Vesta: Steps into the future

Истинная земля. Галактика Млечный путь.

2983 год эры ЕКВ.

      В просторном светлом кабинете было свежо. Окна были нараспашку. Ветер гнал в помещение свежий морозный воздух. В комнате было двое: мужчина лет шестидесяти и девушка лет тридцати. Оба они были облачены в форму корпорации Vesta.       На комбинезоне мужчины были генеральские нашивки. В его тёмные когда-то волосы уже пробралась седина, хотя тело не утратило свежести, силы и привлекательности. Что эти годы для анварца, можно сказать, что мужчина был ещё в самом соку.       На одежде девушки были символы медицинского блока. Её тело привлекало изгибами, силой и упругостью. Тёмно-каштановые волосы были заплетены в толстую косу. Смуглая кожа чуть сверкала, а карие глаза были задумчивы.       Сильные запахи бергамота и кедра говорили о том, что оба собеседника были альфами. Мужчина был явно напряжён. Его спина была ровной. Тревожным взглядом он изучал площадь за окном. Девушка же выглядела более расслабленной, хотя её локти стояли на столешнице, а пальцы были сцеплены в замок. Шатенка то и дело нервно постукивала костяшками по подбородку.       — Итак, ты мне не ответила, — чуть повернув голову сказал мужчина. На кителе можно было заметить нашивку, что сообщала нам о том, что перед нами был верховный главнокомандующий, лидер корпорации Vesta — Вэлис Кирк.       — Честно? — посмотрела на старшего шатенка.       — Если бы я хотел, чтобы мне наврали, я пригласил бы кого-нибудь другого, — хмыкнул Кирк. — У меня тут таких предостаточно. А мне нужен твой опыт, Джено.       — Это слишком мутная история, Вэлис, — сказала девушка. — Не похоже это всё на эпидемию. Мне кажется, тут прослеживается человеческая рука.       — Адар тоже так считает, но самостоятельно вычислить вредителя у него вряд ли получится. Он попросил у Vesta помощи.       Джено скривилась.       — Не строй рожицы, — хмыкнул Кирк. — Иллур тоже часть ЕКВ. Да, не со всеми аспектами жизни этой планеты мы согласны, но девиз корпорации…       — Мы не вмешиваемся во внутренние дела планет, пока они сами того не попросят, — кивнула девушка.       — Они попросили. Теперь в наших силах направить их на праведный путь. Иллур, в отличии от своей соседки Угнетённой Земли, готов к переменам.       — На этой планете процветает многомужество и рабство. Одно дело тройственные союзы. Равноправные, а там… Да у этого вашего Адара сколько мужей? Десять, если мне не изменяет память? И все они в роли рабов.       — Недавно мистер Файрос женился одиннадцатый раз, — как-то уж слишком равнодушно сказал Кирк. — Но ты сама изучала генетические особенности этой нации. Так уж вышло, что альфы на планете рождаются крайне редко, и чтобы увеличить шанс зачатия наследника и принято было с древних времён иметь много мужей.       — А сыновей-омег можно с радостью отправить унижаться в другой гарем?       — Джено…       — Да, прости. Просто… Тут всю жизнь ищешь единственную, а они…       Ли замолкла, увидев предостерегающий взгляд старшего.       — Ладно, сдаюсь, — хмыкнула она. — У всех наций свои особенности.       — Я рад, что ты это понимаешь, потому что отправить на Иллур я планирую именно тебя.       — Чем я так провинилась?       —Ты лучший специалист в своём деле, — с укором сказал старший. — Ты уже шесть лет возглавляешь медицинский блок Vesta. На твоём счету множество спасённых жизней. Кто-то убивает детей прямо в утробе! Кому как не тебе решать такие сложные задачки? За последние полгода Адар потерял шесть детей от пятерых своих мужей. Все омеги были здоровы, но пережили адские муки отторжения плода. Адар попросил Vesta о помощи. Таким образом он может остаться и вовсе без наследника, ведь сына альфы у правителя ещё нет.       — А отдать свой трон омеге он побрезгует, — хмыкнула Джено. — Что-то мне это напоминает.       Вэлис хмыкнул.       — Знаешь, люди, какой бы нации они не были, всегда тянуться за сильными. Тем, кто может их защитить. И в большинстве своём именно это и дают им альфы. Я не говорю, что омеги слабы, глупы или недостойны. Мы знаем множество примеров по истине великих омег, но с ними рядом всегда были альфы: мужья, сыновья, братья, жёны, сёстры — не важно. Представь, что на Иллуре альфы взяли своих мужей под защиту от опасности, исходящей из внешней среды. Давай на время миссии ты забудешь о своих современных взглядах. Напомнить тебе, что делают с теми, кто на той же Угнетённой Земле пытается продвигать теорию бет?       Джено поёжилась.       — То-то же. Как там говорили в древности: «В чужой монастырь со своим уставом не лезут». Наша задача остановить смерти детей и найти того, кто так не хочет появления наследника.       — А этот ваш Адар знает о вашем решении? Да и вообще, как они относятся к выходцам с Талле? На Лигоре, вон, нас всерьёз до сих пор не воспринимают. Для них мы все омеги, раз имеем дырку между ног.       — В этом плане проблем быть не должно. Мы с правителем уже обсудили твою кандидатуру. Он изучил твой послужной список и то, что ты альфа, знает.       — И он пустит меня в свой гарем?       — Ты для него, прости, не конкурент.       — Ну да, у меня же нет толстого длинного члена, к которому так привыкли его омежки.       — Джено…       — Что? Если ждёшь от меня извинений, то зря. Я сказала правду, но так уж и быть, я поеду на эту планету и не ради него, а ради тех нежных созданий, что терпят чудовищные муки из-за этого самовлюбленного тирана.       Вэлис лишь выдохнул, покачав головой, но в перепалку вступать не стал. Джено была ему за это благодарна. Когда-то давно, поступая в медицинский на доктора омег, Ли Джено хотела защищать этих прекрасных созданий, помогать им познавать себя, дарить жизнь и такие планеты как Лигор, Иллур, Угнетённая земля, Кворк были для неё как красная тряпка для быка.       — Когда вылетать? — спросила она, посмотрев на старшего.       — Чем скорее, тем лучше, — ответил Кирк. — Молодой муж Адара, кажется, в положении.       — Кажется?       — Есть первые признаки…       Джено поднялась, сдержанно выдохнув.       — Мне нужно оборудование.       — Всё что угодно. Составь список. Мы доставим всё необходимое.       — Хорошо. Я могу идти?       — Иди.       Девушка направилась к выходу, раздумывая как лучше поступить: сорваться на ту проклятую планету прямо сейчас или утром?       Было тревожно. Выйдя из административного корпуса, Ли поспешила в медицинский блок. Нужно было собрать все препараты, тесты и маркеры, чтобы наверняка определить беременность и посторонние примеси в крови, если они есть.       Осенний первый морозец щипал щёки. Джено нравилось на Истинной Земле. Она чем-то напоминала её родину, но в то же время отличалась. Кого только здесь не было. Истинная Земля была навязчивой идеей всех тех, кто хотел связать свою жизнь с космосом и Vesta.       Ли тоже прилетела сюда с целью найти себя. Она сдала все экзамены и попала в Академию. На первом курсе увлеклась анатомией, генетикой и процессом зарождения жизни. Куратор, увидев её интерес, предложил ей уникальный шанс попасть по обмену в медицинский Институт на Вирте. Джено уже тогда понимала, что от такого подарка судьбы не отказываются. Потом были шесть лет обучения, два года практики в центре репродукции на Кронте, приглашение в экстренную службу Vesta. Джено сейчас и не вспомнит сколько родов она приняла, сколько выкидышей предотвратила и скольким омегам помогла вернуть смысл в жизнь. СНУЛ до сих пор оставался проблемой века, если не тысячелетия. Через её руки прошли почти все нации, что рожают естественным путём. И вот, за шесть лет она поднялась из оперативника до главы блока. У неё в подчинении были десятки специалистов, но её по-прежнему тянуло помогать людям.       Где-то пять лет назад Ли Джено встретила свою пару. Это была прекрасная белокурая омега. Казалось, всё было прекрасно. Они поженились, планировали детей, но где-то через год Ли начала чувствовать на жене посторонний запах. Та отшучивалась, мол это лишь старая школьная подруга, что иногда захаживает в гости. «Подругой» оказался рослый качок с Крокуса, которого Ли застукала в постели своей жены, как в глупом анекдоте, вернувшись домой пораньше.       Омега слишком развратно скакала на толстом жилистом члене этого рогатого чудовища. Джено не стала устраивать скандалов, просто собрала все вещи омеги, вышвырнув в окно, и подала на развод. С тех пор отношения с омегами у Ли складывались тяжело. Нет, она по-прежнему видела в них существ, что нуждаются в защите, но в свою постель больше никого не пускала.       Возможно, внутри осталась обида на то, что её, собственно, променяли на толстый член, поэтому альф она тоже обходила десятой дорогой, полностью уйдя в работу.       Поездка на Иллур должна была её немного отвлечь. Да, там было многое из того, что она так не любила, но там в ней, действительно, нуждались.       Собрав «походный чемоданчик», она предупредила своих замов и поспешила домой. Нужно было собрать вещи.       Жила Джено на двадцатом этаже в одной из элитных многоэтажек столицы. Выходя на балкон Ли всегда с улыбкой вспоминала, как разлетались по округе вещи её блудницы-супруги. Особо красиво прямо на свалку улетел дорогущий комплект нижнего белья.       Нет, Джено не была злопамятной и уже два три года после развода принимала роды у своей бывшей, что дала жизнь двум одинаковым крошкам с маленькими рожками и ещё не затвердевшими копытцами. Чего только не увидишь в этой Вселенной. Вот только не все воспоминания вызывают особую теплоту.       Собрав всё самое необходимое, Ли закрыла чемодан, и, вызвав такси, отправилась на космодром.       Полёт до Иллура займёт три часа. За это время предстояло вспомнить, что она вообще знает об этой планете.       Заняв место в звездолёте, альфа прикрыла глаза.       Итак, Иллур — соседка Угнетённой земли. Умеренный климат, общинный строй. Управляет всем единый правитель, что возглавляет Совет альф. Каждая община — своего рода семья. Муж-альфа и его омеги и дети. Омег у альфы обычно не меньше десятка. Детей ворох, но своё место в совете глава может передать только сыну-альфе, что должен обзавестись своим гаремом. В мужья брались омеги из соседних общин. У каждого омеги был всего один шанс родить альфу, но обычно после трёх-пяти родов возможность зачатия сходила на нет. Это собственно была лотерея, и имея даже десять мужей альфа мог остаться без наследника. Тогда его община делилась между сильнейшими.       Земли Иллура были довольно плодородны и ещё не до конца освоены, и если в семье, о чудо, родилось больше одного альфы, старший сын занимал место отца, а остальные имели право основать свою общину и занять пустующие земли, чтобы «вдохнуть в них жизнь».       Омегу, подарившему мужу сына-альфу, почитали практически наравне с главой семейства. Остальные мужья господина должны были во всем ему подчиняться и выполнять его прихоти. Не удивительно, что в семье правителя началась борьба. Любой из тех омег мог получить королевские привилегии.       В системе ЕКВ Иллур значился, как сельскохозяйственная планета. Там выращивали злаки и корнеплоды. Продукцию выгружали на склады Центриона и некоторых других планет с плохо развитым земельным ресурсом.       Когда звездолёт опустился на космодром, была уже глубокая ночь. Разглядеть толком ничего не получилось, разве что замок правителя, что подсвечивался несколькими прожекторами, да поселение у его подножья. Здесь обитала самая большая община когда-то основанная братом деда Адара.       Джено вышла, замечая небольшую открытую повозку с запряжёнными в неё то ли собаками, то ли волками.       — Мисс Ли, — появился перед ней высокий стройный темноволосый альфа лет тридцати. — Моё имя Эзрус Вилл. Я первый помощник его величества. Мне велено сопроводить вас во дворец.       На мужчине был длинный приталенный камзол. Кожа была немного бледной, глаза какими-то потухшими. Внешность этого альфы скорее притягивала, но было в нём что-то загадочное и даже пугающее.       Джено посмотрела на свои чемоданы.       — Не беспокойтесь, все ваши вещи будут доставлены в ваши комнаты в целостности и сохранности.       К багажу тут же подбежали двое омежек лет по пятнадцать и, взяв за ручки, потащили их к телеге по проще, которую Джено сперва и не заметила.       — Идём?       — Да, конечно.       На козлах тоже сидел омега. Ли попыталась не возмутиться, повторяя про себя, что на этой планете омег, в принципе, больше, и не удивительно, что они выполняют практически всю работу.       Заняв места в экипаже, они двинулись в сторону старинного каменного дворца в пять этажей не меньше.       — Мы очень рады, что вы прибыли именно сегодня. Младшего мужа господина сегодня рвёт с самого утра. Кажется, он вот-вот испустит дух.       Джено напряглась.       — Мы сперва решили, что он беременный, но…       — Это может быть что угодно, — кивнула Джено. — Что говорят ваши лекари?       Альфа неуверенно пожевал губу.       — Его же осматривали?       — Омега никого к себе не подпускает, — ответил Вилл. — Старшие пытались его скрутить, но он заперся в ванной.       Джено закатила глаза, только истеричных особей ей не хватало.       — Он не ладит с остальными?       — Он в замке не так давно. Свадьба состоялась пару месяцев назад, как и положено в течку. На следующий месяц выделений почти не было, а вот теперь это.       Джено задумчиво прикусила губу. Собственно, зачатие могло и произойти, а рвота — это кризис. Плод либо приживётся, либо нет.       — А предыдущие беременности других омег сопровождались такими симптомами?       — Нет, мисс. Омеги чувствовали себя хорошо, лишь на пятом-шестом месяце ребёнок погибал.       Джено поморщилась. Какую должно быть боль пережили эти омеги. На этих сроках умирает вполне полноценное дитя.       Между тем экипаж подъехал к замку.       — Я хочу увидеть пациента, — сказала Джено.       — А…       — Отдохну потом. Вы же сказали, что омеге плохо. Сколько ему?       — Восемнадцать.       Джено натянула улыбку, чтобы не зарычать. Она успела понять, что глава этого семейства переступил пятый десяток. На молодых, значит, потянуло.       — Идёмте же.       Они шли по коридорам. Замок выглядел очень древним, но в канделябрах горели лампочки, а значит электричество здесь было. Уже хорошо. В нишах можно было заметить каменные статуи. Скульптуры были выполнены в полный рост. Обнажённые тренированные тела с внушительными гениталиями. Нет, Джено слышала, что у альф Иллура большой, но чтобы настолько. Не удивительно, что все мужья этих особей писаются кипятком от восторга.       Джено попыталась вспомнить, чем, собственно, иллурцы отличались от эталона. Внешних признаков практически не было, если не считать размера полового члена альф. Он превышал средний показатель раза в два. Собственно, и внутренние органы омег подстраивались под это: половой канал был длиннее, матка сдвинута. Грубо говоря при половом контакте с представителем другой нации полное проникновение может нанести омеге травмы. Нет, конечно, если делать это осторожно удовольствие получат оба, но ведь этих альф мало интересует мнение омег.       Между тем они перешли в другое крыло, где им на пути начали попадаться люди. Омеги. Джено чувствовала их сладковатые ароматы. Они с любопытством провожали их взглядами.       — Проходите, — сказал Вилл, открывая дверь, видимо, в спальню. Здесь находились двое: темноволосый омега лет тридцати и светловолосый лет сорока. Видимо, старшие.       — Марк, открывай немедленно, — барабанил в дверь старший. — Ты должен выпить лекарство. Станет легче!       