Культивирование личности до Бога. Том 1-2.

Возрождение начинается с осознания небытия.

Признайте свою внутреннюю тьму, свою экзистенциальную пустоту, и позвольте хотя бы слабому лучу любопытства пробиться сквозь мертвенный пепел.

Подобно тому, как даже наиболее ядовитый цветок способен прорасти сквозь трещины в безжизненном асфальте, надежда может возникнуть даже в самых безнадежных обстоятельствах. (Frankl, V. E. «Man's Search for Meaning.»)

***

Прежде, чем Цзиньхуа ступила в величественный чертог главного зала, она, словно алхимик, скрупулезно просеивала объявления на «STTB», выискивая свою будущую команду. Но увы! Как и следовало ожидать, большинство студентов жаждали лишь блеска и силы, словно хищники, ищущие самую сочную добычу! А наша Цзиньхуа… ну, скажем прямо: с MOBA у неё были отношения, как у кошки с пылесосом. Ведь после школьного, выпускного бала, она утопала в нежных объятиях девичьих грёз — от романтических новелл, где реальность казалась лишь блеклым эхом, до кукольных «одевалок», где она, словно Микеланджело от моды, ваяла «шедевры» из пикселей. «Хватит грызть гранит науки! Прощайте друзья мои: лаборатории, тараканы и крысы! Я начинаю с чистого листа!» — торжественно клялась она себе тогда. И вот теперь, её вдруг кольнуло лёгкое смущение. Неужели все эти часы, проведённые в виртуальных мирах, сделали её совсем непригодной для чего-то серьёзного? Рука уже дрогнула, готовая отпустить браслет, как вдруг позади раздался заразительный смех Джейка и Шина. Они надвигались, словно два светила, обмениваясь колкими, но дьявольски флиртующими шуточками. Заметив Цзиньхуа, они мигом оказались по обе стороны, как ангел во плоти и чёрт из табакерки! Джейк, рыжеволосый ходячий анекдот, без лишних церемоний цапнул её за запястье, взгляд скользнул по экрану браслета: — Ага! Так значит, ты тоже ищешь себе команду? — весело воскликнул он. — Ну… что-то вроде того, — пробормотала Цзиньхуа, ошарашенная таким напором. — Хе-хе! — Шин Сону, этот сероволосый цветочек зла с разноцветными прядками как у павлина, оживился, словно его полили эликсиром бодрости. Он обвил руку вокруг плеч Цзиньхуа и промурлыкал: — А давай к нам? Мы не строим наполеоновских планов. — …Просто хотим урвать утешительный приз, — докончил Джейк, растягивая губы в широченной улыбке. — С тобой в обойме нам останется найти всего ничего — каких-то двух безумцев! — Ну что, как тебе наше предложение? — Шин Сону кокетливо захлопал своими огромными, как у лани, серыми глазами, словно предлагал не место в команде, а путевку в рай! В этом японском кимоно, с веером, игриво прикрывающим половину лица, Шин смотрелся настолько органично на фоне этих академических стен, что хоть сейчас бери да вешай в Лувр! «А?.. Что это с ним? Решил косплеить фэшн-икону? Сначала эти дьявольские линзы, теперь вот кимоно… Ну, какой же он краш, этот засранец!» — эта шальная мысль, подброшенная проказницей Юноной Юрэй, промелькнула в голове Цзиньхуа, но она тут же отмахнулась от неё: «Тоже мне, нашла время для глупостей! Удалить! Удалить! Удалить!» Цзиньхуа растерянно заметалась взглядом между двумя лицами. Их предложение свалилось как снег на голову — неожиданное и до смешного нелепое. Впрочем, эти двое сами по себе казались феерическим воплощением нелепости, особенно в сочетании «вместе взятые». Джейк, чей наряд кричал о кибер-эпохе во всю глотку, и Шин, словно шагнувший из далёкого прошлого бродячий сказитель! — Вы уверены? Я, конечно, польщена «до глубины души», но боюсь, что буду скорее якорем, чем спасательным кругом, — честно призналась Цзиньхуа. — Я не то чтобы знаток этой игры… — Я в этой вашей игре… ну, как бы это помягче… — Она энергично затрясла головой, будто пытаясь вытряхнуть оттуда все сомнения. — Полный профан, absolute zero, понимаете? Джейк, словно не слышал её тираду, лишь небрежно пожал плечами, крепче сжимая её ладонь. Видимо, боялся, что она сейчас испарится в облаке розового дыма и оставит их наедине с этой бредовой идеей. — Эй, выдыхай! Мы тут не за кубком мира собрались, а за дозой адреналина и угара! — Просто хотим немного… эээ… добавить огоньку, — подмигнул Сону так, что в глазах заплясали искорки, — А в твоей компании, поверь, даже шахматы превратятся в гладиаторские бои! Они синхронно подмигнули, и в их взглядах не было ни капли насмешки, ни намёка на пренебрежение. Только чистый, незамутнённый энтузиазм и… немного безумия. Ну, разве можно устоять перед таким коктейлем? Вот и Цзиньхуа не смогла! — Ну… В таком случае я не против. — В конце концов, согласилась Лин Цзиньхуа, — Но почему ещё двоих? Разве Хисын будет не с вами? Джейк и Сону переглянулись, обменявшись многозначительным