Какого черта я тут делаю?

      Сказав Чхве Хану и Кэйлу не ссориться, Ким направился в класс. Ему удалось вернуться в академию до начала следующего занятия.       «Сейчас нужно хорошенько подготовиться», — подумал он, оглядывая беспорядок на столе.       Кима по какой-то причине поставили преподавать только в двух классах, и в обоих учились принцы Роана. Возможно, это связано с тем, что он недавно устроился на работу? Или это как-то связано с тем, что у него есть собственный класс? Или, может быть, дело в том, что он будет преподавать два предмета?       Оставив эти вопросы на потом, Ким начал приводить стол в порядок.

***

      — Если я не ошибаюсь, то мне сюда... — пробормотал юноша с голубыми волосами.       Если сравнить цвет его волос с цветом волос Пасетона, разница сразу бросалась в глаза.       У Пасетона волосы длинные и насыщенного синего цвета, словно глубокий океан. Они переливаются и меняют оттенки, как будто на поверхность воды накатывает небольшая волна, создавая эффект живого движения. Иногда казалось, что он действительно морской обитатель, его волосы словно отражают свет и цвет моря.       В отличие от него, у этого парня волосы голубые и собраны в безобразный хвост. Их цвет более спокойный и однотонный, без игривых переливов.       — Если вы, молодой мастер Бад, пришли на урок по этикету и самообороне, то да, вам сюда, — произнес высокий брюнет, появляясь в проходе. Присутствие которого не заметил Бад.       «Он знает меня?» — удивился Бад, но быстро пришел в себя. — «Вероятно, это Ким Рок Су».       — Верно, здравствуйте. Вы профессор Ким?       Ким кивнул и открыл проход в класс.       — Да, именно так. Проходите, пожалуйста, — сказал Ким, указывая на свободные места.       Бад вошел в класс и заметил, что он пришел первым. Выбрав место поближе, он начал изучать профессора.       По какой-то причине Бад не заметил его присутствия. Это было неподобающе, ведь он планировал в скором времени стать Королём Наёмников.       Ким Рок Су почувствовал на себе изучающий взгляд вздохнул. Поправив рукава и воротник, он не слишком элегантно устроился на своем месте.       «Можно немного вздремнуть до того, как прозвенит колокол», — решил Ким, удобно устраиваясь в кресле.       Бад недоумевал, почему профессор решил уснуть прямо здесь. При нём.       «Неужели я ошибся в нем?»       Бад вспомнив о своих поспешных выводах, решил немного понаблюдать, Бад начал готовиться к предстоящему уроку.

***

      «Скоро должен прозвенеть колокол», — открыл глаза Ким.       Приподняв голову, он встретился взглядами с учениками, которые после его пробуждения прекратили перешептываться.       «Зачем я решил преподавать этикет?» — он действительно не понимал, почему выбрал эту дополнительную работу. Чтобы... что?       Он встал, схватил документы и вышел из класса.       — Почему он вышел?       — Может быть, что-то забыл?       — Ты... видела его взгляд?       Не обращая внимания на разговор учеников, Ким вышел и вернулся обратно в класс.       Ученики затихли и с недоумением смотрели на профессора.       — Здравствуйте, — раздался низкий голос профессора по классу.       Бад заметил, что когда тот говорил с ним, его голос звучал немного иначе.       Когда Ким встал у своего стола, раздался звон колокола.       Динь-дон. Динь-дон. Пока колокол оповещал учеников о начале урока, Ким учтроился в кресле.       «Он вышел и зашел ради этого?» — пронеслось в мыслях учеников.       Когда звонок прекратился, Ким снова заговорил.       — Я рад видеть вас на моем уроке.       Хотя слово «рад» прозвучало в его речи, в нем не было той радости, о которой он говорил. Скорее это была стандартная фраза, которую произносят преподаватели при знакомстве.       Ученики видели лишь безразличное выражение лица. Профессор даже не пытался изогнуть губы в улыбке.       — Меня зовут Ким Рок Су, и я буду преподавать вам уроки этикета и самообороны.       — Извините, профессор Ким, — поднял руку юноша с золотыми волосами.       Ким Рок Су казалось, что он сейчас смотрит на солнце. Он знал обладателя этих ярких волос и фальшивой, но не менее величественной улыбки.       — Слушаю вас, Ваше Высочество.       Ким мог с уверенностью сказать, что заметил, как треснула маска величественного принца.       — Каково наше расписание? — выдавил из себя принц после минуты молчания. — Нам его не предоставили.       — У вас будет два моих занятия в неделю, точное расписание вы получите позже, — усмехнулся брюнет. — Есть еще вопросы?       Альберу, человеку, который считался образцом этикета, было странно задавать вопросы тому, кто, казалось, сам не придерживался никаких правил. Как этому человеку вообще позволили преподавать этикет? Это было до смешного абсурдно.       — Тогда займитесь чем-то другим, — пожал плечами Ким, увидев, что больше вопросов нет. — У нас сегодня только ознакомительный урок. Мы познакомились, а дальше можете отдыхать.       С этими словами он снова закрыл глаза, откинувшись на спинку кресла. Его поза выражала полное расслабление, словно он уже завершил все дела на сегодня.       Ученики решили молча подождать пробуждения профессора. Не таким они представляли нового учителя по этикету. Вместо строгих наставлений по этикету они получили краткое знакомство и предложение «отдохнуть».       «Может, я схожу с ума?» — промелькнул вопрос в светлой голове.

