Восхождение позабытых

7 Огня очага. Дом Теплых Ветров.

      Какое то время Мирак заслуженно наслаждалась празднеством, прежде чем Балгруф наконец огласил о его завершении. К этому моменту разум жрицы лениво плыл, одурманенный казалось целыми литрами выпитого меда и вина. Ох, вот это определенно пир достойный её подвигов! Непременно стоит его повторить, а пока же… стоило вспомнить куда ей идти.       Благо в пути к новообретенному дому, зовущемуся «Теплыми Ветрами», ей любезно оказала компанию Фрея, заодно помогая удержаться на пошатывающихся ногах.       И хотя драконорожденная была пьяна, но даже так смогла оценить обретенные владения. Как и ожидалось — целиком из дерева, ух. Благо хоть выглядел недурно — двухэтажный, чьи непрокрашенные части украшались резьбой, а другие сияли белизной, пока треугольная крыша блистала желтой черепицей. Внутри же оказалось не хуже — просторно и светло! Но большее она не запомнила, спешно найдя кровать и да наконец позволив себе окунуться в объятия сна.       Вопреки мимолетным опасениям, Вермина или прочие твари не воспользовались этим, позволяя вдоволь отоспаться. А когда сон спал, потянувшаяся Мирак привстала с кровати и заглянула в ближайшее окно. Судя по тому, что на улице уже вовсю сияло солнце, а небо окрасилось синим, день вступал в свои права.       — Вайтран мне явно нравиться больше Виндхельма, — тихо усмехнулась Мирак чувствуя теплый ветерок и поняла, что гола, хотя ведь точно помнит, как засыпала в платье. — Фрея, — с легкой улыбкой поняла она и похрустев шеей, обернулась, оглядывая комнату. — Фрея! Ты здесь?       Ответа не последовало и кажется её слуга ушла по неведомым делам. На мгновение это насторожило, но нет, связь была все так же крепка, вмиг успокаивая Драконорождённую. Значит ничего критичного не случилось. Это радовало, хотя и заставляло Мирак самостоятельно привести себя в порядок.       Ничего, может она и привыкла к слугам, но уж беспомощной в таких делах она не была.       Окропляя лицо холодной водой из рукомойника, Мирак жарко выдохнула и зачесав затрепанные волосы, принялась с любопытством оглядывать свои покои. К её удовольствию они оказались сносны — за просторными помещениями явно ухаживали. Хорошо сделанная мебель щедро покрывала собою дом, а зачаровальный стол и алхимическая лавка вовсе приятно удивили. Похоже прежний владелец был разносторонним человеком.       Мирак же, приведя себя в подарок и легким мановениям заклинания избавившись от гудящего в голове похмелья, нашла свои вещи в одном из сундуков. Аккуратно собранные и разложенные. Ох, Фрея-Фрея, ну что она за умиление? Пожалуй такая забота заслуживает похвалы. Хотя и её роб не было. Хм, видимо те уже подшивают. Ну да и ладно. Ей все есть ещё в чем походить — хоть голой, все равно иллюзия все скроет.       Но стоило только приодеться в вечернее платье, как слух уловил глухой стук в дверь. Насторожившись, Мирак, покрыв себя заклинанием эбонитовой кожи, спустилась вниз и приоткрыла входную дверь. И от вида гостьи губы быстро расплылись в лукавой улыбке. Рыжеволосая охотница, которая ей так приглянулась.       Эйла. Ни с кем другим её было не спутать несмотря на то, что свою странную броню она сменила на длинное зелёное платье украшенное вышивкой и накидкой из волка, пока боевой окрас пропал. И Мирак бы соврала если бы сказала, что без него лицо соратницы не стало ещё соблазнительней.       — Так что ты хотела, Довакин? — взяла первой слово Эйла, держась беспристрастно.       — Все будет — но не стой, будь гостем, — легко улыбнувшись, Мирак отступила от двери, махнув рукой внутрь дома.       Эйла явно поколебалась, и всё же к молчаливому ликованию жрицы вошла в дом.       — Так… ты ответишь? — протянула Эйла, пока Мирак закрывала за ней дверь.       — Разумеется и он очень прост, наша ты волчица, — хитро блеснула глазами Мирак и заметив как Эйла напряглась. — Ведь ради чего такие поединки делаются, м? Вы бились, к примеру, за честь…       — И проиграли, — сокрушенно выдохнула Эйла, чьи глаза наполнились горькой обидой. — Но как бы меня не терзала гордость, все же проиграть Довакину тоже по своему честь.       — Верно. Да и мне стоит признать, что вы показали себя достойно, — Мирак одобряюще похлопала её по плечу, пока другая рука скользнула по талии соратницы. — Не скрою: мне глубоко отвратно, что в вас течет кровь зверя. Тем не менее, вы умело распряжетесь той силой, которую она дает. Такой прагматизм мне близок, хотя вы и заигрались сами того не понимая. Но возвращаясь к теме… ты мне приглянулась и не вижу смысла этого скрывать — твои умения могут сослужит очень хорошую службу и потому думаю нечего тебе томится в Вайтране. Иди ко мне и прославишь соратников куда ярче чем здесь!       — Ты куда сильней и не видно что тебе нужна помощь, а я же не желаю отрываться от братьев по оружию, — скептично заметила охотница скрещивания руки вокруг соблазнительной груди.       Мирак едва удержалась от разраженного рыка. Проклятие как же она ненавидела попусту спорить, особенно когда нужно проговорить очевидные истины. Ничего, бытие дов научило её подсознательно приспосабливаться и адаптироваться под любые задачи. Включая разъяснение самых заурядных вещей.       — Только на первый взгляд, моя дорогая, — Мирак постаралась придать смешку беззаботности. — Да и разве я обреку тебя на службу длиною в жизнь ты так истосковалась по родным лицам? Или ты просто прячешь так свой страх о том что роль спутницы самого Довакина неподъемна для тебя? — лукаво ухмыльнулась Мирак.       Такая поддевка всегда была самой оскорбительной для нордов и судя по вспыхнувшему лицу её гостьи — сработала хорошо.       — В твоих мечтах, — раздраженно прошипела охотница закатывая глаза. — Я видела и сразила такое что тебе и твоим драконам даже не снилось. Вот увидишь когда мы вместе поскачем к Глотке Мира. И уж поверь я по пути вдоволь отыграюсь за то поражение!       — Не сомневаюсь! — дружески похлопала по её плечу Мирак. — И знаешь, моя дорогая~... - прошептала она с озорным блеском в глазах, - У меня есть мысль о том, как именно ты можешь попробовать меня одолеть, хоть прямо сейчас~, - голос жрицы принял более бархатистый, шелковый тон, поднимаясь на тембр пониже, лаская слух соратницы своей соблазнительной зрелостью, вызывая волну приятных мурашек по коже.       — И в чем? - стараясь не выказывать эмоций с каменным лицом спросила охотница.       Томно улыбнувшись, Мирак в тот же миг страстно заключила губы рыжей охотницы в свои. Да так внезапно, что Эйлу как параличом поразило, позволяя насладиться зрелищем того, как округлились её глаза, подобно блюдцам. Иронично, но цветом они были схожи с глазами самой Мирак.       - Мы прямо созданы друг для друга, м? - вскользь подумала Драконорождённая.       