Игрушка

      Новогодняя суета в офисе всегда напоминала мне головокружительный хаос, за которым скрывалось отчаянное желание сотрудников дотянуть до праздничных выходных и не сойти с ума, составляя годовой отчёт. Но в этот раз наш генеральный директор превзошел сам себя. Он решил поиграть в Купидона, наряженного в костюм главного героя из «Плохого Санты».       ​Центральный холл украшала ель — огромная, пафосная, сверкающая так ярко, что у меня начинала болеть голова от одного лишь взгляда на неё. Правила игры были до банального просты: каждый вытягивает из коробки игрушку, забирая её себе или вешая на ёлку, после чего дожидается, когда найдётся человек с точно такой же деталью декора.       — Ваша идеальная пара на праздничный вечер, — вещал генеральный, излучая оптимизм, который вызывал у меня стойкое желание запереться в архиве. Или незаметно сбежать домой. Что было бы гораздо лучше.       ​Я лишь нервно усмехнулась, когда уже мне предложили вслепую вытащить из коробки ёлочную игрушку, гладкой поверхности которой неуверенно коснулись мои пальцы. В руке оказался небольшой шар глубокого синего цвета с изящной серебряной росписью, напоминающей морозные узоры на окне. Красиво, не спорю. Но внутри росло сопротивление, ведь не хотела участвовать в этом. Почему-то глупо надеялась, что она будет одной такой, и мне не придётся весь завтрашний вечер терпеть кого бы то ни было, натягивая дежурную улыбку и поддерживая светскую беседу. ​      Только моя просьба не была услышана высшими силами, в чём убедилась, стоило очереди на выполнение этого задания дойти до нового начальника моего отдела.       Ксандр ван Хейс. ​      Когда он подошёл к столу, разговоры вокруг притихли. В нём было что-то подавляющее, почти хищное, завёрнутое при этом в дорогой, идеально сидящий костюм. Привлекательный и… несносный. Его челюсть точёная, брови густые и тёмные, как и глаза, что видят тебя насквозь. Этот мужчина обладал излишней уверенностью в себе, которая граничила с наглостью.       Ксандр опустил руку в коробку, не глядя на неё, словно точно знал, что вытащит. И когда его пальцы извлекли на свет второй синий шар, точную копию моего, в груди у меня ёкнуло. Что было предчувствием катастрофы.       Он перевёл взгляд на меня, и на его губах медленно расцвела ухмылка. Из-за чего я поняла, что влипла.       ​— Думаю, это судьба, Райна, — произнёс ван Хейс, когда подошёл ко мне. И его тембр с лёгкой хрипотцой прошёлся по моим нервам, как смычок по струнам, вынуждая невольно задрожать. ​      Мне только оставалось вздохнуть, не высказывая вслух мысль, что я предпочла бы сбежать от него куда подальше. Судьба? Пф. Скорее, чья-то дурацкая шутка или аномалия, сбой в системе, который я буду проклинать ближайшие тридцать шесть часов…       Вечеринка была в самом разгаре. Шампанское лилось рекой, огоньки гирлянд отражались в бокалах, создавая иллюзию сказки, в которую я упорно отказывалась верить. Потому что она для тех, у кого не было ипотеки и дедлайнов.       Я стояла у фуршетного стола, нервно поправляя тонкие бретельки платья, когда почувствовала его присутствие ещё до того, как он заговорил. Узнала аромат его парфюма «The One», который определённо ему подходил. От Ксандра доносился древесно-пряный запах с нотками табака и чего-то неуловимо мужского, что будоражило. И я вдруг поймала себя на том, что недооценивала мужчину, который сейчас находился рядом со мной. Может, не так уж он и плох, когда оказывался в непринуждённой обстановке.       Его губы тронула усмешка, когда он подступил на шаг ближе и обратился ко мне: ​      — Вы выглядите так, будто планируете моё убийство. Что ж, глядя на вас, могу признаться, что я и так сражён наповал.       Забираю свои слова обратно. Типичный ван Хейс.       — Как жаль. — Я окинула его снисходительным взглядом. — Весь мой план насмарку.       — Вы мне нравитесь, Райна, — заявил он. В его глазах затаилось лукавство.       И прежде чем подумать, я выпалила:       — А вы мне — нет.       Ксандр не разозлился. Вместо этого… разразился смехом.       Он по-прежнему раздражал меня тем, что порой был слишком высокомерным, дерзким, но тем не менее в его компании я постепенно расслабилась. ​По крайней мере, перестала оглядываться в поисках запасного выхода. Мне даже нравилось отвечать колкостью на его бесцеремонность. Это была своеобразная дуэль, которая увлекла нас обоих. Или происходящее между нами — просто действие алкоголя? Пятый бокал шампанского явно начал размывать границы моей осторожности и рассудительности. А может, всё-таки виной его обаяние?       Тем не менее, когда он уверенно вёл меня в танце, держал за талию, крепко прижимая к себе и касаясь жарким дыханием шеи, во мне пробудилось волнение. Его ладонь на моей спине была горячей, почти обжигающей через тонкую ткань. По коже пробежали мурашки, что напомнило электрический разряд, статику, которая копилась между нами все эти недели в офисе под видом рабочих споров. От его близкого присутствия почему-то вдруг сбилось дыхание, сердце колотилось о рёбра, а низ живота приятно тянуло, и причина этому — то самое сладостное предвкушение, которое невозможно игнорировать.       Нет-нет. Строгое «нельзя». Он же мой начальник. Человек, который на прошлой неделе отчитал меня за лишнюю цифру в отчёте.       Голос Ксандра раздался рядом с ухом:       — О чём думаешь, Рейн?       — О трудовом кодексе, — соврала я. В тон просочились язвительные нотки. Хотя на самом деле мои мысли были сосредоточены на его губах, что находились непозволительно близко, но кожи не касались.       Не нужно было вестись на провокацию и пить с ним на брудершафт. Потому что в какой-то момент Ксандр, сжимая мою руку, потянул меня за собой к выходу, и я не сопротивлялась, последовала за ним, будто пребывала во власти дурмана. Не собиралась сегодня думать о последствиях, о том, как буду смотреть ему в глаза в понедельник. Я хотела хотя бы один раз в году полностью отпустить тормоза и посмотреть, куда меня приведёт этот неуправляемый занос.       ​О чём трезвые люди думают, то пьяные и говорят. А в моём случае ещё и делают.       Оказавшись в такси вместе с ним, не позволила себе передумать. Даже если совершала глупость, о которой завтра могла пожалеть. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на сомнения и правильные поступки.       Стоило нам перешагнуть порог его квартиры, как он резко развернул меня к себе и, обхватив лицо ладонями, припал к губам. Это был не поцелуй, а столкновение — настойчивое, жадное, со вкусом шампанского и вожделения. Его язык требовательно проникал внутрь, исследуя мой рот, пока я пыталась стянуть с него пиджак и дрожащими пальцами расправлялась с пуговицами на его рубашке.       Мы двигались в сторону спальни, не разрывая контакта, натыкались на углы и мебель, но не обращали на это внимания, движимые одной лишь страстью. Поглощённая водоворотом ощущений, я даже не сразу заметила, как мы очутились у края широкой постели.       Перехватив инициативу, толкнула его на кровать и встала между ног. Ксандр же глядел на меня с выражением, в котором смешивались удивление и азарт.       — Расстегни.       Мужские руки послушно скользнули по моим ягодицам вверх, к молнии на платье. Я почувствовала, как застёжка ползёт вниз и открывает спину. Ткань заструилась по телу, опадая к ногам. Ксандр шумно выдохнул, когда я осталась перед ним в одном кружеве, которое едва ли что-то скрывало. Его штаны и наше бельё были отброшены в сторону с той же поспешностью.       — Сверху буду я.       