взглядом. — Хисын… ну, скажем так, у него свои «особые» представления о турнире, — уклончиво протянул Сону, словно вытаскивал клеща из пятки. Джейк, пожав плечами, добавил масла в огонь: — Решил, видите ли, пойти ва-банк с какой-то… «амбициозной» командой. Цзиньхуа нахмурилась так, что брови попытались сбежать с лица. «Неужели этот горе-айдол снова вляпался в сделку с Ки Раном? И если это такая же «выгодная» сделка, как и моя, тогда понятно, почему Хисын решил сменить коней на переправе. Но… нравится ли мне такой расклад событий? Ох, нет, и дело даже не в его друзьях… А в том…» Её мысли запутались, как новогодняя гирлянда. Но в этот момент Шин Сону внезапно влепил звонкую оплеуху тишине хлопком в ладоши! — Отлично! — просиял он, сверкая хитрым прищуром. — Считайте, что первый гвоздь в крышку нашего безумия забит! Осталось найти ещё двух отчаянных сорвиголов, готовых вписаться в эту авантюру. Джейк ухмыльнулся, как кот, объевшийся сметаны: — Да не вопрос! Желающие на халяву всегда найдутся. Особенно, если пообещать им щепотку славы и утешительный приз. Цзиньхуа не удержалась от улыбки. А почему бы и нет, в конце концов? Это шанс выкинуть что-нибудь этакое, пощекотать нервы и, возможно, даже научиться чему-то, кроме как выживать в этом хаосе. И если никто не ждет от них победы, то можно расслабиться и получать удовольствие от самого факта участия. Ведь, как говорится, главное не победа, а… эмм… возможность эпично проиграть! И вот, эта развесёлая троица ввалилась в крошечный зальчик, от силы на тридцать душ, где Габриэль, восседая на импровизированной трибуне, уже вовсю тараторил правила предстоящей мясорубки. На долю секунды его взгляд, словно шаровая молния, метнулся к Цзиньхуа, и в его глазах, казалось, вспыхнули зарницы нешуточной бури. Вздрогнув от пробежавшего по коже электрического разряда, он тут же взял себя в руки и продолжил чеканить своим деловым тоном: — …Правило номер три. Вашему вниманию предлагается целая сотня персонажей на любой вкус и цвет, но, увы, выбрать вы можете только того, кто соответствует вашему гендеру. Хотя… для счастливчиков с зелёными браслетами открыты все двери, то есть, персонажи! Цзиньхуа сморщила носик в недоумении и пробормотала себе под нос: — Ну вот, облом… А я уже присмотрела себе одного брутального мачо… Джейк, стоявший рядом, лишь хмыкнул, словно знал все тайны вселенной и слегка скучал от этого: — А чего ты ожидала? Браслет, конечно, штука крутая. Хотя и иллюзорно, но внешность меняет, как по мановению волшебной палочки. Но вот перекроить строение тела ему, увы, не под силу. — В противном случае, — добавил Сону с видом профессора, объясняющего теорию Большого взрыва, — это могло бы породить проблемы эпических, традиционных масштабов! — Пф… То есть носители зелёного браслета, по вашему достаточно традиционные? — Лин Цзиньхуа хитро прищурилась, словно готовилась задать самый каверзный вопрос в истории. — Ай-йя… — раздался вдруг чей-то голос за спиной, полный притворной обиды, — Дорогуша, такими словами ты обижаешь братьев и сестёр наших меньших! Лин Цзиньхуа обернулась и увидела до боли знакомую фигуру Сони… точнее, Ичиро, юношу, который, кажется, родился, чтобы носить женскую одежду. И ничего, кроме едва заметного кадыка на шее, не выдавало в нём мужскую натуру. На этот раз его зелёные волосы были собраны в изящный хвост, а длинное лиловое платье сидело на нём так, словно было сшито по заказу небесными кутюрье! Просто сногсшибательно! Ичиро одарил Лин лукавой улыбкой, от которой его глянцевые губы заиграли соблазнительным блеском: — Не стоит так переживать из-за правил, дорогуша. Главное — получать удовольствие от игры. А с твоей-то красотой любой персонаж будет выглядеть потрясающе. Цзиньхуа смущенно отвела взгляд, щеки предательски запылали. Комплимент прозвучал настолько искренне, что девушка невольно засомневалась: «Я… Красивая? Неужели я и правда могу считаться красивой?.. Кажется, Хисын тоже что-то такое говорил, но я тогда, как назло, была слишком занята оттачиванием образа пафосной кисы…» — мысленно вздохнула она. Ведь Лин уже грезила об эффектных комбинациях, умопомрачительном стиле игры и о том, как героически она будет выглядеть на экране перед лицами тысячи зрителей. А теперь все эти планы оказались заложниками гендерных рамок. Сону картинно подпёр подбородок рукой, погружаясь в задумчивый образ: — Знаешь, а может, это и к лучшему! Зато теперь ты сможешь выбрать персонажа, который идеально раскроет все твои таланты! Ведь главное, чтобы герой и игрок были созданы друг для друга, как кусочки одного пазла! Джейк, хитро прищурившись, подкинул дров в костер энтузиазма: — Да у Цзиньхуа