Привлекало и одна деталь. Едва уловимое чувство, которое соратница пыталась скрыть от острых чувств Мирак, на протяжении всей их встречи. Однако Довакин ощутила это сразу, как только та появилась на пороге этого места. Только сейчас она решила проверить на деле. И не прогадала со своей теорией. Вервольфы склоняют людей больше к их животной натуре.       Поэтому, как Мирак доказала себя в разы сильнее Эйлы и других членов круга ещё вчера, та начала подсознательно испытывать к ней влечение. Поэтому и напялила такое откровенное платье, акцентирующее внимание на прелестях своего сексуального тела... Надо же, такое открытие приятно изумило Первую Драконорождённую. Её гостья сама рассчитывала на этот результат, как бы не пыталась отнекиваться теперь.       Впрочем, внимание жрицы сейчас больше забирал себе поцелуй — губы охотницы были нежее лепесток розы, отдавая вкусом видимо недавно съеденного мяса, а внутри же драконий язык с любопытством изучал неестественно большие клыки. А вскоре же охотно прильнул к язычку соратницы, жадно скользя по нему в желании не оставить без внимания ни один уголок.       Сама же Эйла, наконец, ожила и вырвалась из поцелуя, но губы Драконорожденной были напористы, не желая выпускать свою добычу, а драконий язык крепко обвил чужой, не давая шанс уклониться. Соратница же быстро потеряла пыл, смирившись со своим положением и "тая" от мастерства жрицы.       Продолжая смотреть на Мирак с все тем же непониманием, хоть и тело предавало её истинные желание и смутное чувство удовлетворения. На это жрица могла лишь мысленно усмехнуться и игриво исследовать руками талию соратницы, которую не могла упрятать никакая ткань. И узнанным Мирак была более чем довольна, предвкушено обводя круглые ягодицы и мускулы бедер.       Замечая как взгляд Эйлы слегка помутнел, жрица довольно отстранилась, позволяя протянуться меж их губами едва блестящую от света свечей нить слюны.       — Ч-Что ты делаешь?! — пробормотала соратница тяжело дыша, кожа на щеках горела, а зуд в нижней части её тела уже было не подавить. Как бы та не старалась, против своих естественных желаний не пойдёшь.       — Поцелуй или теперь это называется по другому? — ехидно бросила Мирак и предвкушено облизнувшись, плотней прижала рыжую охотницу к себе. — Я победила и вот какую награду я желаю за это. Ты не против, м~? Тем более вот он — твой шанс меня одолеть! В противном случае я ведь не держу тебя в цепях и можешь признать мою победу уже сейчас.       — Вот уж нет, — скрипнула зубами Эйла в звериных глазах которых вспыхнула искра непокорности, вместе с толикой азарта. Раз она не могла противиться своим инстинктам, то она их возглавить и нанесёт упреждающий удар! — Может я и по мужчинам но если возможно сбить твою спесь — его я не упущу!       — Славно, — горячо промурлыкала Мирак. Порой нордская простота и прямолинейность так радовала её гордую душу!       Затем она прильнула к шее аловолосой охотницы, заставляя ту охнуть, когда драконий язык попробовал теплую кожу, оставляя там поблескивающий прозрачный след. И оставшись довольным, принялся блуждать дальше, то поднимаясь, то опускаясь ниже, к обнаженным ключицам. На которых уже через секунду начали появляться тёмно-зелёные отметины поцелуев, которые Мирак с жаром оставляла на новоиспеченной любовнице, жадно сжимая её упругую ягодицу и прижимая соратницу к стене.       Та не противилась, глухо охая на такие ласки, которые явно были для неё в новинку от женщин. Но отблески удовольствия уже сверкали на прекрасных чертах. И желая разжечь их сильнее, жрица опустила ткань платья, позволяя освободить грудь. Не самая большая на её веках, но более чем услащая глаза своими вполне неплохими размерами. А в особенности уже затвердевшими ореолами сосков, к которым прильнули тёмно-зелёные губы, жадно начав их посасывать, пока язык дразняще полизывал и теребил мягкие грозди.       Эйла горячо выдохнула, приобнимая Мирак за талию и неуверенно начав блуждать по ней руками. Драконорожденная мысленно усмехнулась, однако желая получить куда как больше, мановением телекинеза подняла подол зелёного платья, позволяя руке прильнуть под нехитрое белье соратницы.       Киска Эйлы, как оказалась, была достаточно мокрой под не удивленный взгляд Мирак. Она сочилась от предвкушении их встречи, так и ожидая момента, когда покровы раскроют. Тем не менее, жрица с охотой начала ту ублажать, игриво теребя уже налившийся желанием клитор да неспеша теребясь пальцами об половые губы, ощущая как их любовный нектар медленно пропитывает руку.       А затем, в один момент, сразу несколько пальцев скользнули внутрь складок, встречая в ответ теплую узость. В этот же миг Эйла сдавленно простонала, вцепившись в чёрные локоны Мирак.       — Проклятие, дай хоть на секунду мне что то сделать, — раздраженно бросила охотница прежде чем новый стон прервал её.       Сама жрица, меж тем, с упоением смотрела как лицо соратницы меняется, приобретая возбужденные, почти похотливые нотки, идеально ложившиеся на это прелестное личико, заставляя Мирак почувствовать как её член начинает твердеть. Возбужденно зарычав, она легко укусила сосок и резко толкнула пальцы глубже, чувствуя как по ним стекает любовный сок, а бархатные стенки сильнее сжались под громкий стон дрогнувшей Эйлы.       Кажется бедная охотница ещё немного и кончит, мм, как же она слаба к ласкам! С одной стороны это не позволяло долго с ней играть, а с другой… как же приятно было видеть это.       — Ну что, все ещё уверена в победе, м? — дразняще прошептала Мирак, что оторвавшись от груди, приблизилась к лицу Эйлы.       — Дай мне только возможность… — пригрозила соратница, рвано вбирая ртом воздух, пока по её лицу уже стекали такие соблазнительные капли пота.       — Могла бы, но зачем, если у меня для тебя есть кое что получше, — лукаво улыбнулась жрица, упершись кончиком члена об бедро Эйлы.       — Я… что это там? — напрягшись, тише спросила охотница, чьи глаза шокировано округлились.       — А что это может быть? — ехидно передразнила Мирак. — Именно то, о чем и можно подумать, мое рыжее очарование. Коль хочешь, я вполне могу с тобой играться и так. Или же… — Мирак предвкушено облизнулась и дразняще потерлась разгоряченным членом об внутреннее бедро охотницы. — Хорошенько трахнуть тебя им. Видно ты уже опытна так что шанс на поеду я оставляю. Так что тебе милей, м?       Щеки Эйлы покрылись румянцем и она опустила взгляд. Лицо её разило сомнением и борьбой, заставляя Мирак с легким волнением мучительно ждать ответа. Все таки очень не хотелось потерять свой шанс с этой прелестной соратницей, что так и манила хорошенько на ней прокатиться…       В конце концов Эйла рвано выдохнула и медленно кивнула под возникшую у отстранившейся Мирак довольную улыбку.       — Проклятье, поверить не могу, что сейчас это всерьез произойдёт, — пробормотала Эйла, неловко снимая с себя платье.       