Я буду любить тебя вместо него

В это же время Чимин сидел в своей комнате — той самой, которую он занял после свадьбы, надеясь, что это временно. Что скоро Тэхен пригласит его в супружескую спальню, и они станут настоящей парой. Но четыре месяца прошли, а он все еще спал один. Комната была красивой — светлой, с панорамными окнами и дизайнерской мебелью. Но холодной. Безличной. Как гостиничный номер, в котором остановился на время. Чимин сидел на краю кровати, держа в руках пузырек с гормональными препаратами. Доктор Мин сказал принимать их дважды в день. Они вызовут течку через три недели. Три недели до того момента, когда его жизнь изменится навсегда. Он не боялся физической боли — его учили, что первый раз может быть неприятным, но это пройдет. Он боялся другого. Боялся увидеть в глазах Тэхена то же отвращение, которое чувствовал через их немногочисленные разговоры. Нет, у них не было связи. Не было метки. Но Чимин не был настолько глуп, каким казался окружающим. Он видел, как Тэхен морщится, когда приходится обращаться к нему. Как избегает прикосновений, даже случайных. Как спешит уйти из любой комнаты, где находится его муж. Он просто не понимал, почему. Что он сделал не так? Почему Тэхен так поменялся после свадьбы? Он старался быть хорошим. Заботливым. Не надоедать. Не требовать внимания. Быть идеальным омегой, каким его воспитывали. Но, похоже, этого было недостаточно. Чимин встал, подошел к зеркалу. Посмотрел на свое отражение — нежные черты лица, светлые волосы, большие глаза. Его всегда называли красивым. В обществе омег его внешность считалась эталонной — мягкая, женственная, притягательная для альфа. Но почему же его собственный муж так старательно избегал его? 'Может, я действительно скучный,' подумал он. 'Может, Тэхену нужен кто-то другой. Кто-то яркий, интересный, умный.' Он вспомнил одно из немногих светских мероприятий, на которое Тэхен взял его с собой. Там было много людей — альфы в дорогих костюмах, омеги в изысканных нарядах. Они говорили о политике, искусстве, бизнесе. Чимин пытался поддержать разговор, но его реплики звучали наивно и неуместно. Он видел, как собеседники вежливо улыбались, но в их глазах читалось снисхождение. А Тэхен отошел от него при первой возможности. Чимин провел остаток вечера, стоя в углу с бокалом шампанского, наблюдая, как его муж легко общается с другими — смеется, спорит, очаровывает. Без него. Тогда он впервые подумал: "Я ему не пара." Но было поздно. Они были женаты. И теперь от него требовалось выполнить супружеский долг. Стук в дверь вырвал его из мыслей. — Господин Чимин? — голос Хосока. — Ужин готов. Тэхен-ши будет обедать дома сегодня. Чимин вздрогнул. Тэхен дома? В субботу вечером? Обычно он уезжал куда-то на выходные, возвращаясь только к понедельнику. — Спасибо, Хосок-а. Сейчас спущусь. Он еще раз посмотрел на свое отражение, поправил волосы, разгладил складки на одежде. Быть хорошим. Не раздражать. Не надоедать. Спустившись в столовую, он увидел Тэхена, уже сидящего во главе стола. Альфа смотрел в телефон, его лицо было отстраненным. — Добрый вечер, — тихо поздоровался Чимин, занимая свое обычное место — в противоположном конце длинного стола. Тэхен поднял глаза, кивнул. — Вечер. Молчание. Прислуга начала подавать блюда. Чимин взял вилку, но есть не хотелось. Он украдкой наблюдал за мужем. Тэхен выглядел... усталым. Измученным. Под глазами темные круги. Плечи напряжены. — Тяжелая неделя? — осторожно спросил Чимин. — Нормальная. Еще одна попытка разговора умерла в зародыше. Чимин прикусил губу, глядя в свою тарелку. Они ели в тишине. Длинный стол между ними казался бесконечным. Два человека в одном доме, женатые, но совершенно чужие друг другу. — Я начал принимать препараты от доктора Мина, — наконец произнес Чимин, собираясь с духом. — Он сказал, что через три недели... — Я знаю, — перебил Тэхен, не поднимая глаз от тарелки. — О. Хорошо. Тогда... тогда я просто хотел, чтобы ты знал, что я... что я постараюсь быть... — Чимин запнулся, не зная, как закончить фразу. Тэхен наконец посмотрел на него. В его взгляде не было ничего — ни тепла, ни гнева. Просто пустота. — Ты не должен ничего стараться, Чимин-а. Просто... будь готов. Когда придет время. Он встал, не доев ужин. — Мне нужно поработать. Спокойной ночи. И ушел, оставив Чимина сидеть одного за огромным столом в роскошной столовой особняка, который так и не стал домом. Омега посмотрел на свое отражение в полированной поверхности стола. Маленькое, размытое, незначительное