За дверью слышался лишь шум воды.       — Открывай несносный мальчишка! Господин будет недоволен!       — Видите, — пожал плечами Эзрус.       Джено хмыкнула.       — А может он там уже преставился, — сказала она. — Дверь выломать не пробовали?       Омеги обернулись, пробежавшись по Джено взглядами: любопытным и недовольным.       — Вы кто? — спросил тот, что постарше.       — Это доктор. Из Vesta. Господин попросил её приехать.       — Но посторонним альфам сюда нельзя!       — Мне можно, — сказала Ли, а потом подошла к двери. — Ну-ка отойдите.       Омеги попятились, а Джено ударила ногой по двери, что покосилась. В образовавшемся проёме показался пол, залитый водой и чья-то рука.       Ли ещё раз стукнула по двери и буквально влетела в ванную, где на полу лежал бледный русоволосый мальчишка. Голова его была на боку, а изо рта вытекала тоненькая струйка крови.       — Чёрт! — подскочила к омеге Ли, пытаясь нащупать пульс, и выдыхая, почувствовав слабые удары. — Эзрус, мне нужны мои чемоданы! Немедленно!       — Да, мисс, — поспешил к выходу альфа.       Джено подняла мальчишку на руки. Он, казалось, совсем ничего не весил. Одежда на омеге была мокрой, нужно было поскорее от нее избавиться.       Стойкий запах крови щекотал ноздри.       — Доктор, вам чем-нибудь помочь? — послышался заискивающий голос.       — Конечно, — повернула голову альфа, посмотрев на омег. — Закройте кран в ванной и пойдите прочь!       Старший из омег тихо хмыкнул, а второй недовольно скривился, задрав нос и, развернувшись, вылетел из комнаты.       — Если что, зовите, — сказал старший и закрыв кран, вышел из комнаты.       Джено выдохнула. Нужно было держать себя в руках.       Взглянув на младшего, Ли покачала головой, а потом принялась снимать с него вещи. На лицо были признаки внематочной беременности и нужна была срочная операция, иначе мальчишка не выживет. Вот только условия были, прямо скажем, не очень. Да и оборудование…       Стянув с омеги штаны, Ли заметила кровавые разводы на бедрах и ягодицах. Отторжение уже началось. Нужно было определить местоположение плода и удалить его, пока не стало поздно. Младший захрипел, стоило перевернуть его на спину.       — Так, малыш, не сдавайся! Мы с этим справимся!       Руки Ли заскользили по низу живота омеги, надавливая. Коснувшись левого бока, Джено едва успела поймать подскочившего парня, что распахнул большие голубые глаза, что быстро наполнялись слезами.       «Анварец? Здесь» — пронеслось в голове Джено. Альфа нахмурилась.       — Больно, — прохрипел омега, пытаясь скрючиться, но Ли его держала. — Я хочу умереть!       — Не лучшее решение, малыш, — сказала альфа.       В этот момент в комнату вернулся Вилл. Вместе с ним вошёл высокий широкоплечий мужчина лет пятидесяти. Длинные чёрные пряди были зачёсаны назад. В аккуратной тёмной бороде проглядывались первые седые волоски. Прямой нос, острые скулы, тонкие алые губы под пышными усами, а глаза… Джено, наверное, впервые видела такие глаза. Они были лиловыми, но зрачок и сама радужка были окружены лёгким светящимся ореолом. Так же там можно было разглядеть несколько тёмных вкраплений. Мужчина внушал какой-то трепет и был олицетворением величия. Одет он был в длинный кожаный балахон с пушистым меховым воротником.       Вилл подкатил к Ли чемоданы и чуть скривился, заметив кровавые разводы на простыни.       — Что с ним? — спросил незнакомец глубоким с нотками бархата голосом, а Ли успела заметить, как её пациент сжался, словно прикрываясь.       — А вы…       — Адар Файрос.       — А… — сказала Джено, открывая чемодан. — Великий и могучий…       — Вы…       — Имею право! Я бы многое вам высказала сейчас, но мальчик сейчас важнее. Он умирает. Нужна операция. Если не переносите вида крови, покиньте комнату.       — Вы уверены, что тут…       — Уверена! — огрызнулась Джено. В её «походном чемоданчике» было многое и теперь придётся использовать лишь примитивные инструменты, чтобы спасти жизнь.       — Я…       — Идите, Вилл, — сказал Адар. — Я останусь.       Помощник трусливо сбежал, а старший запер дверь и подошёл к кровати.       — Вам чем-нибудь помочь?       — Он вас боится.       — Мы не с того начали.       Ли хмыкнула, посмотрев на мужчину. Беспокойство во взгляде старшего было вполне искренним.       — Это внематочная беременность. Нужно извлечь плод, пока он не разорвал трубу и ваш муж не умер от кровоизлияния в брюшной полости. У меня с собой лишь небольшой прибор, что поможет определить место положение эмбриона, прокол придётся делать на живую. Вам нужно будет крепко его держать. Об остальном поговорим позже. Старший кивнул. Джено достала из чемодана портативный ноутбук, небольшой шланг с прозрачным шариком на конце, скальпель, щипцы, шприцы, иглы, обезболивающее, обеззараживающее, стерильные тампоны, перчатки, нитки и иглу.       Альфа, на удивление, оказался довольно стойким. Джено понимала, что только от их слаженной работы зависела жизнь мальчика.       Ли боялась даже дышать, наблюдая за прибором на экране. Руки почти не дрогнули, делая прокол в нужном месте. Омега тяжело хрипел, но это давало надежду на положительный исход.       Когда операция была завершена, Джено сама не заметила, как осторожно провела по щеке бессознательного мальчишки ладонью. Он оказался очень сильным.       Адар был бледен. Опустив омегу на подушки, он поднялся, нервно пройдясь по комнате.       — Это я виноват, да? — спросил он, посмотрев на Ли, что стояла в ванной, брызгая себе в лицо холодной водой. — Я проклят?       Джено хмыкнула.       — Я бы так не сказала, — ответила она. — Если говорить конкретно об этом случае, то организмы анварцев, увы, всё же немного отличаются от иллурцев. И что местному хорошо, чужому без надлежащей подготовки может нанести непоправимый вред.       — Анварец? — недоумённо посмотрел на Джено Файрос.       — А вы, когда его брали, отличий не заметили? — горько усмехнулась Ли. — У них, скажем так, половой канал короче, да и яйцеклетка спускается медленнее. Вы, простите, своим членом ему матку чуть не раздербанили, а ваша сперма и вовсе попала в трубу, где и произошло зачатие. Знаете, в межрасовых браках такие вопросы обычно обсуждают заранее.       — Я не знал… — схватился за голову Адар. — Этого мальчика привёл ко мне один из членов Совета. Сказал, что это его сын, что омега здоров и сможет выносить мне сильного наследника. Мальчик был чистым. Я подумал, что раз мои взрослые мужья не справляются, с молодым всё получится. Марк… Он, собственно, был не против свадьбы, но в постели всё пошло наперекосяк. Он начал сопротивляться, говорил что-то о боли, но я… Я думал, что это от отсутствия опыта и дальше всё пойдёт проще.       Джено тихо прорычала, старший проигнорировал это проявление эмоций.       — На утро я хотел с ним поговорить, но он шарахался от меня, как от огня. Я решил дать ему время, а потом появились первые признаки беременности, но вместо того, чтобы расцвести, как это обычно бывает, он бледнел, терял вес и стал прятаться не только от меня, но и от старших омег, а сегодня вот это… Вы уверены, что он другой?       Ли бросила на альфу презрительный взгляд.       — Я почти двенадцать лет в медицине и анварца от иллурца отличу. Вас, видимо, обманули, подсунув того, кого вы по своей же глупости и вовсе могли лишить детородной функции, либо обманули того альфу и один из его мужей принёс в подоле чужой приплод.       — И что теперь?       — В ближайшие полгода мальчику нельзя беременеть — это во-первых, во-вторых, вряд ли он вас к себе вообще теперь подпустит, разве вы решите взять его силой. У вас и без того десять мужей, что нуждаются во внимании. Мужей, которым, я уверена, хорошо с вами. Отпустите мальчика.       — Но мне нужен наследник!       — Анварец? Да ваши мужья первыми поднимут против него бунт, а у них есть отцы, братья, ведь так? А может те, кто подсунул вам этого омегу, готовятся обвинить вас в измене устоям и традициям? И если у иллурцев родить альфу шанс один к ста, то у анварцев он больше.       — Но вы же сами сказали, что я мог лишить парня возможности иметь детей…       — А вы думаете, что те, кто его вам подсунул, разбираются в анатомии? То, что анварцы плодовитая нация — знают все, а то, что это потому, что у них половой канал короче — не многие.       — Значит?..       — Увы, могу сделать вывод, что кто-то намеренно убивал ваших детей, чтобы у вас не осталось выбора и вы воспользовались мальчиком. Или же кто-то из ваших мужей просто избавлялся от конкурентов в борьбе за привилегии и мальчик и его семья тут совсем не при чём.       — И как нам это проверить?       Джено бросила взгляд на бледного омегу, что лежал в кровати и выглядел как красивая, но сломанная кукла. Было бы подло использовать его, но она здесь для того, чтобы остановить убийства неродившихся детей. Она обещала Вэлису оставить на время свои принципы.       Выдохнув, Ли посмотрела на альфу. Он выглядел отчаявшимся. За двадцать с лишним лет у трона он сделал для этой планеты многое. Да, ещё не всё подходило под стандарты ЕКВ. Были и проблемы, но где их не было. Главное, что Адар был открыт для диалога, и Ли была уверена в том, что ему по силам воспитать достойного преемника.       — Давайте сделаем так, — сказала Джено. — Вы сейчас выйдете из этой комнаты и сообщите ожидающим, что кризис миновал, что омегу я стабилизировала и беременность сохранила.       — Но…       — Мы будем наблюдать. Если ребёнка не попытаются убить, значит, ждите переворота снаружи. Ищите предателей. Если же кто-то снова попытается принести омеге вред, значит, борьба за власть идёт внутри вашей семьи и убийца, увы, среди ваших мужей.       — Но как… Ребёнка же нет… — сказал Адар, бросив взгляд на кучу окровавленных тампонов.       — Ну, первые три месяца это будет не так заметно, но если что, я думаю, что мальчик сможет сыграть беременность под моим чутким руководством, а живот мы наложим, не переживайте, но я возьмусь за это при условии, что после того, как всё закончится и мы найдём тех, кто мутит воду, вы позволите мне увезти мальчика с собой. Сами понимаете, ему здесь не место.       Файрос сомневался и Джено могла его понять. На кону было очень много.       — А если за это время кто-то из моих мужей забеременеет, сможем ли мы уследить?..       — Я… Завтра прилетит грузовик Vesta с необходимым мне оборудованием. Есть средство, что поможет избежать нежелательных в данный период беременностей. Я могу установить его вашим мужьям, а по окончании миссии убрать, но тогда, после восстановления, они могут забеременеть при первом же акте.       — А в это время…       — Течки будут приходить регулярно, вы можете любить друг друга сколько влезет, но после извлечения — моментальная беременность. Переспите сразу со всеми, получите десять детей.       Адар хмыкнул.       — Идёт, а Марк?..       — Я сама поговорю с ним, — кивнула Ли. — Как только он придёт в себя.       — Вы, наверное, устали.       — Наверное. Я побуду здесь. Я в ответе за этого омегу.       Мужчина о чём-то задумался.       — В замке есть смежные комнаты, — сказал он. — Я так понимаю, что ваше постоянное присутствие с омегой до его восстановления дело решённое. Я распоряжусь, чтобы ваши вещи и вещи Марка перенесли туда, далее вам будет выделена соседняя комната, а здесь…       — Здесь я организую смотровой кабинет, если вы не против.       — Делайте, что считаете нужным. Моё будущее в ваших руках.       — Звучит слишком пафосно, не считаете?       — Но так оно и есть. Не хотелось бы отдавать власть кому попало. Не то, чтобы я за неё держусь, но не все здесь разделяют мои взгляды на интеграцию в ЕКВ. Не хочу, чтобы наши усилия с генералом Кирком оказались бесполезными и Иллур отбросило на сотню лет назад.       — Вэлис как ни странно верит вам.       — А вы нет?       — Я ненавижу рабство и принуждение, а у вас этого всё ещё как грязи. Вот, последствия этих ваших традиций лежит в кровати. У вас не принято слушать омег.       — Вы же понимаете, что, чтобы искоренить эти традиции понадобятся десятилетия?       — Понимаю и надеюсь, что вы сдержите своё слово и, хотя бы попытаетесь начать это менять.       — Сделаю всё, что в моих силах, — кивнул Адар. — Что ж, я пожалуй пойду. Утром Эзрус проводит вас на завтрак.       Джено помотала головой.       — Пусть принесут сюда. И мне, и омеге. Я не хочу оставлять его одного.       — Может прислать охрану?       — А вы всем можете доверять на все сто?       — Но и вы не боец…       — Да, я врач, но кое-что могу. Предупредите своих мужей, что после обеда, часа в два я буду ждать их на осмотр. Текущие есть?       — Пока нет.       — Замечательно, — хмыкнула Ли. — Отвлекает, знаете ли.       Адар засмеялся. Джено поморщилась.       — Что? Я ведь тоже альфа как-никак, но не переживайте, на ваше семейство не претендую.       Мужчина улыбнулся, покачав головой и, пожелав ей спокойной ночи, ушёл.       Джено плюхнулась в кресло и, закрыв лицо руками, судорожно выдохнула. Держать себя при этом мужчине удавалось с трудом. Кончики пальцев чуть подрагивали, ведь стоило запаху крови немного выветриться, как она ощутила другой аромат, свежий, сладкий и такой родной запах арбуза. Её жена когда-то пахла почти так же, пока не связала свою жизнь с крокусцем.       В аромате Марка тоже нет-нет, да и проскальзывали нотки сливы, но они выветрятся, ведь Файрос к этому омеге больше не притронется.       В чём была прелесть Иллура, здесь на омегах не ставили метки, и Джено сейчас с каким-то трепетом смотрела на чистую шею младшего. Хотелось пометить, но она понимала, что они были слишком далеки друг от друга. Предстоит сделать много маленьких шажочков, но хватит ли терпения и сил, да и нужно ли?       Да, Джено слышала, что случаи «повторной истинности» встречались всё чаще. Люди с идентичными запахами теперь в ЕКВ были не редкостью. Для некоторых это был второй шанс, а кого-то это путало ещё сильнее.       Для себя Ли решила, что не будет торопиться. Сейчас ей предстояло защитить этого омегу от козней недоброжелателей, а там на всё воля Богини.       Поднявшись, Джено поспешила навести порядок, чтобы ничего не напоминало парню о пережитой боли. Выставив пакет с мусором в коридор, она написала сообщение-отчёт генералу Кирку, перечислив всё необходимое ей оборудование и попыталась устроиться в кресле, чтобы немного вздремнуть. Действие наркоза завершится через четыре часа, а потом их ждал долгий и тяжёлый разговор.       Спала Джено очень чутко, поэтому сразу почувствовала движение, открыв глаза. Светловолосый незнакомый омега почти на цыпочках двигался к кровати Марка. На вид ему было лет двадцать пять. Осторожно подойдя к кровати, он коснулся ладонью лба младшего и как-то облегчённо выдохнул.       Джено хмыкнула. Омега вздрогнул, обернувшись.       — Ох, простите, я вас не заметил. Вы доктор, да? Из Vesta? Тронс что-то говорил о вас, а я Энди.       Омега протянул девушке руку, пробежавшись по ней слегка шальным взглядом.       — Ли Джено, — ответила альфа, пожимая изящную ладонь.       — Муж сказал, что вам удалось спасти ребёнка Марка, — натянул улыбку омега, а в его глазах сверкнули слёзы. — А вот мой малыш умер. Это… Это было так больно. Я до сих пор чувствую пустоту. Это была моя первая беременность.       — Мне очень жаль, — сказала Ли. — Я здесь для того, чтобы такого больше не повторилось.       — Да, муж сказал, что вы будете следить за нашим здоровьем. Вы предполагаете, что могло послужить причиной сразу нескольких выкидышей?       — Я работаю над этим.       Омега кивнул, а потом снова посмотрел на лежащего в кровати младшего.       — Как он?       — Стабильно. Я как раз собиралась подняться, чтобы провести осмотр.       — Что ж, не буду вам мешать.       Энди ещё раз посмотрел на Марка. Чего в этом взгляде только не было: и жалость, и злость, и зависть, и отчаяние. Джено вполне могла понять эти чувства, но в этом месте всё настораживало.       — Удачного дня и поосторожнее с Тронсом. Он очень недоволен вашим приездом, ведь раньше за нашим здоровьем следил только он.       — А Тронс это…       — Старший супруг господина.       Ли вспомнила хмурого светловолосого омегу, с которым виделась вчера. Что ж, замечательно, этот гарем вполне соответствовал её представлениям. Все десять мужей, поди, на дух друг друга не переносили, но делали вид, что всё в порядке. Омеги такие омеги.       Между тем Энди ушёл, а Джено посмотрела на часы. У нее было как минимум полчаса, чтобы умыться и переодеться. Заперев дверь в комнату и на всякий случай подперев её креслом, мало ли кому придёт ещё в голову заглянуть, она направилась в душ. Сейчас омега был ещё очень слаб и уязвим, не нужны ему лишние гости.       Вымывшись под тёплыми струями, Джено надела белье, просторные чёрные штаны с широким поясом и светлую блузку с лёгким декольте. Волосы после воды слегка вились, но девушка пока не стала их заплетать, пусть высохнут. Откинув их назад, она вышла в комнату встречаясь взглядом с напуганными голубыми глазами. Омега судорожно втягивал носом воздух и нервно комкал покрывало.       — Привет, — попыталась улыбнуться Ли, резко пряча в карманах чуть дрожащие пальцы. — Как ты себя чувствуешь?       — Кто вы? Что вам от меня нужно? И чем здесь так пахнет?       — Нравится?       Младший нервно отвёл взгляд, а его щёки покраснели. На бледном лице это было очень заметно.       — Меня зовут Ли Джено. На данном этапе я твой лечащий врач…       — А…       — Об остальном поговорим потом. Сейчас я повторю свой вопрос: как ты себя чувствуешь? Тошнота, головокружение, слабость? Может болит что-то?       Омега задумался.       — Слабость, бок тянет и я… — младший смутился ещё сильнее, поёрзав.       — Хочешь в туалет? — спросила Джено, уловив несмелый кивок. — Идём. Один ты вряд ли справишься.       Марк фыркнул, но за протянутую руку ухватился. Ноги его дрожали, пока они медленно шли в сторону ванной.       — Что со мной? — спросил он. — Теперь так будет всегда?       — Нет, ты восстановишься, но нужно время.       Справив нужду, красный как рак омега, старался не смотреть на девушку. Джено понимала, что путь обратно потребует от омеги ещё больше энергии, а ей было ещё нужно с ним поговорить, поэтому, долго не раздумывая, она подняла младшего на руки и понесла в комнату.       — Зачем? Я сам…       — Нам ещё нужно поговорить, а обратное путешествие вытянет из тебя последние силы.       — Значит, вам всё же от меня что-то нужно, — посмотрел на альфу Марк. В его глазах было любопытство и страх.       — Не бойся. То, что я хочу предложить, нужно в первую очередь тебе. Хочешь покинуть эту планету?       — Я замужем, — фыркнул Марк.       Ли опустила его на кровать. Руки омеги чуть дольше положенного задержались на её шее, а взгляд метнулся в сторону декольте, где ажурные чашечки бюстгальтера обхватывали пышную грудь.       — Это дело десятое.       — Я беременный!       — Уже нет.       Марк поднял на неё в миг повлажневший взгляд.       — Это была внематочная беременность, что могла стоить тебе жизни. Яйцеклетка не успела спуститься в матку и после оплодотворения закрепилась на стенке маточной трубы почти у яичника. Мне пришлось её удалить, иначе бы ты истёк кровью.       Омега бросил взгляд на перебинтованный живот, словно только сейчас замечая уплотнение в левом боку.       — Господин Адар будет очень расстроен, — всхлипнул омега. — Это… Это его седьмой ребёнок. Я виноват…       — Ты ни в чём не виноват. Просто… Ваши нации не совсем совместимы, — опустилась рядом Джено.       — Наши нации? Но я… Я иллурец и он иллурец…       — Ты анварец, Марк, — ответила Джено.       —Вы что-то путаете, — помотал головой младший.       — Куда уж там, — хмыкнула альфа. — Смотри, первый признак — это глаза. Только гены Анвара передают такой чистейший цвет глаз, без вкраплений. Второй признак — раны на твоём теле заживают быстрее, чем у других. Мелкие порезы и царапины и вовсе исчезают за часы. Третий признак — ты не видишь снов. Анварцы, имея возможность разделения сущности, перед сном отключают своё сознание, чтобы ненароком их «половинка» не натворила где-нибудь глупостей. Разделение — это всегда осознанный процесс. Исключение — полуанварцы, их сознание может путешествовать во сне, но только в том случае, если есть сильная эмоциональная привязанность: родители, дети, любимые. Четвёртый признак — грудь. Она набухает во время течек, прикосновения к ней в эти дни приносит дополнительное возбуждение, а иногда на сосках можно заметить прозрачные капельки, это молозиво, ведь омеги Анвара кормят своих детей грудью, ну и в пятых, половой канал омег Анвара короче стандартного на пару сантиметров, ну и уж точно раза в два короче канала иллурца. Твой муж оказался для тебя слишком большим. Близость должна приносить только удовольствие, если есть боль, значит что-то неправильно.       — Но как же… Папа и отец…       — С твоими родителями Адар пусть сам разбирается. Меня пригласили сюда, чтобы выяснить кто убивает детей.       — У-убивает? — сглотнул Марк.       Джено невольно улыбнулась. Этот мальчишка выглядел таким милым. Светлые волосы были растрёпаны, глаза широко раскрыты, губы чуть приоткрыты. Они были ещё бледными, но постепенно розовели. Внутренние силы анварцев работали на ура. Ли была уверена, что через пару дней от прокола следа не останется, но омегу всё же стоило поберечь.       — Да, видимо кто-то очень не хочет, чтобы у правителя появился наследник — альфа или же хочет, чтобы этим наследником стал именно его сын.       Глаза Марка стали ещё шире, а в дверь постучали.       Джено поднялась, отодвинув кресло и открыла дверь. В коридоре оказался Эзрус.       — Господин сказал, что вы распорядились принести завтрак в комнату. Я решил уточнить, что можно есть юному супругу господина. Вчерашнее его состояние…       — Больше не так важно, — ответила Джено. — Но вы правы. Питаться нужно сбалансированно. Принесите что-нибудь жидкое, калорийное, но не жирное.       — А вам?       — Что-нибудь из выпечки и кофе.       — Хорошо, мисс.       Мужчина ушёл, а Джено вернулась к омеге.       — Но я не хочу есть, — насупился Марк.       — Забудь слово «не хочу». Надо! — строго сказала Ли. — Ты хочешь встать с постели? Хочешь покинуть это место и самостоятельно распоряжаться своей жизнью?       — А это возможно? — с надеждой спросил омега.       — Адар обещал отпустить тебя со мной, если мы поможем ему вычислить убийцу и обзавестись наследником.       — Я не буду ему рожать!       — Тебе вообще в ближайшие полгода беременеть не рекомендуется, — ответила альфа.       — Но тогда как…       — Ты будешь притворяться беременным, пока мы не вычислим преступника. Адар уже сообщил всем, что ребёнка нам удалось сохранить.       — Но я… Я ведь не знаю, как это, да и живот…       — Я тебя научу. За свою практику я повидала много беременных, а живот, если будет нужно приклеим, но я думаю, до этого не дойдёт и злоумышленник проявит себя раньше.       — Но те… Те омеги прошли через это, они могут догадаться, что я притворяюсь.       — Им будет не до этого. Да и если будешь во всём меня слушаться, никто ни о чём не догадается.       Марк задумчиво свёл брови. В дверь снова постучали. Нос Ли уловил приторные нотки.       — Накройся, — сказала она. — Бинтов никто не должен видеть. О том, что ребёнка нет знают лишь три человека: я, ты и твой муж. Больше ни одна живая душа.       Омега натянул одеяло до подбородка, а Джено пошла открывать дверь.       В этот раз компанию Виллу составил Тронс. Старший был по-прежнему хмур.       — Ваш завтрак, — сказал Вилл. — Комнаты будут готовы через час. Вам помочь с переездом?       — Да, но после завтрака. Соберете вещи омеги. Я хочу, чтобы к обеду эта комната была стерильно чиста, — сказала Джено, а потом посмотрела на Тронса. — Вас предупредили о том, что к двум часам вы должны собрать всех мужей вашего господина. Я хочу провести осмотр.       — Да, — недовольно сказал омега. — Только не понимаю для чего всё это? Все омеги здоровы!       — Но шесть выкидышей говорят об обратном. Вы…       — Да! Я тоже потерял ребёнка. Это была моя третья беременность, но боль потери это не уменьшает. Но я не понимаю, что сможете дать нам вы. Я…       — У вас есть медицинское образование, Тронс? — спросила Джено. —За последние десятилетия наука ушла далеко вперёд. У меня, благодаря Vesta, есть лучшее оборудование и я его использую, чтобы сохранить жизнь не только ребёнку этого мальчика, но и всем вашим детям будущим и настоящим. И если не хотите мне помогать, то хотя бы не мешайте. Соберите омег здесь ровно в два, понятно?       Джено на голову возвышалась над старшим, что, не смотря на свой возраст и кислую физиономию, был довольно привлекательным омегой. А ещё в нём было что-то загадочное. Смерив Ли недовольным взглядом, старший развернулся и пошёл прочь, бросив лишь скупое: «понятно».       — Совсем от рук отбились, — проворчал Эзрус. — Господин слишком много им позволяет. Где это видано альфам перечить?       — Мистер Вилл, идите подготовьте комнаты.       — Конечно, мисс. Уже иду.       Альфа подкатил тележку к кровати и поспешил удалиться. Ли заметила на себе настороженный взгляд Марка.       — Что?       — У тебя правда есть все возможности Vesta? — спросил омега.       — Я начальник медицинского блока корпорации, малыш. Второй человек в Vesta, после главнокомандующего, естественно. Даже генерал армии обязан мне подчиняться, если дело касается жизни его солдат.       — Тогда почему ты здесь? Ты могла прислать сюда кого-то из подчинённых. Я… Я не знаю, как, но я… Я словно чувствую, что тебе неприятно здесь находиться.       Джено лишь хмыкнула, прикрыв глаза. Связь укреплялась. Только этого ей не хватало. Видимо, разорванные в клочья нити, связывающие её с истинной парой, ухватились за этого мальчишку. Он ведь тоже совсем один. Как там на Анваре: Единение не только тел, но и душ.       — Я… Скажем так… Мой босс видит в Адаре перспективы. Vesta выгодно, чтобы у него был наследник, что продолжит интеграцию Иллура в ЕКВ, а я… У меня больше опыта, а ещё у меня очень чуткий нюх. Вот я, например, чувствую, что кто-то добавил в твой суп горстку мяты. Совсем чуть-чуть, но даже малая доза после кризиса может вызвать рецидив.       Джено подошла к тележке, на ней, действительно, стоял овощной суп щедро приправленный травами, рядом стояла молочная каша с фруктами, пара свежих булочек с корицей, ягодный морс и кофе.       — Так, вот это ты не ешь, — сказала Джено, отодвигая тарелку с супом.       — Но я же не беременный…       — Ты хочешь суп?       Марк пододвинулся поближе, принюхиваясь. В его животе заурчало. Джено улыбнулась.       — Ну, если хочешь, ешь. Если что, скажем, что коварная я забрала у тебя тарелку и вылила в унитаз, а ты довольствовался лишь кашей.       — Ну сама посуди, зачем этому убийце так открыто перед тобой палиться в первый же день, — сказал омега, взяв ложку.       — Они не знают об этой моей особенности, малыш. Таких «нюхачей» в ЕКВ и двух десятков не наберётся. Это особый талант и каждодневные практики. Не многие достигают мастерства.       — Значит теперь этот кто-то будет пытаться провоцировать выкидыш? Это Тронс?       — Не уверена. На кухне, как я думаю, работают тоже супруги лидера?       — Скорее всего, — пожал плечами Марк. — Я ещё не до конца тут во всём разобрался. Почти неделю я восстанавливался после брачной ночи. Болело всё. Я… Я даже сидеть нормально не мог, да из комнаты боялся выйти. Потом начались боли, головокружения, тошнота…       Омега побледнел, отложив ложку, которой активно черпал суп.       — Что такое? — с тревогой спросила Ли. — Тошнит?       Омега кивнул. Альфа поставила на стол свою чашку и пересела на кровать к младшему.       — Дыши глубже. Это пройдёт.       Аромат кедра стал чуть насыщеннее. Марк неосознанно пододвинулся ближе к Ли.       — Этот запах…       Омега чуть повернул голову, скользнув по шее альфы носом. Джено сглотнула.       — Тебе не кажется, что ты ведёшь себя слишком активно для того, кто чуть не умер? — сказала она. — Это во-первых. А во-вторых, мы с тобой знакомы всего несколько часов. К тому же ты омега, а я альф. Тебе бы стоило меня бояться.       — А я не боюсь, — сказал омега. — Странно, конечно, но совсем не боюсь. Твой запах… Он такой родной…       — Ты заблуждаешься, Марк. Мы разные. Между нами пропасть: возрастная, расовая, этическая. Ты мой пациент.       — Я омега, а ты альфа, а всё остальное не так важно. Ты спасла мне жизнь, пообещала свободу, открыла глаза, и если не прогонишь, я готов быть рядом с тобой до конца своих дней.       Джено прикрыла глаза. То же самое ей когда-то говорила жена. Вот только всё закончилось. Уж если омега Талле рядом с ней мечтала о члене, то Марк… Он и вовсе другой. Вряд ли ему хватит лишь её языка. Ли дала себе подзатыльник, за то, что в своих мыслях даже чисто в теории она думает о сексе с Марком, но как не крути на платонических чувствах далеко не уедешь.       Она уже обжигалась. Судьба, видимо, смеялась, когда отдала её омегу крокусцу, а теперь вот подкинула ей такой подарочек.       — На Анваре есть истинность? — спросил Марк, опустив голову на плечо Джено.       — Некая связь есть почти на всех планетах. Где-то она лишает рассудка, где-то только заставляет задуматься. На Анваре больше верят в «якорь».       — А на Талле?       — На Талле истинная связь может управлять людьми, заставляя выполнять чужую волю. Вы буквально можете стать рабами друг друга. Это безумие, которое может длиться всю жизнь, а может в миг оборваться, когда в союзе появляется кто-то третий.       Джено неосознанно склонилась к светлой макушке, коснувшись её губами.       — Тебе было больно? — сказал Марк. — Она…       — Счастлива без меня, — ответила Джено, а потом отстранилась. — Ешь кашу. Нам ещё в другие комнаты перебираться.       — Ты будешь жить со мной?       — Успею тебе надоесть. Ешь.       — Не хочу.       — Тебя покормить? — вскинула бровь Ли. — Чтобы выбраться отсюда, ты должен восстановиться. Ты потерял много крови. Ты должен хорошо питаться. Тошнота же прошла?       Марк фыркнул, но всё-таки принялся за кашу.       — А правда, что на Талле детей делают языком? — спросил осмега, усиленно облизывая ложку.       Джено немного зависла, наблюдая за этим зрелищем.       — Что ты делаешь?       — Соблазняю?       Альфа засмеялась, присев на корточки и пряча лицо в ладонях.       — Для того, кто не знал, что он анварец, ты слишком много знаешь о Талле.       — Ну, — покраснел Марк. — Мой отец торгует с этой планетой. Я бывал там с ним несколько раз. Ваши альфы говорили мне, что я милый.       Тихий рык просочился сквозь стиснутые зубы.       — Ты с ними…       — Нет! Адар был у меня первым во всех смыслах, но мне было интересно…       Джено не понимала, что с ней происходило. Уже давно она не испытывала столько чувств одновременно, а это был только первый день их знакомства.       