Мирак лишь тихо усмехнулась на эти слова, с вожделением смотря на открывшийся вид. Нет, Эйла точно стоила всех этих трудов: подтянутое тело, на котором виднелись мускулы, а вместо плоского живота полноценный пресс, идеально сочетаясь с соблазнительной грудью и круглыми ягодицами, делая член Мирак ещё решительней в своем желании. И следуя ему, Мирак двинулась вперед, прижимая Эйлу к стенке, томно смотря на чарующее лицо рыжей охотницы, что ещё колебалось в неуверенности.       Твердо решив их развеять, Мирак приободряющие улыбнулась и в этот же момент сделав резкий толчок. Лоно Эйлы оказалось скользким и теплым, тут же сдавив её член в своих крепких объятиях, от чего жрица заодно с соратницей горячо охнула, ощущая как опьяняющий не хуже вина жар прокатился по телу, разгорячая кровь.       Ведомая возникшим порывом, Драконорожденная начала ритмично двигаться, заставляя бедра обоих женщин глухо шлепаться друг об друга, пока Мирак, ухватившись за руки Эйлы, не втянула её в новый поцелуй. И в этот раз охотница ответила со всей взаимностью. Приветливо и бодро сплетая их языки в жарком танце, позволяя им вдоволь попробовать друг друга.       Разумеется, победа досталась Мирак, позволяя жадно оплести язык волчицы, вынужденной лишь следовать воле Драконорожденной. Которая, к слову, вовсю наслаждаясь возникшим порывом Эйле желанием поучаствовать.       Охотница оплела талию Мирак своими ногами, а драконью шею руками, бесстыдно насаживаясь на горячую плоть, что с хлюпаньем освобождалась от тесных складок, прежде чем снова ударяться об них, скользя по любовному нектару и вбирая в себя растущий жар оргазма, что неумолимо поглощал собой обоих женщин, остервенело впившихся друг в друга в желании добиться победы в соревновании.       Долго продержаться Мирак и не думала, сливаясь с Эйлой в глухом стоне, когда задрожавший член яростно принялся выплескивать горячее семя в волчье лоно соратницы, чье жаркое и скользкое от пота тело Мирак бесстыдно лапала. А стоило только недолгим мгновением блаженства пройти, как жрица повалила рыжую волчицу животом на пол и немедля скользнула вглубь ягодиц, вновь заполняя собой её киску, желая вдоволь вкусить всю прелесть своей добычи.       И хотя двигаться в разгоряченных стенках стало проще, но Мирак стала чувствовать, как похотливое нутро Эйлы жадно цеплялось, не желая отпускать, сжираемая столь сладостным жаром. Прежде чем жрица новыми толчками обрушила на охотницу свою мощь, чувствуя как скользкие складки каждый раз дрожат.       Слушая, как Эйла пронзительно стонет, разметая рыжие как огонь волосы, пока покрытые потом ягодицы слегка вздрагивают, соблазняя Мирак нет нет да шлепнуть по этой упругой попке. К своей радости протестов она не слышит, о нет, соратница послушно изгибается, царапая пол ногтями.       Проклятье, кто бы подумал, что это рыжее очарование будет так послушно? Мирак томно облизнулась, понимая, что уже все решила. Она свою добычу точно не отпустит. Дракон желал завоеваний. Плевать разумно или не разумно растрачивать так силы. Эйла будет её! И только её!       Эта мысль откликнулась в её драконьей крови довольным возбуждением, заставляя рыкнуть и ухватив рыжий пучок волосы, упорней вгонять член в эту волчью киску, желая не оставить там места, что не опробовал бы её член! На что Эйла ответила новыми стонами, так прекрасно дрожа от каждого шлепка.       Мирак не удержалась и жадно вцепилась зубами в плечо охотницы, подобно голодному вампиру, заставляя ту охнуть от боли и наслаждения. Укус не для пропитания как созданиям ночи, а для оставления напоминания, драконьей отметины. В порыве страсти она так прокусила до крови, жадно слизывая алую жидкость и делая рану достаточно глубокой, дабы оставить этот след надолго. Если может и не навсегда как легкий шрам.       Плевать, главное захватить, овладеть! Сделать своей! Эта мысль будоражила, захватывала с головой, заставляя бросаться на Эйлу всем телом, уже не слушая стоны и хрипы, лишь чувствуя как член раз за разом охватывает жаром похотливого пламени. Но даже в нем Мирак вдруг заметила как… проклятье!       Зарычавшая Эйла начала стремительно чёрнеть. Тело охотницы начало хрустеть и чавкать, удлиняя когтистые руки, меняя торс и голову, на которой вырастали уши. Но даже так… стиснувшая зубы Мирак не хотела остановиться. Плевать! Она лишь яростней вцепилась в появившийся мех, обрушивая на волчицу все новые точки разгоряченного члена, который сжимали теперь уже куда сильней, словно раскаленные тиски.       И когда же член её не выдержал, то Мирак дала ему свободу. Позволяя горячей плоти заполнить лоно уже не совсем рыжей охотницы вновь, погружая жрицу в столь сладостное блаженство, пока она устала не свалилась на пол, горячо выдыхая. Головокружительное ощущение прошло, заменяясь ясностью от совершенного...       — Проклятье… уж кого, а вервольфа я ещё не трахала, — с нервным смешком выдавила Мирак, бросая взгляд на хрипло рычащую и постанывающую Эйлу, что теперь вновь постепенно возвращалась к человеческому облику.       И когда процесс завершился, жрица подобно змее скользнула к соратнице, прижимаясь к её жаркому телу.       — И чья же победа? — шутливо поинтересовалась Драконорожденная с ехидной улыбкой.       — Ладно… ничья, — просто ответила Эйла, явно не имея сил на большее.       — Прелестно, — замурчала жрица, нежно похлопав по щеке охотницы. — Но теперь я тебе не Довакин, рыжее мое очарование. А госпожа… GOL HAH DOV!       Яркая кислотно-золотая волна практически сразу же столкнулась с Эйлой, не дав ей даже и слова сказать, прежде чем проникнуть в неё. Сначала в тело, а затем в душу, в разум, перестраивая и прожигая в него волю Мирак, что с непринужденной улыбкой чувствовала как образуется новая связь. Новая любовница, новая принадлежность. Это ощущение не сравнится ни с каким другим. Даже оргазм так сильно не будоражит, как испытывать удовольствие от успешного завоевания...       — Госпожа… — пробормотала Эйла, восхищение и любовь отражались в её глазах.       — М, быстро учишься, — Мирак ласково чмокнула её в лоб, принимая более нежные черты лица, едва ли не сродни материнским. — А теперь…       — Госпожа? Что… происходит?..       Драконорожденная неловко ойкнула и только сейчас поняла, что рядом во весь рост стояла Фрея, растерянно смотрящая на них обоих, начиная хмуриться. Кажется про такой момент она читала в одной книги, в которой жена застукала своего мужа за изменой с любовницей... Жрица не знает почему, но аналогия сейчас ощущалась как нельзя кстати. К своему стыду.       — Кхм, Фрея, позволь мне представить нашу ручную волчицу, — с насмешливой улыбкой заговорила Мирак, ловя на себе леденящий душу взгляд Фреи. Признаться честно, от него холодная дрожь по телу пробежала даже у неё. — Она отныне с нами и думаю… что вы отлично сдружитесь, хех.       Что ж, их ждёт очень долгая беседа.