***

      — Привет, дом! Я вернулся, — разулся Ким, проходя на кухню.       «Нужно купить кейс». — подумал он бросив документы на стол.       Налив себе чай, он почувствовал, как привычная горечь напитка немного успокаивает его.       — Было бы неплохо, если бы здесь существовало кофе...       Переодевшись в более удобную домашнюю одежду, Ким взял яблоко и вышел из дома, планируя навестить старушку.       Прогулка по вечерним улицам, несмотря на его внутреннюю усталость, успокаивала его. Свежий воздух и разговоры людей помогали отвлечься от записей.       Тук-тук.       Дверь открылась, и на пороге появилась пожилая женщина.       — Мисс Барбара, здравствуйте, — помахал Ким, не заходя внутрь. — Я собираюсь прогуляться по городу, вам что-нибудь нужно?       — Нет, Рок Су, — улыбнулась она.       — Хорошо, — пожал плечами Ким возвращаясь обратно домой.       Переодевшись в обычную одежду, закрывающую его шрамы, Ким решил прогуляться по площади.       Он неспешно начал обходить столицу королевства Роан. Может, это была просто паранойя, но Ким решил убедиться, что на улице все как прежде.       Если сравнивать его работу в академии с информацией из Рождения Героя, то это довольно удобно...       Сейчас только начало года — третий день первого месяца семисот восемьдесят первого года по календарю феникса...       Ким узнал, что с первого дня второго месяца по календарю феникса в академиях и других учебных заведениях начинаются каникулы, которые продолжаются сорок дней.       «Надеюсь, Архимаг не решит занять меня своими делами в это время».       Он хотел бы использовать это время с пользой. Ему нужно отправиться в город Дождя, чтобы получить силу, которая поможет защитить возможного родственника Чон Су.       Задумавшись, Ким остановился у скамейки. Ему казалось, что он начинает бредить в мыслях.       «Защитить главного героя?» — закатив глаза, Ким сел на скамейку начиная подбрасывать яблоко вверх. Надкусив сладкий фрукт, он пришел к выводу, что сила нужна ему для собственной безопасности или, в крайнем случае, для Кэйла.       Сюжет уже не соответствовал Рождению Героя. Возможно, некоторые события совпадут, но не так, как описано в книге.       Также было трудно понять, где может произойти теракт... Ким склонялся к мысли, что это случится в академии, а не на площади.       Ощущая растущее раздражение от недостатка информации, Ким решил вернуться домой. Мысли о возможном теракте и его месте проведения действительно не давали покоя. Неполные и противоречивые данные из Рождения Героя делали его положение шатким. Он чувствовал себя так, будто пытается собрать пазл, у которого не хватает половины деталей, а имеющиеся не совсем подходят.       — Тц, — цокнул он языком, направляясь по вечерней улице. Мысль о более удобной одежде дома казалась очень привлекательной. Возможно, в привычной домашней обстановке с чашкой чая ему удастся лучше организовать свои мысли и прийти к более определенным выводам.       Пока он шел, его взгляд скользил по окружающим. Наблюдая за счастливыми семьями, вышедшими на прогулку... У Кима возникло двойственное чувство. С одной стороны, если теракт произойдет на площади, он будет винить себя за то, что не смог защитить людей. У него есть знания и возможность уменьшить жертвы. С другой стороны, его раздражает вся эта ответственность. После смерти Ли Су Хёка и Чхве Чон Су Ким был ответственен за жизни людей.       Ему не хотелось снова видеть, как кто-то пострадал из-за него, но при этом он не желал брать на себя ответственность за жизни чужих людей.       Он посмотрел на спешащих мимо людей, на их беззаботные лица.       Они жили своей жизнью, не подозревая о возможной опасности. И именно это усложняло его положение. Он мог бы просто уйти и сосредоточиться на своей безопасности и на Чхве Хане. Но сможет ли он жить с этим знанием? Сможет ли он смотреть в глаза этим людям, зная, что мог спасти их знакомых и семьи, но не сделал этого?