Память услужливо подсказала ей, что со своей женой они оказались в одной постели на третьи сутки, а через месяц они были уже женаты. Истинные же, чего тянуть. А вон оно как получилось. С Марком торопиться они не будут, ещё некоторое время омеге и вовсе предстоит изображать беременность, а там на все воля Богини.       В этот момент вернулся Вилл, осторожно постучав.       — Все готово, мисс.       — Замечательно. Соберите вещи омеги и приведите тут всё в надлежащий вид. Вот-вот прибудет груз из Vesta. Перенесите всё сюда, я разберу его позже, — сказала Джено, а потом посмотрела на Марка. — Ты доел?       Омега кивнул, допивая морс.       — Эзрус, как добраться до комнат?       — Я провожу вас, доктор Ли, — показался в дверном проеме Файрос, а Марк весь сжался, рефлекторно прикрываясь. В его глазах появились слёзы.       — Господин? — поклонился Вилл, собирая посуду.       — Идём? — спросил Адар, отводя взгляд, но Джено успела заметить вину, промелькнувшую в нём.       — Да, но вы бы не могли взять своего мужа на руки. Ему пока противопоказаны длительные прогулки.       — Конечно, — хмыкнул мужчина.       — Джено… — схватил её за руку омега. — Я…       — Всё хорошо, молодой человек, — сказала она, натянув улыбку. — Вашему малышу будет полезно чувствовать рядом обоих родителей.       Ли отцепила от себя руку младшего, замечая в коридоре любопытных омег. Нужно было играть равнодушие и не сорваться, наблюдая за тем, как посторонний альфа, шепнув что-то на ушко её, чёрт возьми, омеге, поднимает немного расслабившегося Марка на руки.       Небольшая процессия двинулась по коридору. Джено старалась не смотреть на Адара, оглядываясь по сторонам. Поглазеть, видимо, собрались не все. Ли заметила несколько новых лиц, что смотрели на Марка с нескрываемым презрением.       — Ваши омеги не довольны тем, что вы взяли одиннадцатого мужа? — спросила Джено, когда они оказались в просторных светлых покоях, что состояли из обставленной в готическом стиле гостиной, ванной комнаты и двух спален.       Адар опустил Марка на широкую кровать и повернулся к Ли.       — Скажем так, они были немного шокированы его возрастом и тем, что ему уделяется столько внимания. В большинстве своём альфа навещает омегу в его комнате только в течку, остальное время семейство проводит в общих комнатах. Я же пытался наладить с Марком контакт после брачной ночи, видя, что омега ведёт себя не как остальные.       — Типичная ревность?       — В таких браках, как наш этого, увы, не избежать, — пожал плечами Файрос. — Уверен, что в общих залах не обходится без драк, но я стараюсь быть беспристрастным и относиться ко всем одинаково.       — Получается? — хмыкнула Джено, поправив подушку за спиной Марка, что бросил на нее благодарный взгляд. Она понимала, что внутренние органы пережили большой стресс и удобное положение сейчас для него крайне важно.       — Не знаю, — усмехнулся старший, прикрывая дверь. — Пока никто не жаловался.       Ли хмыкнула.       — Кто сегодня работал на кухне?       — Это лучше уточнить у Эзруса. Он следит за омегами.       — Альфа?       — Он, скажем так, в детстве пережил серьезное воспаление, лишившее его возможности иметь детей. Он увы, не сможет создать полноценную семью, поэтому я, как правитель, взял его под свою опеку. Дал крышу над головой и работу.       — Следить за омегами? Не боитесь, что он спит с кем-нибудь из них? Бесплодие не делает его импотентом.       — Он знает, что за это может лишиться головы. Да и среди омег я склонностей к самоубийству не замечал. Все они многое отдадут за место под солнцем. Здесь во дворце они живут как короли. Если от них откажется правитель, их не примет ни одна из общин. Такие долго не протянут. И, возвращаясь к нашему браку с Марком, если я его расторгну, я должен буду выселить его на улицу. Вы сказали, что заберёте омегу, но я хотел бы уточнить у мальчика готов ли он к последствиям. Возвращение на планету для него будет нежелательным. Семья: родители, братья — все отрекутся от него. Он покинет Иллур без средств к существованию. Вы…       — Я смогу позаботиться о мальчике, — кивнула Джено. — Но я не хочу решать за него.       Альфы посмотрели на младшего. Марк грустно улыбнулся.       — Я анварец, господин, — ответил омега. — И здесь мне не место. Я верю мисс Ли и хочу попробовать начать всё сначала, но прежде, мне хотелось бы узнать, как вообще было возможно моё появление на свет, да и найти убийцу детей не мешало бы.       — Спасибо, — сказал Адар. — За честность. Считай, что наш брак расторгнут, но сами понимаете, что если кто-то придёт ко мне и скажет, что мой муж изменяет мне с другим альфой, я буду вынужден принять меры.       Марк вздрогнул. Джено хмыкнула.       — Давайте на чистоту, — сказала Ли. — Чтобы не было недоразумений. Да, я собираюсь поставить на этом омеге свою метку, но не раньше, чем мы вычислим вредителя. До этого я сделаю всё, чтобы наши чувства не вышли за пределы этих стен. То, что между нами, касается только нас двоих. Клянусь вам, что не брошу тень на вашу репутацию, но хочу попросить вас о содействии.       — Я готов к сотрудничеству, мисс Ли. Я ценю вашу смелость и вашу откровенность. Генерал Кирк отзывался о вас очень тепло, надеюсь, что и между нами возникнут подобные взаимоотношения. Что ж, а сейчас, я думаю, я вас оставлю. Сообщите мне позже результаты обследования.       — Несомненно и… Ваши дети… Сколько их?       — Пятеро омег. Старшему семнадцать, младшему три. Не думаете ли вы, что они причастны к этому?       — Очень надеюсь, что нет. Вы уже планируете замужество старшего?       — Есть некие соображения.       — Вы советуетесь в этом вопросе с мужьями?       — Здесь это не принято.       — Понимаю. Больше вопросов нет.       Адар ухмыльнулся, похлопал Джено по плечу и вышел. Ли закрыла дверь. Марк расслабленно откинулся на подушку.       — Я думал, он нас разорвёт, — сказал омега.       — Ему от этого никакой выгоды. Не смотря на то, что у него десять мужей и пятеро детей, он, собственно, очень одинокий человек. Все же в редких случаях договорные браки бывают счастливыми и Иллуру понадобиться время, чтобы это понять и принять, но надеюсь, когда этот мир вступит в острую фазу конфликта, мы будем уже далеко.       — А ты правда, поставишь на мне метку? — спросил, зевнув, омега.       — Если ты захочешь, — улыбнулась альфа. — Устал? Сейчас я тебя осмотрю и можешь поспать. Сегодня наш «друг» вряд ли что-то ещё предпримет, но на всякий случай ничего не ешь и не пей без меня.       Марк закивал.       — Мне нужно лечь? — спросил омега, откинув одеяло.       — Да, ложись. Снимай штаны и раздвинь ноги.       Омега весь покраснел, но просьбу выполнил.       — А что ты будешь делать?       — Проверю твои реакции. Осмотрю шрам. Узи, думаю, сделаем завтра, на долго лучше не откладывать, канал может быть воспален, но и проникать в тебя пока думаю, ещё не безопасно.       Омега сглотнул. Джено улыбнулась, натягивая перчатки.       — Если будет больно, сразу говори. Не терпи.       Марк кивнул, откинувшись на подушку и разводя ноги в стороны. Ли подложила под него непромокаемую пеленку, чтобы не испачкать простыни и пододвинулась ближе. Анус омеги был ещё воспален, а ведь прошло больше двух месяцев с момента близости.       Джено коснулась чуть покрасневшей кожи. Марк вздрогнул.       — Тщ, я не буду ничего делать, — сказала она. — Я только посмотрю.       Лёгкие манипуляции и прикосновения делали своё дело, позволяя мышцам расслабиться, каналу открыться, выталкивая кровавые капельки смазки.       Марк дышал чаще и краснел, ведь его член тоже среагировал, набухая.       Джено понимала, что кровь, скопившуюся внутри омеги после прокола нужно вывести, поэтому поднялась чуть ваше, поглаживая поджавшиеся яички, а потом осторожно сжимая член младшего неторопливо надрачивая. Смазки становилось всё больше. Марк сжал ладонями простыни и простонал.       Альфа понимала, что и её белье намокает, глядя на такого растрёпанного мальчишку, которому сейчас было очень хорошо.       — Джено, я…       Омега задрожал, кончая в руку альфы, анус вытолкнул последние капли уже прозрачной смазки и замер. Пульсация прекратилась, ведь сцепки не последовало.       Марк тихо всхлипывал.       — Что случилось? — с тревогой спросила альфа. — Где-то болит?       — Это было… Хорошо… Это было не так, как с ним… Ты…       Марк подался вперёд, обнимая альфу. Джено погладила его по спине.       — Это ещё цветочки, милый, но переходить к ягодкам ещё рано. Ты должен восстановиться. Я… У меня, конечно, нет большого члена…       — Он мне не нужен!       — Это ты сейчас так говоришь, — снисходительно ответила Ли, целуя Марка в лоб. — Это твоя природа.       Марк помотал головой, сильнее обнимая альфу, а на душе стало теплее.       Осмотрев рану и убедившись, что регенерация анварцев успешно делает своё дело, Ли сменила повязку и уложила омегу спать. Сейчас ей предстояло встретиться с десятью амбициозными, хоть и притворяющимися невинными овечками личностями. Джено не верила, что в тех омегах не было ни капли корысти. Любой человек в предчувствии власти менялся.       Когда Марк заснул, альфа поспешила в душ. Перед встречей с хищниками нужно снять напряжение. Память услужливо подкинула картинки кончающего от одних только её прикосновений Марка, что помогли и ей самой дойти до пика. Определённо, эта миссия станет одной из сложнейших на её памяти, но они справятся. Ли была настроена решительно. Она увезёт этого омегу отсюда. Приобретет всё необходимые игрушки для того, чтобы ему с ней было не скучно. Да, её жена в прошлом намекала ей на них, но Ли была не готова, но теперь… Она сделает всё, чтобы её омеге было хорошо. Чтобы он бился в оргазме в её руках снова и снова.       Выйдя из душа, она переоделась, сменив наряд на более закрытый. Высушила волосы, собрав их в высокий пучок и, поцеловав спящего Марка в уголок губ, вышла из спальни, заперев дверь. Мало ли.       Спустя пятнадцать минут она вошла в комнату, что была заставлена большими контейнерами с маркировкой Vesta. Кирк с особой тщательностью отнесся к её поручению. Здесь было всё необходимое.       Ли осмотрелась. Комната была вычищена. Лишние предметы — убраны. Кровать заменена на смотровое кресло.       Альфа хмыкнула, нужно было подготовить индивидуальные наборы инструментов.       Где-то через полчаса в дверь постучали. Джено уверенно вышла в коридор, замечая десять омег разного возраста, комплекции и настроения. Не все были в восторге от предстоящего осмотра, а кто-то был и вовсе напуган.       — Так, заходите по одному. Раздеваетесь, честно отвечаете на все мои вопросы. Я вас осматриваю и вы оправляетесь по своим делам. Всё понятно?       Омеги закивали.       — Что ж, тогда приступим.       Джено понимала, что эти омеги, собственно, очень мало знали о себе и своём теле. Никто даже не обратил внимания на установленную спираль, да и вообще с неохотой отвечали на вопросы альфы. Все они были сильны и здоровы. Их ароматы были прочно смешены с запахом Адара, что говорило о насыщенной половой жизни. Альфе хватало сил на всех и это невольно вызывало уважение.       Уже вечером, сидя в кресле, в гостиной, Ли была задумчива. Тихие шаги отвлекли от размышлений.       — Что-то случилось? После обследования ты словно сама не своя. Эти омеги…       — Не так просты, — хмыкнула Ли. — Знаешь, есть травы, ароматы которых держатся на коже ещё несколько часов после использования. Так вот как минимум у пятерых руки пахли мятой.       — Неужели каждый из них кинул в мой суп по горсточке? — улыбнулся омега.       — Ну, возможно, они просто не знают об абортивных свойствах этих трав, — пожала плечами Джено.       — Так просвети их. Приведи на кухню и прочитай лекцию о вреде и пользе тех или иных продуктов. Уверен, что даже Тронс не знает и половины. Тебе нужно чаще наблюдать за ними в их естественной среде обитания. Нужно почаще собирать их вместе. Тут даже у самого терпеливого нервы сдадут.       Джено усмехнулась. Младший говорил умные вещи.       — Ты не хотел бы пойти учиться? — спросила Ли. — Я могу это устроить.       Марк улыбнулся и помотал головой.       — Нас омег на Иллуре с детства учат быть покорными своему альфе. Учат заботиться о муже, доме, детях, ведь даже в общине ребёнок лет до четырнадцати живёт рядом с папой, а позже его начинают привлекать к общественным работам.       — Но ты не иллурец, Марк. Ты можешь сам выбирать свою судьбу. Образование откроет перед тобой множество дверей.       — Я выбрал тебя, — сказал омега. — Я хочу помогать тебе во всём. Быть твоей опорой. Ты, наверное, очень занятой человек. Ну так вот, я хочу встречать тебя дома, готовить тебе завтраки, обеды и ужины. Выслушивать твои переживания. Я готов на многое, если ты позволишь мне быть рядом.       Джено грустно улыбнулась. Вот уже почти четыре года её никто не ждал дома. Она всё чаще перекусывала на бегу, полностью отдаваясь работе. В длинных коридорах медицинского центра Vesta она пряталась от своего одиночества и от себя самой, пытаясь убедить своих друзей и коллег в том, что у нее всё хорошо.       Вэлис лишь качал головой и тащил её в ближайший бар. Они пили. Много, но в отличии от Кирка, на Джено алкоголь действовал слабо. Именно ей зачастую и приходилось тащить старшего на себе домой. Кирк тоже был бесконечно одиноким человеком. Ли знала, что у него был муж, что умер в клинике от инфекции, которую подцепил где-то на Кворке. У генерала было двое взрослых сыновей. Старший сын сотрудничал с паллорцами в сфере разведения редких растений, а младший, кажется, был где-то на Андоре с дипломатической миссией.       То, что Вэлис и её порой воспринимал, как своего ребёнка, ей льстило, но она никак не могла отделаться от призраков прошлого, и если Марку удастся хоть немного её встряхнуть, то она готова будет до конца своих дней носить его на руках.       — Как ты себя чувствуешь? — спросила Джено, протянув омеге руку.       Марк сжал её ладонь и был перетянут на колени альфы. Джено уткнулась носом в изгиб его шеи, вдыхая такой родной аромат. Омега улыбнулся.       — По сравнению с утром просто замечательно. До ванной уже могу дойти сам, хотя слабость ещё присутствует и бок немного дергает.       — Завтра я тебя осмотрю. Я должна убедиться, что прокол заживает правильно. Да и нужно посмотреть какой урон действия твоего мужа нанесли твоей половой системе, признаюсь, что в прошлый раз я не осмотрела её как положено. Я спасала тебе жизнь.       — Спасибо, — сказал Марк, повернув голову.       Его алые губы были как искушение, но Ли старалась держать себя в руках. Поцелуй мог сделать их ещё ближе, а Марк… Ему ещё придётся изображать нежные чувства к своему бывшему мужу.       — Это мой долг, — ответила она, коснувшись ладонью щеки младшего. Омега прикрыл глаза. Его веки чуть подрагивали, а реснички трепетали. Ли поймала себя на мысли, что не видела ещё ничего прекраснее. Этот омега был ещё так юн, а она… В её жизни произошло довольно много событий. Вэлис называет это опытом, что ж, Джено была совсем не против такой формулировки.       Между тем Марк пододвинулся чуть ближе. Альфа улыбнулась, нежно чмокнув его в кончик носа.       Омега фыркнул и открыл глаза. В его взгляде было возмущение, что грело что-то внутри. Может собственное самолюбие, ведь этот мальчишка сейчас хотел именно её.       — Что? — спросила Джено. — Ты не забыл где мы находимся и для чего? Для всех ты замужем, Марк. Ты ждёшь ребёнка. Уже со следующей недели мы начнем клеить тебе небольшой живот. Тебе придётся общаться с мужем и другими омегами. Ты должен быть главным раздражителем, понимаешь? Мы… Мы не должны сближаться в этих стенах, малыш. Тот же Эзрус доложит на нас и Адару придётся устроить проверку или сразу же отослать меня обратно в Vesta. Он лицо планеты, любая наша ошибка может стоить нам не только чести, но и жизни. Поверь мне, я очень хочу тебя, но не здесь, понимаешь?       