***

      Дальнейший разговор с её голубоглазой воительницей вышел не больно красивым. Да настолько, что Мирак испытала стыд за то, что Фрея их так застукала. Чуть чуть. Прежде чем вернуть слуге прежнее спокойствие крепким поцелуем и столь же убедительным словом, что новая напарница будет им впору.       Повезло, Фрея была не из упертых, да и сама жрица даже не больно лукавила в своих словах — рыжеволосая охотница прекрасно знала Скайрим и творящееся в нем. А это было бы очень сподручно. Помимо очевидного факта того, что шесть рук будут намного эффективнее четырех.       Хотя самой Мирак и не больно льстила мысль, что теперь ей придется постоянно терпеть не лучший запашек. Ничего, возможно что-нибудь из заклинаний иллюзий поможет эту вонь развеять. Может быть в будущем она уволочит у Хирсина из под носа такое очаровательное создание, избавив от даэдрического смрада, оставив только положительные аспекты ликантропии. Но это в будущем.       А сейчас же же спор был улажен. После него Мирак смогла узнать где же находилась сама Фрея все это время. Ходила среди лавок да закупалась всем необходимым для долгой дороги. Такой казалось бы скучный и очевидный ответ. Однако пришедшийся сильно по душе. Все таки отрадно видеть на деле, что слуги и без приказов умели приносить пользу. Нет, её дорогая Фрея точно заслуживала награды за это. Чуть позже.       Пришедшая в себя Эйла ей поведала интересную весть. Просьбу того самого Кодлака, текущего предвестника Соратников, поговорить наедине. Интересно о чем. Так и напрашивался ответ, что из-за недавней дуэли. Вот только охотница заверила, что старика явно интересовало не это. Могло ли это быть связано тогда с тем, что хитрец уже знал, что их волчий секрет раскрыт?       Да, наверняка. Что ж, звучало любопытно, да и Небесная Кузница недалеко, по пути обратно можно будет как раз её навестить. Ещё и Фрея упоминала про некого Фаренгара. Вроде бы придворный маг ярла, вызывал её к себе для важного разговора. Впрочем, его важность дело относительное.       Тогда решено. Не видя смысла медлить, Мирак одела свой зашитый жреческий наряд, что Фрея заодно принесла с собой. Затем она отправилась в путь. На более высокие кварталы Вайтрана.

***

      Дорога не заняла много времени и вот, оказавшись возле величественного Йоррваскра, Мирак без стеснения открыла двери нараспашку. Однако, как ей показалось, внутри никто не обратил на это внимание. Пиршественный зал встретил громыханием идущей прямо возле гигантского очага драки данмера и нордской женщины, а так же свиста да выкриков собравшейся вокруг них толпы.       Но не желая обращать на них внимание, Мирак побрела дальше, бегло оглядывая помещение. На стенах красовались знамена, колонны, а возле них стояли чучела животных и причудливых монстров. Три длинных стола, собранные в вытянутую букву U, окружали очаг посреди зала и ломились от угощений, дразня нос. Она бы наврала, сказав, что не облизнулась при виде запеченных мясных туш, серебряных блюдец с фруктами и бесчисленных кубков наверняка полных вкуснейшего меда.       Увы, гостеприимства тут ждать не приходилось. Это наглядно доказал угрюмый как дремора Молага Бала Вилкас, что молча кивнул и повел её за собой. Спустившись в подвал, Мирак с презрением фыркнула, когда увидела немало юных мальчишек и дев. Не нужно было пяти пядей во лбу, дабы понять кто они и это лишь ещё больше попортило былое уважение жрицы к Соратников.       Раньше те не брали таких в свои ряды — встать плечом к плечу с потомками воинов Исграмора было честью лишь уже опытным воинам. А тут же… молокососы которым место разве что в городской страже, а лучше в том, что здесь заменяет приходские школы. В одной из такой училась когда то сама Мирак, на своей прелестной шкуре узнав тамошние порядки, но не умоляя тех знаний и умений, что они дарили будущим жрецам.       — Как вижу подугасла соратникова слава, раз вы берете сюда тех, кто может и меч держит не больше года, — едко бросила Мирак, пройдя мимо мрачного золотоволосого альтмера. Во имя Шора, этот то что тут забыл? Нет, честно, ей нравились эльфы. Наверное, больше чем кому-либо ещё в драконьем культе. Особенно эльфийки, но не здесь же... проклятье!       Вилкас тем временем недовольно прошипел, едва не перейдя на рык, но в последний момент утих. Видимо вовремя вспомнив, кто именно был перед ней. Благо, терпеть компанию друг друга долго им не пришлось — представив её уже знакомому ей старику, соратник стремительно ушел.       Мирак оглянулась и довольно отметила, что место для разговоров подобрано с толком. В личной комнате, небось как раз этого «Кодлака», да за закрытыми дверями. И все же не больно надежно, ведь подслушать было б нетрудно…       — Не нужно, — бросил Кодлак, когда уже она подняла руку, дабы создать заклинание. — Я понимаю твои подозрения, но у нас, в Соратниках, ещё не забыли что такое честь и уважение к брату по оружию. Никто не запятнает это излишним любопытством, - уверил он.       — Хотелось бы верить, да не могу. Раз уж вы уже перешагнули свою честь, когда стали шавками Хирсина, не думаю, что для вас остались хоть какие-то принципы, — мрачно отозвалась Мирак, не став скрывать свою осведомленность. Холодный взгляд пронизывал старика с ног до головы.       Покрытое морщинами лицо соратника стало угрюмее, но вопреки ожиданиям, он не отвел глаза.       — Остались. Усилиями прошлых предвестников и моими личными, — Кодлак выдохнул. Протяжно, скрипуче и мучительно. Мирак знала, что так звучат те, кому недолго ещё осталось на их веку. — Но твои слова тоже справедливы. Значит Эйла все-таки оказалась права. Возможно это к лучшему — хотя бы раз не придется подыгрывать этой противной мне лжи, — устало рассудил старик и хлебнув из золотого кубка, расписанного нордского стиля завитками, взглядом предложил выпить и ей.       Недолго подумав, Мирак не стала отказываться от такого гостеприимства. Тем более, когда оказавшийся в кубке мед так сладко обжигал горло и вопреки подозрениям не был отравлен. Что ж, значит действительно хотел говорить, а не поймать её. Тогда и она угодит ему с разговором, интереса ради.       — Заврался, старик? — с иронией бросила жрица, мимолётно оглядывая помещения.       Больше всего в глаза ей бросилась тарелка с даэдрическим сердцем. Любопытная вещь. А за приоткрытыми дверями в спальню предвестника на одной из тумбочек красовался один сияющий камешек. Выглядел как осколок рубина и судя по сиянию - волшебного. Поразительно. Она никогда такого не видела.       Жаль только, её в сей миг не интересовала данная побрякушка.       — Можно сказать и так, — невесело улыбнулся Кодлак, чья улыбка быстро померкла. — Горько понимать, что соратники давно стали лгать даже друг другу, пряча от тех кто вне круга нашу… природу. Словно в стыде за наш позор. И увы, но нет выхода иного, ибо более великий позор тогда ляжет на Соратников, если не изгнание. А всякий, что прознает, не познает другой участи как смерть. Но не ты.       — Потому что боитесь, что не можете этого сделать? — спросила Драконорожденная с едкой насмешкой.       — За других здесь не могу говорить, но я страха не питаю, — покачал головой Кодлак. — Однако прежде чем сказать, могу ли задать вопрос?       — Почему бы и нет.       — Что думаешь о соратниках? — наконец сказал Предвестник после недолгого молчания.       — Позор, — угрюмо произнесла Мирак, выражение её лица тут же стало острее, серьёзнее и мрачнее. — Я могу сказать множество красноречивых слов. Но зачем, если они поведают примерно такую же суть.       — В чем будет неполная, но истина, — невозмутимо согласился Кодлак, заставляя Мирак удивленно поднять бровь. — «Есть невежество не признавать свои огрехи». Такова одна из мудростей Исграмора, да пусть пирует всегда его душа в Совнгарде. И его урок хорошо применим к соратникам. Мы поем о доблести, о подвигах и славных битвах, пока сами сдираем монеты с тех, кто нас нанимает. Нередко становясь теми, кто готов отвернуться от страдающих лишь потому, что они бедны. И наоборот, готовы потворствовать чужим страданиям, когда щедрый кошель прикажет нашим кулакам кого то побить. Упиваясь данной Хирсином силой, мы стали почти непобедимы. Но с каждым разом доблесть умирает все больше, когда старый круг сменяет новый, и так в уже долгом цикле, — с тоской подвел итог Кодлак.       Мирак же молча слушала это и могла лишь покачать головой. Сокрушаться на выбранную Соратниками судьбу желание уже кончилось. Ей просто стало противно от этого, не более.       — Поэтому вы и начали созывать к себе в том числе тех, кто может и меч держит впервые? Дабы они выполнили побольше заданий, прежде чем умрут от вражеской стали?       — Может раньше так оно и было. Но теперь это банальная нужда, — Кодлак стал задумчиво поглаживать бороду. — Блеск нашей славы все больше меркнет, людей идет меньше, а соратники умирают если не в битве, так от старости. Мой час тоже близок, — Предвестник посмотрел в сторону и надолго замолчал. А затем тихо продолжил. — За тобой я послал, не скрою, из любопытства. Мы все отдали себя Хирсину, но даже вместе тебя не смогли одолеть. Кто ты тогда, раз так могуча? Одобришь ли нашу жажду силы или же отвергнешь? Я уже увидел твой ответ. И ещё больше понял, что мне он близок к сердцу.       — И чего же ты тогда хочешь? — спросила Мирак, поняв, что испытывает теперь легкое уважение к этому старику.       Несмотря на все тот ещё кажется помнил кем же на деле должны быть Соратники.       — Хотел бы я сказать, что избавить нас всех от проклятья, да знаю, что сейчас только я этого по настоящему желаю и как предвестник я не имею право приказывать другим, — грустно улыбнулся Кодлак, встречаясь взглядом с Мирак. — Я вижу твои глаза, Довакин. Лицо твое молодо, голос звонок, а тело полно сил. Но за этим кроется старость и путь, полный крови и лишений. Каковы твои мотивы, знаешь лишь ты, как и к добру ли он приведут. Но не совру сказав, что почему-то уверен, что тебе по силам моя просьба.       — По силам.       Догадливость предвестника сильно её настораживала, особенно то, что она не сразу заметила это. Какие ещё сюрпризы тот мог хранить за спиной? Но вот его просьба была любопытна и чего таить, вполне ей по душе. Нет, все-таки остался на этой земле истинный соратник. Только вот…        — Что взамен?       — А чего ты можешь желать? Твоя помощь была бы неоценима, но я не колдун и не маг, дабы сотворить невозможное.       — Я этого и не требую, — мягко улыбнулась Мирак, с давно отточенным изяществом испив из кубка и томно выдохнув, мельком облизнула тёмно-зелёные губы. — Ты прав, Предвестник. Я не молода, а поэтому лучше прочих понимаю с кого что взять, — её рука лениво вертела золотой кубок, пока глаза довольно вглядывались в прекрасное отражение собственного лика. — Мне хватит вашей дружбы. Не той, где меня встретят с медом и песнями. А той, где ваши топоры и клинки будут звенеть едино с моим кличем. Это будет нескоро. Ой как не скоро. Но, думаю ты доживешь до этого дня и пусть Соратники будут готовы.       — Мы не драконоборцы, дабы стать тебе достойной дружиной в этом деле, — осторожно заметила Кодлак.       Мирак еле удержалась от звонкого смешка. Да, он догадывался об истинном её замысле. Сверкающие в недоверии и сомнениях глаза цвета серебра теперь ей говорили все лучше слов.       Но сейчас так было даже интересней. Не составило б труда просто подчинить его криком. Тем не менее, жрица отказалась от этого соблазна. Заманчивей убедить его пойти на это добровольно. Да и нельзя сейчас разбрасываться силой. С Эйлой она итак поступила легкомысленно.       — Я и не требую этого от вас. Вы встанете со мной рядом в других битвах. Я вижу, тебя терзают вопросы. Ты думаешь, что я могу быть подобна Ульфрику, не так ли? — лукаво протянула Мирак. — Клянусь своей кровью я далека от него. Хотя его и можно понять — Империя слаба и рок её близок, даже если она сейчас одержит вверх. Но, он руководствуется глупостью, напрасно проливая нордскую кровь. Я же жажду её сохранить и привести Скайрим к потерянной славе и процветанию.       — И в чем же эта "слава и процветание"? — хмуро вопросил Кодлак.       — Быть лучше того, что сейчас? — с иронией подняла бровь Мирак. — Пока я следовала сюда, я наблюдала лишь то, что наша земля износилась, Предвестник. Мы тень былого, что медленно блекнет и сами того не замечаем. Припомни кем вы были раньше, вспомни. Ваше имя гремело, ваши клинки воевали не за наемное злато, а за праведную месть эльфам и против тех чудовищ, что тогда населяли Скайрим! Ты бы не хотел вернуть это время, скажи? Я вот хочу, но только в масштабах всего Скайрима. Так же, как это делали… мои предшественники. Вспомни. Каждый приход Довакина знаменовал собой новый виток славы Скайрима.       — И почему же я должен верить тебе, а не думать, что перед мной будущая узурпаторша и кровавый тиран. Возможно даже подобие Королевы-Волчицы.       Мирак на это лишь снисходительно улыбнулась, старательно не показывая вспыхнувшее раздражение. Сомнения-сомнения. Как же она их ненавидела в других. Разве так сложно было просто доверится ей? Разве когда то она давала повод помыслить, что она врет, не справиться? Эх, несчастные слепые глупцы, хотя и в случае Кодлака это простительно. Что взять со старого лиса.       — Я разделила с тобой питьё, Предвестник. Пришла по твоему зову, хотя меня ничего не обязывало. И сохранила ваш главный секрет, не шантажировала им и не раскрыла его, хотя мне это было б легко. Ответь сам теперь: должен ли ты мне верить или нет?       — Не должен… — пробурчал Кодлак и тяжело выдохнув, сказал уже тише. — Но, поверю. И надеюсь, что не пожалею.       — Не пожалеешь, — широко улыбнулась Мирак. — И как вы станете мне братьями по оружию, так и я вам стану сестрой. А пока же знай, Предвестник, что лечение от вашего проклятье дело тяжкое. Тяже остальных, ведь Хирсин, почитая вас за своих цепных псов, с особой охотой вонзает свои когти в саму вашу суть. Однако, если будешь слушаться меня, то душа твоя выйдет к свету. Позволь показать тебе, - она протянула руку...

