a quiet place next to you

Дом Баерсов

Уилл тихо закрыл дверь, чтобы мама не услышала, что он зашел. В своей комнате он сел на ковер и начал обдумывать, что натворил. Словно по кругу в голове звучали слова Майка: "Я что-то делаю не так?" Какой же я эгоист… Он делает всё ради меня, а я избегаю его, потому что выдумал себе всякого… Вдруг в комнату кто-то зашел. — Уилл? Что ты тут делаешь? Это был мой старший брат. Но у меня возникло больше вопросов, чем ответов. — А ты тут что? — Эм… ну… ты же знаешь, что мы с Нэнси встречаемся? Я ночевал у нее… — Да, Майк говорил. — Вот же! Мы слишком поздно встали, поэтому я в школу не пошел. А ты? Что тут делаешь? — с лёгким недоумением спросил Джо. Я вспомнил свои мысли в туалете. Джонатану можно рассказать всё. — Мне… надо с тобой поговорить… — А… мама дома? — Нет, она на смене. Так о чём же ты хочешь поговорить? Я присел возле кровати, вспоминая, как мы с Майком играли здесь в настольные игры. — Знаешь… иногда мне тяжело говорить с кое-кем. — Тебе кто-то нравится? — Джонатан приподнял бровь, улыбаясь. — Как ты?.. — я чуть не запнулся. — Ха, ты последнее время ведёшь себя странно. Прямо как я, когда влюбился в Нэнси. Джонатан улыбнулся и сказал: — Ты же знаешь, что можешь мне доверять! Несмотря ни на что, я всегда буду на твоей стороне. Даже если ты человека убьешь — я всё равно буду рядом. Слова брата придали мне немного уверенности, но руки всё равно трусились, голос дрожал. — Знаешь… у всех моих друзей есть девушки. У Лукаса — Макс, у Дастина — девочка из лагеря… — То есть ты переживаешь? — Джонатан попытался успокоить меня. — Я уверен, у тебя тоже будет девушка! — Нет, нет, Джонатан… ты не так понял. Понимаешь… они все нормальные. Моё дыхание участилось, руки трусились всё сильнее. — Я… я не хочу девушку… — Ну, я в твоём возрасте тоже особо не интересовался девушками, — улыбнулся Джонатан. — Это нормально. Я глубоко вздохнул. Возможно, стоит сказать ему прямо. — Мне… мне просто… не нравятся девушки. Когда я сказал это, будто тонна упала с моих плеч. Всё зависило от реакции Джонатана. Сначала он молчал, а потом обнял меня, и я заметил слёзы на его глазах. — Послушай… ничего. Ты слышишь? Ничто в этом мире не заставит меня разлюбить тебя! Я уже говорил тебе это. Я думал, ты совершил что-то ужасное, раз так волновался! Ну, и кто же этот «обранный»? Джонатан воспринял это легко, и мне стало не верится, что всё может быть так просто. — Эээ… извини, но пока я не могу сказать. — Конечно, я понимаю! Но самое главное — не бойся. Ничего не бойся. Ты не виноват в том, кто ты есть. Я улыбнулся во все лицо и снова обнял Джонатана. — Спасибо, ты лучший брат на земле! — Вот это заявочка! — он рассмеялся, и мы оба почувствовали тепло этого момента.

Дом Уиллеров

Майк лежал в своём уже потрёпанном шалаше, уставившись в рисунок Уилла. Бумага была немного помята, края — загнуты, будто он доставал её десятки раз, прятал, снова доставал… И каждый раз смотрел так же — долго, почти болезненно. Он разглядывал линии, штрихи, тени. Слишком знакомые. Слишком личные. Он разглядывал себя. Время будто остановилось. Его совсем не волновало, что он просто сбежал со школы. Не волновало и то, что если мама узнает — у него отберут днд, и это будет катастрофа для его партии. Сейчас это казалось чем-то далёким и неважным. — Он и правда… хороший друг, — пробормотал Майк себе под нос, почти не шевеля губами. Наверное, мне стоит извиниться… Я поставил его в неудобное положение. А теперь ещё и пялюсь на рисунок, который вообще не должен был видеть. Он перевёл взгляд на лицо на рисунке. Но почему я? Он рисовал так Лукаса? Дастина? Или… какую-нибудь девушку? От этой мысли внутри неприятно сжалось. А вдруг у него уже есть девушка… и он просто не хочет мне говорить? Может, я правда слишком навязывался. Может, всё из-за этого… Резкий стук в дверь оборвал поток мыслей, словно кто-то резко выключил свет. Майк дёрнулся, быстро скомкал рисунок, поднялся и, не глядя, выбросил бумажку за шалаш. — Входите! — крикнул он, стараясь, чтобы голос звучал нормально. Внутрь вошла Нэнси. Чудесно… И что ей нужно? Дайте угадаю — уже настучала маме, что меня не было в школе? Нэнси закрыла дверь и села рядом с Майком. Её лицо было напряжённым, слишком серьёзным. — Мы договаривались, — сказала она холодно. — О чём это ты? — недовольно фыркнул Майк, отворачиваясь. — Зачем ты рассказал Уиллу про меня и Джонатана?! — Он и так знал… Подожди. Откуда ты знаешь, что я ему рассказал?! Майк резко сел и едва не свалился с кровати. Он смотрел на сестру широко раскрытыми глазами. — Он сказал об этом Джонатану… — Он… — Майк перебил её. — Он на меня обиделся? Он плачет? Из-за меня?.. Нэнси замерла, явно не ожидая такого поворота. — Эм… нет. Причём тут вообще Уилл? Я говорю о том, что ты рассказал это другому человеку! — Он знал! — вспыхнул Майк. — В отличие от тебя, его старший брат всё ему рассказывает! — Потому что ему можно доверять. А тебе — нет. — Меня это как-то не сильно волнует. Нэнси прищурилась. — Тогда не будет проблемой показать Уиллу твой личный дневник. Майк побледнел. Он действительно упал с кровати. — Ты… ты читала его?.. — Пару страниц, — пожала плечами Нэнси. — А что такого? Ты ведь говоришь, что… Она не договорила. На глазах Майка выступили слёзы. Горькие, жгучие, унизительные. Его старшая сестра — та, которой он, несмотря на постоянные ссоры, всё же доверял — знала всё. Все его мысли. Все страхи. Все чувства. — Майк… прости, — её голос стал тише. — Я никому ничего не скажу, хорошо? Я правда прочитала всего пару страниц. Дальше — ничего. Но он её уже не слышал. Майк лёг на кровать, отвернувшись от неё, сжав кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Он тихо, почти беззвучно хныкал, стараясь не разрыдаться вслух. — Уйди… — прошептал он. — Пожалуйста. Просто уйди, хорошо?.. Нэнси молча встала. Она задержалась у двери, последний раз взглянула на брата — который был растерянным и.. напуганым(?) Она хотела что-то сказать… но передумала. На самом деле она ничего не читала. Она не была идеальной сестрой. Она часто злилась на Майка, раздражалась, не понимала его. Но она никогда не сделала бы такого. И всё же мысль не отпускала её. Что же там такого… Что он так боится?