покрытые тонкой влажной плёнкой.
Ястреб взял косяк, не глядя. Привычным движением поднёс к губам, глубоко втянул. Дым, едкий и густой, ударил в лёгкие, вырвался обратно через ноздри, смешавшись с запахом пожарищ.
—Парни…
Голос прозвучал рядом, надтреснутый, на грани срыва. К ним подошёл оперативник из соседнего взвода. Он стоял, неестественно выпрямившись, пальцы судорожно сжимали и разжимали цевьё автомата.
— Вы… вы не видели седьмой корпус?
Он смотрел на них невидящим взглядом, его глаза были расширены так, будто готовы были выкатиться из орбит. Шок, не прошедший до конца.
— Не слабо тебя встряхнуло…
Безразлично протянул Лис, делая новую затяжку и цокая языком. Он развернулся, тыча пальцем куда-то влево:
—Они… они где-то под тем деревом курили…
Палец замер, поплыл, медленно переведя указание направо. Лису было всё равно.
— Благо вам…
Только и выдохнул незнакомец. Развернулся и побрёл прочь, волоча ноги, шаркая подошвами по щебню.
Минут десять они стояли в своём маленьком кругу. Курили, передавая косяк по кругу, как трубку мира, мира, которого уже не было. Периодически кто-то закидывал в рот липкую, приторную конфету из ИРП.
— По машинам! Конечный пункт Альфонск! Все… всем проверить снаряжение!
Голос сержанта прозвучал хрипло, но в нём уже не было паники. Была простая, будничная усталость.
Над их головами, тревожа голые ветки одиноких уцелевших деревьев, с гулом пролетела вереница вертолётов. ‘Птицы’ с пулемётами на носу, спешащие на свою кровавую жатву.
Ястреб, Лев и другие запрыгнули на броню поджидавшего БТРа. Машина дёрнулась, гусеницы заскрежетали по асфальту. Они ехали обратно. В мир, где война перестала быть событием. Она стала состоянием. Воздухом, которым дышишь. Новой точкой отсчёта.
Центр Альфонкса.
Время: 13:40.
Тридцать человек, среди которых был и отряд ‘Фифы’, медленно продвигались вперёд.
Проспект, по которому ещё месяц назад их микроавтобус несся за уличными художниками, теперь был непроходимой каменной чащей.
Стены зданий, украшенные некогда рекламой и граффити, теперь были изрыты, как оспой, выбоинами от крупнокалиберных пуль и осколков. Асфальт под ногами напоминал лунную поверхность, усыпанную блестящими на солнце латунными гильзами. Они хрустели под сапогами, как мёртвые насекомые.
Впереди, в груде строительного мусора, Лев разглядел подбитый БТР. Его башня, оторванная взрывом, лежала в пяти метрах, придавив собой что-то бесформенное, когда-то бывшее человеком.
Лев подошёл ближе, шлёпнул сапогом по луже. Не вода. Она была густой, бурой, почти чёрная жидкость, в которой медленно плавали ошмётки чего-то светлого. В метре от лужи лежал сам хозяин этой субстанции. Точнее, то, что от него осталось: обезглавленный торс в рваном камуфляже. Головы не было. Только на кирпичах и земле вокруг, будто странный розовато-серый лишайник, лепились и засыхали кусочки мозга.
Под маской Льва расползлась широкая, бессмысленная улыбка. Он не радовался. Просто три грамма дешёвой, жгучей травы сделали эту картину не ужасом, а абстракцией. Интересным, почти красивым узором из плоти, металла и бетона. Жизнь, поданная в виде сюрреалистичного натюрморта.
Он прижал приклад к плечу, ощутив знакомую тяжесть дерева и стали, и поспешил догнать товарищей. Те уже залегли, присели на колени, спрятались за грудой плит. дали его и ещё пару таких же ‘одухотворённых’.
— Интересная она, жизнь…
Медленно, растягивая слова, проговорил Лев, встраиваясь в цепь. Его глаза блуждали по руинам, видя в них не трагедию, а бесконечную, абсурдную инсталляцию.
Впереди, из-за угла, донёсся очередной сухой, отрывистый хлопок выстрела. Потом ещё один. Кто-то вёл свой бой. Где-то кто-то умирал…
Через час, центр города.
Забежав в здание, Ястреб встретился с боевиками, которые не ожидали встречи не с кем.
На полу, среди осколков лежали три РПГ.
Палец Дмитрия лег на курок, зажимая его.
Очередь прошлась сначала по полу, так как дуло находилось в сторону пола, но после пули влетели в бронежилет Лунатика, заставляя того согнуться.
Второй успел схватиться за автомат, отвечая огнем, но оперативник уже спрятался за каким куском бетона.