талантов — вагон и маленькая тележка! Особенно в области создания… э-э… запоминающихся шедевров. «Тц… Конечно, «талант» — это громко сказано. Скорее уж, это заслуга моего дядюшки Бай Шэня… Но чего ждать от Джейка? Он мог просто забыть о том, что я говорила в день первой с ними встречи», — мысленно фыркнула она, вспоминая свои «эксперименты» по созданию образов. — «Бедные ИИ-куклы… Держу пари, у них до сих пор процессоры глючат от одних воспоминаний! Наверное, ночами видят меня во сне с ножницами и суперклеем!» — Кстати говоря, — Вдруг прервал её размышления, Сону, — В игре есть довольно любопытный персонаж «Швея Разлуки — Миппи». Её стиль игры сильно зависит от удачи и фантазии. Лин Цзиньхуа горько усмехнулась, словно услышала анекдот о том, как Дед Мороз дарит подарки: — Удача? Что это такое вообще?.. Ичиро, словно тень, бесшумно подкравшись сзади, понимающе похлопал её по плечу, а в его серых глазах заплясали озорные искорки: — Удача — это твой лучший друг, когда дело пахнет MOBA, дорогуша! — промурлыкал он с хитрой ухмылкой. — Бывают такие моменты, когда все решает слепой случай. Но! Если ты умеешь мыслить как безумный гений, то даже в самом безнадежном замесе можно выцарапать победу! Главное — верить в чудо и не забывать про импровизацию! Заметив, как разгорается дискуссия, Габриэль элегантно вклинился: — Кхм-кхм! Позвольте мне продолжить этот блистательный экскурс в мир стратегий? — произнёс он с напускным возмущением. — И, раз уж мы тут собрались, заклинаю вас, не верьте ни единому слову моей "очаровательной", но весьма язвительной "сестрицы"! Она просто обожает разыгрывать новичков! — Произнёс он, не выдавая истинной сущности Ичиро, — На самом деле, чтобы не стать обузой для команды, нужно изучить механику игры! Иначе персонажи, зависящие от удачи, могут подвести в самый ответственный момент. — О, взгляните-ка! Наш всезнающий президент Студсовета снова проснулся! — съязвил Джейк. — Раз уж ты решил просветить насчет правил, поторопись, о великий гуру! Нам ещё нужно отыскать двух храбрецов в нашу команду! — А сколько вас в команде? — тихо полюбопытствовал Ичиро, — Мы с моей девушкой вдвоём, и пока бродим в одиночестве, словно неприкаянные души, в поисках пристанища. — Хы! — Сону и Джейк одарили друг друга синхронными, поистине дьявольскими улыбками. — Да это же сама матушка Фортуна решила нам улыбнуться! Нам как раз не хватало двух отчаянных головорезов! Цзиньхуа моргнула, словно очнувшись от удара молнии, и её взгляд мельтишил между лицами, пока не застыл на Ичиро: — Девушка? У тебя? Вот это новость! — процедила она, словно выплюнула колючий кустик, явно потрясённая этой сенсацией. И браслет на руке, этот неугомонный "Большой брат", сходу презрительно пискнул на её сарказм. Ичиро, словно и не заметил её колкости, расплылся в улыбке, от которой могли бы заряжаться смартфоны, и подмигнул Цзиньхуа: — Дорогуша, не кипятись! В моём гареме, знаешь ли, всегда найдется местечко для такой искрометной особы, как ты! Так что, добро пожаловать на борт! — Пф! Это меньшее о чём я переживаю! — фыркнула Лин Цзиньхуа, закатив глаза так, словно пыталась увидеть там свой мозг. — Кстати, о птичках, — Джейк вдруг прищурился, словно разглядывал редкую бабочку, — кажется, мы ещё не обменялись любезностями. — Ах, какое досадное упущение! Представление — это же наш университетский фетиш! — воскликнул зеленоволосый юноша с лукавой улыбочкой, протягивая руку Джейку, а затем Сону. — Соня Сон. Рад познакомиться. — представился он с хитринкой в голосе, а затем, словно обжёгшись, отдернул руку, словно прикоснулся к чему-то крайне возмутительному. Ох уж, эта его брезгливость мужчин! — Кхм! Кхм! — Вдруг закашлялся Габриэль, пытаясь снова привлечь внимание окружающих, — Продолжим. — С тяжестью в голосе произнёс он, — Правило 4 гласит, что команда должна представлять игрока, который наиболее соответствует выбранной роли. Каждый из вас должен определить, какую позицию вы собираетесь занимать на поле боя, и соответствующим образом выбрать персонажа. Кроме того, правила подразумевают, что от каждого игрока требуется активное участие — хоть в формировании стратегии, хоть в исполнении ролей. Лин Цзиньхуа оторвалась от своих размышлений, прислушиваясь к Габриэлю. Её мысли о выброшенной за борт возможности стать полноценным участником турнира начали рассеиваться. Ощущение командной работы, немного сумбурное, но всё же ободряющее, перетекало через её сознание. В тот момент Цзиньхуа почувствовала себя частью чего-то большего, какого-то воодушевляющего проекта, несмотря на свои собственные сомнения. Габриэль, словно дирижёр, взмахнул невидимой палочкой и продолжил: — Правило