***

      Этот разговор, к счастью, вышел не слишком долгим. Кодлак оказался хорошим слушателем, а узнанный когда то ею ритуал сработал как надо. Хотя и сильно вымотав Предвестника в последствии. Впрочем, теперь это уже его проблемы. Свою часть уговора она выполнила.       Сейчас же Мирак влекло на улицу. По ступеням к небесной кузне, где она должна получить заслуживающее её оружие. Та встретила знакомыми чертами скалы на вершине которой распростерла свои каменные крылья птица. Если что и было неизменно в Вайтране — так это она.       А вот кузница рядом с ней выглядела иначе, да и кузнец с ней работал другой. Менее рослый и более старый, практически седой и занятый в поте лица. Подойдя к нему, Мирак приветливо поинтересовалась как продвигалась дело. Но получила не больно радостный ответ.       — С гардой я практически закончил. Сделана из эбонита, удобная, все что доброму воину нужно. Но вот с клинком… — кузнец устало выдохнул и смахнул пот со лба. — С костями я редко работаю, но доводилось. Только вот как с драконьими совладать я понять ещё не смог. Обычно кости твердые, но в должной мере хрупкие, но эти ничем не хуже эбонита, я бы даже сказал и получше…       — Так и в чем беда тогда? — раздражено прошипела Мирак, складывая руки на груди.       Боги, она просто хотела меч, разве так много просит, дабы ей тут начали жалобы доносить?       — Это мешает обрабатывать кость, — развел руки Йорлунд. — А переплавить же я не рискну. Это не металл, я так кость разрушу и вряд ли переплавлю во что-то сносное. И поэтому придание кости нужной формы и дальнейшая заточка могут потребовать, что ж, несколько дней точно.       Помрачневший взгляд жрицы ярче любых слов передал её эмоции от таких новостей. И протянув руку, она телекинезом подняла проклятую кость в воздух.       — Этот дова уже проиграл моей силе, кузнец и его кости не посмеют мне противится, — сквозь зубы горделиво выдавила Мирак, полная вспыхнувшей злобы.       Свободная рука вспыхнула оранжево-зеленоватым светом, окутывая кость сдавливающим барьером. Та с глухим хрустом медленно, но неизбежно начала менять свою форму. Ненужные части рассыпались словно стружка, утончая поверхность, что своими очертаниями обретала длинную, вытянутую форму лезвия. Достаточно длинного, дабы держать на расстоянии и не переходящего при этом в громоздкий двуручник.       Наконец, непокорные останки приняли свою участь и Мирак, гася заклинание, протянула изделие Йорлунду, стоявшему в молчаливом изумлении. Такого колдовства он ещё не видел. Разве маги максимум не дровишки разжечь способны?       — Это… значительно поможет делу, — наконец заговорил кузнец и неловко заглянул. — Тогда, хм, меч практически готов. Одну секунду…       Когда Йорлунд подошел обратно, в его руке уже была гарда. Чёрная и да, на вид вполне удобна для хвата и не слишком малая или большая. Правда один недостаток с лихвой перекрывал достоинства. Он был… простым. Слишком. Невероятно скучным и избавленным от индивидуальности.       Лишенный всяких украшений, узоров... он напомнил о том, что когда дело доходило до оружия — Соратники полные безвкусные кретины. Не понимающие, сколь важно это было для подчеркивания статуса владельца, да просто чтобы услаждать взгляд! Так было всегда. Что тысячи лет назад, что сейчас! И почему только самую их раздражающую особенность никто не заменил за всё это время?!       Увы, но ей пришлось принять изделие мастера. Ждать переделки у Мирак не было ни желания, ни времени. Да и подержав гарду в руках приходилось признать, что оружие выходило приятным и удобным.       И даже без украшений по своему красивым. Сочетание светлой кости и черноты металла создавал любопытный контраст. Парочка взмахов же не удивили, но убедили в надежности нового оружия. Возможно для смертного он был бы довольно тяжеловат, но не для Мирак, что распрощалась с кузнецом и направилась в свой особняк.       Там находился скромный, но вполне рабочий столик для зачарований и глупо бы этим не воспользоваться. Уж какой хороший маг откажется зачаровывать свое оружие? Да и чары её жреческих роб, которые как раз не так давно принесла Фрея, стоит обновить. А потом и отправиться в Драконий Предел.

***

      В залах ярлова дворца теперь уже не было ни намека на недавний пир. Стоит признать — здешние слуги знали толк в наведении чистоты. За исключением их усталых взглядов да отсутствия на троне Балгруфа драконий предел все так же жил неторопливой жизнью. Исключением не стал и придворный маг, непринуждённо читающий какой то том.       — Фаренгар, если память не изменяет? — с порога сказала Мирак, лениво оглядывала комнату.       Просторная, но с не впечатляющим набором всего необходимого для магической работы, заботливо сортированного на полках шкафов. Несколько камней душ, собранных по цилиндрам и даже парочку ингредиентов в алхимическом ремесле. Ну, типичная лаборатория волшебника.       — Да-да? — протараторил вздрогнувший маг поднявший на неё взгляд.       — Вы хотели увидеть мою госпожу, — услужливо напомнила стоявшая рядом с ней Фрея.       Её Мирак предварительно взяла из желании вдоволь ухватить всего полезного из здешней библиотеки — все-таки знания о мире нужно восполнят и не ей же таскать всю будущую груду знаний?       — Точно точно и приемного благодарен за встречу! — энергично заговорил Фаренгар, вскакивая со стула. — Понимаю вы миледи занятая, но поверьте мое дело не будет обременительно.       — Когда так говорят бывает обычно обратное, — хмыкнула Мирак складывая руки на груди.       — Не вижу сложного в том чтобы поделится знаниями о драконах, — невозмутимо возразил Фаренгар. — К тому же сегодня наша встреча итак состоялась бы в связи с прибытием одной моей коллеги. А пока она не явилась скоротаем время за беседой и ничего больше — это же не проблема?       — Зависит от вопросов, — бросила Мирак, подумывая над словами мага.       Любопытный однако тот и такой его интерес вызывал двойственные чувства. Тень уважения за тягу к знаниям и недоверие к добру или худу будет ввязываться в это. В конце концов её легенду следовало поддерживать. Впрочем и интересные разговоры ей всегда по душе. Печальная дилемма. Ещё и какая то странная «коллега» — подозрительно, но когда та прибудет все и узнается.       — Они непритязательны для такой как вы, — усмехнулся Фаренгар. — К примеру могут ли драконы иметь потомство? Есть ли женские особи? Всегда ли они охотятся по одиночке или убитый вами лишь исключение из правил?       Мирак тихо выдохнула и закатила глаза, понимая что кажется придворный маг не удовлетворится простыми ответами. И оказалась права, ведь стоило подбросить ответы на самые ребяческие вопросы по типу «насколько большими могут быть драконы» Фаренгар с двойным упорством налетал с новыми доходя даже до о том линяют ли драконы. В какой то мере уклончиво отвечать было интересно — жрица с едва сдерживаемым смехом слушала нелепые догадки и вытекающие из них вопросы.       