Марк прикусил губу, чуть отстранившись.       — Да, ты права. Я просто…       — Тебе хочется ласки, я понимаю, но нужно потерпеть. Идём, я уложу тебя.       — Я только встал! — насупился Марк.       — Ты у нас больной, помнишь? Я просто уверена, что придут проверять. У иллурцев нет внутренних сил и восстановление должно идти медленнее. Ещё недельку проваляешься в кровати, а потом я тебя отпущу.       — Здесь скучно…       — Ну, я могу попросить Вэлиса прислать тебе что-нибудь из книг, к примеру. Ты умеешь читать?       Омега посмотрел на неё с укором.       — Здесь всё не так запущено, — сказал он. — Около двадцати лет назад Адар открыл в столице школу. Альф и омег, конечно, обучают отдельно, но основы здесь преподают всем. Здесь нет рабства, Джено, лишь особые правила, что вбивались в население столетиями.       — Прости, — ответила Ли.       — Ладно, проехали, — отмахнулся омега, поднимаясь. — А насчет книг… Я бы почитал что-нибудь об Анваре и его обитателях.       — Не вопрос, — сказала Джено, проводив Марка до спальни.       Они как раз закончили с перевязкой, когда в дверь постучали.       Джено хмыкнула, но пошла открывать дверь. Марк натянул одеяло и откинулся на подушки с отрешённым видом.       На пороге стояли Эзрус и Тронс. Старший омега смерил Джено брезгливым взглядом.       — Ужин, — сказал альфа.       — Да, спасибо, — сказала Ли, а её чуткий нос уловил запах ромашки. Это был гениальный ход кормить беременного травами повышающими тонус матки. Как правило именно это и приводит к серьёзным последствиям в развитии плода и выкидышам. Здесь определённо кто-то был очень подкован в ботанике и свойствах трав. — Накройте в гостиной. Я сама помогу Марку поесть.       Вилл кивнул, покатив тележку к небольшому столику.       — Не считаете, что держать беременного омегу сутками в чётырех стенах — издевательство? — спросил Тронс.       — Не считаю, — ответила Ли. — Пока его состояние вызывает у меня опасения, он будет находиться здесь. Моя задача сохранить жизнь его ребёнку.       Это альфа?       — Ещё рано что-то утверждать, — ответила Джено. — Полноценный запах ребёнка я смогу уловить только через месяц.       — А? — растерялся старший. — Аромат разве не формируется на шестом месяце?       — Для окружающих, возможно, но я врач, Тронс, у меня для этого есть свои способы.       — Поверю вам на слово, — хмыкнул омега. — Завтра мальчика планирует навестить его папа. Вы же не изолируете ребёнка от родителя.       — Нет. Пусть приходит. Омеге нужна компания.       — Замечательно. Что ж, я, пожалуй, пойду, отправлю гонца в дом парня.       Старший ушёл, а Ли закрыла дверь. Вилл в их комнате тоже задерживаться не стал и это настораживало.       Джено демонстративно вылила весь чай из чайника в унитаз и, убедившись, что остальная еда пригодна для употребления, вкатила сервированную тележку в спальню.       — Что там было? — спросил Марк, кивнув в сторону пустого чайника.       — Ромашка, — ответила Ли. — Она тебе и сейчас не особо полезна. Нечего дразнить перенёсшие стресс органы.       Ели молча. Джено задумчиво ковыряла вилкой в тарелке.       — Тебя что-то беспокоит? — спросил Марк, отложив приборы.       — И да, и нет, — честно ответила альфа. — Ты… У тебя были хорошие отношения с родителями?       — Ну… Я не самый младший в общине. У моего отца пока семь мужей и пятнадцать детей. У меня два брата альфы. Старшему двадцать три, он уже готовится принимать дела. Второму пятнадцать и о своём гареме он ещё не задумывается. Троих братьев омег уже устроили в другие семьи, остальные ещё мелкие.       — А единокровные?       — У папы была только одна благополучно завершившаяся беременность. Моего младшего брата он потерял, упав с лошади. Но к чему всё это?       — Да вот пытаюсь понять как среди традиционной иллурской семьи затесался анварец. Твой папа изменял мужу?       — Это смертный грех.       — Но ты есть, — хмыкнула Джено. — И твой папа, видимо, рвётся сюда не просто так. Ты — свидетельство его преступления, как и твой ребёнок. Завтра он придёт и будет либо умолять тебя сохранить его тайну, либо угрожать. Я… Чувства тут не лучший советчик. Адар знает, что ты другой…       — Давай я сперва всё же выслушаю его. Он, возможно, понимает, что от мужа не утаишь мои особенности, если, как ты говоришь, мне придётся кормить ребёнка грудью, — взгляд Марка скользнул в декольте Джено, а потом по своей груди. — Хотя я ещё не представляю, как такое возможно.       — Забеременеешь — узнаешь, — хмыкнула Ли.       — А я... Я смогу? Ты же сама сказала, что мы разные.       — Ну… Есть способы, если ты захочешь, конечно.       — Я хочу!       — Марк…       — Что? Я хочу подарить тебе дитя, разве это плохо?       — Мы знакомы второй день.       — И что? Я уже говорил, что я…       В дверь постучали. Нос Ли уловил запах слив. Адар был чем-то взволнован.       — Мы обязательно договорим, — сказала она, поднимаясь, чтобы впустить в комнату хмурого старшего.       Файрос пробежался по ней взглядом. Джено выдержала.       — Что-то случилось?       — Совет возмущён тем, что я позволил постороннему альфе касаться своих мужей.       — А разве это их дело?       — Кто-то мутит воду, но я не пойму кто, — сказал Адар. — Определённо кто-то из омег что-то сболтнул родственникам и понеслось. То, что ты врач, их не убедило.       — Так может мне выйти к ним и раздеться для наглядности? — хмыкнула Джено. — Трахать ваших мужей мне нечем. Да и мой язык вряд ли сравниться с вашим членом.       Ли демонстративно облизала губы.       — Мне не до смеха. Эти твари могут устроить бунт.       — А я и не смеюсь, — ответила Ли. — Как я уже убедилась, ваша нация не особо разбирается в аспектах анатомии. Да и о размножении познания у них довольно примитивные. Ну, если кто-то из ваших мужей возбудился во время осмотра и установки спирали, то это физиология. Это нормальная здоровая реакция.       — Они ничего не поняли?       Джено усмехнулась.       — Они, поди, и не подозревают, что такое вообще существует, а я… Я вполне могу выступить перед вашим советом. Обнажённой.       — Это лишнее, — усмехнулся Адар.       Девушка лишь развела руками.       — Но просветить этих кретинов не мешает. Завтра в полдень.       — Идёт.       — Как Марк?       Ли подавила лёгкий приступ ревности.       — Замечательно. Регенерация анварцев творит чудеса.       Джено открыла перед старшим дверь спальни омеги. Марк немного смутился, склонив голову перед правителем.       — Да, я ещё не поговорил с его отцом об этом.       — Думаю, пока не стоит. Тронс сообщил, что завтра к Марку придёт его папа. Послушаем, что он скажет. Если его любовная связь не имеет последствий для вас, может не стоит подвергать омегу опасности?       — Но измена…       — Знаете, не у всех альф порой хватает сил на семь мужей. Возможно, тот человек себя переоценил, а омеге хотелось ласки.       — Допустим, — сказал Адар. — Я понимаю, что тому омеге не выгодно светить нацией сына, иначе его муж в праве его казнить. С этой стороны ещё одного восстания опасаться не стоит, поэтому с омегой поговорите сами. Что насчет детей?       — Кто поставляет в дом лечебные и пряные травы? — спросила Ли.       — А это здесь при чём?       — Просто ответьте.       — Есть две общины, что занимаются выращиванием трав не только местных, но и заимствованных на других планетах. Они поставляют травы не только сюда, но и на рынки ЕКВ.       — Среди ваших мужей есть представители этих общин?       — Трое, — кивнул Адар.       — Вы…       — Я взял в мужья братьев, но…       — Утром в завтрак Марку подсыпали мяту, на ужин был чай с ромашкой. Эти травы противопоказаны беременным. Их излишняя концентрация может привести к выкидышу. В малых дозах организм словно приучивают к их вкусу, а потом, в критический момент дозу можно либо увеличить, либо замаскировать ими более сильный абортивный препарат.       — Думаете они сами…       — Не знаю, но за омегами проследите, и если это возможно, ограничьте их пребывание на кухне. Если у них не будет доступа к еде, они будут искать другие способы и ошибаться.       — Но двое из них потеряли детей за эти полгода.       — Это не показатель. Омега мог почувствовать, что в его утробе развивается не альфа и убить дитя, чтобы отвести от себя подозрения в будущем.       Файрос побледнел.       — Но это… Это же чудовищная боль…       — Многие ради власти готовы вытерпеть и это. Я… Признаюсь честно, я ехала сюда, ожидая увидеть униженных, забитых омег, а попала в самый настоящий гадюшник. Тут, как по мне, скоро альф защищать придётся.       Старший усмехнулся.       — Ладно, отдыхайте, но ты же понимаешь, что как только мальчик восстановится, о совместном проживании не может быть и речи.       — Догадываюсь, — хмыкнула Ли. — Но и вы меня поймите, если вы его хоть пальцем тронете, я брошу свою миссию и, забрав омегу, улечу отсюда. Поверьте, как его вывезти без вашего ведома, я придумаю, а вы останетесь и вовсе без детей, ведь вашим мужьям внедрены противозачаточные спирали, срок годности которых варьируется от тридцати до пятидесяти лет.       Джено коварно улыбнулась, а Адар засмеялся.       — Подловила, — сказал альфа. — С тобой не выгодно ссориться.       — Вы сами одобрили мою кандидатуру, сэр.       — И не поспоришь. Не переживай, мальчишку я не трону, но придумайте, как справляться с его течками. У беременных их не бывает.       — Кому, как не мне знать это, — закатила глаза Ли.       Адар, пожелав им спокойной ночи, ушёл. Джено написала отчёт Кирку и попросила доставить книги для Марка.       — Ловко ты с ним, — сказал омега, наблюдая за альфой.       — Он сам сказал, что его судьба в моих руках, а если будет вести себя хорошо, я могу провести исследование и установить с каким из омег и в какой период он сможет зачать альфу.       — Иллуру не хватает таких технологий, — грустно улыбнулся Марк.       — Увы, они сами тормозят этот процесс. И если Адар прислушивается к нам, то тот же Совет…       — А ты, правда, смогла бы раздеться перед ними? — спросил, смутившись, омега.       — А почему бы и нет, — хмыкнула Ли. — Я своего тела не стесняюсь. Увы, мне далеко до идеала, но тренировки я стараюсь не пропускать.       — А… А передо мной сможешь?       Джено вскинула бровь, посмотрев на красного как рак омегу.       — Что? Я ни разу не видел женского тела так близко. Разве что на картинках…       — Каких таких картинках? — спросила альфа, поднимаясь.       — Ну… Пока отец на Талле заключал сделки, я гулял по городу, а там… Там есть такие автоматы, что журналы продают. Ну вот я покупал, смотрел…       — Дрочил?..       — Нет! — слишком громко возмутился младший, став пунцовым.       — А, значит, что это такое ты знаешь, — сказала Джено, потянувшись к пуговицам на рубашке.       — Ну… Братья просветили.       — Значит, у вас тоже любят рукоблудство?       — Ну вообще это грех, но…       — Если очень хочется, то можно, — хмыкнула Ли, отбросив блузку в сторону.       Марк жадно следил за каждым оголяющимся участком её тела. В этом взгляде было столько восхищения. Джено, наверное, впервые ощущала такое сильное возбуждение от одного только взгляда. Последней в сторону полетела резинка для волос. Она стояла полностью обнажённая перед омегой, что ей в сыновья годился, а бедра сжимались от дикого возбуждения.       Омега же выглядел слегка ошеломлённо, а потом поднялся, стягивая с себя вещи.       — Марк…       — Подожди. Я так хочу.       Раздевшись, младший подошёл к ней. Его член приветливо качнул своей алой головкой. Он был небольшим, ровным и твёрдым.       — Мы не должны переступать черту, — сглотнула Джено. — Ты… Ты не должен пахнуть мной.       — Мы живём в одной комнате, — хмыкнул омега. — Можно?.. Я коснусь тебя.       Альфа прикрыла глаза, чтобы унять сбившееся с ритма сердце, но кивнула, тут же ощущая осторожные прикосновения на щеке, шее, груди… Марк с каким-то трепетом скользил по упругим полушариям, сжимая. Джено старалась дышать через раз, когда ладонь омеги двинулась дальше по животу к лобку.       — Хватит, — перехватила ладонь младшего Ли. — Хватит, иначе я сорвусь. У меня слишком давно никого не было, а ты… Ты ещё слишком уязвим.       — Ты меня не хочешь?       — Марк, — посмотрела на младшего Джено. — Я слишком тебя хочу, но мы не должны. Не здесь, помнишь?       — Но утром… Утром ты помогла мне, так почему… Почему мы не можем помочь друг другу сейчас? Я… Я разрываюсь от желания. Мне это нужно. Я хочу снова почувствовать то ощущение полёта. Оно появляется только рядом с тобой. Я не смогу изображать беспечность, сгорая от неудовлетворенности.       Джено понимала, что и сама она держится из последних сил. Разорванная связь снова укреплялась и требовала выхода скопившейся энергии.       Альфа выдохнула, а потом потянула несопротивляющегося омегу в сторону кровати.       — Ложись, — сказала она, а Марк подчинился. — Повернись на правый бок.       Джено опустилась рядом.       — Опыта у тебя мало…       — Я не смогу доставить тебе удовольствие? — с тревогой сказал Марк.       — Я этого не говорила, — улыбнулась Ли. — Но сегодня мы не будем заходить слишком далеко.       Альфа взяла омегу за руку и скользнула ей по своей груди, чуть сжимая, а потом направила её туда, где скопилось всё напряжение. Она руководила рукой омеги, потирая набухший клитор, пока младший не проявил инициативу и не начал двигаться сам, потирая комочек нервов, а иногда скользя пальчиками во влажную дырочку.       — Да, вот так, — шепнула Джено, обхватив ладонью член омеги и надрачивая.       Марк пододвинулся ближе. Его губы уткнулись ей в шею. Тихие стоны со всхлипами ласкали слух. Джено понимала, что даже эта неопытная ласка заставляет её содрогаться в предоргазменных судорогах. Они кончили почти одновременно, а потом целовались. Марк чуть подрагивал.       — Всё хорошо?       — Да, — шепнул он, глядя на неё своими бездонными голубыми глазами. Что-то сжалось внутри, а в глазах защипало. — Джено? Ты… Ты плачешь?       — Не бери в голову, — ответила альфа, целуя младшего в лоб. — Это я от счастья.       И ведь не врала. Горечь от предательства медленно растворялась в потоке новых эмоций.       Джено уже представляла, как приведёт Марка в свой дом, как они будут делить быт, как она будет торопиться домой с работы… Память подкинула картинку пережитой измены, вот только на члене крокусца в этот раз скакал уже Марк. Лёгкие сковало болью, стало трудно дышать. Ли поднялась с кровати и села, пряча лицо в ладонях. Тело дрожало, хотелось снова зарыться в свой безэмоциональный кокон. Нежные руки скользнули по спине, а потом Марк прижался к ней, обхватив её шею руками, а талию ногами. Его нос зарылся в её волосы, а потом нежные поцелуи заскользили по шее.       — Мне не нужен чужой член, — тихо сказал он. — У меня есть свой.       Джено хмыкнула.       — Это так не работает, малыш.       — Зато ты отвлеклась от своих мрачных мыслей. Я — не она, понимаешь? У меня другие интересы, — сказал омега, перебираясь на колени Ли и глядя на неё с каким-то лёгким безумием во взгляде. — Может ты однажды позволишь мне быть в тебе не только пальцами.       Джено улыбнулась, зачесав назад его светлую челку.       — А ты любишь эксперименты.       — Если только ты не против, — смутился Марк.       — Знаешь, мы подумаем, что с этим можно сделать, но…       — Не здесь. Я понимаю.       Джено нежно коснулась губ младшего. Так, нужно было поскорее разобраться с этими завистливыми омегами. Она хотела этого мальчишку. Хотела ощутить его вкус на языке.       — Всё, а теперь давай спать.       — Ты же останешься со мной? Дверь заперта…       Марк обнял её сильнее.       — Но запах…       — Неужели у тебя нет какого-нибудь чудо-спрея — нейтрализатора, что ослабит эффект?       Джено задумалась. У неё было парочку антисептиков, что могли устранять запах крови с кожи, может и здесь подействует. Главное, больше не увлекаться.       — Ладно, я останусь, но…       — Клянусь, приставать не буду, — наивно похлопал глазами омега.       — Богиня, где ты всего этого понабрался? — сказала Ли, утягивая младшего в кровать. — Поди, в тех киосках были и романчики всякие, да? Есть на Талле парочка бумагомарателей, что пропагандируют межгалактическую любовь.       — Ну почему же бумагомаратели. Некоторые истории очень даже не плохи, — фыркнул Марк.       — Но ты на собственном опыте смог убедиться, что не все нации совместимы и прежде чем тянуть кого-то в постель, нужно убедиться, что твои действия не причинят ему боль.       — Но всё равно красиво…       — Красиво, — не стала спорить Джено, ведь она лично знала ту, что посвятила себя написанию таких историй. Она была счастлива, растила двоих детей, что стучали по паркету уже затвердевшими копытцами. Может и ей стоит отпустить?       Засыпали крепко прижимаясь друг к другу. Марк спал у неё на груди и было так тепло.       Утром Джено разбудил какой-то скрежет, словно кто-то пытался открыть замок их комнаты. Ли бросила взгляд в окно, горизонт только начал светлеть. Альфа осторожно вылезла из объятий Марка и поспешила к двери. Запах утреннего гостя был ей не знаком, но принадлежал явно омеге.       Окна гостиной были открыты и их смешавшийся запах ощущался не так сильно. Альфа поспешила закрыть на замок спальню Марка, разворошить собственную постель и включить воду в ванной, прежде чем замок всё-таки поддался взломщику.       Альфа притаилась, наблюдая из-за тяжёлой портьеры за тем, как в комнату вошёл высокий худощавый омега лет семнадцати. Незнакомец огляделся и, не заметив ничего подозрительного, поспешил к спальне Марка. Дёрнув за ручку и поняв, что дверь заперта, омега выругался, повернувшись в сторону ванной, видимо оценивая свои шансы вскрыть ещё один замок до того, как Ли закончит. Решив, что с этим он не справится, омега подбежал к вазе с сухими цветами и аккуратно, чтобы не помять композицию, что-то там спрятал, а потом со всех ног рванул прочь, даже не позаботившись о том, чтобы закрыть входную дверь обратно.       Джено покинула своё убежище и подошла к вазе. На первый взгляд ничего необычного в ней не было, но нос альфы мгновенно уловил аромат одного из запрещённых на многих планетах ЕКВ, дурманящего разум, растения с Урсмана. Этот планета была, наверное, единственным местом, где преобладали тропические леса. Их зачастую сравнивали с джунглями, но леса Урсмана были в сотню раз опаснее. В основном из-за произрастающих там растений. Арбис душистый был высоким деревом. В обхвате его ствол мог быть до пяти метров. Высушенная кора этого растения источала лёгкий сладковатый аромат, но долгий контакт с ним мог сильно влиять на восприятие реальности, вызывая истерики, панические атаки. Исследования показали, что в нём присутствуют и галлюциногенные вещества.       Джено хмыкнула. Ошибкой в выборе приправ тут явно не пахло. Где-то через пару месяцев, надышавшись этой дряни, Марк бы начал сходить с ума и, кто знает, чем бы это однажды закончилось. Он мог навредить и себе, и ребёнку.       Альфа достала небольшой пакетик с перфорацией со дна вазы и поспешила убрать его в герметичный контейнер. Она отправит это Вэлису. Шутки кончились.       Тот мальчишка, что принёс его сюда вряд ли знает о свойствах этого вещества, но ведь кто-то дал ему его и убедил принести в комнату Марка.       Закрыв входную дверь, Джено вернулась к омеге, что безмятежно спал, даже не догадываясь о том, какую охоту на него открыли.       Местная звезда открасила небо в алый. Начался новый день. Альфа, погладив младшего по голове, поспешила в душ. Антисептик в сочетании с гелем для душа сработал на ура, концентрация арбуза на её коже уменьшилась. Было тоскливо, но нужно потерпеть, ради безопасности родного человека.       Надев белье, светлую блузку и брюки с широким поясом, она пошла будить Марка. Лёгкое прикосновение к щеке омеги заставило всё внутри трепетать, но Ли постаралась взять себя в руки.       — Марк, малыш, вставай. Мне нужно осмотреть твой бок. Если рана затянулась, пойдёшь в душ…       — А если нет? — потянулся омега. Он был обнажён и прекрасен. Изящное тело, нежная светлая кожа. — Ты будешь протирать меня собственноручно?       — Умерь свои фантазии, — хмыкнула Джено, но чуть сжала бедра, гася накатившее возбуждение. — Дам тебе тазик и полотенце. Ты у нас, кажется, не беспомощный.       — Я бы очень хотел, чтобы это сделала ты, — открыл глаза омега. Его взгляд, казалось, проникал в самое сердце.       — Успеется, — улыбнулась альфа. — Перевернись.       Марк подчинился, позволяя Ли осмотреть место прокола. Рана затянулась, покрылась новой кожей, ещё немного и даже шрама не останется.       — Между прочим, пока ты спал, у нас были гости, — сказала альфа, ощупав рану. — Не больно?       — Щекотно немного, но нет, боли нет.       — Вот и славно. Можешь принять душ, но обнажаться ни перед кем кроме меня не советую.       — Больно надо, — фыркнул Марк, а потом сел, обхватив шею Ли руками и потянувшись к её губам.       Девушка не смогла сопротивляться, нежно целуя омегу.       — Что там насчет гостей? — спросил младший отстранившись.       — Старший отпрыск твоего мужа взломал замок и оставил в гостиной нам с тобой сюрприз. Кору одного безумного дерева, что через два месяца заставила бы тебя бояться даже своей тени. Это вещество запрещено конвенцией ЕКВ, но здесь об этом не знают, иначе никак не могу объяснить того, как он оказался у ребёнка, если только…       — Кто-то ему его не дал, — грустно хмыкнул Марк. — А я и видел-то этого омегу от силы пару раз.       — Он сын Тронса?       — Как ни странно, но нет. Тронс, хоть и старше всех, но его детям десять и шесть, вроде как.       Джено задумалась, а ведь по сути, если Адар спал со всеми мужьями, то детей у омег должно было быть больше. Так почему Тронс за двадцать лет брака родил двоих? А остальные? Почему детей всего пятеро? А может выкидыши были и раньше? А детская смертность? И как получилось, что в последние полгода почти одновременно забеременели сразу пятеро?       Ли нахмурилась.       — Ты что-то придумала?       — Нет, ничего. Я хочу поговорить с Адаром. Иди в душ, скоро принесут завтрак. Там на столике стоит гель, тщательно намыль им кожу. Он уберёт концентрацию моего запаха на тебе.       — Я буду скучать. Наши смешавшиеся ароматы создают ощущение дома.       Джено тоже так считала, но нужно было потерпеть. Происходящее на планете не нравилось ей всё больше.       — Всё, иди, — альфа чмокнула омегу в кончик носа и отправила в ванную.       Спустя минут пятнадцать в дверь постучали. Эзрус вкатил в комнату тележку с завтраком и большой чемодан с маркировкой Vesta.       — Это прислали из корпорации.       — Да, я просила передать для Марка кое-какие книги, — сказала Ли, отмечая про себя, что в сегодняшнем завтраке улавливаются нотки шалфея. Сейчас, конечно, они омеге не навредят, но было любопытно. — Эзрус, скажите, пожалуйста, а на кухне у вас работают каждый день одни и те же люди или?..       — У омег есть график, мисс, — ответил альфа. — Они чередуют готовку, с уборкой, уходом за садом, обучением и занятиями с детьми.       — Детей же пятеро?       — И что? Каждый из мужей господина уделяет им время.       — Понятно. Спасибо за разъяснения. Вы не могли бы передать господину, что я хотела бы видеть его здесь после завтрака.       — Да, конечно.       В это время из душа вышел Марк. На нём была светлая футболка и шорты, а с волос-завитушек капала вода.       — Супруг господина чувствует себя лучше? — спросил Вилл.       — Вполне, но я бы ещё несколько дней ограничила бы все нагрузки.       — Я рад, — сказал Эзрус, поклонился и ушёл.       — Он странный, — сказал Марк, опускаясь на стул.       — Здесь все такие, — хмыкнула Джено, а потом взяла полотенце, чтобы высушить голову омеге.       Марк едва ли не урчал от удовольствия.       — Вэлис передал тебе книги, — сказала она, когда они принялись за завтрак. — Он тоже с Анвара и знает, что нужно в первую очередь.       — Я прочту, — закивал Марк. — Мне всё равно делать нечего.       Они как раз заканчивали разбирать книги, когда, вежливо постучав, в комнату вошел Файрос. Он был одет просто, но от него исходила сила и уверенность. Так выглядят лидеры.       — Доброе утро. Ты хотела меня видеть? — спросил старший.       — Да, я… У меня к вам несколько вопросов личного характера. Марк, ты мог бы начать изучение своей родины в спальне?       Омега хмыкнул, но взял книги и пошёл к себе.       — Что-то случилось? — нахмурился Адар.       — Ну, во-первых, не подскажете, где ваш старший сын научился так мастерски вскрывать дверные замки?       — Что? — растерялся старший.       — Он был здесь до рассвета. Оставил подарочек, — Ли подошла к столу, где стояла контейнер с арбисом. — Вот этот состав способен в буквальном смысле свести человека с ума. За его распространение в ЕКВ срок на Морте. Мальчик хотел подбросить этот пакетик в комнату Марка, но вскрыть ещё один замок не рискнул, спрятав его здесь, в гостиной.       — Но… Но откуда? Брас очень тихий и покладистый омега, — побледнел Адар.       — Не знаю. Возможно, тот, кто вручил ему это, ввёл его в заблуждение. Поговорите с сыном. Вы же сами понимаете, что я обязана передать этот контейнер в Vesta? Разбирательства не избежать, и если мальчик знал, что именно он подкладывает, я не смогу ему помочь. Увы, я лицо заинтересованное. Этим веществом он пытался задурманить моего омегу.       — Он ещё не ваш…       — Но и не ваш. Кажется, мы это уже обсудили.       — Хорошо. Что-то ещё?       — Как вы предохраняетесь? — спросила Джено.       — В смысле? — растерялся старший.       — В прямом. Ваш первый брак был заключен почти двадцать лет назад и за это время ваш старший муж родил вам двоих? Серьёзно? Да если, простите, вы его трахали каждую течку, детей как минимум должно было быть с десяток. Течка дает 99% зачатия. Так как? Скажите мне как у вас до сих пор пять детей? Вон, даже у Марка пятнадцать братьев.       Адар выглядел разбитым.       — Вы уж простите, но кажется, кто-то намеренно истребляет ваш род, не давая вашим омегам беременеть. Вот только полгода назад случился какой-то сбой, раз ваши пять мужей забеременели почти одновременно, но позже эту оплошность кто-то устранил.       Альфа медленно опустился на диван, путаясь пальцами в чёрных, чуть вьющихся волосах.       — Я, кажется, просила вас убрать «травников» с кухни…       — Я убрал!       Джено хмыкнула.       — Но сегодня Марку снова подали вредный для беременных завтрак, а вот та штучка в контейнере и вовсе в скором времени могла довести его до самоубийства. Нет омеги — нет проблем.       — Меня окружили…       — Кому-то не нравится ваше тесное общение с Vesta и ЕКВ.       — И что теперь?       Джено и сама задавалась этим вопросом.       — Нам придётся доиграть партию до конца, — выдохнула она. — Вот-вот сюда явится папа Марка. Я послушаю что он скажет. Отмените заседание Совета и поговорите с сыном, пока он не натворил других глупостей. Возможно, нам удастся узнать какие-нибудь имена. Поручите Эзрусу последить за омегами, а омегам за ним.       — Вы…       — Я бы не доверяла никому. Возможно, среди ваших мужей есть те, кто вас искренне любит, но я бы на это не рассчитывала. И… Намекните, что, если наследник альфа не родится, вы выберете преемника из сыновей омег.       — Но Совет…       — Итак против вас, вы не понимаете?       Адар выдохнул.       — Да, ты права, просто…       — Все это слишком тяжело осознавать, но вы ведь не тот, кто опустит руки. Мы всё исправим.       — Спасибо.       — Пока не за что. Идите, пока наш злой гений не понял, что его план с галлюциногеном не сработал и не навредил мальчику. Я надеюсь, что его душа ещё не настолько чёрная.       — Я тоже на это надеюсь, — хмыкнул Адар. — И знаешь, что я думаю, в этом всём очень чётко прослеживается рука альф. Сомневаюсь, что омеги бы сами до этого додумались. А всех альф на своей планете я знаю лично. Их наберётся около сотни, включая детей. В главный Совет входит с десяток старейшин, что помнят времена правления моего покойного отца и с десяток молодых, что выросли со мной или при мне. И если последние в большинстве своём так или иначе сотрудничают с ЕКВ, то первые…       — Считают, что Vesta на Иллуре не место, — хмыкнула Ли.       — Шестеро из моих мужей принадлежат к этим общинам и, возможно, мнение отцов для них выше моего.       — Тронс…       — В его клане правит его брат, — ответил Адар. — Мы с ним в хороших отношениях. У него бизнес на Вильфоре. Закупки элитного алкоголя. Ему не выгодна изоляция Иллура.       — Тогда почему этот омега кривит нос при виде меня?       — Сама у него спроси. Возможно, он видит в тебе конкурента, ведь до нынешних времён здоровье омег было его заботой. Он… Он тяжело пережил выкидыш. Возраст…       — Глупости, — отмахнулась Джено. — Возможно, это что-то эмоциональное, подсознательное. Он сам может себя накручивать, считая, что вы предпочли его молодым.       Адар грустно улыбнулся.       — Знаешь, возможно, я бы предпочёл, чтобы именно он родил мне альфу. Этот омега… Он никогда не заискивал передо мной, говорил всё, что думал. Однажды, по молодости, мы даже подрались.       Файрос тепло улыбнулся. В этом взгляде была нежность.       — Я, — несмело начала Джено. — Я могу взять анализы и провести исследование, чтобы подобрать для вас самый благоприятный период для зачатия, но…       — Во-первых, мы должны обличить злоумышленников, — кивнул Адар.       — А во-вторых, этот омега должен перестать смотреть на меня, как на червя, — фыркнула девушка.       Адар засмеялся.       — Я поговорю с ним.       Файрос ушёл, а Джено пошла к Марку. Открыв дверь, она улыбнулась. Омега лежал на животе и делал вид, что погружён в книгу.       — Подслушивал? — спросила она, заметив, как покраснели кончики ушей младшего.       — Будешь ругать?       — Не буду, — опустилась рядом альфа. Омега пододвинулся к ней, опустив голову ей на бедра. — Что ты обо всём этом думаешь?       Пальцы невольно зарылись в светлые пряди. Марк улыбнулся.       — Думаю, что Адар прав и именно старики руководят всем этим. Мой отец их тоже недолюбливает. Он часто повторял о том, что они суют нос не в свое дело. Он опасался, что его старший сын попадёт под их влияние.       — А он что?       — Не знаю, — пожал плечами омега. — Я с ним почти не общался. Нас с папой там не особо жалуют. Я до девяти лет почти проводил время с ним, за исключением школы, а потом отец стал брать меня с собой на другие планеты.       — И неужели не видел, как ты отличаешься?       — Не знаю, но… Мне казалось, что он любит меня. Именно благодаря ему я знаю столько о других планетах, а вот, кстати, именно об Анваре он мне ни разу не рассказывал, да и не летали мы туда никогда.       Джено задумалась. Неужели альфа всё-таки знал об измене мужа и подсунул Марка Адару специально?       