пятое! Сакральное! Выбор персонажа — это не просто тыкнуть пальцем в экран! Это полное, безоговорочное погружение в роль! Вот, например, в вашей команде красуется сама Швея Разлуки — Миппи, а это значит, что рядом должен витать сам Повелитель Судьбы — Лаки, её верный амур поддержки! Но, друзья мои, это ещё не всё! По канону, эти двое — голубки, воркующие влюблённые! Так что готовьтесь, мои актёры, играть страсть, ревность и конфетно-букетный период нон-стоп! Цзиньхуа почувствовала, как щёки вспыхивают алым пламенем при упоминании о «влюблённых». «Ох, наконец-то! — пронеслось в её голове. — Я стану принцессой, от которой требуется лишь томно вздыхать и принимать восхищенные взгляды! Никаких интриг, никаких заговоров… Эх, но снова… всего лишь в игре…» — Это кажется, будет немного сложно… — вдруг пробормотал Сону, следя за тем, как Габриэль продолжает объяснять правила турнира. — Актёришки из нас, как из Джейка балерина Большого театра. — Эй! — взвился красноволосый Джейк, метая молнии из-под бровей. — Да я Шекспира на завтрак ем! Забыл, как публика рыдала на моих искрометных бенефисах в школьных постановках? Я любого Станиславского заставлю крикнуть «Верю!». — Пф! Если ты о той самой пьесе «Царь горы», то я лучше промолчу, — съязвил Сону. — Кто ж знал, что ты в роль вживаешься настолько, что готов реально переломать кости соперникам, а не просто изображать драку! Публика только потому и плакала, что им было реально страшно за тех бедолаг! Ты играл Гамлета с топором! — А я и не играл, — хитро усмехнулся Джейк, сверкнув лукавыми глазами. — Вот именно! О том и речь! — простонал Шин Сону, нервно потирая виски. Цзиньхуа едва сдержала взрыв хохота. Скучать в этой компании точно не придётся! Она представила, как Джейк будет играть страстного Лаки: рыжий амбал, декламирующий сонеты и осыпающий Миппи букетами… сорняков? Перспектива оказалась, мягко говоря, не очень «принцессистая». Значит, надо выбирать персонажа, свободного от всяких там «любовных уз», дабы случайно не заставить пылать от ревности Шина Сону, который, кажется, был до безумия влюблен в Джейка. И иаконец, когда Габриэль закончил нудное перечисление правил, студенты, как стая голодных ворон, сорвались с мест. Цзиньхуа бросила на Ичиро взгляд, полный скепсиса, словно дегустировала прокисшее молоко: — Итак… теперь ты и твоя девушка с нами в банде? — Спросила она бесстрастно, спрятав руки в карманы брюк, словно прятала там гранату. — Ах, дорогуша, — отозвался Ичиро, кокетливо поправляя своё платье, — если ты будешь смотреть на меня так надменно, я ведь ненароком влюблюсь! — Он усмехнулся, и в усмешке этой было что-то горькое, словно привкус старого кофе. — Но, если честно, я понятия не имею, согласится ли Женечка. Она у меня дама… с изюминкой… знаешь ли, этакой щепоткой перца чили для остроты ощущений. Цзиньхуа с любопытством приподняла бровь: — Тогда зачем было спрашивать о том, сколько у нас участников в команде, если и сам не уверен в своей спутнице? — спросила она, чуть прищурив глаза. — О, ну знаешь, она такая… — Ичиро закатил глаза так театрально, что, казалось, они вот-вот выпадут. — Евгения Фортресс живёт в своём мире, где не грех и позабыть о бренной реальности. Она вечно где-то в облаках, и можно ждать её ответа до скончания веков. К тому же, она жуткая социопатка. Так что… Я вообще-то пришёл сюда, только для того, чтобы узнать, можно ли играть в команде из двух человек! «Фортресс?.. Где-то я уже слышала эту фамилию… наверное, даже не раз… Тц, эта моя дырявая память! Решила, что инфа бесполезная, и отправила на свалку!..» — промелькнуло у Цзиньхуа в голове. — А, вот оно что… — Кивнула она, в конце концов, — И как раз в шестом правиле, было сказано о том, что в команде должно быть обязательно пять человек… — Холодно констатировала она. — Ага… Так что пока не знаю, сможем ли мы влиться в ваш дружный коллектив. Всё зависит от капризов Евгеши! — Ичиро пожал плечами с видом человека, которому всё до лампочки. Цзиньхуа, словно мудрый сфинкс, обдумала слова Ичиро и, сохраняя невозмутимость, кивнула: — Понимаю, — произнесла она, словно высекая слова из камня. — В таком случае, мы продолжим поиски среди других масс. — Ах! Душенька! Своим ледяным безразличием ты наносишь смертельную рану моему трепетному сердцу! — Театрально воскликнул Ичиро, но Цзиньхуа уже не внимала, словно он был лишь эхом далёкого прошлого, и, махнув рукой на прощание, исчезла, не удостоив его даже мимолётным взглядом. Цзиньхуа оторвалась от скамейки, чувствуя, как в душе зарождается лёгкое раздражение, но вместе с ним приходит и облегчение, словно с плеч свалился груз. Ичиро и его загадочная спутница были подобны