Товар

      Ранним утром, когда герцог и его слуги начали собираться обратно в поместье Луноклык, Лютик ещё спал. После вчерашнего, лиса уже никакой шум не разбудит. К его комнате подошёл Гарет и постучался. Спустя пару секунд альфа всё же вошёл в комнату. Лис спал без задних лап, распластавшись звездой и скинув одеяло. Видимо, ему было жарко ночью. Гарет присел на край кровати и погладил лиса по руке. Лютик продолжил спать, будто его никто не тревожит. После, альфа слегка наклонился к нему и взяв его за руку, поцеловал тыльную сторону его ладони. Лис поморщился, но не проснулся. Гарет взял его за обе руки и потянул на себя, заставляя подняться и сесть. Лютик спросонья что-то недовольно проворчал и нахмурил брови. Для волка это выглядело очень мило, но он не подал вида. Вместо этого, Гарет обхватил Лютика за поясницу и подняв, посадил себе на колени. На этот раз лис приоткрыл глаза и увидев Гарета, блаженно обхватил его шею руками и прижался к нему. Герцог заметил, что лис открыл глаза, но понимал, что он ещё не проснулся. Так оно и было, ведь в следующую секунду, Лютик резко оттолкнулся от волка и широко раскрыл глаза. Мальчишка невольно вскрикнул, когда увидел перед собой огромного волка, который держит его за спину. Хорошо, что рядом никого не было, и никто не услышал крика Лютика. Застыв от ужаса, лис не мог пошевелиться. Такое пробуждение было для него страшнее кошмара. Гарет погладил дрожащее тело по спине и начал успокаивать лиса.       — Всё хорошо, не бойся. — мягко и тихо сказал волк. — Ты не узнал меня?       Лютик стыдливо опустил ушки и отвёл взгляд. Хоть он помнил, что вчера сказал граф Тейн, перед тем как он ушёл в забвение, но всё-таки, Гарет пугал его до чёртиков.       — Ты помнишь, что вчера было? — спросил Гарет, слегка поглаживая лиса по спине.       — Я… Я был с господином Тейном. — вспоминая начал говорить лис. — Потом… всё.       Гарет сразу знал, что Лютик ничегошеньки не вспомнит утром. Хотя бы у него не было похмелья, вино и вправду было хорошим. Встав с кровати, Гарет поднял лиса на руки, от чего тот вздрогнул, оказавшись высоко над полом. Альфа сразу поставил своего омежку на пол.       — Мы скоро будем выезжать, собирайся. — сказал Гарет выходя из комнаты. — Оскар зайдёт за тобой позже.       Гарет вышел из комнаты, оставив Лютика. Лис сел на кровать и начал вспоминать, что вчера было. К сожалению, после первых трёх бокалов вина всё было в таком тумане, будто не было вовсе.       Спустя некоторое время, за Лютиком зашёл Оскар и отвёл его в трапезную, чтобы поесть перед дорогой. После, они тут же отправились на улицу. Там их уже ждала новая карета герцога, сделанная на заказ. Вся семья Лейтхарт вышла проводить их. Лисята тоже были вместе со своими хозяевами. Так же, вышли несколько слуг особняка, среди которых был и Альфред.       — Вот, ты снова уезжаешь. — вздохнул Альфред, говоря со своим другом. — Надеюсь, мы скоро увидимся вновь.       — Да, хотя бы в ближайшие полгода. — с грустью добавил Арчи. — Может, вы как-нибудь загляните в гости?       — Не знаю, господин Арден последнее время не ходит в поместье Луноклык, а господин Тейн и вовсе не покидает территорию особняка. — пожал плечами Альфред.       — Тогда, может на рынке будет встречаться. — предположил Арчи. — Как никак, в зимнее время всегда нужно что-то покупать в поселении.       — Да, надеюсь, удача улыбнётся нам, и мы встретимся хотя бы там. — улыбнулся Альфред.       Арчи очень редко ходил в город. Обычно за покупками ходил Рупен, когда выезжал из поместье вместе с герцогом, или Бернард, когда уходил по делам. У омеги были свои мрачные причины не ходить в посёлок. Одной из причин были его родители, которых он мог встретить на улице. Вряд ли они узнают его, когда встретят в толпе, но Арчи точно узнает их. После стольких лет, и после того, что они сделали, омега не желал видеть их, и что-либо знать о том, как они живут сейчас. Арчи не смог бы смотреть в глаза своим ужасным родителям. Больше отвращало то, что это была не самая ужасная причина не ходить в город.       