Пэйринг и персонажи
Метки
Описание
По правде говоря, их отношения нельзя было назвать любовью. Вряд-ли приемлемо было такое громкое понятие между сыном немецкого дипломата и обычным парнем из Средней Азии. Но, что важнее, эти отношения были побегом, для них обоих. И пока Хельмут спасался от предопределённости, Баки сбегал от удушающей реальности, которая с каждым днём затягивала на его шее петлю потуже.
Примечания
История основана на реальных событиях. Желтоксан (Декабрьские события) — митинг казахской молодёжи, произошедший в 1986 году в Алма-Ате и принявший форму массовых народных протестов против решений правящей коммунистической партии. Подобная демонстрация против назначения Колбина, русского, на пост первого секретаря ЦК стало первым крупным национально-освободительным выступлением в СССР и предвестником распада Союза.
Посвящение
Памяти жертв Желтоксана и тем, чьи имена стёрла официальная история.
18 декабря: День скорби
23 декабря 2025, 04:24
Генрих Земо стоял у высокого окна своего кабинета, заложив руки за спину. Внизу на улице лежал свежий, нетронутый за ночь снег, заботливо подметённый дворниками в аккуратные, белые сугробы. Он только что поставил подпись на последнем документе: в отчёте о «временных беспорядках в городе и образцово-показательных действиях советских органов по скорейшему наведению конституционного порядка». Каждое слово там было отшлифовано и лишено каких-либо опасных подтекстов. Система требовала отчётности, и она же давала для него готовые формулировки.
Его сын в это время находился в стационаре. Диагноз уместился в несколько строк и звучал сухо: три сломанных ребра, сотрясение мозга средней тяжести и рваная рана на лице. Ничего такого, что нельзя было бы списать на обычное стечение обстоятельств, да и главное Хельмут был жив. Он лежал, уставившись расфокусированным взглядом в белый потолок с глазами, которые казались слепыми. Врач в коридоре говорил что-то об удаче, о том, что самое страшное обошлось благодаря своевременно оказанной помощи, на что старший Земо машинально кивал, мыслями оставаясь во вчерашнем дне: в том коротком звонке в Москву, где он без колебаний озвучивал свои соображения о силовом разгоне протестующих, который тогда казался необходимой мерой.
Система, неотъемлемой частью которой являлся сам Генрих, умела сглаживать острые углы, а именно в данном случае: «проявила должный гуманизм и сохранила общественный порядок», как он позже аккуратно напишет в благодарственной служебной записке.
Он снял очки, устало протёр пальцами переносицу, ощущая знакомый, въевшийся в тело недосып от напряжения последних суток. Потом взглянул на свои руки, лежащие на поверхности стола. Правая перчатка была аккуратно снята и положена рядом с бюваром. У самого среза темнело маленькое, едва заметное коричневое пятно. Генрих вспомнил, как тащил сына за воротник по мёрзлой земле, по полю у траншей, где снег был истоптан сапогами и перемешан с грязью. Вспомнил, как все еще тёплая кровь просочилась через тонкую ткань перчатки в тот миг, когда он, потеряв равновесие, прижал голову Хельмута к своему плечу, чтобы не уронить. Генрих смотрел на это пятно еще долго, потом медленно натянул перчатку обратно. Она, как всегда, сидела идеально: замша обтянула пальцы, скрыв пятно, но не устранила его. Он поправил лацканы пиджака, взял папку с документами и вышел из кабинета. Впереди был важный дипломатический приём в Доме дружбы, где нужно было улыбаться, пожимать руки, говорить речи о мире и сотрудничестве.
В папке, прямо у шапки отчета, жирным шрифтом было выделено всего два слова: Декабрьские события. Удобная формулировка, стирающая любую конкретику. С ним можно было не писать о «избиениях при мирном митинге», о «зверском подавлении студенческого протеста» или о «ночи, когда в холодной степи у Алма-Аты исчезли сотни людей».
Декабрьские события — как снегопад, как мороз или обычное погодное явление, которое просто случилось. Само по себе.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.