теням, порождающим лишь вопросы, а не ответы. Она нагнала Сону и Джейка, которые, как заправские полководцы, уже вели жаркий спор о стратегиях и ролях. — Ну что, есть вести от Сони? — Шин впился взглядом в Цзиньхуа, словно путник, мечтающий о глотке живительной влаги после долгой дороги по пустыне безнадёжности! Цзиньхуа отмахнулась, словно от назойливого комара, жужжащего прямо над ухом: — Не совсем. Всё зависит от… «её» подруги. Сону и Джейк обменялись многозначительными взглядами, в которых читались терзающие их вопросы, словно две звезды, пытающиеся разгадать тайны вселенной! — Что ж, ладно, — вздохнул красноволосый, словно смирился с неизбежной катастрофой. — Будем искать других героев! И тогда начался мозговой штурм! Они перебирали кандидатов, словно археологи, отсеивающие пустые находки от сокровищ, достойных внимания. Цзиньхуа постепенно вливалась в разговор, но муза словно ушла в отпуск, оставив их с пустыми руками. И тут её осенило! Она решила использовать своё секретное оружие — влияние на Хисына. Пальцы застучали по экрану, проэцириющемуся прямо с браслета, отправляя сообщение в «STTB»: [Эй, Хисын! Неужели ты собираешься пропустить ШАНС ВСЕЙ ЖИЗНИ, чтобы очаровать меня своим неотразимым обаянием? Короче, мне нужен «Повелитель судьбы — Лаки». И если ты упустишь эту роль, я отдам её Габриэлю. Уверена, он будет прыгать от радости до потолка! 😉] Разумеется, сам Хисын не знал о сделке Цзиньхуа с Ки Раном. Но и предположить не мог того, что она так настойчиво будет стоять на своём положении! Ответ прилетел быстрее, чем метеорит: [Ладно, Цзиньхуа, ты меня добила! Хотя, если честно, я ожидал от тебя этой гадости. Ну, да ладно. Только учти: я не Габриэль, серенады под окном не пою, и в школьных капустниках, как Джейк с Сону, не блистал. А насчёт соблазнения… О, Цзиньхуа, поосторожнее с желаниями! Боюсь, потом сама будешь умолять, чтобы я прекратил! Я же знаю, одна из твоих субличностей уже готова раздеться догола при виде меня! Тебя это вообще не парит?! 😉] «Wo Cao!» — Цзиньхуа то ли обречённо вздохнула, то ли возмущённо фыркнула, глядя на наглый ответ Хисына. Самоуверенный, как всегда! Она моментально напечатала ответ-ультиматум: [Так ты в деле или как? Мне нужно твоё железобетонное «да, согласен» или такое же твёрдое «нет, пошла ты». Чтобы потом не было возможности выставить меня виноватой!] Хисын: [Да, согласен, согласен, тысячу раз согласен! Вот же, прагматичная стерва! До инфаркта доведёшь!] Лин Цзиньхуа, с ироничной усмешкой на губах, подумала: «Слишком легко. Но главное — он попался на крючок!» А это значительно упрощало их задачу: — Эй, народ, я уговорила Хисына играть с нами! — триумфально объявила она. — Что?! Как?! — Сону и Джейк выдали синхронное выражение шока. Цзиньхуа одарила их победной ухмылкой и, словно фокусник, "вытащила из рукава" переписку, предъявив её как неопровержимое доказательство. Лица друзей расцвели, словно весенние поляны, но лишь тень мимолетной мысли проскользнула по лицу Джейка. Плевать! Теперь у них был не просто игрок, а джинн, готовый исполнить любое желание! — Вот это да! — заорал Сону, чуть не подпрыгивая до потолка. — Остался последний штрих — пятый участник! У кого есть идеи? Гении, ваш выход! Цзиньхуа напрягла извилины, прокручивая калейдоскоп студенческих лиц. Но никто не всплывал в памяти, как достойный кандидат, сочетающий в себе талант, скромность и готовность впрячься в командную упряжку. И когда уже казалось, что вечер обречён на провал, словно комета, в конце коридора возник запыхавшийся Ичиро. — Эй, стойте, ребята! — выкрикнул он, заставляя троицу изумленно обернуться. Догнав их и жадно глотнув воздуха, он провозгласил, сияя, как начищенный пятак: — Евгеша слилась! Так что… Я с вами, котики! Сону и Джейк обменялись взглядами полными немого вопроса, а Цзиньхуа лишь закатила глаза с видом человека, которому только что предложили съесть тарелку тухлой рыбы. Ичиро, казалось, абсолютно не чувствовал атмосферу всеобщего сомнения, продолжая фонтанировать энтузиазмом. — Восхитительно, — прошипела Цзиньхуа сквозь зубы, пряча за показной любезностью назревающий ураган. Перспектива иметь дело с отпрысками клана Сон маячила на горизонте как предвестник неминуемого хаоса! И, браслет её, разумеется, тихонечко пискнул, лишая девицу, с трудом нажитых, очков социализации. — Вот и ладненько! — Ичиро, чьи волосы соперничали по яркости с тропическими джунглями, аж подпрыгнул на месте. — Тогда рассказывайте, что от меня требуется! Какого персонажа я буду отыгрывать? — не унимался Ичиро, явно предвкушая участие в турнире. «Мёртвого, желательно.» — с мрачной нежностью подумала блондинка, нервно покусывая губу.