Двое поваров ещё неловко простояли рядом и наконец начали прощаться.       — Ну, думаю, мне уже пора. — сказал Арчи глянув в сторону кареты. — Пока.       — Пока. — Альфред помахал ему рукой и долго провожал взглядом, пока тот не сел в карету.       Как же было неудобно омеге сидеть в карете одному. Ни Гарет, ни Лютик, никто ещё не собирался выезжать. Арчи ударил себя по лбу, когда оглянулся и увидел, что лошадей ещё даже не запрягли. Сгорая от смущения и стыда, омега забился в дальний край кареты и съёжился так, чтобы его не было видно. Альфред сразу заметил, что никто ещё не сел в карету. Альфа не решился сказать Арчи, что ещё никто не уезжает. Тут уже Альфред стал чувствовать себя неловко, подумав, что Арчи его избегает. Он чувствовал вину и даже не понимал, за что. Внутри всё сжалось, что хотелось провалиться под землю. Удивительно, но Арчи чувствовал то же самое. Благо, никто этого не замечал, кроме их самих. В любой другой ситуации, Арчи бы даже не задумывался, он бы просто вышел из кареты и продолжил диалог. Сейчас же, сделать это было неудобно, и омега сам не мог понять почему.       Лютик стоял на крыльце и ждал, когда всё будет готово к отправке. Неожиданно, позади него возник граф Тейн, чем немного напугал его. Граф был в своей привычной мантии и за ним стоял Лунарис. Тейн улыбнулся Лютику и протянул ему небольшой мешок из прочной ткани.       — Вот, думаю тебе понравилось то вино. — с небольшой ухмылкой сказал Тейн. — У меня много разных сортов, поэтому могу подарить тебе одну из той же партии.       — Спасибо… — немного смущённо ответил Лютик и принял подарок. Ему было неловко, так как он не знал, что наговорил графу будучи пьяным. — Не стоило…       — Ещё как стоило! — граф похлопал его по плечу и наклонился, чтобы шепнуть кое-что на ушко. — Если вдруг мой братец захочет переспать с тобой, выпей бутылку залпом, эффекта хватит на всю брачную ночь, ха-ха.       От услышанного Лютик едва не выронил мешок. Вся шерсть и хвост встали дыбом от такого смущения. Лютик поспешно поблагодарил графа, от волнения даже поклонился ему, после быстро забежал в карету. Тейн громко рассмеялся от такой реакции, от чего получил недовольное замечание от своего мужа.       — Что ты ему сказал? — серьёзно спросил Арден.       — Не твоего пола дело. — саркастично ответил Тейн и снова рассмеялся. — Иди, Гарет уже уходит, ты же и секунды прожить не можешь, если не подлижешься к моему братцу.       — Я… Ты… — Арден хотел возразить, но промелькнула мысль о том, что Тейн сказал правду, от чего он не смог толком ничего ответить. В конце он всё-таки вздохнул. — Я поражаюсь твоим способностям…       — Я сам себе поражаюсь! — горделиво заявил Тейн и ушёл к своему брату, чтобы попрощаться с ним.       Подойдя к нему, Тейн тут же сменил маску с эксцентричного на более скромного. Гарет неодобрительно покачал головой, наблюдая, как он издевается над собственным мужем.       — Тебе нужно быть добрее к своей семье. — сказал Гарет.       — У меня есть, кому отдавать все свои положительные эмоции. — ответил Тейн намекая на лисёнка, который не отходит от него ни на шаг. — К тому же, зачем шокировать их своими резкими изменениями. Если они считают меня манипулятором и эгоистом, то пусть считают дальше. Я не хочу рушить их представление обо мне.       — Каждый меняется со временем. — ответил Гарет.       — На счёт этого, надеюсь ты воспользовался вчерашнем моментом? — Тейн немного снизил громкость голоса и спросил Гарета.       — Ни за что не поступлю так низко! — с недовольством сказал Гарет. — Я хочу, чтобы он сам принял решение быть со мной.       — Знаешь, у него в общем-то и выбора нет. — заметил Тейн. — Что ты сделаешь, если он откажется быть с тобой? Да, алкоголь показывает истинные чувства, но что, если его трезвое мышление сильнее чувств, которые всю его прожитую жизнь смешивались с грязью? Как ты поступишь, если он не сможет быть с тобой из-за своих страхов и убеждений?       Слова брата заставили задуматься. Гарет нахмурил брови, но одновременно с этим и расстроился. Вздохнув, герцог начал уходить к карете.       — Если будет так, то я отпущу его… — уходя сказал Гарет брату, после чего сел в карету.       Тейн проводил взглядом брата. Омега переживал не только за Лютика, но и за самого герцога. Тейн знал Гарета с самого детства и за все эти годы родительского гнёта, омега считал, что у герцога давно нет того духовного сердца, что отвечало за чувства. Однако, встретив его спустя несколько лет, Тейн увидел снова того маленького братика, который добивался родительской любви, но получил совершенно обратное. Если Лютик разобьёт ему сердце, то Гарету уже ничего не поможет обрести счастье. Конечно, граф понимал, что Лютик искренне любит его, но не мог быть уверен, что он сумеет открыть свои чувства. Сам Тейн не может признать, что искренне любит своего мужа и сына. И всё из-за дурацких убеждений и травм, полученных в детстве. Любовь противоречивая штука, вы можете не знать, что любите друг друга, а когда узнаете, начинаете бояться этого. Либо влюбиться с самого начала, но бояться признаться из-за негативного опыта из прошлого.       Арчи сидел в карете, стараясь всеми силами не сойти с ума от своей тревожности. Он никогда так сильно не переживал и уж тем более не накручивал себя. Такое сильно настораживало и пугало. К счастью, в карету залетел Лютик, обнимая мешок с бутылкой. Сев, лис закрыл лицо руками и всеми силами старался успокоиться. Арчи, увидев его необычное поведение, насторожился.       — Лютик, что-то случилось? — спросил Арчи.       — Нет-нет, ничего… — поспешно ответил лис, сделал глубокий вдох и привёл себя в порядок.       — Что в мешке? — поинтересовался повар, чтобы отвлечь самого себя от постыдных мыслей.       — А, там… — Лютик слегка задумался, как лучше ответить. С одной стороны можно было и рассказать, что в мешке вино, с другой, неизвестно как Арчи отреагирует на это. — Ну…       — Я сам посмотрю. — Арчи аккуратно выхватил мешок из лап Лютика и открыл его. — Вино? Тебе граф Тейн дал, не так ли?       — Да… — Лютик виновато опустил голову.       — Тебе рассказать, что ты вытворял, когда был пьян? — с малым недовольством и настороженностью сказал Арчи.       Лютик удивлённо раскрыл глаза, но ничего не ответил. Арчи сам решил всё рассказать, чтобы убедить лиса больше не пить. Повар рассказал, как тот катался на руках у Гарета и называл его «Мой альфа». Лютик закрыл краснеющее лицо и начал жалеть, что вообще согласился идти куда-то с графом и тем более пить алкоголь. В эту секунду, в карету сел Гарет и увидев его, Лютик невольно взвизгнул и быстро закрыл себе рот. Герцог, недоумевая посмотрел на него, и мальчишка резко отвернулся, стараясь сделать вид, будто его тут вообще нет. Гарет перевёл взгляд на Арчи и тот мельком показал бутылку и тут же её спрятал обратно в мешок. Герцог всё понял и тоже отвернулся к окошку, чтобы не стеснять Лютика. Через пару минут в карету заглянул Оскар, чтобы убедиться, что все сели.       — Все на месте? — спросил стражник, заглядывая к ним, но ему никто не ответил. Внутри была гнетущая и очень неловкая атмосфера, от чего Оскар поспешил быстрее покинуть её.       Забравшись к Рупену на место кучера, Оскар слегка потряс руками, чтобы сбросить напряжение. Позже, когда они уже выезжали с территории особняка Лейтхарт, стражник обратился к слуге.       — У них там такая гнетущая атмосфера… — с мурашками сказал Оскар. — Даже мне стало не по себе.       — Обычно, господин Гарет источает подавляющую ауру. — вздохнув ответил Рупен. — Особенно, когда он не в настроении.       — Я понимаю, но ощущение было вовсе не подавления, а скорее неловкости. — сказал Оскар.       — Если так, то всё понятно. — ответил Рупен вспоминая вчерашний вечер и то, как вёл себя Арчи на протяжении всего времени в особняке графов. — Нам, бетам, этого никогда не понять.       — О, ты о любви? — догадался Оскар и задумался. — Никогда не понимал, почему альфы и омеги не могут просто сразу говорить, что они влюбились? Неужели это так сложно?       — Как я и говорил, нам этого не понять. — повторился Рупен, явно не желая поднимать эту больную для него тему.       До конца пути они больше ничего не обсуждали и внутри кареты тоже стояла неловкая тишина. Они так же обогнули посёлок и уже начали подъезжать к поместью. На крыльце их встречали все, кто оставался в поместье. Подъехав к крыльцу, Френки как-то подозрительно посмотрел на Оскара, который улыбнулся и поздоровался с ним. Садовник сдержанно ответил ему тем же и подошёл к лошадям. Бернард поклоном встретил герцога и сообщил, что ничего противоестественного во время его отсутствия не произошло. Однако, во время этого, дворецкий покосился в сторону своего приёмного сына, но ничего не сказал. Арикс стоял на крыльце и тоже поклонился герцогу, когда тот зашёл в свой дом. Арчи вышел из кареты и размял спину. Из-за напряжения всё его тело затекло. По приказу герцога повар забрал вино у Лютика и отнёс его к барной стойке в столовой. Когда все вышли, Френки увёл лошадей в стойло вместе с каретой. Оскар и Лютик зашли в дом следом за Гаретом и Бернардом. Рупен отряхнул штанину от пыли перед тем, как подняться на крыльцо. Арикс всё ещё стоял и ждал его.       — Ох, как хорошо, что вы вернулись. — вздохнув сказал горничный и немного склонил голову, приветствуя Рупена. — Мне так не хватало вас.       — Что-то случилось? — поинтересовался Рупен.       — Эти двое мне всю плешь проели. — с раздражением сказал Арикс, чем сильно удивил Рупена. Бета даже заметил, как у омеги дёрнулось веко.       — Что? — Рупен взял его за руку, чтобы подбодрить и успокоить. — Что они сделали?       — Сначала один мешал мне своими домыслами и теориями о том, что Оскар не тот кем кажется на первый взгляд. — слова Арикса удивляли Рупена всё больше и больше. — Потом второй жаловался весь оставшийся день на то, что его сынок разгромил библиотеку в поисках доказательств существования монстров и духов, которые вселились в Оскара. Мало того, Бернард заставил меня не просто убрать книги на место, а сложить их в алфавитном порядке, по цвету и по толщине.       — А не справедливей ли было заставить Френки делать это? — спросил Рупен, теперь уже удивляясь Бернарду.       — Бернард сильно поругался с Френки, мне даже пришлось разнимать их. — с печалью и усталостью сказал Арикс. — В итоге, Френки заперся в своём сарае, а Бернард продолжал ворчать и жаловаться мне на него.       Арикс сделал шаг к Рупену и обнял его, обхватив руками. Слуга не стал ничего говорить, понимая, как он устал и нуждается в поддержке. Он обнял его в ответ позволяя расслабиться.       — Ты единственный нормальный волк в этом доме. — сказал Арикс обнимая его. — Только ты можешь понять меня.       — Да-да, я знаю, что значит потакать каждому слову окружающих, подавляя собственное мнение. — вздохнув ответил Рупен. Всё-таки, Арикс не Арчи, горничный ни за что не станет оспаривать чьё-то решение или отстаивать своё. Поэтому ему тяжело отказывать кому-либо.       Всё вернулось на круги своя. Единственное, Френки не спускал глаз с Оскара, когда тот выходил на улицу вместе с Лютиком. Начитавшись всякой ерунды, молодой бета искренне стал считать новенького кем-то, кто не является обычным волком. Однако, всё просто сделали вывод, что Френки одолевает зависть, ведь ему потребовалось куча времени, чтобы завоевать хоть каплю доверия лиса, а Оскар получил всё за одну лишь встречу.