Не прицеливаясь, Ястреб, просто высунув дуло из укрытия, открыл огонь.
Пули врезались в кирпич, разбивая шпаклевку и целый кафель.
Куски пыли и бетона разлетались, пока боевик пытался оттащить своего товарища в укрытие.
Пришедший в себя боец, схватился за автомат и, пока его друг тащил его, открыл беспорядочный огонь, даже толком не осознавая куда стреляет.
На улице рванул снаряд, еще и вскоре в окно влетел горящий боец ЧВК, которого сразу же утихомирили очередью.
Чья очередь прошлась по нему, было неизвестно, ведь никто не видел куда шмаляет.
Дмитрий схватился за гранату, вырвал чеку и подождав две секунды, прокатил ее по полу, где сидел противник.
Граната рванула, разметая осколки по углам.
Комната затрещала и пыль поднялась, блокируя обзор для обеих сторон.
Через открытое окно влетела вторая граната, которая сопровождалась со словами.
—Ястреб жить!
Дима не понял чей это был голос, ведь на всю комнату произошел хлопок, а после сотню выстрелов, которые слились в одну огромную какофонию.
Была очень, очень плохой идеей бросать гранату в замкнутом помещении, о чем и говорила мокрое пятно в районе ухе на черной балаклаве.
Следующее он помнил отрывками.
Вот он бежит по улице, прыгает в сторону от взрыва, забирая с собой в сторону ‘Орла’, после чего тех засыпало щебнем и осколками бетона.
Ближний бой в здании полиции, в которую они зашли с фланга, подорвав стену.
Пять минут перестрелка, взрывы и отборный мат с обоих сторон.
После Лис схватился за гранату, выдернул чеку и закинул ‘лимон’ помещении, где находилось КПЗ.
Взрыв был на весь коридор, но они все же вошли в комнату, где начался ад.
Войдя в помещении, их не встретили с автоматами. Их встретили пять обезумевших боевиков, которые появились из пули.
Ястреб, продвигаясь по помещению упал на труп, но на него следом упал Лунатик, из глаз и ушей которого была запекшей, но все же некоторые капли пробивали себе путь.
Лицо бойца было полностью в пыли и саже. Балаклава, а она была, так как тот успел мельком увидеть черную ткань, которая вдавилась в лицо боевика.
Боец ‘Алой Луны’, держа в руках нож, напрыгнул на Дмитрия, пытаясь сразу же всадить лезвие в глотку.
Но инстинкты оперативника взяли вверх, из за чего тот ударил освободившиеся рукой по руке противника, сбивая удар, но все же лезвие прошлась по шее, оставляя неприятную боль и тепло, которая слабо текла.
Ястреб, как ему позволял бронежилет, отбросил от себя противника, после чего смог подняться с пола.
Схватившись за свой нож, Ястреб стал оглядываться.
Он слышал, как кто то кому то перерезал шею, продолжая наносить удары по трупы.
Он слышал плачь, который был остановлен хрипом и захлебыванием.
Услышал глухие выстрелы, видимо прямо в притык.
Неожиданно на него сзади напрыгнул тот самый лунатик, который повалил его и взял шею в удушающий, начав вдавливать свои ногти ему в шею.
Быстро, как тот думал, перевернул нож и нанес по боку противника три удары.
Он почувствовал, как тот ослабил свою хватку и, перевернувшись, начал наносить удары по чему то мягкому.
Теплая жидкость обволакивала его пальцы, заставляя скользить пальцы.
Услышав быстрые шаги и передернутый затвор, тот перекатился, выхватил их кобуры пистолет и сделал три выстрела, где находился силуэт.
Тело дернулось и, сначала опустившись на колени, что то стал ждать, но Дмитрий снова сделал два выстрела и голова дернулась, а после и упало взад.
Пыль спала, и он наконец то смог оглядеться.
Противник, который на него напал, лежал с открытыми от страха глазами.
Точнее глаза.
Глотка была перерезана, если не вывернута.
—Три удара в мягкое место…
Проговорил тот, кинув свой взор на пальцы.
Пальцы его были в крови, волосах и пыли.
Снова бросив свой взгляд, тот увидел, как его нож торчит в глазнице лунатика.
Последний аккорд и он зарыдал, смотря в пустоту. Нет, это не он. Не он…
Где то вдалеке рыдали его товарищи. Кто то пытался остановить кровь у молодого оперативника, которая перестала течь, а глаза его потухли.
Боевое крещение пройдено в ужасных условиях.
Ни психолога, ни помощи.
Только быстрые шаги других оперативников, которые начали быстро отдавать приказы.
Война не закончена. ИХ война еще не закончена…
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.