***

Спустя несколько часов, когда сумерки окутали университетский кампус, команда переместилась в уютное кафе, где царила атмосфера дымных кальянов и полуночных откровений. Роли были распределены: Сону занял почётный пост стрелка, владыки золотой линии; Джейк, мускулистый и уверенный, застолбил за собой роль бойца на линии опыта; Цзиньхуа, с непроницаемым лицом, стала лесником, тенью блуждающей между линиями; а Хисын, по умолчанию, превратился в поддержку, ангела-хранителя команды. — Выходит, что нам нужен мидер, — вдруг заявил Джейк, с видом профессора, преподающего курс «Стратегии и тактики MOBA-игр». — Если у нас в обойме уже есть Миппи и Лаки, то нам жизненно необходим «Сбившийся Путник — евнух Мо», этот безумный гений! У этой троицы синергия такая, что впору слагать оды! Но… есть малюсенькая проблема: роль требует человека… ну, скажем так, слегка не в себе. И к тому же, он танк. Цзиньхуа окинула Ичиро уничтожающим взглядом, в котором читалось нескрываемое злорадство. — Кажется, эта эксцентричная роль создана специально для тебя, не находишь? — промурлыкала она, но сарказм ускользнул от всех, кроме её браслета, который обиженно пискнул, отнимая баллы за неподобающее поведение. Ичиро на секунду задумался, словно взвешивая все «за» и «против». А потом… его лицо озарила широченная, во всю ширь души, улыбка. — Евнух? Эксцентричный? Да это же моё второе имя! Судьба, ты слышишь?! — завопил он, театрально взмахнув руками, словно дирижируя оркестром собственной гениальности. Сону влепил Ичиро дружеский шлепок по плечу, мгновенно воспламенившись его неугасимым энтузиазмом, словно от короткого замыкания. — Есть пробитие! Вопрос закрыт! Дело в шляпе! Джейк ехидно ухмыльнулся: — И про домашнее задание не забудь упомянуть, «лидер». — Айщ, колючка подноготная! — прорычал Сону, готовый изрыгнуть пламя праведного гнева. Но тут браслет, вопреки ожиданиям, не обрушил на него волну порицания, а залился торжествующим трезвоном, словно рог победы, щедро отсыпая баллы за столь «успешную социализацию». «Wo Cao!» — выдохнула про себя ошеломлённая Цзиньхуа, наблюдая за этим парадоксальным балетом. — Ладно, ладно, уговорил! Прав ты, как всегда! — Шин Сону картинно вздохнул, — Итак, мои доблестные рыцари пера и повелители пикселей! Хватайте свои драгоценные манускрипты описаний и впивайтесь в них, словно голодные вампиры в свежую вену! Изучайте каждую строчку, каждую запятую с маниакальным усердием, как будто от этого зависит судьба не просто «Земли Алчущих Единых Бойцов и Их Судеб» (он же «ЗАЕБиИС», да, название игры — ну просто песня!), а всей мультивселенной, как минимум! Повадки монстров, механики заклинаний, навыки героев — чтобы ночью разбудили, и вы могли отбарабанить это как таблицу умножения! Завтра, в час, когда тени становятся длиннее, и там же, где мы сегодня вершили великие дела, готовимся к стратегической вакханалии, которая затмит собой даже восход солнца! Мозговой штурм будет такой силы, что сервера не выдержат и взмолят о пощаде! — Айгу, полегче! Сону, притормози коней, — поддел его Джейк, почёсывая ухо, словно после залпа тысячной артиллерии, и расплылся в улыбке шириной с Великую Китайскую стену. — Ты, как всегда: если зажигать, то чтоб искры летели до самой Альфы Центавры! Цзиньхуа, вопреки первоначальному отвращению к Ичиро, была вынуждена признать, что этот неугомонный фонтан энергии, этот ходячий эпатаж, возможно, действительно сможет вдохнуть огонь в бесчувственное тело «Сбившегося Путника», превратив его из серой мыши в легендарную личность. Впрочем, его роль в игре казалась сейчас наименьшей из проблем… «И почему мы вылизываем каждую деталь, словно собрались штурмовать Олимп?.. Ну и морока…» — пронеслось в её голове, словно крик одинокой чайки в шторм, пока она с видом сфинкса наблюдала за этим безумным балаганом. И вот, когда ребята, готовы были разлететься кто куда, словно вольные птицы, взгляд Джейка, словно невидимая нить, притянул Цзиньхуа. — Можно тебя на минутку? — спросил он, и в глубине его карих глаз плескалось беспокойство, словно тень от пролетевшей тучи. Цзиньхуа не уловила этой тревоги, словно бабочка, не замечающая приближения бури. Легкий кивок, и вот они уже вдвоём, наедине с мерцающими звёздами и безмолвным снегом. — Да. Что такое? — Без интереса полюбопытствовала она. Вмиг, словно пораженный молнией, Джейк утратил свою фирменную усмешку, и лицо его омрачилось тенью, словно эффектом зловещей