***

Чимин лежал в своей постели, глядя в потолок. Сон не шел. В голове крутились воспоминания, болезненные и сладкие одновременно. Флешбэк. Полгода назад. День рождения тети Мина — известной оперной дивы Пак Соён. Роскошный особняк, полный гостей из высшего общества, шампанское, музыка, смех. Чимин тогда не хотел идти. Тетя пригласила его из приличия, как всегда. Но мама — жена дяди — настояла, что "неприлично отказываться от приглашения в такой значимый день". Он пришел в простом, но элегантном костюме. Стоял в углу, держа бокал, который почти не пил, наблюдая за гостями. Чувствовал себя невидимым, как обычно. А потом увидел его. Ким Тэхен вошел в зал вместе со своим другом — высоким альфой с обаятельной улыбкой. Тэхен был... ослепительным. В черном костюме, с уверенной походкой, привлекающий взгляды всех присутствующих. Чимин видел его раньше на фотографиях в журналах — наследник империи Ким, один из самых завидных женихов страны. И этот человек смотрел на него. Чимин почувствовал, как краснеет, когда их взгляды встретились. Тэхен улыбнулся — легко, непринужденно — и направился к нему. — Ты племянник именинницы? — спросил он, протягивая руку. — Ким Тэхен. — Я... я знаю, — Чимин пожал руку, чувствуя, как сердце колотится. — Пак Чимин. Они разговаривали. О музыке, которую любила тетя. О вечеринке. О погоде. Обычные, ничего не значащие темы. Но Тэхен смотрел на него так внимательно, слушал так заинтересованно, что Чимин почувствовал себя важным. Впервые за много лет — важным. А рядом стоял друг Тэхена — Чон Чонгук, раньше они с Чимином были одноклассники.Он время от времени вставлял реплики, наблюдая за Чимином с Тэхёном с любопытством. Чимин не знал тогда, что происходило на самом деле. Флешбек: За неделю до вечеринки Тэхен сидел в баре, мрачно глядя в стакан с виски. Напротив него устроился Чонгук — его лучший друг со школьных времен, один из немногих людей, которым он доверял. — Мой папа не отступит, — произнес Тэхен. — Он дал мне три месяца найти подходящего омегу и жениться. Иначе... — Иначе он уничтожит твои отношения с Хенджином, — закончил Чонгук. — Я помню. Ты рассказывал. — И что мне делать? — Тэхен выпил залпом. — Я не хочу жениться на ком попало. Но и выбор у меня небольшой. Чонгук задумчиво постучал пальцами по стойке. — Тебе нужен омега, который не будет создавать проблем. Послушный, из хорошей семьи, с безупречной репутацией. И желательно — наивный настолько, чтобы не задавать лишних вопросов о твоей личной жизни. — Проще сказать, чем найти. — На самом деле, — Чонгук улыбнулся, — у меня есть кандидатура. Тэхен повернулся к нему. — Кто? — Пак Чимин. Мой одноклассник. Хорошая семья, приличное состояние по наследству. Сирота — родители погибли в аварии, когда ему было тринадцать. Живет с тетей и дядей. — И почему ты думаешь, что он подойдет? Чонгук откинулся на спинку стула. — Потому что я знаю его с детства. Чимин — это определение слова "безропотный". В школе мы называли его одуванчиком — тихий, незаметный, мягкий. Он никогда не спорил, не возражал, не создавал проблем. Отличник, староста класса, любимец учителей. Идеальный омега по всем параметрам. — Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. — О, это правда, — Чонгук усмехнулся. — У него просто не было другого выбора. Его тетя и дядя — те еще люди. Они взяли опеку над ним после смерти родителей, но по факту просто контролировали его наследство. Чимин получал ежемесячное пособие по завещанию родителей, но все деньги шли через тетю. И она воспитывала его так, чтобы он не создавал им проблем. — Жестокость? — Нет, хуже. Безразличие, — Чонгук покачал головой. — Они кормили его, одевали, отправили в хорошую школу. Но никогда не любили. Никогда не интересовались его жизнью. Чимин был просто... обузой, которую нужно было тянуть до совершеннолетия. Он