***

      Дома, переодевшись в удобную домашнюю одежду, раздражение Кима немного утихло. Возможно, это было связано с тем, что он больше не видел людей, за чьи жизни, волей-неволей, он нес ответственность. Или, быть может, дело было в удобной одежде.       Сев за стол, Ким начал размышлять.       «Если теракт произойдет в академии...» — задумался он, потягивая чай. Это было бы логично с учетом начала учебного года и присутствия там влиятельных лиц.       Но он также не мог разорваться на две части, чтобы помочь знакомым и там, и тут. Взвешивая все «за» и «против», он всё же пришел к мысли о том, что теракт произойдет в Академии. Там обучаются принцы Королевства Роан, кронпринцесса Королевства Брек и даже Пасетон, который должен был погибнуть и который является частью королевской семьи Китового племени!       — Слишком много влиятельных детей в одном месте... Слишком, — произнес он вслух, словно пытаясь убедить себя, что теракт произойдет именно в академии.       Академия действительно была настоящей бомбой замедленного действия. Присутствие там принцев и кронпринцессы делало её идеальной мишенью...       «Если...»       Ким тяжело вздохнул и постучал чашкой по столу. Его раздражение, хоть и приглушенное комфортом, снова дало о себе знать.       «Чёртово если!» — снова вздохнул Ким. Слишком много неизвестного, слишком много предположений. Слишком много «слишком». — «Если Бекрок на самом деле является ублюдком из Руки...»       Рука, организация, упоминаемая в Рождении Героя, играла важную роль во многих трагических событиях. Если Архимаг действительно связан с этой организацией, это значительно усложняло ситуацию.       В первых пяти томах, которые прочитали ему, в них не было ни слова о Архимаге или Бекроке. Единственные могущественные личности со стороны Руки, о которых шла речь, — это Редика. Человек, ответственный за теракт в столице.       Но что он мог сделать? Он не мог разорваться на части, чтобы попытаться спасти и учеников, и людей, с которыми успел наладить общение.       ...Если теракт произойдёт в академии, он сможет попытаться что-то предпринять там. Но если это случится на площади, где он не сможет присутствовать из-за своих обязанностей в Академии...       Ким Рок Су почувствовал, как головная боль начинает нарастать. Эта неопределённость сводила его с ума. Он не привык действовать, имея лишь неполную и неподтверждённую информацию. Но сейчас ему приходилось именно это.       «Если Редика ответственен за теракт на площади...» — он решил разобраться с этой мыслью.       В этой реальности, где сюжет уже начал отклоняться, мог ли он всё ещё исполнять ту же роль? Сейчас Редика является одним из новых учеников Академии. Поступил ли он сюда для сбора информации? Или для установки магических бомб? Ким не знал. И не был уверен в той информации, которую имел.       Ким Рок Су давно не испытывал подобного чувства безысходности. В последний раз, когда ему не хватало информации, погибли два близких ему человека.       — К чёрту это! — воскликнул Ким, надевая плащ. Он не мог оставаться здесь и размышлять о чём-то в этой тишине. Не тогда, когда перед глазами начали всплывать воспоминания о том, как погибла его семья.