долины. Голос его, тихий, но стальной, пронзил тишину: — Цзиньхуа… Можешь, пожалуйста, рассказать, о каком соблазнении шла речь? «А… Вот чёрт! Какая же я идиотка!» — пронеслось в голове Цзиньхуа, и холодный пот выступил на лбу. Глаза, как испуганные птицы, заметались по заснеженной улице, ища спасения. Сердце колотилось в груди, словно дикий зверь, загнанный в угол, и каждое мгновение растянулось в бесконечность ожидания, когда отдельные слова должны были сложиться в цельную и убедительную правду. Если же сам Хисын не счёл нужным делиться подробностями, то и Лин Цзиньхуа не могла раскрыть информацию о сделке Хисына с Ки Раном! «Что же теперь делать?! Откуда мне было знать, что этот горе-айдол умолчал о деталях того, каким образом им удалось избежать исключения?!» Мысли бились в голове, словно взбесившийся улей, готовый взорваться ядовитыми жалами. «Солгать! Солгаааать! Так, чтобы уши завернулись в трубочку от восторга!» — эта идея пульсировала в висках, словно дьявольски гениальный припев, который невозможно выбросить из головы. «Янона Юрэй… Гори всё огнём! Это твой бенефис!» И в следующее мгновение её субличность, алчущая знаний вырвалась на свободу. Лицо Цзиньхуа застыло в маске философского презрения, словно высеченной из камня. Девушка выпрямилась, словно надменная интеллектуалка, и с выверенной грацией, достойной королевы, небрежно обронила: — Всего лишь… незначительная диверсия. — На губах промелькнула мимолетная, аристократически сдержанная улыбка, подобная вспышке стробоскопа в кромешной тьме, — Ты же знаешь Хисына… Необходимость стимуляции его интереса, создание интриги — императив. В противном случае, вероятность его согласия на совместную деятельность в рамках одной рабочей группы была бы ничтожно мала. Цзиньхуа делала ставку на эрудицию Яноны, ну или, по крайней мере, на то, что её замысловатые речи смогут так запутать Джейка, что он просто отступит в замешательстве. Сейчас ей меньше всего хотелось, чтобы он начал копать глубже и вытащил наружу все их с Хисыном скелеты из шкафа! Джейк прищурился, его взгляд был настолько пронзительным, что казалось, он видит её насквозь, до самой души! Цзиньхуа почувствовала себя загнанной в угол, но Янона Юрэй — кремень! Её самообладанию позавидовал бы сам Сенека! — Ты уверена? — тихо спросил он, словно хищник, готовящийся к прыжку. — Потому что это звучит… как сказка, придуманная на ходу! Да и потом, Хисын изначально не горел желанием сотрудничать с нами, чтобы выиграть этот чёртов конкурс! Мы с Сону — новички, что уж там скрывать! И были бы счастливы, если бы он присоединился к более опытным игрокам. Но мы были поражены, когда он согласился, стоило тебе лишь написать ему пару строк! Не находишь это странным? — Не нахожу вопиющим и безусловно уверена в своих словах, — парировала она, тон её голоса был кристально холодным, словно отточённым скальпелем. А скорость её речи, казалось, превысила скорость света! — Моя уверенность в потенциальном интересе адресата к данной корреспонденции приближалась к асимптотической отметке. Иными словами, мотивом послужила исключительно попытка инициировать доброжелательный, не обременённый негативной коннотацией диалог. Что, согласно принципу Occam's Razor, является наиболее простым и вероятным объяснением моего… Внезапно Цзиньхуа осеклась, словно кляп в рот вставили, с победным вздохом спихнув Янону Юрэй обратно в дебри своего разума! «Да чтоб тебя! Ну почему ты не можешь говорить как нормальный человек?! Ты что, профессор на пенсии?!» — мысленно взвизгнула она, едва сдерживаясь, чтобы не заорать в голос. Джейк таращился на неё, словно на говорящую кошку, с этакой гремучей смесью скепсиса, изумления и полнейшего недоумения: «Это… Что это вообще сейчас было?..». Но суть её пламенной тирады, безусловно, уловил. Возможно, он и не видел всей подноготной этой драмы, но нутром чуял, что за словами Цзиньхуа скрывается целый айсберг проблем. Впрочем, разбираться в этом балагане ему хотелось примерно как лезть в клетку к голодному тигру: «Если между ними какая-то любовь-морковь, да ради бога… Но если об этом прознают его фанатки-психопатки, этому горе-айдолу придется распрощаться со своей звездной карьерой быстрее, чем я успею сказать «оппа!». — Ладно, — наконец вздохнул он, поднимая руки, словно его взяли в плен инопланетяне. — Я не хочу быть купидоном-самоубийцей в ваших с ним разборках, но будь осторожна. У Хисына гордости — как у павлина перьев. Если