Но надолго сидеть здесь она уж точно не планировала и плавно переведя разговор быстро уговорила вместо новых вопросов отвести в долгожданную библиотеку и «одолжить» оттуда парочку книг. Все равно по словам Фаренгара ими мало кто интересовался в последнее время — ярл занят пока придворные и дети махали на кладезь знаний рукой.       Глупцы. В их возрасте она цеплялась за каждую возможность.       Откровенно говоря Мирак не рассчитывала на многое и все же улавливала в душе смутное предвкушение от новых знаний, которые были сокрыты для неё. Как впитает каждую букву, отсеет лишние строки и осмыслит суть. Проклятие, Мора все-таки правда заразил её частичкой своей жажды узнавать все новое. Интересно только ли этим? Довакин надеялась, что да.       А пока же можно было и поддаться этой жажде и смело распахнут стоящие перед ней двери.       Только вот стоило это сделать как предвкушенная улыбка померкла на губах Мирак. В рядах книжных полок не было ничего необычного и опасного.       Ничего.       И все же она не могла пошевелится, пока мышцы словно скрутил невидимый инстинкт, хлестнувший разум волной отвращения и ужаса. Вокруг было тихо и все же где то на краю слуха она вновь уловила проклятый шорох страниц. Её глаза видели окна из которых лил солнечный свет.       И все же в тенях булькали чернильные пятна переливаясь пробирающими тёмно-зелёным отблесками пока наверху копошились такого же оттенка щупальца. Бульканье кислотной воды, разжижающей живую материю.       Во рту пересохло словно в пустыне и как бы она не хотела — не могла отвернутся от такого знакомого вида ставшего ожившим кошмаром прошлого. Что-то качнуло Мирак и в глазах резко поплыло — книжные пылки потеряли все краски, пока коридоры меж полками начали с резким сухим треском растягиваться бесконечно вдаль, уводя, казалось её саму обратно туда.       Апокриф не дающий сделать ни шагу назад от него…       Нет... Нет! Она же спаслась оттуда, сбежала! Она не могла вернуться! Нет-нет-нет-нет-нет-нет!       Апокриф. Библиотека. Апокриф. Тайные знания. Подчинение Воли. Сигилы. Даэдрические символы. Руны.       Во имя Шора, только не так! ТОЛЬКО НЕ ТАК!       — Госпожа! — голос прямо под ухом резко спросил с тела Мирак невидимые цепи и она вмиг обернулась. Глаза бешено встрепенулись, готовые атаковать любую угрозу. В левой руке уже горела магия.       На мгновение она с трепетом вообразила очередную морду искателя рядом с собой— порой те могли до ужаса хорошо подделывать человеческую речь и посылать образы в мозг. Но нет. Её встретило женское человеческое лицо на котором читалось испуганное волнение.       Мирак застыла, всё ещё пропуская молнию через ладонь.       Гробовая тишина повисла в помещении.       — Фрея? — растерянно пробормотала Мирак, и выдыхая, помотала головой.       Показалось? Всё это ей привиделось или намеренная иллюзия?       Голова немного кружилась, однако через секунды всё прошло. оставляя лишь с горьким привкусом на языке и не понимаем произошедшего. Библиотека, секунду назад похожая на мерзкий План Обливиона, превратилась обратно в умиротворяющий обитель знаний. Точно не магия, но что тогда?       Довакин скривила губы от вспыхнувшей догадки. Проклятый книжный ублюдок! Даже на свободе неожиданние воспоминания о бесконечных годах рядом с ним обнажали непозволительную слабость! На миг, ей показалось, что она никуда не сбежала, а всё приключившееся с ней лишь плод воображения. Вот же... Позор! Какой позор!! И все же…       Она не могла себя заставить раскрутить сжавший в животе узел и взглянуть на книжные полки. Руки тряслись, а колени беспощадно дрожали. Лицо разительно побледнело.       — Фрея, возьми все самые полезные книги по истории какие только тебе порекомендует Фаренгар, — хрипло повелела Мирак, не поднимая взгляда. — И принеси в дом. А я же вспомнила о важном деле, которое по глупости упустила и должна исправить сие недоразумение.       После чего без оглядки ушла из драконьего предела.

***

      Пришла Фрея довольно скоро, принеся с собой не так уж и много — около десятка не самых толстых фолиантов. И все же лучше чем ничего. Правда расспросы о случившимся Мирак изрядно надоели, особенно когда Фрея не захотела отстать после скупых ответов. Нордская упрямость теперь уже играли против неё и при том, тогда когда все что хотелось так это одинокого покоя!       Что ж, не хотелось ей этого делать. Но пришлось приказывать. И благо уж против магии её слуга была бессильна, оставляя Драконорождённую наедине в спальне.       Скрестив ноги, Мирак неподвижно сидела на стуле глядя в стену и молча пытаясь обуздать все ещё тлеющие эмоции. Как не стыдно признавать, но липкий страх перед увиденным до сих пор оседал в мыслях, заставляя то и дело являть мерзкие образы. И осознание своего трепета перед ними разжигал раз за разом бессильный гнев в котором драконья душа требовала разгромить все что под руку попадется!       Однако Мирак не поддавалась глупому порыву, зная что оно не приведет ни к чему. Ведь это не избавит её от проявивший себя слабости: какая она будущая владычица Тамриэля, если трясется от даже намека на царство бывшего хозяина?! И дрожит до сих пор, бессильная то преодолеть! Архг! Откуда это вообще взялось?! Почему это так сложно, хотя будь её воля весь этот город был сожжен до пепла!       Жрица металась в вопросах и не находя толковых ответов сжимала кулаки, ощущая растущую к самой себе омерзение. Она выше смертных и все же страдает такими же недостатками. Жестокая и одновременно забавная насмешка в её судьбе. И стоит подумать над тем как одолеть эту шутку, пока она не стала воткнутым кинжалом в сердце. Милосердие уже многого ей стоило и давать такой же шанс уже страху будет глупо…       Тяжелый вздох вырвался сам собой. Проклятье как же много её возращение подарило нехороших сюрпризов. Единственное что радовало пожалуй Фрея — все-таки обдумав все теперь Мирак испытывала к ней благодарность. Такое волнение за неё вроде было неудивительным и все-таки таким… приятным.       Она не приказывала ей относится к себе с такой заботой и желанием помочь. Да, её крик подчинял волю, делал хозяина чуть-ли не центром вселенной в их глазах. И всё же... Фрея проявляет к ней такую чуткость и желание помочь. Внутри непроизвольно стало так тепло... забылся и страх, недавно её поглотивший. Улыбка сама образовалась на лице.       Довакин давно уже не помнила последнего, кто искренне за неё так переживал, исключая случаи, когда она должна была выполнить своё обещание. И потому, Мирак твердо для себя решила: найти время показать Фрее всю свою признательность за такую верность и подаренную любовь.       А сейчас…       — Госпожа — Фаренгар вас вызывает! — вдруг сказала Фрея под скрип приоткрывшийся двери.       — Ох мы только недавно встречались — что ещё?! — раздраженно прошипела Мирак и вдруг вспомнила.       Точно. Та самая «коллега».       