Поголовье фениксов

— Профессор, — тихо спросил Гарри. — Но от чего защищать фениксов? Ведь они бессмертны. — А вот вы сами у них и спросите. Поттер сперва уставился на Снейпа, ища в его глазах следы издёвки, а после обвёл взглядом птиц, будто ожидая, что сейчас одна из них откроет клюв и заговорит с ним. Профессор вздохнул: — Я помню, что в ментальных науках вы полный ноль. Но всё-таки надеюсь, что с фениксами у вас будет более позитивный опыт, нежели со мной. Посмотрите на одного из них, расфокусируйте взгляд — и после этого мысленно попросите показать вам ответ. Гарри снял очки, чтобы уж гарантированно получилось, и постарался сконцентрироваться. Сперва казалось, что всё напрасно, но вот уже спустя минуту перед внутренним взором поплыли образы, а в душу проникло чьё-то чуткое присутствие… …Люди, от мала до велика. Их лица: озадаченные, злые, растерянные, искажённые сладкой мукой оргазма или жуткой гримасой боли. Эмоции — тяжёлые, иногда бурые, иногда скучно-серые. Грязь, много грязи. Она порабощает душу, оскверняет тяжёлым дыханием человеческого невежества… Мучительное бессмертное бытие, из которого некуда деваться, хотя оно наполнено людским смрадом тяжких и едких ошибок… Медленно и полуосознанно Поттер потянулся к очкам, которые оставил на небольшой тумбочке. — Как помочь? — спросил он. — От нас ведь не требуется уничтожить человечество? — Вероятно, это было бы проще всего. Но, на наше счастье, эти птицы не приемлют насильственных путей. — Как же? Невысказанным осталось «как они живут с этим хоть минуту?». Поттеру до сего момента жизнь этих существ представлялась удивительной сказкой, в которой сила и неуязвимость поют в унисон, и лишь иногда возникает желание пролить благословенные слёзы ради человеческого исцеления. — У нашей работы будет два направления: защита и кормление. В первом случае мы будем посещать места энергетических загрязнений и выправлять ситуацию, аккуратно вмешиваясь. Нам придётся подталкивать магов и маглов к исправлению их ошибок. Во втором случае потребуется быть донорами, отдавая частицу своей души. — Не хочу показаться жадным, профессор, но во мне ничего не осталось. Поттер прислушался к пустоте, установившейся в нём после сражений и смертей. Эта пустота, наполненная виной… Нет, даже дементорам было бы тут нечем поживиться — не то что прекрасным созданиям. — Не думаете ли вы, что мне было проще? Фениксы выбрали меня почти сразу после того, как я принял пост директора. Гарри вдруг всей душой ощутил огромный чугунный пресс, которым давила на Снейпа проклятая должность — да, ею оказалась вовсе не работа учителем ЗОТИ. — Вы научитесь, — продолжал между тем Снейп. — И, кстати, можете называть меня по имени, равно как и я буду называть вас. Подобная работа не даст мне, увы, быть на излишней дистанции. Но не стоит забываться: руководить нашими передвижениями буду я. — Хорошо, — сказал Гарри. — Сейчас нашей с тобой задачей будет отправить фениксов по домам. Мне пришлось собрать их сюда в год моего директорства. Это было форменным безумством, учитывая, какой жестокостью и злобой фонило от моих бывших соратников. Так что эти птицы очень слабы сейчас. Но им жизненно важно оказаться в родных местах, и медлить нельзя. Будем справляться, как сумеем. — Моя метла осталась в замке, — сообщил Поттер. — Она тебе не пригодится. — Но я не умею летать, в отличие от тебя. — Сейчас сумеешь.