В моих словах — требование, вызов тому контролю, который Ксандр демонстрировал в офисе. ​      — Как скажешь, детка. — Он порочно улыбнулся, и в глубине его глаз вспыхнуло тёмное пламя.       Ксандр блуждал взглядом по моему телу, изучая каждый изгиб. Судя по всему, ему нравилось то, что он видел перед собой: бледность моей кожи, контрастирующую с его, напряжённые соски, дрожь в коленях и прерывистое дыхание.       Я оседлала его бёдра. Сердце неистово заколотилось, когда потёрлась об него, ощутив, как внутри всё плавится от того, что он уже в полной готовности. Сжала пальцами его горло достаточно сильно, чтобы обозначить свою власть, которую имела сейчас, после чего запуталась ими в волосах и потянула, заставила откинуть голову назад, улавливая рваный вздох мужчины. Мне доставляло удовольствие доминировать над таким, как он. Упрямым, привыкшим командовать. Которого хотелось ударить что есть силы за каждое едкое замечание на совещании и притом сделать так, чтобы эмоции завладели им настолько, что он даже не смог бы прошептать моё имя и запомнил меня надолго.       — Какая сердитая. — Ксандр смотрел с усмешкой, а во взгляде его читался голод. — Давай, выпусти пар.       ​Он провёл кончиком языка по моему подбородку, следом по губам, будто на вкус хотел распробовать мою злость, смешанную с желанием. Я медленно опустилась, направляя его, позволила ему оказаться внутри и заполнить меня одним плавным, глубоким толчком. Дух захватило. Мир тут же сузился до точки нашего соприкосновения.       Ксандр обнимал меня за талию, притягивая ближе, другой же рукой держал за шею, которую слегка прикусил, точно помечая территорию. Ведь знал, что обязательно останутся отметины, что потом будут гореть под воротником блузки, напоминая о моей возможной ошибке. Негодяй.       Он успел аккуратно прихватить зубами один из сосков, вырывая из меня сдавленный вскрик, а затем отпустить и провести по нему языком до того, как я, упираясь руками ему в грудную клетку, заставила его откинуться назад, прижаться спиной к постели. Что позволило мне сполна насладиться глубиной проникновений, тем, как он скользил, растягивал, вызывая приятное ощущение наполненности.       Мышцы под моими ладонями судорожно перекатывались, пока я двигалась в собственном ритме, сначала медленно, изводила его намеренно. И себя заодно. Наслаждалась созерцанием того, как его зрачки расширяются, неумолимо поглощая радужку. Но, в конце концов, долго не продержалась. Опьяняющие чувства захлестнули, ударили в голову сильнее крепкого алкоголя, отчего ускорила темп, раскачиваясь всё быстрее. Ксандр отзывался на каждое моё движение, его руки блуждали по телу, то сжимая грудь, то очерчивая талию и ягодицы, которые нетерпеливо сжимал.       Мы дышали часто, поверхностно, поцелуями выхватывая друг у друга остатки кислорода. Кожа горела, в янтарном свете блестела от испарины. Напряжение нарастало, скручиваясь в тугой узел где-то внизу живота, и вскоре достигло предела. Нас обоих накрыло. ​Что было сродни взрыву — ослепительному, сокрушительному.       Ксандр прикрыл глаза, издавая гортанный стон и впиваясь пальцами в мои бёдра. Я содрогнулась вместе с ним и застонала тоже, больше не могла сдерживаться. Сжимаясь вокруг него, почувствовала, как нахлынула эйфория, пробравшись в каждую клеточку и позволив мне раствориться в ней без остатка.       Хотелось спрятать лицо в изгибе его шеи, но лишённую последних сил, он притянул меня к себе. Поцелуй, что последовал за этим, не был похож на остальные. Тягучий, почти сладкий. Ленивое сплетение языков. Пока тем временем утихала неистовая пульсация и в норму приходило дыхание, сменяясь блаженной усталостью, которая свинцом давила на веки.       Следующим утром похмелье далеко не вежливо постучалось в мои виски. Размытые очертания комнаты, заполненной дневным светом, постепенно стали проясняться. Хотя голова вновь пошла кругом, стоило мне приподняться. Память возвращалась обрывками: красивый шар среди прочих парных, вкус шампанского, руки Ксандра на моей талии и моё платье на полу его спальни… О боже.       