Что ж, без большой охоты но Мирак все-таки пришла снова в Драконий Предел. Дошла вновь до любопытного мага и здесь он действительно оказался не один. Рядом стояла одетая в кожаную броню женщина, чье лицо скрывал капюшон. На столе же красовалась какая то незнакомая скрижаль.        — А вот и наша гостья! — довольно протянул Фаренгар. — Пока тебя не было моя знакомая наконец пришла и думаю, раз уж ты Довакин, то твоя помощь в нашем исследовании может быть кстати.       — Довакин? — с придыханием сказала явно немолодая незнакомка. — Ты о ней и говорил?       — Именно — без неё пожалуй я бы не получил в изучение почти целый драконий скелет, — глухо усмехнулся придворный маг.       — Извини Фаренгар, но тогда нам обоим явно стоит поговорить, — тут же сказала незнакомка и резко схватив Мирак за руку повела её прочь несмотря на начавшие протесты мага.       Мирак же хоть и испытала сильное раздражение от такой бесцеремонности, однако сопротивляется не подумала. Все таки интересно узнать мотивы этой таинственной женщины. Которая в свою очередь вывела её из драконьего предела и провела немного по улицам облачного района. Наконец остановливаясь в безлюдном закоулке.       — Довакин значит, — наконец вновь заговорила незнакомка с явным волнением и вдруг резко достала из ножен меч. — Он не врал? Говори честно — ложь я все равно учую, — холодно заверила она, наставляя оружие. — А если твои сообщники рядом то знай — меня они не остановят!       — С чего бы такие сомнения? — хмыкнула Мирак и с усмешливой улыбкой взялась за острие меча дабы отвести его в сторону. — Спокойней иначе за себя я не ручаюсь. А во мне же можешь не сомневаться — перед тобой Довакин воплоти.       — Докажи.       Мирак закатила глаза и на секунду в голове промелькнула соблазнительная идея убить её каким-нибудь жестоким криком за как ей начинало казаться, бесполезную трату времени. Но отбросив эту здравую мысль, Мирак глубоко вдохнула и мгновение спустя земля задрожала от пророкотавших слов.       — LOK Vah KooR!       С этими словами облаками на нее резко сдуло невредимым ветром оставляя лишь синее небо. Ухмыльнувшись жрица посмотрела на застывшую незнакомку.       — Ну?       — Значит и правда… — пробормотала женщина и выдыхая сняла капюшон являя довольно непритязательное лицо. — Извини за недоверие — Талмор много раз пытался меня поймать и иначе нельзя. Я Дельфина — бывший член ордена Клинков, охранявших императоров драконьей и служивших раньше таким как ты.       Клинки. Мирак нахмурилась пытаясь вспомнить слышала ли о них, но нет.       — Когда я услышала о возращении драконов я вспомнила о Довакинах — вы способны убивать их раз и навсегда. А раз уж они появились так внезапно и не в единичных случаях, вряд ли не появился бы Довакин.       — И ты видимо хочешь помощи? — догадалась Мирак.       — Если говоришь о желании спасти нас всех от драконов? Да, но для этого нужно помочь и тебе. Как минимум узнать почему драконы начали появляться спустя все это время.       — Глупо искать то на что ответ уже есть — Алдуин вернулся и воскрешает их, — отмахнулась Мирак не без удовольствия смотря на изумление женщины.       — Я думала это слухи… Сам Пожиратель Мира...       — Дыма без огня не бывает, не так ли? — ехидно протянула жрица.       — Если так то дела куда хуже и тогда мне следует подумать… — задумчиво протянула Дельфина.       — Зачем? С чего бы ты вообще мне нужна? — фыркнула Мирак. — Ценю твое рвение, однако оно без нужды — я знаю что делать и Алдуин мне по силам. Смертные не должны вмешиваться в эти дела.       — Но…       — Никаких «но», — резко оборвала Довакин и хмуро посмотрела в лицо Дельфины. — Мелочь путающая под ногами мне не сдалась и для будущих дел у меня вполне найдутся слуги. Так что иди своей дорогой иначе я вежливо заставлю ко мне прислушаться.       Дельфина скрипнула зубами и недолго простояв, молча сверкнула глазами и ушла.       - Хфм, зря только время потратила, - раздражённо цокнула Мирак, уже жалея, что не последовала своему раннему желанию.

***

      К радости Мирак разум у той женщины ещё не скис и потому больше на глазах та не появлялась. В свою очередь, та вернулась в Драконий Предел. Дабы наконец увидеть то что Фаренгар так жаждал показать — карта драконьих курганов добытой в одной из гробниц.       Жрице с трудом удалось сдерживать свой восторг от находки, оказавшейся реликтом времен войны с довами. Драконьи жрецы наверняка надеялись преподнести карту в дар возращенному Алдуину и слава всему, что слепые глупцы просчитались. Теперь то карта послужит ей, во много раз облегчив поиск столь сладких душ собратьев Пожирателя Мира! А тому наоборот придется немало помучить свой взор и крылья.       За такой дар Довакин решила все-таки отблагодарить наивного Фаренгара парочкой несложных текстов о некоторых заклинаниях. Разумеется не забыв ещё немного рассказать о драконах и ожидаемо последнее он оценил куда больше. Ох забавный все-таки смертный. Если доживет, то неплохую службу может составить в качестве подмастерья её придворного мага.       А пока же не было больше причин задерживать себя в Вайтране. Время не ждет и пора двигаться дальше на запад где по карте расположилось больше всего захоронений. Мало того, уже севернее располагался Солитьюд — город не совсем ей знакомый, но очень влиятельный. Как она поняла, являвшийся уже давно номинальной столицей Скайрима. Любопытно.       Так ли он разочарует её как пока другие города? К сожалению шансов было немало. Рыба, как говорил когда то Валок, гниет с головы и с предателем к сожалению трудно было не согласиться. Впрочем даже так столица всегда остается ценным притяжением для самых разных возможностей и Мирак не была бы собой если отмахнется от них.       На подготовку к пути же ушло немного времени. Стараниями Фреи припасы уже были готовы, а Соратники хоть и сквозь зубы, но приняли решение Эйлы временно уйти. Временно, хех, смотря на охотницу Мирак с улыбкой помнила простую мудрость — нет ничего более постоянного чем «временное».       Уж нет: никого из тех на кого она положила глаз, она точно больше не отпустит, даже когда их роль в покорении Тамриэля будет окончена. Слишком сильно жрица ценила красоту вокруг себя и особенно верных слуг. Возможно, её жадности не было разумного предела. Но кому не плевать? А если и нет, то она не считается с мнением всякой черни.       И скача сейчас под топот копыт Довакин окинула прощальным взглядом Вайтран: такой непривычный и все же до сих пор гордо возвышающийся над полями.       На тёмно-зелёных губах возникла едва заметная улыбка. Да, как бы порой Скайрим её не разочаровывал, но он все ещё был, всё ещё жил и это самое главное. А уж с его упадком она справится — после освобождения от многотысячелетнего рабства для неё, первой и самой могущественной драконорожденной, нет ничего невозможного.       Нужно лишь двигаться дальше и не позволять никому остановить её на этом пути.