Где-то через час, когда неспешная беседа перешла к взаимным безобидным подколам, в дверь постучали, а потом в комнату вошли Тронс с незнакомым омегой, что был очень похож на Марка. Старший тепло улыбнулся сыну.       — Здравствуй, сынок. Ну как ты тут?       — Я… Со мной всё хорошо. Доктор Ли обо мне заботится.       — Спасибо вам, — протянул Джено руку омега. — Мой сын всё, что у меня есть.       Джено пожала протянутую ладонь. Руки омеги были холодными и чуть подрагивали.       — У вас всё хорошо?       — Да, просто… Это место навевает много воспоминаний. Я ведь тоже мог оказаться здесь, но Адар выбрал Тронса, — упомянутый тихо хмыкнул. — А я… Я встретил отца Марка и он решил сделать меня частью своей общины. Это было очень благородно с его стороны.       — Что ж, не буду вам мешать, — сказал старший. — Доктор Ли, не уделите мне время после обеда? Адар сказал, что мне не мешало бы поучиться у вас некоторым тонкостям медицины.       — Приходите к трём в смотровой, буду рада помочь. Мы как раз закончим с Марком.       — Хорошо. Я приду.       Омега ушёл. Джено закрыла за ним дверь и посмотрела на бледного омегу.       — С вами, правда, всё хорошо? — спросила она.       — Я… Мне просто очень страшно, — медленно опустился на корточки омега.       — Папа? Что случилось? Что с тобой?       — Я… Я жду ребёнка…       — И боитесь, что будет, как в прошлый раз? Лошадь…       — Кто-то её напугал. Был какой-то запах… Она взбесилась, встала на дыбы, понеслась, а потом скинула меня. Кто-то…       — Не хотел, чтобы вы родили иллурца? Ваш муж…       — Знал, что я любил другого, — сказал омега, обнимая сына. — Мы поженились, когда я уже был на втором месяце беременности. Я… Мой отец был, да и по сей день остается тираном. Он бы не простил и не принял.       — Настоящий отец Марка частый гость на этой планете?       — Не особо, но встретились мы здесь, во дворце.       Джено хмыкнула, она знала лишь одного анварца, что мог попасть сюда. Старший омега утащил младшего на диван.       — Смотрины — выборы первого мужа, это мероприятие, что может длиться от трёх недель до полугода. В это время отцы привозят своих сыновей-омег в дом потенциального жениха и оставляют там на некоторое время, чтобы омеги показали альфе все свои умения. В это время в доме много гостей, и если у местных даже и мысли не возникнет посмотреть на претендентов, но чужие… Я встретил его случайно, в парке. Мне захотелось подышать воздухом, а вместо этого я уловил аромат бергамота и пропал. Альфа был безумно красив, притягателен и в усмерть пьян. Он говорил мне о том, что поссорился с мужем, о том, что семейная лодка попала в шторм. Шептал всякие глупости, а я слушал, желая, чтобы он не переставал говорить и был как можно ближе, а потом… В общем утром мы проснулись в одной постели. Вэлис долго извинялся. Говорил, что-то о семье, муже, а я… Я понимал, что готов простить ему всё, лишь бы он… Снова взял меня так властно и с таким желанием.       — Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы, — говорил мне он.       — Мне всё равно, что будет потом. Люби меня сейчас!       В общем, когда пришло время выбирать омегу, Адар выбрал Тронса, ведь почти не видел меня во дворце, а я… Я понимал, что на Иллуре Вэлису будут не особо рады, да и семью ему разрушать не с руки, ведь он вот-вот должен был принять командование, а его муженёк по рассказам был ещё той занозой и мог устроить пакости. Я боялся, что мой отец в первую очередь попытается устранить моего альфу, да и меня, а я любил и хотел жить. В общем, я смирился. Глупо было полагать, что не в течку забеременеть не получится…       Джено покачала головой.       — Да, Вэлис, собственно тоже был не удивлен, но… Всё снова упиралось в его склочника мужа. Он категорически отказывался от тройственного союза. Да и забрать меня отсюда — это развязать конфликт в, казалось бы, налаживающихся отношениях. В общим, Вэлис уговорил своего давнего приятеля взять меня в мужья. Поскольку только первый брак — это массовое мероприятие, то мы поженились тихо, без свидетелей. Юджин заботился обо мне, но спать со мной не торопился.       Марк был спокойным ребёнком и хлопот мне не причинял. Когда я взял его на руки, я был счастлив. Ничего не выдавало в нём анварца, разве что глаза. Вэлис сказал, что сын пошёл в дедушку. Юджин тоже привязался к ребёнку, но его старшие мужья и дети невзлюбили меня. Мы планировали отправить Марка в Vesta, когда ему стукнет четырнадцать и меня вместе с ним, чтобы присмотреть. Вэлис обещал всё уладить. Марку было восемь, когда я забеременел снова. Юджин не баловал меня своим вниманием. Я корчился от боли во время течек, а тут… Он пришёл. Да, он не любил меня, но это было хоть что-то, а потом, утром, он объяснил мне причину.       — Твой отец интересуется, почему у нас с тобой больше нет детей. Не стоит вызывать у него подозрения.       Я, естественно, забеременел, но та лошадь… А потом я стал замечать, что кто-то систематически начал пакостить мне и Марку. Пару раз ребёнок мог серьёзно пострадать. Юджин тоже боялся за него, поэтому начал всё чаще забирать его с собой. Я хотел связаться с Вэлисом, но в тот период, он как и положено правильному альфе носил траур по умершему мужу и не смог бы сорваться сюда.       Мы с Юджином делали всё, чтобы Марк не заметил, что ходит по краю.       — Это твой отец! — злился муж. — Он, видимо, о чем-то догадался.       — Сомневаюсь, он дальше своего носа не видит.       В общем, когда Марк переступил порог совершеннолетия, Юджин нашёл единственный способ его защитить.       — Выдать его замуж за того, кто ему не подходит, — хмыкнула Джено.       — Вэлис тоже был в ярости. Он прилетел сюда, устроил скандал. Он говорил что-то о том, что у Адара и без Марка проблем хватает, что у него дети мрут как мухи. Кричал, что заберёт мальчика с собой. Я злился. Мы ругались. Юджин самоустранился, а мы…       — Снова переспали, — усмехнулась Джено.       — Мы были как безумные. Вэлис… Он сказал, что поговорит с Адаром, но… Но что-то случилось в корпорации. Он улетел отсюда в растерянных чувствах и на свадьбу не попал, а потом…       — Потом мне стало плохо…       — Вэлис сказал, что пришлёт лучшего. Ты…       — Не беременный, — хмыкнул Марк. — Только это большой секрет. Адар знает. Он обещал отпустить меня, когда мы выясним, кто мутит воду, а ещё… Я встретил свою альфу. Она порой бывает очень вредной, но мне с ней хорошо.       — Ну спасибо, — фыркнула Джено. — Ваш муж знает о вашем положении?       Омега помотал головой.       — А Вэлис?       — Нет. Вы единственные, кому я могу довериться. Вокруг Вэлиса тоже есть люди и…       — Я, кажется, знаю, кто может за всем этим стоять, — выдохнула Джено, вспоминая крепкого светловолосого альфу, которого пару раз видела в кабинете главнокомандующего. — Я бы посоветовала вам оставаться здесь, но в этом проклятом дворце травят беременных. Так, ладно, вы пока пообщайтесь, а потом я осмотрю вас обоих. Только…       — Только ничего не есть, не пить и не вдыхать, — кивнул Марк. — Я помню.       — Я свяжусь с главнокомандующим, а потом пойдём в смотровой.       Оставив омег, Джено направилась в спальню. Портативное средство связи было всегда при ней. Она не только могла отправлять отчеты, но и связаться с главнокомандующим напрямую. Кирк откликнулся быстро. Он выглядел взволнованно.       — Джено? Что-то случилось? Что-то с Марком?       — Это твой сын, — выдохнула Ли.       — Я… Прости, да, я должен был сказать, но это… У меня был муж… Мне пророчили должность главнокомандующего, а я… Я влюбился как мальчишка. Тор отказался понимать, в последние годы его жизни мы постоянно сорились, но и забрать Мэла с Иллура после смерти мужа я не мог, я сам же выдал его замуж, а за похищение омеги смертная казнь и… Ты же позаботишься о Марке?       — Я поставлю на нём метку, — сказала Ли. — Но сейчас я не о нём.       — В смысле?       — Сегодня в комнату к омеге кое-кто подкинул арбис душистый.       Кирк побледнел.       — Ты…       — Я его нейтрализовала, но сам факт. Я долго думала откуда он мог здесь взяться. В ЕКВ помимо Урсмана он растет только в одном месте…       — В лабораториях Паллора, — сглотнул Кирк.       — Где работает твой старший сын, с которым, насколько я помню, у тебя были натянутые отношения.       — Он, можно сказать, был папенькиным сыночком. После смерти Тора, мы почти прекратили всякие контакты.       — Мэл потерял ребёнка десять лет назад, через несколько месяцев после смерти твоего мужа, ведь так?       — Да, — выдохнул Кирк. — Но Толь… Он не был связан с Иллуром. Он не мог знать о Мэле с Марком, если…       — Не подслушивал, и не вникал в причины ваших ссор с папой. Да и тот мог ему что-то рассказать.       — Да, я… Иногда, выпив, я угрожал Тору, что навсегда уйду к своей другой семье, на Иллур.       — Бросал бы ты пить, Вэлис, — покачала головой Джено.       Старший пристыжено отвернулся.       — В общем, я думаю, что вредительство на Иллуре началось ещё во времена жизни твоего мужа, а потом к ним присоединился и твой сыночек. Думаю, что кто-то из них прилетал сюда, чтобы найти и навредить омеге и ребёнку, но они попали не к Адару, а к кому-то из старейшин, что обещали наказать неверных, но не за просто так. Им нужно было разрушить союз Vesta и Иллура. Тор проникся, ведь неплохо было бы и твоему авторитету удар нанести. Не удивлюсь, что вирус, от которого погиб твой муж, он подцепил тогда, когда добывал что-то более опасное для Мэла. Криптолонту, например.       Кирк медленно опустился на стул, вытирая испарину.       — Уже тогда Тор поставлял сюда противозачаточные составы, чтобы ослабить влияние Адара, а потом Толь продолжил дело папы. Он уже тогда неплохо разбирался в травах. К тому же сыграла сыновья ревность, раз начались нападки и на Марка. Вот только полгода назад, видимо, случился сбой поставок.       — Толь попал в госпиталь с сильными ожогами. Неудачный эксперимент.       — Боюсь даже предположить с чем, — хмыкнула Ли. — Препятствовать браку Адара с Марком они не стали потому, что знали, чем может обернуться для омеги первая близость.       — Я не смог приехать и остановить это безумие потому, что мой младший сын попал в больницу с черепно-мозговой. Два месяца комы. Он так и не помнит, что с ним случилось. Говорит, что шёл ко мне, а для чего — забыл.       — Может собирался обличить брата?       Вэлис поднялся и нервно прошёлся по комнате.       — И что теперь? — спросил старший.       — Арестуй Толя, Вэлис, — выдохнула Джено. — Пока не поздно. Иначе ты можешь потерять троих.       — Троих?       — Мэл ждёт ребёнка. Он твой, да и Марк… Нужно перекрыть каналы поставки, а со старейшинами Адар сам справится. Он не один.       — Да, ты права. Я сейчас же отправлю за ним отряд, а ты, пожалуйста…       — Я позабочусь о твоих омегах, — улыбнулась Джено.       — Спасибо. И да, насчет метки…       — Это дело решённое и взаимное! — уверенно сказала Ли.       Вэлис улыбнулся.       — Я совсем не против.       Джено облегчённо выдохнула. Кирк засмеялся.       — Всё, иди работай.       — Так точно, генерал.       В гостиной царила идиллия. Омеги о чём-то шушукались, заметив её, Марк покраснел.       — Насплетничались? Идёмте. Я должна убедиться, что у вас всё хорошо.       У смотрового кабинета нашёлся Эзрус. Альфа натянул улыбку.       — Вы что-то хотели, мистер Вилл? — спросила Джено.       — Я… — мужчина неуверенно посмотрел на омег. — Я хотел бы поговорить с вами наедине, доктор.       Джено хмыкнула.       — Марк, Мэл, заходите, — сказала Ли, потянувшись к двери, но тут же вздрогнула. — Нет, стойте здесь. Эзрус, идёмте за мной.       Альфы зашли в помещение. Джено огляделась, замечая на подоконнике вазу с красивыми белыми цветами.       — Кто это сюда принёс? — спросила Ли, поспешив открыть все окна. — И когда?       — Не знаю, — ответил Вилл. — А что это?       — Это дурман, Эзрус. Одна из его разновидностей. Особо высокая концентрация его запаха может вызвать мгновенную остановку сердца. Нам повезло, цветы ещё полностью не раскрылись, но уже завтра сюда было бы нельзя зайти без последствий.       — Но ключи от комнаты только у вас и у меня. Я… Мне не зачем причинять вам вред, я… Я слышал, что в ЕКВ научились лечить бесплодие. Я… Я хотел бы попросить вас обследовать меня. Я… Возможно, много мужей я не осилю, но я… Я хотел бы иметь семью. Адар сэр отзывается о вас, как о хорошем специалисте.       Мужчина выглядел бледным и растерянным и у Джено не было причин ему не верить. Она сегодня, увы, сама видела, как здесь не церемонятся с замками.       — Я, конечно, осмотрю вас и назначу лечение, но немного попозже. Сейчас нам предстоит выяснить личность вредителя.       Джено подошла к столику, доставая перчатки и аккуратно оборвала у цветков все тычинки и пестики, выбросив их в окно.       — А теперь, Эзрус, отнесите этот букет в ту комнату, где собираются мужья господина и приведите сюда того, кто первым попытается выкинуть цветы.       — А…       — Он больше не опасен, — сказала Джено, а потом посмотрела на омег. — Заходите.       Ли как раз закончила с осмотром, когда послышался шум.       — Одевайся, — сказала она Марку, а потом выглянула из-за ширмы, замечая как Эзрус и Тронс буквально волокли в комнату сопротивляющегося омегу. Джено припоминала его. Этот человек был со старшим в комнате, когда она прилетела сюда. И кажется, именно он родил Адару первого ребёнка.       — Что происходит? — сказала она.       — Мисс, — ответил Эзрус. — Этот… Он пытался выкинуть цветы.       — Брас сказал, что именно его папа дал ему тот пакетик, — добавил Тронс. — Мальчик был уверен, что это безобидная вонючка, что должна была испортить Марку безмятежное проживание в комнате.       — Но почему? — спросил Марк. — Я ведь с этим парнем даже ни разу не виделся толком. Зачем пакостить-то.       — Я думаю, что ты попался под горячую руку, главной причиной было насолить отцу? — спросила Джено. — Я правильно понимаю?       Тронс кивнул.       — Мальчик влюблен, а Адар ведёт переговоры о его браке с другой семьёй. Брас обижен, а этот, — пнул задержанного в бок старший. — Запудрил ребёнку мозги. Сказал, что пока Адар отвлечётся на поиски причины вони в комнате Марка, они устроят ему побег.       — Побег? — спросила Ли. — Альфа не местный?       — С Магнуса, — вошёл в помещение Адар. — Он прибыл сюда настраивать инструменты, на которых мои супруги играют для успокоения души. Он, кстати, пропал позавчера. Просто исчез. Сокрос, дорогой, не подскажешь, куда твой отец с братом спрятали парня? Надеюсь, не убили? Наш сын очень опечален его пропажей.       — Связь с чужаком — грех. Поплачет и перестанет. Отец сказал, что уже нашел ему подходящего мужа.       — А ничего, что это мой ребёнок и его судьбу должен решать я?       — Ты стал слабым и ведомым. Чужаки сделали тебя посмешищем для собственного народа. Тебе лучше добровольно уйти, Адар. Замена тебе уже готова!       — А не пошли бы вы! — хмыкнул альфа. — Эзрус, закройте этого предателя в темницах.       Омега хмыкнул.       — Да свяжите покрепче, — добавила Джено. — А то замки его вряд ли удержат.       Вилл скрутил омегу. В коридоре их встретили два стражника.       — Тот магнусец…       — Ищем, — ответил Адар. — Я связался с Вэлисом. Он обещал прислать бойцов. Моя армия, увы, состоит из омег, что вряд ли пойдут против своих отцов, братьев и дедов. Чертова генетика! Если бы альф было вдвое больше…       — Вас бы свергли быстрее, — хмыкнул Марк. — Думаю, что сперва всё же надо разобраться с древними законами, а потом уже заниматься демографией.       — Он прав, — развела руками Джено. — И допросите остальных. Противозачаточные подмешивали почти каждый день. Тронс, вы же тоже бываете на кухне. Было ли то, что добавляли в еду постоянно?       — Соль, сахар, — пожал плечами омега. — Остальные продукты всё время меняются. Вода, но сомневаюсь, что ваши препараты лились прямо из крана.       Джено задумчиво потёрла переносицу. В словах омеги была логика.       — Принесите-ка мне и того и другого, я попробую разложить на составляющие.       Тронс поклонился и ушёл.       — Снаружи ещё не знают о задержании Сокроса. Я запретил омегам покидать общий зал, — сказал Файрос. — Вэлис сообщил мне о ваших предположениях и… Всё рассказал. Юджин поступил очень благородно. Я бы так не смог.       — Я… Я благодарен ему за всё, — ответил Мэл. — Но я… Я хотел бы уйти, только отец…       — Мы будем их судить, — кивнул Адар. — Как только выясним всех причастных к этому безобразию. Почти двадцать лет я дальше своего носа не видел. Думал, что судьба наказывает меня за что-то. Вот к чему приводит безграмотность. Джено, я… Я должен быть тебе обязан.       — Пустое, — ответила Ли. — Мне хватит и того, что вы сдержите слово, отпустив нас. В свою очередь я обязуюсь обучить Тронса основам и открыть здесь небольшой филиал медицинского центра. У меня есть пара знакомых репродуктологов, что любят разгадывать сложные задачки. Они засиделись на Кронте и, я уверена, не откажутся заняться изучением вашей нации, и возможно, найдут способ восстановить баланс населения. Раз уж бездетных омег Анвара самостоятельно рожать научили, то и вам помогут.       — Спасибо, — улыбнулся старший.       Где-то через час Кирк прижимал к себе красного как рак Марка и счастливого Мэла.       — Простите, если сможете, — сказал он. — Я был таким идиотом.       — Главное, что ты это понял, не находишь? — хмыкнула Джено. — Нам ещё нужен твой здравый ум.       — Язва, — хмыкнул Вэлис, а потом посмотрел на Марка. — Малыш, ты уверен, что она тебе такая нужна?       Младший улыбнулся.       — На все сто, — ответил он. — Думаю, мы найдем способ погасить её неуёмный темперамент.       Юркий язычок пробежался по губам, а Джено едва сдержала себя от того, чтобы наброситься и зацеловать его прямо при всех.       Вечером Адар, Вэлис, Юджин, Джено и несколько альф из совета и два капитана Vesta собрались в просторном зале.       — Как мы и предполагали, — начала Джено. — Абортивные и противозачаточные были в сахаре. Травами и сладостью перекрывали их вкус. Именно Сокрос убеждал омег, что с приправами блюда будут вкуснее. В свою очередь на омегу влияли брат и отец, что в свою очередь сотрудничали сперва с Тором, потом с Толем. К тому же, как выяснилось, с братом у этого омеги были совсем не братские отношения.       — Но это же…       — Грех? — хмыкнул Адар. — А я, знаете ли, уже ничему не удивляюсь.       — Толь, что сперва сыпал только оскорблениями в мой адрес, немного успокоился, понимая, что даже за один только арбис душистый ему грозит срок на Морте, пошёл на сделку. Он предложил нам всё рассказать, в обмен на то, что мы поместим его не под палящие лучи звезд Морта, а в карманную лабораторию Сэмвэя там же. Он, как и предполагала Джено, подслушал наш разговор с папой, а потом, когда Тор понял, что умирает, он решил с помощью сына довести дело до конца и рассказал о своём сотрудничестве со старейшинами Иллура, что пообещали извести омегу, ребёнка и меня. Поставки препаратов и трав велись непрерывно. Уже здесь их смешивали с сахаром и поставляли на кухню дворца.       — Именно Сокрос убедил беременных омег, что эти «витамины» помогут им безболезненно родить, что ещё раз демонстрирует полную безграмотность омег в этом процессе, — фыркнула Джено. — Нужны консультации, причем на уровне начального образования. Я слышала тут есть школа. Я могу пару раз в год присылать специалистов читать лекции.       — Приемлимо, — кивнул Адар. — Так же я хотел бы попросить Vesta о содействии в налаживании контактов с Бромансом. Нам нужна строительная бригада для возведения современного медицинского центра.       — Хорошо, — кивнул Вэлис. — Я свяжусь с мастером Кинсом.       — И не помещал бы кредит на оборудование, — заметил Юджин. — Мы… Почти половина общин совета остаются без лидеров. Даже если там и есть замена старикам, в бизнес они вникнут не скоро. Даже мой старший сын оказался втянут во всё это. Именно он пакостил Марку и Мэлу, а второму моему наследнику пятнадцать. И мне придётся начать его обучение с нуля. То же и в других кланах. С альфами придётся разговаривать жестко. Либо они с нами, либо против нас.       — Может организовать «исправительные работы»? — спросила Джено. — Допустим на полях или на стройке. Труд облагораживает человека.       — Возможно, — сказал Адар. — Будем смотреть по степени причастности. Значит, завтра я собираю Совет?       — Мы будем готовы, — кивнул Вэлис.       Поздней ночью Джено-таки добралась до своей комнаты. Марк дремал в кровати, прижимая к себе книгу о приключениях Нура. Девушка улыбнулась, а потом осторожно прошла в душ. Сегодняшний день её вымотал, а завтра предстояло обследовать всех мужей Адара и извлечь спирали. Соркора содержали в подвалах. Адар решил, что после того, как он приложил руку к гибели детей, омега должен быть лишён этого блага. Быть папой он больше не заслуживал. Омегу вернут в клан со спиралью и это было вполне справедливое наказание.       Джено понимала, что ей уже не терпится вернуться в свою квартиру с Марком, а потом долго-долго не выпускать его из постели. Запах арбуза нарастал. Восстановление шло быстро, ведь Марк, кажется, научился использовать свой внутренний резерв. Да, беременность для него сейчас была всё ещё нежелательна, но любить друг друга им это не мешало.       Облачившись в пижаму, Джено проигнорировала пустую спальню и направилась к омеге. Осторожно убрав книгу из его рук, она опустилась рядом. Почувствовав тепло, омега повернулся к ней.       — Ты вернулась? — зевнув, сказал он.       — Да. Спи. Уже поздно.       Марк опустил голову ей на грудь, перекинув через неё руку и ногу. Джено хмыкнула, притянув его ближе, чмокнула в макушку и закрыла глаза. Нужно было потерпеть ещё совсем чуть-чуть.       С самого утра Иллур кипел. Отряды Vesta вели зачистку. Старейшины сопротивлялись, но у них не было ничего, что можно было бы противопоставить опытным бойцам корпорации.       Адар допрашивал каждого лично. Вэлис в их разговор не вмешивался, наблюдая со стороны.       — Что ж, можно сказать, мы отделались малой кровью, — хмыкнул Кирк. — Лишь четыре клана из десяти оказали активное сопротивление. В остальных оказались очень умные наследники. Мы нашли магнусца. Его били…       — Да, — кивнул Адар. — Тронс и Брас позаботятся о нём.       — Мальчик влюблён, — напомнила Джено.       — Да, я помню, — кивнул Файрос. — Если этот альфа покажет себя с лучшей стороны, я не буду мешать этому союзу.       — Что ж, думаю, что на этом нашу миссию можно считать завершённой, — сказал Вэлис. — Дальше сам справишься?       — Несомненно. Теперь я твёрдо стою на ногах и понимаю, кто мне друг, а кто враг, но…       — Если что, мы всегда придём на помощь, — кивнула Джено. — Стоит лишь попросить.       Кирк пожал руку Адару и посмотрел на Джено.       — Мы ждём вас в звездолёте.       — Да, Марк уже, наверное, собрал вещи, — кивнула Ли. — Я скоро…       Вэлис кивнул и ушёл.       — Я сняла спирали, — сказала она, посмотрев в лиловые глаза Адара. — Тронс будет первым, кто потечёт. Уже со дня на день. У него есть все шансы родить альфу. Будьте терпеливее.       — Я постараюсь, — сказал Файрос, обнимая Джено. — Спасибо. И береги мальчишку.       — Это мой долг, — улыбнулась она.       Спустя полчаса звездолёт Vesta покинул зону ответственности Иллура. Марк и Мэл завороженно наблюдали за космическими просторами, и если младший успел по путешествовать с Юджином, то старший покидал планету впервые.       — Это было забавное приключение, — похлопал Джено по плечу Вэлис.       — Не вижу ничего забавного, — фыркнула Джено. — Я чуть не поседела.       — Прости. Я виноват. Не доглядел, но я…       — Влюбился? Понимаю, — хмыкнула Ли. — Их невозможно не полюбить.       Альфы повернулись в сторону восхищенных омег. Они сейчас были такими счастливыми, красивыми и свободными.       Руки чуть подрагивали, когда Джено открывала перед Марком дверь квартиры.       — Ну что, проходи. Вот это моё скромное жилище, — сказала она. — Не стесняйся. Я думаю, что вместе мы сможем сделать так, чтобы ты чувствовал себя здесь как дома.       Марк несмело переступил порог, оглядываясь.       — Тут прихожая с гардеробом, гостиная, две спальни, одну можно будет потом переоборудовать в детскую, спорт-зал, кухня, ванная.       — Здесь красиво, — подошёл к окну Марк. — И высоко. Кажется, отсюда видно весь город.       — Не кажется, — ответила Джено, подходя к омеге и обнимая. — И я рада, что ты здесь, со мной.       — А папа?       — Твои родители будут жить вон в том доме. Это всего через две улицы. Вы можете каждый день ходить друг к другу в гости.       Марк развернулся, посмотрев на неё своими большими голубыми глазами.       — Можно?       — Конечно. Ты что, думал, что я тебя здесь запру? Ты можешь ходить куда угодно, только смотри под ноги и не лезь под машины.       — Я не идиот, — фыркнул Марк, надув губы. И это было последней каплей.       Джено больше не могла себя сдерживать. Она потянулась к губам младшего, тут же получая ответ. Руки скользили по хрупкому телу, прижимая ближе, сжимая ягодицы.       — Идём в ванную, — сказала Ли. — Нужно смыть дорожную пыль.       — Да, — сглотнул Марк, посмотрев на неё чуть расфокусированным взглядом.       Раздевшись, они погрузились в тёплую бурлящую воду. Джено притянула омегу к себе, лаская языком изгиб его шеи. Марк дрожал, откинув голову. Его руки сжимали её груди, а твёрдый член был зажат между их животами.       Альфа скользнула руками по спине младшего, спускаясь к ягодицам, чтобы подразнить уже раскрывшийся анус.       — Ах, — слетело с губ Марка, когда пальцы Джено оказались в нём. Альфа чуть подвигала ими, находя бугорок простаты и поглаживая. Собственное нутро горело, но она потерпит, лишь бы её мальчику было хорошо.       Марк стонал, прогибался, цеплялся за её плечи, чуть оттопырив попу и принимая уже три пальца. Его тело дрожало. Свободной рукой Джено сжала его член. Омега закричал, выгибаясь, когда острые зубы Ли вонзились ему в шею.       — Мой, — прорычала Джено.       — Твой, — шепнул Марк, целуя.       Кое-как вымывшись, они добрались до спальни. Нехитрые ласки снова возбудили. Марк лежал на животе и постанывал, приподняв бедра и позволяя альфе себя вылизывать. Джено толкалась языком в тесную дырочку, заставляя младшего дрожать. Слюны было ещё не так много, да и вряд ли она проникнет глубоко без специальных приспособлений, но Джено решила поостеречься.       — Перевернись, — сказала она.       Марк перекатился на спину, его рука ласкала собственный член.       — Что ты?..       — Ты же хотел быть во мне, — сказала Ли, откинув на спину длинные волосы и накрывая ладонь омеги своей и сжимая член сильнее.       — Ты… Ты мне позволишь? — спросил с восхищением Марк.       — Опыта, конечно, у тебя маловато, но всему своё время. Сегодня, я так уж и быть поруковожу процессом.       Джено приподнялась, а потом пару раз лизнула алую головку. Марк простонал и расслабился. В его взгляде было сейчас столько любви, что в глазах невольно защипало. Джено постаралась не отвлекаться, направляя плоть младшего в себя и медленно опускаясь. Признаться честно, она сама была не особо опытна в этом. Ничего больше игрушек в ней не было, а Марк… Он был живой и тёплый и это сводило с ума, заставляя двигать бедрами резче и чаще, принимать глубже. Её ладони сжимали чувствительные груди младшего, что постепенно начал вскидывать бедра ей навстречу.       — Я… Я кажется понял, — шепнул он, потянувшись к ней. — Позволь мне…       И Джено сдалась. Марк навис над ней, выбивая из неё бессвязные крики, а потом они кончали, крепко сжимая друг друга в объятиях. Джено ласкала языком свежую метку и понимала, что она, кажется нашла свой дом.       — Джено, папа рожает, — влетел в её лабораторию всклокоченный Марк. Он за прошедшие месяцы расцвёл, кажется, став ещё привлекательнее. Джено не могла налюбоваться своим мужем и насытиться им. В их доме появилось много игрушек, которые не давали им скучать, дополняя.       — Что? — отвлеклась на омегу Ли. Внутри неё бушевали чувства. Она только что получила результаты анализов, что они с Марком сдавали, чтобы подготовиться для процедуры ЭКО. То, что сейчас она видела в этих выписках, заставляло сердце сбиваться с ритма.       — Папа, говорю, рожает. Отец звонил. Они поехали в клинику. Отвезёшь меня?       — А… Да… Сейчас, — сказала Ли растерянно.       — Да что с тобой? — посмотрел на жену Марк, а потом заметил листы в её руках. — Ой, я тебе помешал, да? Это что-то важное?       — Это результаты наших анализов.       — Там что-то плохое, да? Я не могу родить тебе ребёнка? Я…       — Беременный, — хмыкнула Джено, опускаясь на стул. — Пятая неделя.       — Но ты же… Ты же сказала, что без специальных приспособлений не получится, — плюхнулся рядом Марк.       — Я, действительно, так думала, — сказала альфа, а память подкинула ей воспоминания о том, как она с особой тщательностью смазывала слюной все их игрушки, не доверяя синтетическим смазкам, как вылизывала сочащийся анус младшего. — Но ты… Ты ведь анварец, чёрт возьми.       Руки альфы задрожали. Она ведь когда-то и подумать не могла о таком, а теперь… Теперь у неё есть муж и они скоро станут родителями. Марк потянулся к ней, крепко обнимая.       — Всё хорошо?       — Да, всё в порядке, просто…       — Я всегда буду с тобой. У нас будет много детей. Теперь мы знаем как нужно.       — Ты прав, — сказала Ли, посмотрев на младшего. — Я так тебя люблю.       — Я тоже тебя люблю.       В больницу они успели как раз вовремя. Марк был в восторге, когда ему дали подержать брата. Маленький альфа был очень похож на Вэлиса, но породой пошёл явно в своих иллурских предков.       — Надеюсь, что ты не забудешь прочитать ему лекцию о том, как правильно использовать этот внушительный агрегат, — хмыкнула Джено.       Вэлис засмеялся, крепко обнимая их с Марком.       Через пару месяцев Адар сообщил, что Тронс подарил ему близнецов и оба ребёнка были альфами, а на подходе ещё шестеро. Джено была счастлива за этого человека, он оказался очень сильным лидером, буквально за несколько месяцев вернув на планету покой.       Эзрус Вилл, пройдя курс лечения на Кронте, связал свою жизнь с омегой не с Иллура. Они познакомились в клинике. Адар не стал препятствовать и отпустил.       Старейшин отправили на Морт, чтобы никому больше не пришло в голову идти против системы.       — Знаешь, я так счастлив, что отец отправил на Иллур именно тебя, — сказал Марк. Они лежали в своей постели полностью обнажённые и счастливые. Ли поглаживала уже большой живот супруга. Судя по всему у них будет дочь. Маленькая принцесса. Джено была бесконечно благодарна Марку за возможность пережить это волшебство. — Ведь если бы тогда ты не оказалась в моей комнате, я бы умер.       — Не думай об этом, — поцеловала омегу Ли. — Мы начали всё сначала. Мы вместе. Я больше никогда тебя не оставлю.       — А я тебя. Я люблю тебя, Ли Джено.       — И я люблю тебя, родной.