О чём я только думала?       Зацепившись взглядом за прикроватную тумбочку, увидела стакан с водой и небольшую баночку с таблетками. Аспирин.       Заботливо, Ксандр. Почти по-человечески. Чем ещё удивишь меня?       Едва ли я успела унять жажду, как внезапно вздрогнула от звучания его голоса слева от меня. ​      — Доброе утро, Райна.       ​Он вышел из ванной. Влажные, растрёпанные волосы. Капли воды, медленно сползающие по груди и рельефному торсу, исчезая под полотенцем, повязанном опасно низко. Всего одно движение — и оно окажется на полу. Ксандр выглядел возмутительно сексуально. Был воплощением соблазна. Щёки тотчас вспыхнули.       — Мне нравится твоё смущение при виде меня. — Он приподнял уголок губ, заметив мою реакцию.       ​Подойдя ближе, Ксандр без лишних церемоний забрался на кровать и потянулся ко мне. Его близость вытеснила из лёгких почти весь воздух.       — Ожидала увидеть меня в костюме и при галстуке, Райна? — Ксандр усмехнулся, протянул руку к моему лицу и большим пальцем неспешно очертил контур нижней губы, слегка оттягивая её. — Или ты до сих пор под впечатлением от вчерашнего?       Я прищурилась и с безобидной насмешкой сказала:       — Кажется, у кого-то завышенная самооценка.       Попыталась натянуть одеяло повыше, до подбородка, чтобы прикрыться, но он перехватил его за край, потянул настойчиво, обнажая грудь, которой коснулись ловкие пальцы. Я слабо запротестовала, хотя дрожь, пробежавшая по телу, выдала меня с потрохами.       — Вчера ты была такой смелой, — прошептал Ксандр, склонившись к уху. Его губы задели мочку, а после зубы слегка прикусили её. — Куда же делась та девушка?       Своими дразнящими движениями он заставил соски мгновенно затвердеть. Каждое прикосновение отозвалось во мне острой вспышкой возбуждения. Затем он спустился поцелуями к шее, оставил новый след прямо над вчерашним. Его горячая ладонь скользила всё ниже по моему животу, который свело от предвкушения. Словно прошлой ночи было мало, и Ксандр всё ещё не мог насытиться мной. Или я им. Все разумные мысли о субординации, офисной этике и здравом смысле вылетели из головы, уступая место желаниям, инстинктам, что требовали повторения. Я была готова снова утонуть в нём. ​      — Ксандр… — выдохнула отрывисто и вцепилась в его мокрые пряди.       ​— Что? — Он поднял глаза, давая мне увидеть в них хищный блеск. — Хочешь, чтобы я прекратил или продолжил?       Ксандр коснулся меня там, где я уже чувствовала пульсацию, влагу и жар. Его пальцы теперь двигались уверенно и ритмично, вынуждая ответить ему стонами, которые больше не пыталась подавлять. Выгнулась навстречу ласкающей руке, ощущая, как внизу всё натягивается, будто струна перед обрывом.       ​Но в тот самый момент, когда я оказалась столь близко к финальной черте, Ксандр вдруг отстранился. Ошеломлённая такой резкой сменой курса, открыла глаза. Тяжело и часто дыша, я не понимала, почему он остановился.       ​— Сначала душ, а потом завтрак, — пояснил он, вставая с кровати с невыносимо самодовольной ухмылкой. — Нам ведь нужны силы для полноценного нового раунда, а не для быстрой разрядки, верно?       — Засранец, — пробормотала, следом поджимая губы.       Потом схватила подушку и швырнула в него. Ксандр ловко поймал её и рассмеялся — открыто, искренне.       — Но я определённо нравлюсь тебе, моя маленькая мисс Рейн. — Он подмигнул мне. — И не пытайся это отрицать.       Ксандр скрылся за дверью, оставив меня одну в постели, охваченную желанием и окончательно осознавшую: этот Новый Год нарушил мою спокойную жизнь одиночки, ворвался в неё бурей. И мне это вправду чертовски понравилось.