вырос тихим, послушным, не привыкшим требовать внимания. Идеальный вариант для твоей ситуации, если ты спросишь меня. Тэхен задумался, медленно вращая стакан в руках. — Он будет на дне рождения Пак Соён на следующей неделе? — Его тетя — младшая сестра Соён. Конечно, будет. Хочешь познакомиться? — Хочу посмотреть на него, — поправил Тэхен. — Если он такой, как ты описываешь, возможно, он решит мою проблему. -Флешбек: Школьные годы Чимина Четырнадцатилетний Чимин сидел в своей комнате в доме тети. Маленькая комната на втором этаже, с минимумом мебели и окном, выходящим во двор. Внизу слышался смех — дядя рассказывал что-то смешное, тетя откликалась, их двое детей — кузены Чимина — шумели. Семейный ужин. К которому Чимина не позвали. Он привык. В первый год после смерти родителей он еще пытался быть частью этой семьи. Спускался к ужину без приглашения, пытался участвовать в разговорах, искал тепла. Но тетя смотрела на него с раздражением. Дядя — с безразличием. Кузены дразнили, называя "приживалкой". Постепенно Чимин научился быть тихим. Незаметным. Не создавать проблем. Ему приносили еду в комнату. Давали деньги на школьные принадлежности — ровно столько, сколько нужно, ни копейки больше. Покупали одежду, вот тут честно, чтобы не уронить "лицо" брендовые, дорогие. — Будь благодарен, — говорила тетя, когда Чимин однажды осмелился попросить новые кроссовки. — Мы кормим тебя, одеваем, даем крышу над головой. Твои родители оставили деньги на твое содержание, но мы вкладываем в тебя больше, чем ты стоишь. Чимин больше ни о чем не просил. В школе он был тихим мальчиком, который сидел за последней партой и никогда не поднимал руку первым. Учился отлично — потому что хорошие оценки были единственным, за что его иногда хвалили. Стал старостой класса — потому что учителя выбрали самого послушного ученика. Одуванчик — прозвище прилипло к нему в средней школе. Мягкий, нежный, легко ломается от одного дуновения ветра. Чимин не возражал. У него не было сил возражать. Он просто существовал. Учился. Старался не создавать проблем. Ждал совершеннолетия, когда сможет получить доступ к своему наследству и, может быть, начать жить. Но даже тогда, в глубине души, он мечтал о другом. О семье. О тепле. О том, чтобы кто-то смотрел на него и видел не обузу, не тихого удобного человека, а просто... его. Чимина. Со всеми его страхами, мечтами, желаниями. --- Настоящее время Чимин вздрогнул, возвращаясь к реальности. Воспоминания о школе всегда были болезненными. Но потом была встреча с Тэхеном. И все изменилось. После той вечеринки альфа начал ухаживать за ним. Ничего грандиозного — букеты цветов раз в неделю, приглашения на ужин в хорошие рестораны, билеты в театр. Обычные знаки внимания, которые для Чимина были откровением. Впервые в жизни кто-то замечал его. Хотел проводить с ним время. Смотрел на него так, будто он важен. Чимин влюбился почти сразу. Тэхен был внимательным — запоминал, какие цветы Чимину нравятся, какую музыку он слушает, что заказывает в ресторане. Но если Чимин был честен с собой, он замечал и другое. Тэхен никогда не спрашивал о его мечтах. О том, чего он хочет от жизни. О его прошлом. Разговоры были поверхностными, вежливыми, безопасными. Тэхен никогда не делал больше, чем требовалось. Букеты были красивыми, но не особенными. Рестораны — дорогими, но не романтичными. Свидания проходили по расписанию — раз в неделю, по выходным, строго два часа. Но Чимин был настолько голоден по вниманию, что не замечал этих деталей. Или не хотел замечать. А через месяц было предложение. Они ужинали в ресторане с видом на реку. Тэхен был элегантен, как всегда. Заказал шампанское, которое Чимин почти не пил. А потом, когда подали десерт, достал коробочку. — Пак Чимин, — его голос был ровным, спокойным, — ты сделаешь меня счастливым и согласишься стать моим мужем? Кольцо было красивым — платина с небольшим бриллиантом. Не самым крупным, не самым дорогим. Достаточным. Чимин плакал, когда говорил "да". От счастья, думал он тогда. Теперь, лежа в темноте своей комнаты в доме мужа, он понимал — плакал от отчаяния. От страха упустить единственный шанс быть кому-то нужным