он поймет, что ты им манипулируешь, это может привести к плохим последствиям. «Ха… Уже привели…», — горько усмехнулась про себя Лин Цзиньхуа, чувствуя, как тревога снова закрадывается в её мозг, словно таракан в булочную. В самых тёмных уголках сознания уже танцевали пляски апокалипсиса: как всё это может грохнуться в тартарары. — Не переживай, всё будет хорошо. — произнесла она, совершенно не уверенная в своих словах, словно вдохнув дозу позитива из космоса. Джейк ещё мгновение сверлил её взглядом, будто пытаясь прочитать между строк, потом кивнул и вернулся к ребятам, пряча за маской широкой улыбки, свои сомнения. Цзиньхуа почувствовала облегчение, как будто выдохнула после марафона, но лишь на секунду. Она понимала, что натягивает нить, тонкую, как паутина, которая в любой момент может оборваться, превратив всё, что ей "дорого" в клубок хаоса. Возвращаясь к группе, которая ждала их возвращения, чтобы вместе отправиться в общежитие, она заметила, что Ичиро и Сону уже вовсю обсуждают возможные тактики. И, оказывается, их «новая подруга» — вовсе не чайник, как они могли наивно предположить. Да он, оказывается, профи-геймер в юбке! — Чего вы там так долго шептались? — обиженно протянул Шин Сону, чуть вскинув бровь. Цзиньхуа натянула на себя маску беззаботности, словно старый, потёртый плащ, и, примкнув к группе, постаралась влиться в их бурный поток энтузиазма. «Надо сыграть эту партию до конца,» — промелькнуло у неё в голове, словно эхо старой истины. Она прекрасно понимала, что каждое слово, каждое движение теперь взвешивается на невидимых весах, и любая фальшь может обернуться катастрофой. Сону, как одержимый, жестикулировал, словно дирижер безумного оркестра, рассказывая о своих планах. Ичиро, в свою очередь, кивал с таким рвением, будто ему обещали вечную жизнь в мире «ЗАЕБиИС», где всё будет заебись. Цзиньхуа слушала вполуха, стараясь не выдать своего внутреннего напряжения. Внутри бушевал шторм, но снаружи она оставалась спокойной, как гладь озера перед бурей. Добравшись до общежития и распрощавшись с ребятами, Цзиньхуа рухнула на кровать, словно подкошенная. В голове пульсировала лишь одна мысль: «Что же будет дальше?» Слова Джейка прозвучали похоронным звоном, погребальным перезвоном по осколкам несбывшихся надежд. Казалось, что она балансировала на натянутом канате над зияющей пропастью, где каждый шаг отзывался мучительной судорогой в мышцах. «Твоё невежество меня утомляет, Цзиньхуа.» — Потешалась над ней Юнона Юрэй. — «Ты прекрасно осведомлена о способах решения этой дилеммы. И, о да... Смею заметить, их куда больше, чем это пресловутое значение: "три".». «Заткнись», — прошипела Цзиньхуа, зарываясь лицом в податливую подушку. — «Разве тебе самой не терпится узнать, насколько глубокой может оказаться собственная могила?» Медленно повернув голову, она краем глаза уловила возникший силуэт, а на её губах застыла горькая усмешка: «Ах… А вот и Шестёрка». Шестая субличность растерянно хлопала глазами, словно выброшенный в ледяную воду котёнок, ища спасения. Цзиньхуа, едва заметно улыбаясь, прошептала в сознании: «С днем рождения, Шестой. Отныне… ты будешь Синон Юрэй». Мальчишка (вот так внезапно субличность мужского пола в этом её цветнике!), словно зеркальное отражение Лин Цзиньхуа, будто давно потерянный, младший брат-близнец, расцвёл в невинной улыбке, озарившей всё вокруг: «Лин Цзиньхуа… ты прекрасна! Я знал! Красивая! Красивая! Красивая сестрёнка!» Шестая ипостась – само воплощение «чувства прекрасного» в этом безумном, уродливом мире, с глазами, полными искренности щебетал, казалось, прямо над её ухом, — «У этой прекрасной сестрёнки обязательно всё получится!» Блондинка лишь скривилась в кислой ухмылке: «Ещё одна головная боль в мою и без того переполненную коллекцию… Просто восхитительно умопомрачительно, чтоб вас!» Цзиньхуа откинулась на спинку кровати, уставившись в потолок. В голове крутилась карусель из мыслей, обрывков фраз, страхов и надежд. Синон, этот новоиспеченный «эстет», был одновременно и умилением, и раздражением. Его наивность, граничащая с идиотизмом, резала слух после циничной отточенности Яноны! Она закрыла глаза, пытаясь собрать воедино рассыпающиеся осколки плана. Хисын – главная проблема. Его гордость, его секреты, его непредсказуемость. Джейк прав, игра с ним опасна, как впрочем опасен и Ки Ран. Но отступать было поздно. Слишком многое поставлено на карту. Слишком многое уже сделано.