Великие цели

      Молчание окутало зал, словно саван, хотя казалось, что ещё тише быть не может. Вампиры застыли в напряжённых позах, их бледные лица казались высеченными из мрамора. Даже воздух в помещении стал густым и вязким от напряжения.       — Вы сошли с ума, фон Ужасающий! — прогремел голос старейшины Совета Глав, его глаза пылали праведным гневом. Случайный визит на этот банкет неожиданно превратился в поворотный момент истории вампирского рода. — Как смеете вы бросать вызов тысячелетним традициям?       — А как вы смеете игнорировать будущее нашего народа?       Из тени выступила величественная фигура древней вампирши-старейшины. Её присутствие вместе с другим главой на этом важном, но необязательном для старейшин, ежегодном слёте было поистине невероятным совпадением, которое могло изменить ход событий.       — Юная кровь бурлит, это похвально, но причины неясны, — произнесла она своим глубоким, резонирующим голосом. — Разве раскрытый заговор настолько серьёзен, чтобы ломать устоявшийся порядок?       — Позвольте, я объясню. На моем примере всё должно проясниться, — из-за плеча Оскара показался Карл. — Карл Хартблуд, с недавнего времени, барон.       Леди благосклонно кивнула. Повышение статуса говорило о том, что перемены могут быть не столь радикальными, как казалось, ведь титулование и вассалитет — одни из древнейших традиций, были приняты во внимание молодыми вампирами.       — Главный ужас, посмею заявить, плана охотников не в болезни, а в её последствиях для общества, — произнёс исследователь с присущей аристократу ораторской манерой. Несмотря на упадок рода, его речь оставалась безупречной в подобных случаях. — Люди создавали отщепенцев, стремясь вырастить предателей из наших же рядов.       Толпа ахнула. Старейшины нахмурились.       — Именно! Они хотели стравить нас между собой, как дворовых псов.       — Чем же это отличается от ваших нынешних действий? — с явной издевкой в голосе спросил старейшина, его губы искривились в презрительной усмешке.       Зал замер в ожидании ответа, напряжение достигло своего пика. Каждый вампир в помещении понимал, что сейчас решается судьба всего вампирского рода, их будущего и традиций, которые они так бережно хранили веками.       — Мы не стремимся к разрушению, мы хотим занять достойное место в существующем обществе и сделать его лучше, сильнее, справедливее для всех нас, — твёрдо ответил фон Ужасающий.       Карл вновь взял слово, как тот, чья судьба чуть не была разрушена навсегда людскими интригами:       — Без решительных действий графа, — начал он, и его слова эхом отразились от стен зала, — план охотников был бы воплощён в полной мере. Да, — продолжил он, встречая одобрительные кивки своих сторонников, — признаю, мысль о возмездии за все унижения и презрение кажется соблазнительной. Кто из нас не мечтал смыть оскорбление кровью?       — Вот видите! — вскричал Драко, не скрывая своего торжества, — Я знал, что вами движут лишь низменные желания! Только ради себя и своих гнилых душонок…       — Я бы попросил! — вспылил Хартблуд. — Если бы дело было только в мести, мы бы давно провели охотников по тайным ходам ваших замков, а не тратили время на эти переговоры!       — Как сказал барон, нынешнее отношение к пораженным болезнью оставляло желать лучшего, — прервал зарождающийся балаган Оскар, сохраняя хладнокровие, — но это лишь часть проблемы.       — Учёные, исследователи, инженеры, изобретатели, — названные Карлом представители делали шаг вперед, заставляя консерваторов отступать, — вампиры, не нашедшие работу, в нашем застывшем мире.       — Мы не просим невозможного! — слова барона повисли в воздухе, словно вызов. — Мы лишь хотим уважения к нашим знаниям и труду. Да, наша кровь может быть не столь «чистой» в глазах некоторых, но среди нас есть потомки древнейших родов и одарённые бывшие смертные, а также их потомки. Мы не жаждем приглашений на ваши балы и приёмы, но заслуживаем достойного отношения!       Его голос дрогнул от сдерживаемого гнева:       — Многие из нас готовы делиться своими изобретениями, но разве не оскорбление то, что нас заставляют молчать о собственном авторстве? А кабальные договоры так и вовсе стали настоящим бичом нашего времени!       — Общество само породило оппозицию, пренебрегая собственными талантами, — подвел итог пламенной речи Оскар.       — Это… обосновано, — заключил старейшина, его голос, впервые за обсуждение, звучал не как приговор, а как признание реальности.       — Этого все ещё недостаточно для вашего радикального заявления, граф, — размеренно отметила леди, её голос разрезал напряжённую атмосферу, словно острый клинок, — подобные вопросы можно решить через Совет Глав.       Оскар выдержал паузу, его глаза сверкнули в полумраке зала. За его спиной революционеры едва сдерживали бурю эмоций, готовые в любой момент броситься в бой за свои идеалы.       — Увы, — ответил он, тщательно подбирая слова. — К сожалению, поданные прошения намеренно игнорировались.       — Подобные обвинения требуют весомых доказательств, — в голосе старейшины прозвучала сталь.       — Сейчас это лишь констатация факта, — спокойно ответил фон Ужасающий. — Уверен, в более подходящей обстановке мы сможем детально разобраться в ситуации.       После короткого, но многозначительного обмена взглядами старейшины кивнули, принимая предложение к дальнейшему обсуждению.       — Однако есть ещё один вопрос, — продолжил Оскар, — который бросает настоящий вызов нашим традициям.       — Говорите.       — Почему мы, гордые дети ночи, прячемся от смертных? — с обещанным вызовом вопросил граф.       Эти слова, словно удар хлыста, заставили консерваторов вздрогнуть. В их глазах промелькнуло недоумение: действительно, разве достойны простые смертные того, чтобы вампиры скрывались от них? Но в этом и заключалась ловушка — в численном превосходстве людей, хотя сейчас эффект от слов Оскара уже начал давать плоды.       — Прячемся, используя гипноз, чтобы защитить своё имущество, пока охотники нарушают наш покой. Так почему не решить проблему, заставив смертных приносить нам пользу?       — Вы предлагаете вернуться к подходу, что нас чуть не погубил в 19 веке? — скептически подняла бровь леди.       — Нет, — ответил Оскар с уверенностью. — Мы предлагаем не возврат к прошлому, а его переосмысление. Мы предлагаем скрыться там, где нас меньше всего будут искать. Усовершенствовать существующий порядок, а не разрушать его.       — И каким же образом? — в голосе старейшины прозвучало искреннее любопытство, смешанное с недоверием.       — Мы должны влиться в их общество, стать его неотъемлемой частью. Многие вампиры уже давно это делают, просто из-за старых предрассудков молчат об этом, опасаясь пересудов. Мы можем использовать людские технологии, их ресурсы, их знания — всё то, что сделает нас сильнее.       Старейшина медленно кивнула, её взгляд стал задумчивым:       — Использовать их потенциал… — по лицу леди и её ещё паре легких кивков самой себе стало ясно, что она примерила новую картину мира и заинтересовалась предложением. — Я лично возьму на себя задачу донести ваши идеи до остальных глав Совета.       Атмосфера в зале начала меняться. То напряжение, которое казалось нерушимым, начало постепенно рассеиваться. Толпа, казалось, не дышала совсем, но теперь выдохнула с облегчением. Лишь Драко Склеполаз всем своим видом не скрывал своего негодования, продолжая гневно хмуриться.       — Позвольте сопровождать вас, — предложил второй старейшина леди, — дело не терпит отлагательств. А вам… — вампир обратился к предводителям революции, — стоит подготовиться к грядущему заседанию, что бы быть более конкретными.       Кивнув друг другу в знак согласия, главы величественно покинули зал. Их уход был подобен занавесу, опускающемуся над первым актом драмы.       — Кажется, всё уладилось, — с облегчением произнесла Готика, плавно приближаясь к Оскару.       Не успел граф фон Ужасающий насладиться первой победой, как пронзительные вопли Драко разорвали начавшую рассеиваться тишину:       — Ересь! Предательство! — выл Драко, уже бросаясь на Оскара. Тень давным-давно его отпустила, и теперь ничто не сдерживало его яростный порыв.       Однако путь ему преградил Карл, вставший в боевую стойку:       — С удовольствием пущу тебе кровь, бесчестный трус! Как смеешь ты нападать исподтишка на моего сеньора? — глаза вампира пылали яростью.       — Это предательство всего, во что мы верили! — не обращал внимания Склеполаз, остервенело пытаясь пробиться именно к фон Ужасающему. — Вы хотите опозорить весь вампирский род, склонившись перед смертными?       — Ты совсем спятил, Драко? Какое преклонение? Какое предательство? — зашипела Готика. — Мы уже давно живём среди людей, просто не хотим сами себе в этом признаться!       Зал мгновенно превратился в поле битвы. Особо нервные напали на революционеров, а те и рады были ответить. Запасной план, тщательно продуманный заранее, начал воплощаться в реальность. В пылу сражения легко было забыться и пустить в ход клыки…       То, что начиналось как изысканный банкет, завершилось кровавой схваткой. Вирус распространился среди участников конфликта, что только покажет на практике опасность болезни. Революционеры же могли быть спокойны: именно Склеполаз спровоцировал драку, и свидетели подтвердят это. Никто не погиб, а то, что некоторых кусали с воплями: «Так тебе и надо, мрразь!», так это даже хорошо, сейчас отомстили и успокоились. Более того, от этого качество мести и удовлетворение от неё только возросло, что снижало вероятность более серьезного конфликта в дальнейшем.