Детство

Ещё грязь не смыта с кожи. Только страха больше нет. Потому затих прохожий, Удивлённо смотрит вслед…

Девушка бежала со всех ног по пыльной дороге, полностью покрытой трещинами. Ей было всё равно на правила дорожного движения, на автомобили, которые каждый раз завидев девушку, издавали большой шум и резко тормозили. Чёрные джинсы успели где-то замараться, хотя несколько минут назад девушка привела их в идеальный порядок. В тонких руках, что то и дело перемещались то вниз, то вверх, находился достаточно маленький букет, состоящий из белой сирени и жёлтых одуванчиков. Забавно, но их ровно шесть штук… Белая блузка, что небрежно развивалась на ветру, когда девушка бежала, превратилась в серую, из-за пыли и песка под чисто белыми и старыми кроссовками. Вот вдали показался серый, старый забор, ограждавший большое бежевое здание в форме буквы «П». Девушка начала слышать громкий говор людей. Прямо возле длинных, но тонких прутьев забора, та остановилась. Средь ровных железных палочек была одна, которая совсем не походила на другие. Железный прутик был полностью изломан, открывая таким положением большое пространство, в которое со спокойной душой можно пролезть. Что и сделала юная девушка. В два счета та уже была по ту сторону ржавого забора. И опять бег. Девушка бежала в сторону высоких людей. — Оля! — вдруг раздался голос где-то в толпе. Лина. — Да тут я, тут! — девушка наконец-то остановилась. Можно отдышаться. — Ну, почти не опоздала, — тут же влез Шепс, в белом, сталинском пиджаке. — Мальчик, иди на хуй. Кстати, что за ужас на тебе? — тут же Ольга закатила глаза, чувствуя своё превосходство. — Грубо, но зато правда, — тут же возле Якубович появился Илья. Парень начал поправлять девушке волосы, что выглядели как ураган. — Да идите вы, — немного обиженно проговорил Шепс младший. Он уже хотел развернуться и уйти куда подальше, но Джебисашвили решила попридержать парня своей рукой. Сложив их длинные пальца в замок, Лина остановила обиженного Шепса. — Здравствуй, Ольга. Хоть сейчас ты выглядишь прилично, хвалю, — к компании подошла женщина, седые волосы которой были собраны в строгий пучок. Красные очки на ее длинном носу выглядели, как панорамные окна. Да и похожа она была на старуху Шапокляк из старого советского мультика. Поэтому вся школа называла ее не по имени и отчеству, а просто: «Шапокляк». — Стараюсь специально для вас, — приторно фальшивая улыбка. — Кстати, это вам, с праздником! — не убирая натянутой улыбки с лица, сказала девушка, при этом протягивая учителю цветы. — Шесть… Как мило, — с такой же улыбкой отозвалась женщина. Взяв букетик, учительница, всё же, нахмурила седые брови и ушла, цокая небольшими каблуками на черных, старых туфлях. Только Ольга хотела сказать друзьям что-то на подобии: «Карга старая», как вдруг заиграла музыка. Линейка. Да здравствует добрая линейка под солнцем. Особенно было плохо Ольге. Только у неё одной в классе были чёрные волосы. Порой это казалось крутым отличием, но под солнцем это было той ещё пыткой для девушки. После долгой и как всегда слезливой речи директрисы, все разбрелись по своим классам. Вся компания была в одном классе, в «11 В», за исключением самого старшего Шепса. Он учился в другой школе и на линейку к брату прийти не смог. Класс как всегда выглядел измотанным и уставшим. Зелёные стены уже казались далеко не зелёными, а какими-то серыми. Порой могло показаться, что штукатурка с потолка может свалиться толстым слоем прямо на учителей, когда те, в свою очередь, слишком сильно били указкой по доске или столу. Парты опять все разваливались, хотя директриса который год обещает поменять их на новые. Все потихоньку и так же вяло, как и сама учительница, зашли в класс. Ольга сразу села на свою любимую третью парту третьего ряда. Прямо возле открытого на растопашку окна. Свежий воздух. Сказка… Почему на третью парту? Всё просто. Ларионов, из-за не очень хорошего зрения, посадили на первую парту, но, к своему счастью, парень смог пересесть, ссылаясь на поправки своего зрения. Но не далеко он уехал. Видел он не очень, поэтому сидел на второй парте, того же варианта, что и Ольга. Лина сидела рядом с подругой, а сзади сидел Шепс, на том же варианте, что и Джебисашвили. Вот всё и складывается. Два умных парня и две тупенькие девочки. Лина списывает у Шепса, а Оля у Ильи. Таким способом они проучились шесть лет. И у каждого по хорошей оценке. Но порой, конечно, Шепс писал плохо, поэтому знатно получал от Лины после школы. Ведь: «Мы же договаривались!» Но в этот раз все прервалась так же быстро, как и началось. — А я не поняла, это как так получилось? — Оля вопросительно смотрела на Джебисашвили, что села с Олегом. — Ну, Оль, жалко тебе что ли? — встрял Шепс, взяв за руки свою Лину. — И так мало видимся, а тут хотя бы сидеть вместе будем. Ты же не против? — Якубович в который раз убеждалась в том, что Олег Лине не пара. — Ну правда, Оль, последний год же… — Дежбисашвили нежно положила свою голову на плечо парню. — Чего?! Да идите вы оба! — Ольга развернулась, чтобы не закатить скандал прямо в классе. Потом. Всё потом. А сейчас успокоиться. — Оль, а ты чего одна сидишь? Лина тебя бросила? — уголки губ проходящего Ильи поднялись. — Не то слово, предательница… — Ну хоч… — Ларионов не успел договорить, как вдруг появился какой-то парень. — Привет. Я смотрю ты тут одна, можно с тобой сесть? — на девушку смотрел высокий парень с чёрным рюкзаком в руках. Чёрная толстовка, голубые, немного порванные джинсы, два кольца и тату на шее. А на вид и не скажешь, что он обычный одинадцатикласник… — Садись, — ответила Якубович и перевела взглыд на Илью. — Ты что-то хотел сказать. Продолжай. — Уже ничего, — чётко ответил Ларионов и сел на свое место. Он сидел один, как настоящий отличник. Гордо и непоколебимо! — Меня, кстати, Влад зовут. Я новенький, — повернувшись к девушке, ответил теперь знакомый парень. — Ольга, очень приятно, — девушка улыбнулась. — И мне, — Влад улыбнулся в ответ. Боковым зрением девушка увидела счастливых Олега и Лину, что уже что-то обсуждали и смеялись.

***

— Ну что, у Ольги наконец-то появился парень! — как только вся компания вышла из ненавистного учебного заведения, Джебисашвили сразу начала обсуждать новенького. — Ура! Она не будет ебать мне мозги! — прокричал Шепс. — Буду, не переживай. И он мне не парень. Просто подсел, а так он мог подсесть и к тебе, Олег, или к Ларионовичу. — Мгм, — пробормотал Илья, посмотрев косым взглядом на Олега. — Но он подсел именно к тебе! — не унимался Шепс. — А значит ты ему понравилась! — Да иди ты на хуй! — не выдержала девушка. — А всё! Аргументов нет! — Олег чувствовал превосходство. — Да бля, Олег, хватит. Потом постебемся, — улыбнулась Лина, увидев на лице Шепса небольшую грусть и спослшую улыбку. — Пойдёмте поедим? Нам Сашка обещал. — О, точно! — воодушевился Шепс. — Давайте быстрее, я есть хочу, — промолвила Якубович. И уже все ускорили шаг. Все всё быстрее отдалялись от надписи: «С 1 сентября!»